Золото и серебро

Помимо серебра и золота, добывавшихся путем эксплуатации рудных месторождений, эллинистические государства получили огромные запасы золота и серебра, хранившиеся до того времени в сокровищницах покоренных эллинами царей востока. В руках эллинистических властителей и представителей высших слоев населения, а также в сокровищницах греческих храмов сосредоточились огромные и невиданные до той поры в Греции богатства, состоявшие в значительной своей части из различных золотых и серебряных изделий. О количества этих накоплений можно судить хотя бы по тому факту, что святилище на острове Самофракии, которое по своему значению не могло равняться с целым рядом других эллинских святилищ и храмов, обладало 1000 талантов золота (26196 кг), когда оно было разграблено пиратами в I в. до н.э.

Вся эта масса драгоценного металла хранилась далеко не только в форме монет или слитков, но в значительной своей части перерабатывалась на изделия, главным образом на предметы утвари и украшения. Роскошь достигала в эллинистическую эпоху небывалых до того времени размеров. Эллинистические цари и богачи в буквальном смысле слова ели и пили на золоте и серебре – не только из золотых и серебряных блюд и чаш, но и на золотых и серебряных столах, лежа на украшенных этими же металлами клинах. Кроме того, как это показывает исследование эллинистических некрополей, золото и серебро в гораздо большей степени, чем прежде, проникли в обиход и более широких слоев населения среднего достатка. Понятно поэтому, что золотых и серебряных дел мастера, главным образом торевты и ювелиры, должны были широко развить свою деятельность, чтобы удовлетворить повышенный спрос на их изделия. К сожалению, мы очень мало знаем о том, насколько этот подъем торевтики и ювелирного дела сопровождался развитием техники обработки золота и серебра.

Насколько можно судить по описаниям роскошных золотых и серебряных сосудов, треножников, ламп и других предметов художественной утвари, украшавших собой празднества при дворе Птолемеев, и по тем колоссальным ценам, которые римляне эпохи первых римских императоров платили за изделия греческих торевтов эпохи эллинизма, техника и искусство этих мастеров достигли высокой степени совершенства. Образцов этих изделий в оригинале не сохранилось¹, и некоторое приблизительное о них представление мы можем почерпнуть только из серии довольно простых по своей орнаментации серебряных сосудов, большая часть которых найдена в греческих колониях северного Причерноморья, и из рассеянных по разным музеям художественных

фрагментов. Для истории техники этот материал, однако, в настоящее время почти ничего дать не может, в виду того что он только в очень незначительной своей части был подвергнут детальному изучению; изученные изделия – как, например, два изображенные на рис. 82 рельефа из Милетополя, близ Пергама, интересовали исследователей главным образом художественной стороной изображений, а не техникой работы.

Рис. 82. Рельефы на серебряных сосудах

Рельефы из Милетополя служили украшениями донышка серебряных сосудов, по всей вероятности плоских чаш или тарелок, входивших в состав чисто декоративных сервизов, которыми богатые греки того времени любили украшать свои столовые. На одном из них изображена голова Силена, на другом – голова оратора и политического деятеля Афин IV в. – Демосфена. Оба рельефа, по всей вероятности, были сделаны в Пергаме в середине II в. до н.э. Изображения вычеканены и затем отделаны от руки резцом. Медальоны были залиты внутри свинцом и припаяны к стенкам сосуда. Некоторые детали изображений были позолочены простым наложением золотых листков на серебро. По поводу этой последней детали необходимо сделать оговорку.

Выше нам уже приходилось говорить о том, что техника золочения путем амальгамации была известна Витрувию, который говорит, что без ртути нельзя хорошенько позолотить серебра и меди. Позолота серебряных сосудов из Гильдесхейма, которые датируются эпохой Августа, т.е. современны Витрувию, действительно вся исполнена путем амальгамации. С другой стороны, если мы вспомним, что греческая торевтика V и IV вв. еще не была знакома с этим способом золочения, то само собой возникнет предположение об изобретении его в эпоху эллинизма. И действительно, в описании плавучего дворца Птолемея IV (умер в 204 г.) Калликсен упоминает, как о чем-то достойном быть особо отмеченным, о позолоченных при помощи огня шляпках медных гвоздей и медном дверном молотке одной из парадных дверей этого сооружения. Отсюда следует, что амальгамация применялась уже в III в. и что техника медальонов из Милетополя является в этом отношении отсталой.

