Философия древнего востока

Немецкий философ Карл Ясперс ввёл в историю философии понятие «осевое время». Это период с VIII по II века до нашей эры, когда в духовной жизни наиболее крупных цивилизаций древнего мира произошёл переворот, определивший основные направления дальнейшего развития общественного сознания передовых стран – вплоть до сегодняшнего дня. Помимо греческой философии сформировались основы ветхозаветной религии в Иудее, в Иране возникло учение пророка Заратуштры-Зороастра, в Индии начал свою проповедь Будда, а в Китае обучали молодёжь Конфуций и Лао-цзы. Первые философские идеи в странах Востока и, в меньшей степени, в Греции были тесно связаны с религиозно-мифологическими представлениями о мире. Только грекам удалось полностью отделить философию от религии и теологии (богословия), поэтому восточные учения некоторые историки называют предфилософией или протофилософией. Ядро предфилософии – философия религии. Предфилософскими являются прежде всего взгляды мыслителей древней Индии и древнего Китая, они дошли до нас практически в неизменном виде, ибо духовной жизни Востока присущ определённый консерватизм. (Только в XX веке, когда Индия и Китай вступили на путь независимого «догоняющего» развития, там встал вопрос о синтезе традиционных учений и достижений западной мысли. Мао Цзедун, к примеру, развернул кампанию критики Конфуция, а индийские коммунисты попытались соединить древнюю веданту с марксизмом).

В Индии, после завоевания этой страны кочевниками-ариями во II тысячелетии до нашей эры, установился жёсткий кастовый строй (видимо, для того, чтобы потомки побеждённых не смешивались с потомками завоевателей). Каста отличается от сословия или класса тем, что попасть туда можно лишь по праву рождения. Высшей кастой Индии считались жрецы-брахманы, передававшие свой статус по наследству, от отца к сыну. Брахманы были настолько уверены в своей незаменимости, что, в отличие от египетских жрецов, более терпимо относились к инакомыслию. К тому же в раздробленной на отдельные княжества древней Индии зачастую отсутствовала сильная государственная власть (это давало возможность инакомыслящим избегать репрессий), а религия, которую исповедовали арии (ведизм-брахманизм-индуизм), не отличалась чёткостью представлений. Триада главных богов (Брахма, Вишну и Шива), среди которых не выделен однозначный «лидер» (наподобие греческого Зевса), плюс множество второстепенных богов, плюс боги могут воплощаться в разных обликах-«аватарах» (вокруг Кришны, одной из аватар Вишну, сложился целый отдельный культ). А самое интересное – боги не имеют никакого отношения к посмертной судьбе людей, они, как и люди, подчинены закону «риты» (смены мировых циклов) и закону «кармы» (воздаяния по заслугам). В соответствии с последним законом бессмертные души людей переселяются (реинкарнируют) после смерти одного тела в другое, причём не обязательно человеческое. Как точно сформулировал поэт Владимир Высоцкий: «Пускай живёшь ты дворником – родишься вновь прорабом, а после из прораба до министра дорастёшь, но если туп как дерево – родишься баобабом, и будешь баобабом тысячу лет - пока помрёшь. Досадно попугаем жить, гадюкой с длинным веком, не лучше ли при жизни быть приличным человеком?». Улучшить свою карму (и посмертную судьбу) можно с помощью «дхармы» (исполнения своего долга), однако в чём этот долг состоит?

Древни арии – дальние родственники славян, их язык санскрит похож на славянский. И название их главной религиозной книги – Веды – понятно без перевода: книга веления, знания. Книга эта столетиями складывалась из разных текстов (наподобие Библии), последняя её часть – Упанишады (сидящие у ног учителя) – посвящена рассуждениям брахманов, комментирующих ведическое вероучение для молодёжи. Из Упанишад выросли основные ортодоксальные (основанные на авторитете Вед) религиозно-философские школы. Позднее стали появляться и неортодоксальные, критикующие Веды – буддизм и джайнизм, к примеру. Но сначала стоит вспомнить школу локаята-чарвака (чар-вака или «чарующая речь»), которая вызвала такую тревогу у брахманов, что тексты сторонников этого учения целенаправленно уничтожались. Начав с изучения бытия, чарваки в итоге просто сняли вопрос о бессмертии души, карме и дхарме, встав на позиции материализма и атеизма, объявив человека чисто телесным существом, обладающим разумом и чувствами. Живём на земле один раз – и жить надо так, чтобы (как сказал один писатель) «не было мучительно больно». Брахманы, храмы и обряды не нужны. Действительно, опасное для религии учение. Однако если материя понимается как воспринимаемое органами чувств вещество, то разве можно увидеть или понюхать мысли, эмоции, сны? От проблемы различия между душой и телом так просто не отмахнуться. Так как же сделать так, чтобы душе было хорошо?

