Глава 1. Происхождение школьного сленга

О происхождении школьного сленга написано очень мало.

Школьный сленг, по-видимому, был всегда, но о словаре школьников далекого и даже не очень далекого прошлого сведений сохранилось очень мало. Ведь сленг – это фольклор и, следовательно, письменно специально не фиксировался. Поэтому, рассказывая о сленге прошлого, приходится опираться на художественную литературу, мемуары и устные воспоминания. О школьном сленге до XIX века мы вообще ничего не знаем. Разве что отдельные слова. Например, "свистульки" – так еще с петровских времен называли розги для школяров. Школьный сленг начала XIX века тоже практически неизвестен. На каком сленге говорили лицеисты времен Пушкина? И был ли тогда сленг распространен или все ограничивалось прозвищами и кличками педагогов и лицеистов? Мы этого уже никогда не узнаем. Думается, сленг не мог широко употребляться среди детей из аристократических семей: они легко могли выбрать наиболее удобное слово из тех иностранных языков, на которых они свободно говорили. Настоящий сленг появился, наверное, лишь тогда, когда в школу пришли дети разночинцев. А это чаще всего были церковно-приходские школы, бурса, семинарии.

Наверное, во всех школах всегда были и будут такие слова, которые понятны любому человеку. До тех пор, пока существуют ученики и учителя, будут "домашки", "сменка", "училка", "физ-ра", "лит-ра", "матика" и т.п. Но при этом в каждой школе есть свои, нигде больше не употребляемые слова. Итак, сленг был, есть и будет в школьной лексике. Хорошо это или плохо? Вопрос, по-видимому, неправомерный. Сленг нельзя ни запретить, ни отменить. Он меняется с течением времени: одни слова умирают, другие – появляются, точно так же, как и в любом другом языке. Конечно, плохо, если сленг полностью заменяет человеку нормальную речь, – тогда это просто какая-то людоедка Эллочка. Но современного школьника совсем без сленга представить невозможно. Главные достоинства тут – выразительность и краткость. Не случайно, что в настоящее время сленг употребляется в Интернете. Даже государственные деятели высокого ранга используют в своих выступлениях сленговые выражения. "Поймаем в сортире – в сортире будем мочить их", – сказал о террористах В.В. Путин. Следовательно, нельзя относиться к сленгу как к чему-то тому, что только загрязняет русский язык. Это неотъемлемая часть нашей речи.¹

Глава 2. Виды компьютерного сленга и его влияние на грамотность подростков

2.1 Характерные черты сленга и их виды

Выделяют четыре вида сленгов:

Эмоциональные слова и выражения. Сюда относятся, прежде всего, такие лексемы, как блин, елы – палы, используемые в сленге только в качестве эмоциональных восклицаний. Слова типа корка (корки, корочки), обсад, крутняк, улет, чума и пр. Будучи использованными в качестве эмоциональных междометий, они практически полностью теряют свое значение. Особенностью всех вышеперечисленных слов и выражений является то, что они передают эмоциональное содержание в самом общем, нерасчлененном виде и потому неоднозначны. В зависимости от ситуации, данные мотивы могут выражать разнообразные – вплоть до противоположных эмоций: разочарование, раздражение, восхищение, удивление или радость. При этом более или менее адекватное "узнавание" выражаемой эмоции слушателем не может осуществиться без учета интонации, мимики, жестикуляции говорящего, а также контекста. В некоторых случаях эмоциональные слова и выражения могут передавать отношение говорящего к факту действительности более отчетливо: по ряду мотивов можно сказать, что они являются выразителями общеположительных или общеотрицательных эмоций. Эмоциональные единицы, выражающие общеположительные эмоции: клэ, зыка, зыканско, клево, в жилу, в масть, в кайф, по кайфу, потрясная шиза. Значение вышеперечисленных эмотивов может быть передано словами "хорошо", "отлично". Эмоциональные единицы, выражающие общеотрицательные эмоции: мрак, мраки, в косяк, в лом, в падлу, в падло, в подляк, кабздец котенку, смерть птенцу, бобик сдох. Значение данных эмотивов сводится к значению "плохо", "ужасно".

2. Слова и выражения с эмоциональным значением. Эти эмоциональные единицы характеризуются тем, что, функционируя в речи, они не только выражают эмоциональное состояние говорящего, но и называют переживаемую им эмоцию. Сюда, прежде всего, относятся глаголы типа: балдеть, кайфовать, тащиться, торчать, опухнуть. Необходимо отметить, что, как и в предыдущем случае, переживаемые эмоции выражаются не конкретно, а в наиболее общем виде, как состояния психологического комфорта или, наоборот, дискомфорта. В эту группу эмоциональных единиц входят эмотивы, представляющие собой, с формальной точки зрения, сочетания существительных с предлогом (типа: в кайф, в лом, в косяк и т. д). Но будучи употребленными в речи не в качестве эмоциональных междометных восклицаний, а в контекстах типа: " мне в кайф туда пойти", "мне в подляк это делать", данные эмотивы начинают передавать не только эмоциональное состояние говорящего, но и называть его, значительно конкретизируя свое значение: в косяк – неудобно, в кайф – в удовольствие, в лом – лень, в подляк – в противоречие внутренним моральным принципам. Вышеприведенные сочетания демонстрируют промежуточные положение между высказываниями с эмоциональным значением и категориями состояния.

