2. Розуміння інтерпретації в працях Арістотеля

«ОБ ИСТОЛКОВАНИИ», или «Герменевтика» (Περὶ ἑρμηνείας; лат. De in-terpretatione), сочинение Аристотеля,второй трактат в составе «Органона». В предшествующих «Категориях» Аристотель анализирует отдельное слово, в «Герменевтике» - структуру простого предложения.

Хронологически «Герменевтика» написана после платоновского «Софиста» и отражает тот же круг интересов, что и «Кратил», «Теэтет» и «Софист». Аристотель исходит из платоновского представления о мышлении как внутреннем разговоре души (Theaet. 189e, Soph. 263e, Phileb. 38ce), понимая язык как отражение мыслительных процессов. Собственно, греч. ἑρμηνεία и означает языковую форму выражения мысли. Основное намерение Аристотеля - обсудить соотношение между языковым выражением и объективным положением вещей.

Структура. Трактат состоит из 14 глав. После вступительного определения темы предстоящего исследования он подробно говорит о составных частях предложения (имя, глагол), описывая язык как условие для взаимопонимания (гл. 1-3). В 4-й главе обсуждается «высказывающая речь» (17а8), т. е. высказывания, нечто утверждающие, категорические суждения, принадлежащие сфере научной речи. Остальные виды речи принадлежат, по Аристотелю, риторике и поэтике и его в данном сочинении не интересуют. Далее (гл. 5-9) описываются различные виды противоположности; предложения, дифференцируемые через различные дополнения (гл. 10-11); модальные предложения (возможность, необходимость) (гл. 12-13). В 14-й главе разъясняется мнимая противоположность между высказыванием с противоположными предикатами.

Специально Аристотель не обсуждает логические и онтологические вопросы, но некоторых касается попутно (особ. см. 3, 9 и 10-ю главы). Так, в 9-й главе представлено учение об истинности и ложности высказываний, касающихся будущих событий (лат. contingentia futura). Эта глава широко обсуждается современными логиками (по мнению О. Бекера, Аристотель подходит здесь к многозначной логике, не формулируя этого ясно, см. Gnomon 1958, S. 261-264). В «Об И.» Аристотель нигде не описывает утвердительное высказывание так, чтобы субъект заключался в предикате (т. е. «S находится в Р»), что он будет постоянно делать в «Первой Аналитике» в своем учении о силлогистическом выводе.

Проблематика трактата. По вопросу о происхождении языка в греческой философии 5-4 в. до н. э. сложились две теории. Согласно первой из них (разделялась Платоном), язык есть произведение природы, т. к. его структура точно соответствует структуре чувственного мира (см. изложение этих взглядов в диалогах «Кратил», Crat. 424d сл., и «Теэтет», Theaet. 202а сл.). При этом слова являются «орудиями» на пути к познанию реальности -истинные слова верно отображают вещи, ложные неверно. Согласно другой теории (разделялась Аристотелем), слова языка условны (в принятой терминологии софистов, «установлены законом»). Аристотель полагает, что сами по себе слова нейтральны, они лишь условные символы для отображения вещей в нашем мышлении. Чтобы высказывание были осмысленно, необходима связь между символами-словами, которая в случае ложного высказывания нарушается. Т. обр., лишь связь слов в предложении обеспечивает его смысл. Если слово всего лишь знак, то его значение может быть твердо установлено, - Аристотель утверждает однозначность определения при произвольности обозначения. В этом корень различия между Платоном и Аристотелем в теории языка: по Платону, от формы слова мы переходим к истинному понятию; по Аристотелю, от употребления знака - к мышлению.

Античные комментарии. Трактат «Об И.» стал популярным предметом изучения и комментирования в Перипатетической школе (о традиции, начиная с сообщений об утраченных работах Теофраста и Евдема Родосского до сохранившихся неоплатоничееких комментариев см. DPhA, IV, р. 124-173). Сохранились комментарии Аммония Гермия (CAG IV, 5),Боэция, Иоанна Филопона, Стефана Александрийского (CAG XVIII, 3). Аммоний в своем комментарии принимает теорию предложений Аристотеля и критикует теорию имен Диодора Крона. Проб из Эдессы (5 в.) выполнил перевод «Об И.» на сирийский язык.

Чтобы лучше понимать модусы понимания в истолковании, следует смотреть подробнее на изначальное греческое слово для истолкования, или в его существительной форме έρμενεία или в его глагольной форме ερμενέυω. Хотя герменевтика сравнительно новая дисциплина, само слово не чуждо античному миру. Самый яркий пример его употребления находится в заглавии знаменитого трактата Аристотеля Περί έρμενείας (Об истолковании). Этот трактат - часть крупного труда 'Οργανον (Органон), посвященного Аристотелем изложению фундаментальных проблем логики. Этот труд состоит из следующих трактатов: Категории, Об истолковании, Первая аналитика, Вторая аналитика, Топика и О софистических опровержениях. В Περί έρμενείας излагаются основные понятия грамматики, такие как имя, глагол, речь как смысловое звукосочетание, простое и сложное предложение, утверждение и отрицание, формы противопоставления, понятие грамматического времени и составные части предложения. Великая заслуга Аристотеля состоит в том, что он впервые вводит в предмет научного изыскания структуру рассуждения и его основные понятия и приемы. Можно сказать, что цельное, аристотелевское начинание здесь является не чем иным, как нужной пропедевтикой всякой герменевтики.

Корень греческих слов έρμενεία и έρμενέυω - Гермес, греческий бог, который, согласно античным верованиям, обнаружил язык и письмо. Этот быстроногий вестник-бог ассоциируется с функцией превращения того, что находится сверх человеческого понимания в человечески внятную форму. Как ассоциированное с Гермесом, слово «истолкование» пользуется тремя направлениями: устная декламация, разумное объяснение и перевод.

Касательно первого направления устной декламации, следует отметить, что изначально все литературные произведения были предназначены для слушания, а не для чтения. Это очень критическое наблюдение для формулировки любого как бы герменевтического принципа истолкования. Молчаливое чтение - это что-то новое. Как античные эпические поэмы, так и сам Ветхий и Новый Завет были предназначены для слушания. Достойны замечания слова Святого Апостола Павла: «как веровать в Того, о Ком не слыхали» (Рим 10, 14)? Его уважение к слову очевидно, как выраженное в его совете, что «никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим» (Еф 4, 48).