Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Бохуров В.Н. Сокол С.Ф.Римское наследственное право.doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
408 Кб
Скачать
☆

Глава V. Необходимое наследование

Целью необходимого наследования была защита ближайших родственников против завещательной свободы. Различалось формальное необходимое наследование и наследование материальное.

Формальное необходимое наследование появилось, вероятно, немного позже, нежели институт завещания, а возможно даже одновременно с ним. Поэтому оно относилось поначалу к ius civile и лишь позднее (в период поздней республики и принципата) признало его право преторское.

Необходимое наследование в цивильном праве связывалось с формальным требованием, согласно которому sui heredes должны быть назначены наследниками либо определенно лишены наследства: sui heredes instituendi sunt vel exheredandi. Назначение наследника могло быть в произвольной части (доле), даже символической. В основе приведенного правила лежало мнение о том, что наследодатель должен подумать обо всех sui heredes и ни одного из них не обойти молчанием (praeterire). В случае неупоминания наступало целиком либо частично наследование необходимое. При лишении наследства (exheredatio) требовалось употребление слова exheres. Это требование отменил лишь Юстиниан. По цивильному праву лишение наследства полностью зависело от усмотрения наследодателя. Поначалу оно выполняло функцию сохранения единства крестьянского хозяйства. Наряду с хозяйственными переменами оно предназначалось, главным образом, для наказания и обесславливания (notae causa). Неосновательное лишение наследства расценивалось тогда как заслуживающее морального порицания. Известно было, однако, также exheredatio bona mente (с добрым намерением). В качестве примера можно привести лишение наследства психически больного сына с одновременным назначением внука и алиментным отказом в пользу сына.

Сын, находящийся во время составления завещания под властью отца, должен был быть лишен наследства nominatim (с указанием имени). Как правило, делалось это поименно, например, в формуле: Titius filius meus exheres esto (пусть мой сын Тиций будет лишен наследства). Если же завещатель имел только одного сына, достаточно было формулы: Filius meus exheres esto. В случае его неупоминания все завещание было недействительно и наступало необходимое наследование.

Другие sui heredes (дочери, внуки и дальнейшие нисходящие, uxor in manu), находящиеся под властью наследодателя, могли быть лишены наследства общей фразой (inter ceteres). В таком случае достаточно было генеральной клаузулы, например сeteri omnes exheredes sunto (вce остальные пусть будут лишены наследства). В случае их неупоминания завещание было действительно, но обойденные наследовали вместе с назначенными наследниками. Если этими последними были sui, то обойденный получал такую же часть, как каждый из них. Если в игру вступали extranei heredes, то обойденному полагалась половина наследства. В действительност здесь имело место нарушение правила nemo pro parte testatus, pro parte intestatus decedere potest, хотя и старались его формально сохранить, истолковывая обойденных так, как если бы они были назначенными наследниками (quasi scripti heredes).

В завещании следовало упомянуть также postumus suus (ребенка, родившегося в течение десяти лунных месяцев после смерти отца – наследодателя). Postumus suus должен быть назначен наследником или лишен наследства. В отношении такого последыша (постума) правила exheredatio были те же, что и для лиц, родившихся при жизни наследодателя (lex Junia Vellea).

Форма exheredatio зависела от категории sui postumi. В любом случае неупоминание какого-либо postumus suus вызывало недействительность целого завещания.

Bonorum possessio contra tabulas (всегда сum re) появилась в конце республики. Согласно преторскому урегулированию, лица из класса unde liberi должны были быть назначены наследниками либо определенно лишены наследства. Как и по цивильному праву, institutio heredis могло относиться к произвольной части наследства, и лишение наследства зависело в дальнейшем от свободного усмотрения наследодателя, хотя безосновательное exheredatio все чаще расценивалось как морально осуждаемое.

Мужчины (кроме сыновей, также внуки и т.д.) должны были быть лишены наследства nominatim. Для женщин было достаточным exheredatio inter ceteros. Неупоминание filius familias вызывало недействительность завещания уже на основе цивильного права и поэтому наступала тогда bonorum possessio intestati. Поэтому пользовались ею даже правильно лишенные наследства. Неупомянутые иные сыновья, а также дочери и дальнейшие нисходящие могли требовать bonorum possessio contra tabulas (владение наследственным имуществом вопреки завещанию), из-за чего завещание становилось недействительным в отношении назначения наследника. Однако оставались в силе иные распоряжения, в том чисте и о лишении наследства. С заявлением о предоставлении bonorum passessio могли выступить также неупомянутые, если упомянутым стал кто-либо другой из их класса.

