Терапевтические цели

Чувства и чувственные переживания

В этом параграфе я опишу терапевтические цели для орального характера, касающиеся эмоций и тела. Главным в этом случае будет привести к высвобождению переживаний как вытес­ненных потребностей, так и подавленных чувств, являющихся ре­зультатом хронической фрустрации этих потребностей. Чтобы вы­звать и поддержать этот процесс, может оказаться полезным изме­нение способа ощущения собственного тела данным человеком, чтобы, к примеру, он смог почувствовать, что его стопы и ноги яв­ляются для нее мощной опорой, что его тело может свободно ды­шать, отдыхать и расслаблять хронически напряженные мышцы.

Оральная личность будет испытывать угрозу от проявле­ния собственных потребностей. Ощущая их, она часто будет гово­рить: «Боже, как я ненавижу эти чувства. Они так унизительны и примитивны». Но никто не воспримет такого ребячества! Выявле­ние настоящих потребностей угрожает целостности компенсатор­ной адаптации с сопутствующей ей специфической концепцией self, жизненной философией и стратегиями поведения. Перефор­мирование этого, проявляющегося на каждом уровне, сопротивле­ния глубоко запрятанным истинным потребностям будет главной

135

частью терапии орального характера. И хотя главная задача тера­пии — высвобождение потребностей, нельзя с этого начинать вви­ду естественного мощного сопротивления такого рода пережива­ниям. Чаще же к осознанию скрытого гнета неудовлетворенных потребностей приходят в ходе высвобождения переживаний и эс-прессии других эмоций. Самый легкий способ добиться эмоцио­нального контакта с брошенным ребенком — это выслушать его жалобы и с пониманием отнестись к его боли и сожалениям, кото­рые по ходу терапии будут возрастать вплоть до глубокого отчая­ния по причине хронической неудовлетворенности. Очень часто в других условиях такая личность подавляла бы в себе желание жа­ловаться — то ли потому, что у самой нет никакого желания де­монстрировать свою слабость, то ли потому, что другие уже уста­ли постоянно выслушивать ее жалобы. В такой ситуации встреча с атмосферой приятия и эмпатии будет исключительно ценным опытом, начинающим процесс эмоциональной экспрессии, кото­рый возвратит истинное self.

Хотя голосу глубокой злости не дают хода, вовсе не дале­кие от нее чувства сожаления и раздражения как правило легко доступны. Эти эмоциональные искры могут тактично использо­ваться, а разгоревшийся из них огонь злости можно поддерживать до тех пор, пока из них не выделится огонь бешеной враждебно­сти. По ходу откроется также значительное сопротивление, по­скольку человек до сих пор искоренял эти свои чувства и осущест­влял значительные инвестиции в противоположный образ самого себя — добродушного, любящего и заботливого.

Высвобождая все эти чувства, человек с оральной пробле­мой будет вынужден бороться со страхом. Осознание проявляю­щихся потребностей, злости и отчаяния будет вызывать страх пе­ред чувствами отвергнутости и одиночества. Не безосновательно оральная личность говорит: «Никому не нужен тот, кто настолько зависим, полон враждебности и так отчаянно несчастен».

Оральная личность права в своих выводах о том, что должна это «перерасти». Однако чтобы вполне достигнуть этой цели, не может, как делала до сих пор, перепрыгивать через от­дельные этапы процесса созревания. Она не должна пытаться бе­гать, пока не научится ходить. Она должна почувствовать себя ок­руженной заботой, должна научиться непосредственно использо­вать то, что другие могут ей дать и, конечно, должна научиться сама заботиться о себе.

Оральный характер, так же как и шизоидный, должен раз­вить в себе понимание — как в буквальном, так и в переносном смысле. На чувственном уровне следствием этого будет ослабле­ние хронического напряжения в теле и обретение опоры и зазем­ления. Дополнительная работа над укреплением общей мускула-

