Изобретения в области текстильной промышленности

Первое важное техническое изобретение в хлопчатобумажной промышленности было сделано в 1733 г. В этом году Кей изобрел самодвижущийся или «летучий» челнок, который позволил ткать более широкие ткани и чрезвычайно ускорил процесс тканья хлопчатобумажных материй. Челнок вошел во всеобщее употребление лет через 20 после его изобретения. Таким путем одна из отраслей хлопчатобумажной промышленности (тканье) была значительно усовершенствована.

Для прядения по-прежнему требовались искусные прядильщики. Благодаря тому, что теперь производилось больше тканей, спрос на прядильщиков увеличился. Прядильщики добились увеличения заработной платы. Это вынуждало фабрикантов усиленно искать изобретения, которое упростило и ускорило процесс прядения и «смирило» бы «строптивых» прядильщиков.

«Общество поощрения искусств и промышленности» опубликовало специальное воззвание с предложением об изобретении механической прялки (1761 г.). В 1764 г. Джемс Харгривс изобрел маленькую механическую прялку, названную им «Дженни». Это изобретение ускорило процесс прядения: вместо одного веретена рабочий приводил в движение 16 — 18 веретен. В короткое время количество механическкх прялок достигло 20 тыс. «Дженни» проникла благодаря недорогой цене в избы, к мелкому производителю. Производство пряжи не только увеличилось, но и очень удешевилось. В связи с падением цен на пряжу ткани стали дешевле, спрос на них увеличился. Теперь понадобилось больше ткачей: на некоторое время заработная плата их возросла: без большого напряжения ткач, заставив работать всю семью, мог заработать в неделю 4 ф. ст. Теперь не было смысла занимать членов семьи работой по огороду или полю. Ткач забрасывает землю. «Так исчезал постепенно класс ткачей-земледельцев и превращался в новый класс ткачей, живших только заработной платой, лишенных всякой собственности, даже кажущейся, в виде арендуемого клочка земли, и являвшихся, таким образом, пролетариями» (Маркс, Капитал).

Изобретение этой первой и еще весьма несовершенной машины имело огромные последствия: усиление пролетаризации ткачей, отделение ткачества от прядения (не под силу было купить прялку «Дженни» и ткацкий станок, и поэтому занимавшиеся раньше прядением и ткачеством одновременно забрасывали одно из занятий) и наконец, как мы увидим ниже, рост сельскохозяйственного пролетариата.

Последствия промышленного переворота. Новые классы

Экономическая мощь Англии в результате промышленного переворота сильно возросла. За 125 лет с конца XVII в. «национальный доход» Англии увеличился в десять раз. Рост дохода происходил в основном за счет промышленности, в то время как раньше главную массу дохода приносило сельское хозяйство. Рост национального дохода сопровождался увеличением богатств у буржуазии и обнищанием трудящихся масс.

Изменилось и распределение населения, начался отлив населения из деревни в города. В 70-х годах XVIII в. население делилось приблизительно поровну между городом и деревней; в 1811 г. в деревне осталось не более 35% жителей; в 1831 г. их было уже только 28%. Появились громадные промышленные города; Манчестер в 1727 г. был лишь небольшим селом; через 50 лет он имел население в 20 тысяч жителей; в 1800 г. в Манчестере было уже 95 тыс. жителей.

Промышленный переворот изменил производственные отношения - появились новые классы: промышленная буржуазия и пролетариат.

В этот период происходит усиленное вытеснение в прежнее время самого многочисленного слоя — класса мелкой буржуазии.  «Современная промышленность, — говорит Энгельс — лишь потому так разрослась, что она заменила инструменты — машинами, мастерские — фабриками и вследствие этого, превратила трудовые элементы среднего класса в рабочий пролетариат и прежних крупных торговцев в фабрикантов; далее она оттеснила мелкую буржуазию и разделила, все население на два противоположных лагеря — рабочих и капиталистов. Но то самое, что произошло и в области индустрии в тесном смысле слова, совершилось и в области ремесла и даже торговли. Вместо прежних мастеров и подмастерьев появились крупные капиталисты и рабочие, не имеющие никакой надежды выйти из своего класса; ремесло превратилось в фабричное производство, стало строго проводиться разделение труда, и мелкие мастера, не имевшие возможности конкурировать с крупными мастерскими, были оттеснены в ряды пролетариата».

Параллельно с этим появились и в сельском хозяйстве предприниматели-капиталисты, или капиталисты-фермеры, снимавшие у крупных земельных собственников земли в аренду большими участками. И те и другие ведут на своих землях капиталистическое хозяйство при помощи наемных рабочих, сельскохозяйственных батраков; буржуазия возникает и в городе и в деревне, и рядом с ней возникает городской фабричный и сельскохозяйственный пролетариат.

Бурный рост городов колоссально увеличил емкость рынка сельскохозяйственных продуктов. Организация капиталистических хозяйств в области сельскохозяйственного производства стала очень выгодной. Крупные сдвиги произошли вскоре после появления первой прядильной машины «Дженни» и уничтожения класса ткачей-земледельцев. «После того как промышленные рабочие забросили свои участки, — говорит Энгельс, — освободилось много земли, и на ней-то свил себе гнездо новый класс крупных арендаторов, арендовавших пятьдесят, сто, двести и больше акров... Они были в состоянии продавать свои продукты дешевле, чем мелкий йомен (средний крестьянин. — Ред.), и этому последнему, так как его участок не мог уже кормить его, ничего более не оставалось, как продать его и купить себе или прялку «Дженни», или ткацкий станок, или наняться к крупному арендатору в качестве поденщика или сельского батрака». Появление других более сложных машин пролетаризировало тех из крестьян, которые пытались сохранить свое состояние фиктивного собственника путем приобретения примитивных станков.

Так промышленный переворот завершил пролетаризацию английского крестьянина.