Материальное необходимое наследование обеспечивало некоторым наследникам, состоящим прежде всего из ближайших кровных родственников наследодателя, определенную долю наследства (portio debita, или нормальная доля). Исторически первый случай (в конце республики) касался вольноотпущенника, не имеющего liberi (родных детей), который должен был в принципе оставить патрону половину наследства как portio debita, хотя и не обязательно как наследнику, но, например, как отказополучателю. Если патрон получал меньше либо ничего, он мог претендовать на bonorum possessio contra tabulus. В постклассический период нормальная доля была уменьшена до 1/3. Юстиниан допускал иски о выполнении portio debita, если наследодатель оставил ее в чересчур малом размере.

Дальнейшее развитие материального необходимого наследования связывалось с возникшей в конце республики querella inofficiosi testamenti. Обойденные в завещании близкие родственники наследодателя – дети (подвластные и самовластные), родители, братья и сестры могли обжаловать завещание в суде центумвиров. Этот суд должен был принять решение о sponsio praeiudicialis с целью установления, было ли завещание inofficiosum, т. е. нарушающим долг наследодателя перед своими ближними (officium pietatis). Первоначально суд решал в каждом конкретном случаег согласно своему широко понимаемому усмотрению, принимая во внимание господствующие в обществе взгляды. Вероятно, большую роль играли тут (возможно, под греческим влиянием) риторы, которые ссылались на то, что завещатель был не вполне психически здоров в момент изъявления своей последней воли, или приводили аргумент, что завещатель в минуту составления завещания находился в известной степени в расстроенном умственном состоянии (например, по причине неоправданного гнева). Этот аргумент появился позднее и в правовых текстах. Такое суждение позволяло опровергнуть завещание и открыть наследование в интестатном порядке.

Querela officiosi testamenti могла быть внесена в течение 5 лет со дня приобретения наследства. Результатом судебного решения была недействительность завещания согласно ius civile с регрессивным последствием, даже если легитимированный получил что-то из наследства, но меньше следуемой ему необходимой доли. В результате решения истец получал всю свою долю ab intestatо (законную долю), а не только portio debita. Если истец выиграл спор только с некоторыми наследниками по завещанию, то все завещание было недействительным. Действительными оставались, в частности, также обременяющие оставшихся наследников по завещанию легаты, а также отпущение рабов на волю (возможно, также фидеикомиссы). Имело место здесь отступление от правила: nemo pro parte testatus, pro parte intestatus decedere potest.

Co времен Александра Севера (222 – 235 гг. н. э.) предоставлялись также иски (querela inoficiosae donationis) в случае нарушения необходимой доли при дарении между живущими.

Материальное необходимое наследование в постклассическом праве.

Вначале, как и ранее, мужчины должны быть лишены наследства nominatim, а для женщин было достаточно exheredatio inter ceteres. Постумы обоего пола должны были быть определенно лишены наследства. Позже западноримское постклассическое право отбросило эти формальные требования. В постклассический период вообще произо-шло известное смешение формального и материального наследования вопреки завещанию. Юстиниан отверг лишение наследства inter ceteres, и для нисходящих обоего пола действительно было только exheredatio nominatim (за исключением потомков дочери, которые могли быть не упомянуты).

В области формального необходимого наследования в постклассическом праве неупоминание сына либо postumi sui (обоего пола) вызывало недействительность всего завещания. Обойденная дочь в конкуренции с sui получала равное с ним участие, а при столкновении с extranei – половину наследства. Позже наступило ослабление недействительности ipso iure путем допуска обойденных к querela inofficiosi testamenti. В юстиниановской кодификации каждое неупоминание нисходящего (также postumus) вызывало недействительность завещания.

Новелла 115 предписывала назначение наследниками или лишение наследства нисходящих и восходящих. Лишение наследства либо неупоминание могло иметь место только из определяемых по таксам оснований. При их отсутствии завещание было недействительным. Неясно, однако, наступала ли при безосновательном неупоминании недействительность ipso iure, или только в результате решения, принятого по внесении querela inofficiosi testamenti. В случае правомерного (справедливого) умолчания завещание было действительно без отчетливо выраженного лишения наследства, если в нем упоминалось основание лишения наследства.