136

туры и сопутствующего ей ощущения стабильности, силы и уве­ренности в функционировании тела будет следующим этапом в процессе роста. Это упрочение и общее укрепление будет способ­ствовать развитию переживаний и экспрессии естественной враж­дебности, а также поддержанию здоровой личностной агрессии и асертивности. Работая над достижением такого укрепления, тера­певт параллельно трудится над телом клиента, ослабляя напряже­ние, концентрирующееся в нижнем отделе спины и живота, в пле­чевом поясе, у основания шеи и в челюстях. Дальнейшая система­тическая работа будет направлена на «открытие» грудной клетки, дыхания и прохождения энергии через шею и горло. (Эти измене­ния необязательно будут результатом терапии, непосредственно, направленной на тело клиента. Они могут быть следствием разно­го рода действий, которые высвобождают в оральном характере ощущение его истинного self). Когда тело будет «излечено», за­креплено и укоренено в действительности, когда появится свобод­ное дыхание и возобновится течение энергии по телу и когда бу­дут высвобождены подавляемые чувства может начаться процесс зарождения настоящей, зрелой любви. Оральная личность разви­вает настоящую привязанность и когда ее опыт одиночества (по­кинутости, брошенности) будет пересмотрен, может заново начать верить, расти, отличаться от других и направлять свою любовь от self к другим. Тогда и только тогда ее законные взрослые потреб­ности могут быть удовлетворены. Тогда она может встретить над­лежащую заботу и внимание, может быть по-настоящему зависи­мой и в то же время действительно самостоятельной, возрожден­ной и полной искреннего энтузиазма к жизни.

Когнитивные процессы: отношение и убеждения

Наверное, именно на примере орального характера наибо­лее явно прослеживается противопоставление осознанных взглядов и убеждений неосознанным. На когнитивном уровне задача терапевта заключается в том, чтобы помочь клиенту в идентифи­кации и поляризации, а также в достижении осознания, интеллек­туального инсайта, знаний на тему self. Оральный характер дол­жен раз и навсегда понять, что он слишком рано противопоставился своей детской природе и развил компенсаторное фальшивое self, предлагая другим то, чего сам не получил. Его заботливая на­тура, пусть очень высоко развитая и часто внешне вполне эффек­тивная, есть психическая попытка получить заботу о себе самом, прямо или заместительным образом. Эта забота, проявляемая в близких отношениях с другими людьми, часто принимается за же­лание.

137 .

Оральная личность может получить большую пользу от осознания того, каким образом она использует и создает свое оди­ночество вплоть до покинутости в связях с другими людьми. Ей можно помочь в осуществлении инсайта в ее собственные сценар­ные решения, как-то: «Мне ничего не нужно. Всего этого я могу достигнуть один. Если я буду слишком во многом нуждаться, то буду осужден и покинут». Ей также можно помочь осознать, ка­ким образом эти предписанные (скриптовые) решения обуславли­вают реализуемые ею «игры», вновь и вновь подтверждая пра­вильность основных жизненных решений. Несмотря на то, что та­кая личность в большинстве случаев предлагает любовь и заботу и что в течение некоторого короткого отрезка времени способна да­вать то, чего сама не получила, все равно в конечном итоге ее не­развитая и в сущности инфантильная .натура проявится и вызовет крах всех прочных, крепко укорененных и зрелых форм самоотда­чи. Явившиеся следствием этого надломленность, зависимость, прилипание и сосредоточенность действий на себе приводит в окончательном итоге к исчерпанию терпения и чувств друзей, коллег и любовников до такой степени, что личность может вновь пережить отверженность, покинутость и глубокую фрустрацию, Ее жажда безусловного и тотального одобрения и любви, обычно неосознанная, не подходит для функционирования во взрослом мире, требующем взаимности. В соответствии с тем, чего она боя­лась, ее потребности и связанный с ними провал привели к новому одиночеству. Непреднамеренно это вызвало закрепление основ­ных сценарных решений и компенсаторных действий, направлен­ных на получение одобрения. Бегство в компенсацию подготавли­вает очередной срыв и т.д. Очевидно, что этот стереотип стано­вится тем более деструктивен, драматичен и стоек, чем ниже в континууме структурного развития находится данная личность. Колебание между компенсацией и срывом в примере стиля харак­тера могут быть в принципе незаметны, тогда как в случае нару­шений личности будут весьма глубоки.

Инсайт в такого рода циклы окажется весьма полезным орудием для взрослой личности с оральным характером. Когда он будет осуществлен, терапевт сможет начать работу по выявлению тех защитных механизмов, которые служат компенсации, или бу­дут: отрицание, проекция, интроекция, инверсия, идентификация, обращение против собственного self и перенесение. Памятуя об оральной потребности в постоянном одобрении и поддержке, можно объяснять, оспаривать, противопоставляться, интерпрети­ровать и каким-то образом подкапывать броню прежней системы защиты, которая поддерживает губительный стереотип. Такого рода когнитивные стратегии, относящиеся к природе личностных циклов, будут особенно полезны во время периода взлета или ги-

138

помании, если вдобавок будут объединены с приемами физическо­го укрепления.