3. Слова с эмоциональным компонентом значения. Данные эмотивы имеют определенное значение и эмоциональный компонент, передающий эмоциональное отношение говорящего к слушающему. Среди единиц этого разряда преобладает лексика, которую мы склонны характеризовать как фамильярную. При этом под фамильярностью подразумевается эмоциональный оттенок, занимающий первую ступеньку в ряду эмоций: фамильярность – презрение – пренебрежение – унижение. Слова данного лексического слоя не имеют оценочного значения, но употребление этих эмотивов в речи демонстрирует фамильярность говорящего по отношению к предмету речи, выражающегося в стремлении снизить его (предмета речи) социальную значимость. Так в речи школьников имеются жаргонизмы: училка, классуха, папик (представитель старшего поколения). Употребление этих выражений не имеет функции оценки называемых людей (училка – это не "плохая учительница", а просто учительница), но наглядно демонстрирует намеренье говорящего снизить общественный статус этих людей в глазах слушающего и в своих и тем самым повысить собственный.

В употреблении жаргонизмов молодыми людьми более старшего возраста также прослеживается тенденция использования фамильярной лексики по отношению к социально значимым явлениям, традиционно уважаемым в обществе: родителям (предки, черепа); взаимоотношениям между мужчиной и женщиной (клеить, снимать); умершим и самому факту смерти (жмурик, свежачок, крякнуть, ласты надуть и пр.) и т. д. От чего это происходит? Явления, значимые с точки зрения социальных норм, зачастую трактуются молодыми людьми как ценности "отцов" и уже поэтому воспринимаются скептически. В некоторых выражениях фамильярность проявляется из– за обычности, привычности, бытовой приземленности вышеперечисленных явлений (ящик – телевизор, палка – электрогитара, грести – идти, хавальник – рот)

Еще одну значительную группу слов с эмоциональным компонентом значения составляет презрительная и пренебрежительная лексика. В отличие от фамильярной лексики она обладает оценочным компонентом значения. Разграничить презрительный и пренебрежительный оттенки в эмотивах достаточно трудно. Понимая условность подобного разделения, мы исходилииз положения, что у пренебрежительных слов эмоциональный компонент значительно ярче оценочного (карась – простак, наивный человек; синяк – пьяница и т. д.). У презрительных же слов преобладает оценочный компонент (овца, мочалка – девушка; долбак, фофан – дурак, глупый человек). Необходимо добавить, что и презрительная, и пренебрежительная лексика зачастую используется в качестве бранной. Представлена в сленге и лексика с положительной эмоциональной окраской: лапа – симпатичная девушка; кадр – шутник; пеструнцы – малыши и т. д. Количество подобной лексики относительно невелико.

4. Эмоциональные речения. По своей форме они сходны с побудительными конструкциями, имеющими "значение волеизъявления, адресованного собеседнику". Но в отличие от этих конструкций, эмоциональные речения отнюдь не предлагают немедленного исполнения адресатом воли говорящего, тем более, что с логической точки зрения, это было бы абсурдно ("иди ты ежиков паси", "иди ты в пень", "иди ты пустыню пылесось"). Все эти речения демонстрируют раздражение говорящего собеседником и, как правило, желание прекратить общение с ним.

Таковы основные разряды сленговой лексики, связанной с выражением чувств и эмоций. Конечно же, становится ясно, что в имеющихся эмотивах отражен далеко не весь спектр эмоциональных переживаний и состояний человека. Но не следует забывать о том, что молодежный сленг достаточно быстро обновляет свой лексический состав, пополняясь новыми единицами, и уже поэтому дальнейшие исследования в данной области могут привести к неожиданным и интересным результатом.

2.2 Но в чем же отличие компьютерного сленга от сленгов других типов?

Имея дело с компьютерным сленгом, мы имеем дело с некоторым синтезом всех четырёх групп сленгов:

1) эти слова служат для общения людей одной профессии - программистов или просто людей, использующих компьютер для каких-то целей;

2) компьютерный сленг отличается "зацикленностью" на реальности мира компьютеров. Рассматриваемые сленговые названия относятся только к этому миру, таким образом, отделяя его от всего остального, и зачастую непонятны людям несведущим. Например, не каждому человеку станет понятно выражение "трехпальцевый салют", которое обозначает сброс компьютера нажатием клавиш Ctrl-Alt-Del. Благодаря знанию такого специального языка, компьютерщики чувствуют себя членами некой замкнутой общности;

3) в числе этой лексики нередки и достаточно вульгарные слова. Таким образом, эти три наблюдения не позволяют причислить компьютерный сленг ни к одной отдельно взятой группе нелитературных слов и заставляют рассматривать его как явление, которому присущи черты каждой из них. Это и позволяет определить термин компьютерный сленг, как слова, употребляющиеся только людьми, имеющими непосредственное отношение к компьютерам в повседневной жизни, заменяющие профессиональную лексику и отличающиеся разговорной.

Приведем интересный пример: мальчишки, одобряя велосипед товарища или новый фильм, говорили 15 лет назад – клево!, 5 лет назад – прикольно!, 2–3 года назад – рульно!, а сейчас – зачОт!