Улица. Ночь.
____________________________________________________________________
Катя. Ох, сейчас ноги совсем отвалятся.
Олег. Вот черт, хоть бы одно такси за всю дорогу!
Катя. Говорила – пошли на метро.
Олег. И так на него полжизни уходит.
Катя. Когда после дискотеки – пусть уходит. (Жалобно.) Посидим немножечко?
Олег. Давай.
Садятся на скамейку.
Катя. Тебя не заругают, что так поздно?
Олег. У меня свой ключ.
Катя. А меня Жанна пополам перепилит. А ты здорово танцуешь!
Олег (скромно). Музыканты – они все к танцам способные.
Катя. Так я тебе и поверила.
Олег. Между прочим, ты сегодня уже второй раз недоверие выражаешь.
Катя. Извини, я нечаянно. Я тебя не таким по письмам представляла.
Олег. Лучше или хуже?
Катя. Ты – другой. Нет, не так. Ты бываешь очень разный...
Олег (не сразу). Катя, я тебе правда должен одну вещь сказать...
Катя. Потом. Вон там какая звезда?
Олег. Не знаю. А вот погодка к утру разгуляется. Махнем завтра на лодке?
Катя. Утром созвонимся. «Ты свисни, тебя не заставлю я ждать...» Чьи стихи?
Олег. Беллы Ахмадулиной?
Катя. Точно. Роберта Бёрнса. Пошли? (Уходят.)
ЗАТЕМНЕНИЕ
У ждановичей
____________________________________________________________________
Звонок в дверь. Алеша идет открывать. Входит Олег.
Олег. Привет, старче.
Алеша. Привет. Что случилось?
Олег. Дай куснуть. Совсем замотался, поесть некогда.
Алеша (приносит бутерброд). Все воспитанность проявляешь? (Олег молчит.) Выходит, она не такая уж мымра, как ты боялся? Может, познакомишь?
Олег. Могу. Только сначала расскажу ей про всю нашу туфту, король переписки Алексей Жданович! Заварил кашу, а я расхлебывай.
Алеша. Ты не очень-то захлебнулся.
Олег. Врать не люблю! Я такой, я сякой... Надоело интеллигента тире интеллектуала из себя изображать. Хватит! Пусть с таким как есть водится, а нет...
Алеша. Правда, а вдруг – нет?
Олег (мрачно). Её дело. Только когда она меня Алешей называет...
Алеша. А ты вели Аликом. Так и меня и тебя звать можно.
Олег. Завтра на лодке едем кататься– выложу ей все без остатка.
Алеша. С ума сошел?
Олег. Я ей уже два раза пытался все рассказать, да она почему-то слушать не хочет.
Алеша. Мы с тобой как договорились? Походишь с ней три дня – и отвалишься. Вот и отваливайся!
Олег. Да тебе-то что, если она узнает, что я – Олег Шорохов?
Алеша. Тебе не понять.
Олег. А ты поднатужься, растолкуй.
Алеша. Ну, привык я за два года с ней переписываться. Я о себе всякое рассказывал... Мне нестерпимо будет, если она подумает, что я ей врал...
Олег. Ты что, с ней опять переписываться хочешь?
Алеша. Если у вас с ней... Ну, серьезно...
Олег. Ты о себе говори. Хочешь?
Алеша. Олег, я тебя очень прошу ничего Кате не говорить... Пока не уедет.
Олег. И что же я за кретин такой?
Алеша (радостно). Значит, обещаешь?
Олег. Но учти, тебе это обойдется!
Алеша. Ясно! Когда-нибудь я тебе тоже пригожусь!
Олег. Не когда-нибудь, а завтра.
Алеша. Почему?
Олег. У меня завтра соревнования: первенство Москвы среди юношей по боксу, а я буду с Катей целый день на лодке кататься.
Алеша. Значит...
Олег. Значит, участвовать в соревнованиях будешь ты! Вместо меня и под моим именем. И не вздумай отказываться!
Алеша. Ты соображаешь, что несешь? Я боксерских перчаток в жизни не нюхал!
Олег. Понюхаешь. Вот они, родимые (достает перчатки).
Алеша. Но мне нельзя боксировать.
Олег. И не придется. В спорте что главное? Чтоб неявку не записали. А ты явишься, отметишься как Олег Шорохов. Там меня пока никто не знает. Вызовут – поднимешься на ринг...
Алеша. Это где канаты?
Олег. Умница! Что значит культурный ребенок.
Алеша. А форма?
Олег (отдает сумку). Все здесь – и форма, и боксерки. Главное, когда выйдешь на ринг, вовремя прими боевую стойку. Вот так встань. (Показывает.) Ну-ка, изобрази. М-да... Придется малость потренироваться.
Алеша. Мне некогда.
Олег. Всем некогда.
Алеша. Но меня мама ждет...
Олег. Всех мама ждет. А так же и не мама.
Алеша. А драться как?
Олег. Я тебе дам драться! Слушай дальше и усекай. После гонга идешь к центру, бодро становишься в стойку – и всё.
Алеша. Как – всё?
Олег. Стой на месте как вкопанный, смотри на противника зверем – пусть он сам думает, что с тобой дальше делать. А стукнет тебя для разведки легонечко...
Алеша. Как стукнет?
Олег. Тут ты сразу падай, и мучениям твоим конец.
Алеша. Мертвым притвориться?
Олег. Ну-ну, не переигрывай. Полежи, поскучай, пока рефери до десяти сосчитает. Потом вставай как ни в чем не бывало, скромненько переодевайся, не вступая в лишние разговоры, и топай себе домой.
Алеша. Только и всего?
Олег. А ты чего хотел? Золотой медали? В следующий раз. А в этот раз – мне засчитают поражение, противнику – победу, и все будет в ажуре.
Алеша. Вот уж не ожидал – в боксерах очутиться.
Олег. Да, брат, вранье – это как цепная реакция. Сумку до завтра спрячь подальше, чтоб, неровен час, мать не наткнулась. А то она нам такой реквием устроит...
Алеша. Олег, что я слышу?! Откуда такие познания в музыке?
Олег. Приходится расти в соответствии с заложенной в меня программой. Да, у тебя нет стихов Бёрнса?
Алеша. Зачем тебе?
Олег. Раз спрашиваю, значит, надо. Так есть?
Алеша. Найдутся. (Достает с полки книжку.)
Алеша. Ну, победы тебе в бою, Олег Шорохов! (Уходит.)
Олег. Голову не потеряй, Алеша Жданович...
ЗАТЕМНЕНИЕ