Когда будут реализованы все эти задачи и полученный ин-сайт подтвердится эмоциональными и поведенческими измене­ниями, появятся условия для того, чтобы оральная личность нача­ла воспринимать себя такой, какая она есть на самом деле. Теперь она будет в силах дать право голоса своей детской, нуждающейся натуре, зная, что приходит к этому верным путем, и признавая, что она еще должна созревать. Она будет идентифицироваться с исто­рией своей брошенности и хронического неудовлетворения по­требностей. Отдавая себе отчет в том, что это — раны, требующие излечения, она может более реалистически сконцентрироваться на процессе созревания. Тогда она не будет пытаться игнорировать свою впечатлительность, а начнет реалистично работать в рамках доступных для себя возможностей, выстраивая свою силу, соотне­сенность с реальностью и исполнительные умения. Очень важно в ходе всего этого процесса вновь и вновь подтверждать право оральной личности быть нуждающейся и укреплять ее идентифи­кацию с нуждающимся self. Мы надеемся, что она достигнет тако­го уровня сознания, который можно описать простыми утверди­тельными декларациями: «Я имею право на потребности. Я имею право просить об удовлетворении моих потребностей. Я имею право добиваться того, в чем нуждаюсь, признавая подобное право за другими. Я позабочусь о себе. Я могу быть один. Я имею право на сожаление о предшествующем опыте утрат. Я могу быть силь­ным. Моя идентичность находится во мне. Я имею право жаждать любви и любить других людей».

Когда мы исходим из того, кем являемся на самом деле, то приобретаем фундаментальную стабильность и силу. Даже если эти представления инфантильны и полны отчаяния, как в случае с классическим оральным характером, возникает своего рода уве­ренность и спокойствие, поскольку мы знаем, с чем имеем дело. Не нужно больше растрачивать энергию на поддержание иллюзий. на подавление чувств, сохранение фальшивых идеалов и надежд, не надо продолжать таких несогласованных действий. Возмеще­ние ущерба повреждений и реализация потенциала, который дает жизнь, может отнять много лет, может даже оказаться, что жизнь будет для этого слишком коротка, но исчезнет отчаяние по поводу нереализованных фальшивых надежд. Тогда может последовать относительно постоянное продвижение, рост и созревание. Если ранние жизненные разочарования будут пересмотрены и приняты, то они перестанут упорно возвращаться в неизменной форме. То­гда личность может добиваться того, что для нее доступно в дан­ных обстоятельствах и строить жизнь на своем реальном фунда­менте, какова бы ни была его природа. Это не означает отказ от

139

жизни; скорее это представляет собой принятие решения, осно­ванного на реальности — новое сближение, новую гармонию. С этого времени можно начать вести настоящую жизнь и оцепить ее мягкую ласку.

Также как и шизоидный, оральный характер страдает от расщепления представления self и других объектов на элементы плохие и хорошие. Это расщепление, очевидно, находит свое вы­ражение в поляризации, какая имеет место в этих представлениях и в чувствах, испытываемых по отношению к себе и к другим. Хо­рошее self независимо, заботливо, активно и компенсировано раз­ными другими способами, тогда как плохое self— нуждающееся (зависимое), тоскующее, отчаявшееся, лишенное энергии, враж­дебное и исполнено страха. Хороший другой будет одобрять, за­ботиться, будет самоотверженным, окружит вниманием и возна­градит, а плохой другой накажет, бросит и будет чрезвычайно жесток по отношению к малейшей слабости. Как и в случае с ши­зоидным характером, центральной познавательной целью терапии орального характера будет выработка амбивалентного восприятия собственного self, чтобы личность получила представление о сво­их настоящих признаках и в то же время признала трудности, с ко­торыми ей предстоит справляться. Параллельной задачей будет конечно же амбивалентное представление о другом, который уже может быть любим, как отдельная личность, а не просто как ис­точник нарциссического удовлетворения.

Бихевиорально - социальные цели

Бихевиорально-социальные аспекты терапии орального ха­рактера являются прямым следствием эмоциональных и когнитив­ных целей и в определенной степени требуют повторения того, о чем говорилось ранее. Очевидные различия касаются факта, что мы концентрируемся на бихевиоральных целях и работаем непосредст­венно над изменением поведения — в рамках терапии, и особенно вне ее. Эту задачу можно реализовать согласно классической бихе-виоральной традиции, путем непосредственной передачи рекомен­даций и внушений, или, как в гипнотической традиции, с помощью косвенного внушения. Много вторичных задач можно вывести из простого знания, что оральная личность жаждет стать кем бы то ни было, только бы смочь удовлетворить свои потребности. Поскольку она не интернализовала в достаточной степени умение заботиться о себе, как правило необходимым бывает внушение, и даже рекомен­дации по обучению такого рода поведению. Стоит также помочь ей ощутить, что ее «взрослая часть» способна заботиться, успокаивать и удовлетворять ее собственного «ребенка». Одновременно можно воспользоваться разными техниками с целью усиления ее способно-