При наследовании вопреки завещанию, для обозначения размера необходимой доли принят термин quarta Falcidia, относившийся раньше только к ограничению общего размера легатов (затем также фидеикомиссов, а также дарений на случай смерти). Такому принятию названия способствовало, видимо, то обстоятельство, что в обоих случаях наследник должен получить 1/4 своего наследства.

В случае нарушения предписаний об обязательной доле использовалась прежде всего querela inofficiosi testamenti, которая выступала в то время с hereditatis petitio. Управомоченный получал признание завещания недействительным и предоставление участия в наследовании ab intestato (а не только необходимой доли). Постклассическое право допустило querela inofficiosi testamenti даже при таком неупоминании, которое вызывало недействительность завещания ipso iure. Иск этот применялся только тогда, когда управомоченный на необходимую долю не получал ее (в размере своей доли ab intestato) вообще. Если он получил ее в меньшем размере, то ему предоставлялся иск о восполнении необходимой доли (actio ad supplendam legitimam). Реформу эту следует оценить положительно, ибо санкция соответствовала цели – предоставление необходимой доли. Все же и здесь доходило до нарушения правила: nemo pro parte testatus, pro parte intestatus decedere potest.

Новелла 18 увеличила необходимую долю нисходящих. Эта доля (теперь она называлась portio legitima – законная доля) определялась для детей в одну треть от доли по закону, а если наследодатель оставил более четырех детей (так что доля каждого ab intestato уменьшалась) – в половину. В отношении же остальных управомоченных Новелла 18 не высказывалась. Следует принять во внимание, что на дальнейшее обязательной там была доля в размере 1/4 доли ab intestato.

Управомоченными на необходимую долю были поочередно нисходящие, затем восходящие и, наконец, братья только по отцу; в последнем случае только тогда, когда назначенный наследник был, либертином либо подвергся infamia (бесчестию). В юстиниановской кодификации управомочены были вообще братья и сестры (за исключением единоутробных сестер). Неясно, относилось ли это также к правовому положению после издания Новеллы 115, которая не упоминает о братьях и сестрах.

Обоснованность лишения наследства либо неупоминания определялась (до Новеллы 115) усмотрением суда.

В IV в. н. э. появляется querela inofficiosae dotis, используемая тогда, когда в результате назначения приданого наследник не получил полагающейся ему доли.

Большие изменения внесла Новелла 115. Одной из ее основных целей было объединение формального и материального необходимого наследования. В особенности, восходящие должны назначать наследниками нисходящих, и наоборот – нисходящие восходящих. Все восходящие и нисходящие ближайшей степени родства, если они не назначены наследниками в завещании, управомочены на querela inofficiosi testamenti (независимо от того, что они могли получить по закону) и на actio ad implendam legitimam (иск о взыскании недостающего до законной доли).

Введены были строгие критерии для лишения наследства, различные для нисходящих и восходящих. Критерии эти должны быть указаны в завещании. Они перечислены в 14 пунктах для восходящих, лишающих наследства либо не упоминающих своих нисходящих, и в 8 пунктах для нисходящих в отношении восходящих. Эти 8 пунктов соответствовали по содержанию части упомянутых выше 14 пунктов. К ним относились, в частности: покушение на жизнь и здоровье наследодателя, тяжкое оскорбление, чинение помех составлению завещания, определенные преступления против религии.

Среди оснований, выступающих только при лишении наследства нисходящих, можно назвать в качестве примера совершение аморального поступка против воли завещателя, а также аморальное поведение дочери либо внучки. Общими основаниями лишения наследства и неупоминания были определенные проявления неуважения к завещателю и его завещанию, а также непотребный образ жизни.

Если ни одно из перечисленных в Новелле 115 оснований не было указано, завещание становилось недействительным в отношении назначения наследника и вступало в действие наследование ab intestatо. Остальные распоряжения наследодателя были действительны. По всей вероятности, признание завещания недействительным достигалось с помощью querela inofficiosi, связанной с hereditatis petitio о выдаче законной доли.

5. Вообще необходимое наследование прошло медленный, постепенный и трудный путь развития. Оно представляется достаточно сложным и непрозрачным. Унификация наступила лишь в Новелле 115 и то не полностью. Достигнутые результаты не всегда были удовлетворительны, особенно до времен введения иска о восполнении необходимой доли наследства.