Об отливке отдельных частей сосудов в эллинистическую эпоху мы будем говорить в связи с ювелирным делом.

Золотые и серебряные украшения эллинистической эпохи сохранились до нашего времени в большом числе в виде венков, диадем, ожерелий, браслетов, перстней, серег и т.п. В художественном отношения они значительно отличаются от таких же более древних греческих изделий, главным образом благодаря обильному использованию в них, наряду с металлом, и цветных камней. С технической же стороны в них в общем господствуют те же приемы обработки металла, которые применялись и ювелирами V и IV вв. Исключение составляет лишь широкое применение форм для отливки и тиснения в них целых поделок или их частей. На рис. 83 изображена половинка такой формы, хранящейся в Британском музее. Она сделана из стеатита и имеет неправильную, несколько удлиненную форму. На одной стороне формы сделаны углубления для отливки серьги в виде полумесяца и другой серьги, заканчивающейся львиной головой. На другой стороне той же формы – углубления для изготовления

ручки сосуда с растительным орнаментом и с двумя отростками в виде голов птиц, статуэтки Бэса, статуэтки Гарпократа и круглого медальона с изображением головы Медузы.

Рис. 83. Форма для литья

Некоторые из этих углублений – как, например, ручка для сосуда, медальон с головой Медузы и обе серьги – снабжены каналами, по которым металл вливался в форму после соединения обеих ее половинок на шипах, отверстия для которых сохранились на той стороне формы, где отливались серьги. Другие же углубления – фигурки Бэса и Гарпократа – не имеют каналов, откуда можно заключить, что эти углубления были предназначены не для отливки, а для тиснения в них тонких золотых листов, которые вбивались в углубления при помощи

маленьких деревянных или металлических молоточков, иногда с применением воска для смягчения удара.

Техника отливки поделок в таких формах остается вопросом спорным. Пернис произвел ряд опытов над античными каменными формами для отливки металла и убедился в том, что подобные формы, во-первых, не дают четких отливок и, во-вторых, почти всегда не выдерживают соприкосновения с расплавленным металлом и гибнут. Отсюда он делает вывод, что в большинстве каменных форм отливались не самые поделки, а лишь восковые модели для них, с которых затем приготовлялись глиняные формы для отливки металла по способу утраченной восковой модели. Однако, не все исследователи согласны с выводами Перниса. Существует предположение, что древние применяли какой-то нам неизвестный способ прямой отливки металлических изделий в каменных формах.

Каменные формы для тиснения и отливки металлических изделий применялись еще в глубокой древности в Египте, Трое и в Греции Крито-Микенского периода. Знакомы с ними были и греки архаической эпохи. Однако в V и IV вв. эти формы, по-видимому, совершенно вышли из употребления, о чем можно заключить, во-первых, по отсутствию находок подобных форм данной эпохи и, во-вторых, из того обстоятельства, что даже парные украшения этого времени (например серьги) всегда несколько отличаются одно от другого в деталях и, следовательно, не могли быть изготовлены в одной и той же форме. В эллинистическую эпоху, наоборот, этот технический прием вновь возродился и получил широкое распространение. Выливались, как мы видели, не только украшения, но и части предметов утвари, например, ручки металлических сосудов. В этой отрасли производства, следовательно, наблюдается то же стремление эпохи эллинизма к механизации производственных процессов, которое с особой силой сказалось в переходе, в это же приблизительно время, на отливку бронзовых статуй в разъемных формах, а также в керамическом производстве.

Из технических приемов, применявшихся ювелирами эллинистической эпохи, следует упомянуть еще о перегородчатой эмали. Единичные случаи украшения золотых предметов стеклянной массой, которая в расплавленном состоянии вливалась в заготовленные для нее гнезда, известны и по ювелирным изделиям V и IV вв. Однако в это время доминировало стекло, которое в холодном состоянии вставлялось в золотые поделки. В эллинистическую же эпоху сочетание эмали с золотом стало обычным явлением, и техника перегородчатой эмали, видимо, была полностью освоена эллинистическими ювелирами.