140

сти добиваться и просить о помощи, а также обо всяких необходи­мых благах в разных практических социальных ситуациях. Скорее всего необходимо будет также вызвать в ней желание развивать свою агрессивную и асертивную природу таким образом, чтобы она могла наиболее выгодным образом организовать свою жизнь. Ча­стью процесса роста может также стать обучение некоторому прак­тическому поведению, которое в значительной степени поможет достигнуть того, в чем она нуждается. Потому что оказывается, что признания того факта, что ты в чем-то нуждаешься, признания за собой права быть нуждающимся и удовлетворять свои потребности, может оказаться недостаточно для решения проблем. В связи с за­держкой в ее развитии, по-прежнему могут иметь место такие сфе­ры, в которых она будет ожидать и тосковать по тому, что кто-то принесет ей то, чего она жаждет. Когда она мобилизует свою асер-тивность с целью разрешения собственных проблем, возможно ей потребуется обучиться некоторым умениям, позволяющим ей реа­лизовать эту задачу. Когда она примет на себя фактическую ответ­ственность за саму себя и за свое взрослое функционирование на работе, в семье и в личных делах, попросту необходимым может оказаться овладение стратегиями, помогающими справиться е ре­альными требованиями взрослой жизни. Одним из таких заданий будет сознательное отношение к возможности собственного одино­чества. Бихевиоральные стратегии могут в этом случае помочь вы­работать толерантное отношение к переживанию одиночества и са­модостаточности.

Фундаментальной составляющей этой общей задачи будет укрепление постоянства в работе, межличностных отношениях, и воспитании детей, личных планах и т.п. Созревающий оральный ха­рактер вынужден будет развивать обыкновенную выдержку и по­следовательность. Что касается разного рода отношений с другими людьми, и особенно в интимных любовных союзах, он должен ра­ботать над развитием зрелости и отношений основанных на взаим­ности, противоположных отношениям зависимости и созависимо-сти. Поэтому необходимым может оказаться обучение тому, как нужно давать и брать, а не только давать или только брать.

Оральный характер принципиально будет нуждаться также в некоторой помощи для смягчения циклического гипомаииакалыю-депрессивного паттерна. Если он будет чувствовать себя хорошо, следует удерживать его от переутомления, чрезмерных усилий, от использования наркотиков, от возложения на себя непомерной от­ветственности и заботы о других, отговаривать от любого гипома-ниакального поведения такого рода, которое истощает его и обрека­ет на неизбежный срыв. Он должен научиться сохранять способ­ность контакта с самим собой, распознавать настоящие признаки сильной усталости или чувствительности и отдыхать. Самоконтроль

141

над телом и техники расслабления могут быть очень полезными в • таком смягчении циклических изменений, позволяющими концен­трировать активность в периоды хорошего самочувствия и исполь­зование успокаивающего расслабления в периоды усталости и от­дыха. Столь же важно будет овладеть непосредственными техника­ми, помогающими переживать настоящие эмоции, вместо того, что­бы впадать в депрессию или болезнь — они будут способствовать выходу из цикличности настроений, а в худшие времена будут удерживать от более серьезных срывов. Несмотря на то, что это це­ли эмоциональные, они могут быть реализованы путем непосредст­венного обучения техникам выявления чувств и их выражения. К примеру, терапевт может порекомендовать личности сделать что-нибудь, чтобы она что-то почувствовала, и по возможности, чтобы она почувствовала себя лучше. Для оральных личностей программа физических упражнений может быть особенно важна; она укрепит их и заложит фундамент для умения заботиться о себе. Упражнения также удерживают от периодического впадания в состояние мании и возвращают к жизни во время периодов депрессии.

Как и в примерах с другими структурами характера, ораль­ная личность обречена на предотвращение того, что уже произошло — отвергнутости. Многие шаги, предпринимаемые с целью предот­вратить одиночество в действительности часто приводят к его воз­вращению, а также к укреплению форм характерологической защи­ты, помогающих справиться с переживанием утраты. Оральная лич­ность должна учиться не покидать сама себя, не вытеснять свои по­требности и естественные реакции на неудовлетворение. Когда она добьется этого, то начнет расти, признавая то, что в ней есть инфан­тильного, и заботясь о покинутом ребенке в самом себе. Принимая таким образом на себя ответственность, она перестает искать утра­ченную мать и становится способной принять зрелую любовь.

142