Школа санкхья, исследуя бытие, проповедует первичность «пуруши» (человеческого Я) по отношению к «пракрити» (материи) – понимание этого является основой правильной жизни. Тело для души как костюм для актёра – снял, повесил на гвоздик, и дальше пошёл (оказывается, не Шекспир первый сказал «Весь мир – театр, и все мы в нём актёры»). Ньяя и вайшешика занимались вопросами логики (в том числе наиболее общими понятиями – категориями), а также онтологии (в частности, пришли к идее мельчайшей материальной частицы, которую греки позднее назвали атомом). К ним примыкает йога – учение о способах достижения «мокши» (освобождения от сансары) с помощью специальных упражнений – асан. Йоги также первые пришли к идее единобожия, их бога звали Ишвара.

Самое популярное ортодоксальное учение, веданта, вводит такие понятия, как «атман» (душа человека) и «брахман» (мировая душа). Выйти из «сансары» (бесконечной цепочки-круговорота рождений и смертей) можно, памятуя о том, что атман – часть брахмана, и должен воссоединиться с ним, преодолев «майю» (мировая иллюзия, которой является разделённая на различные уровни реальность). Это учение немного напоминает сюжет американского фильма «Матрица». Впрочем, и сторонники веданты занимались проблемой поиска истины, которую делили на абсолютную и относительную. Естественно, конечной целью познания мира является (как сказали бы христиане) «спасение души». Для мимансы основное понятие этическое – дхарма, которое схоже с понятием «долг» (как в песне поётся: «А значит, надо просто помнить долг – от первого мгновенья и до последнего…»).

В VI веке до нашей эры, согласно преданию, в Индии жил царевич Гаутама, которому его отец создал идеальные условия существования. Когда же царевич узнал о наличии в мире страданий и смерти, он ушёл в лес и занялся медитацией. Уход в отшельники в Индии считался началом третьей, самой почётной части жизни мужчины (после того, как он в молодости отдал долг государству, а в зрелые годы создал семью и вырастил детей). Но и путь аскетизма, отказа от мирских благ, не понравился Гаутаме. После долгих медитаций на него нашло озарение, и он стал Буддой (просветлённым), проповедуя свои взгляды ученикам. Он осознал четыре благородные истины: человеческая жизнь состоит из страданий (ибо бытие несовершенно), причиной страданий являются наши желания, но есть «срединный» путь избавления от страданий, и этот путь – отказ от желаний. «Восьмеричный путь», предложенный Буддой (восемь необходимых добродетелей - правильно мыслить, правильно действовать, правильно говорить и т.д.) так же сложен, как путь, предложенный Иисусом в Нагорной проповеди, и разные буддисты (а буддизм был постепенно вытеснен брахманами из Индии на восток, в Китай, Монголию и Японию, в России сегодня буддизм исповедуют буряты и калмыки) понимают его по-разному. Есть узкий путь (для монахов) и широкий путь (для простого народа), второй путь можно в принципе соединить с чем угодно – с язычеством, с аврамическими религиями (иудаизм, христианство, ислам), ведь вопрос о боге (богах) не является для буддистов принципиальным. Все боги – аватары Будды. Можно даже нарисовать картинку буддийского «рая» для душ праведников. Однако сам Будда учил другому.

Он исходил из брахманистского представления о бессмертии души, которое исключает философскую постановку вопроса о жизни и смерти (а эта проблема актуальна как для христиан, так и для атеистов). Какой смысл лишать жизни тело, если душа переселится в другое и будет страдать дальше? Вот саморастворение души в бытии действительно даёт избавление от страданий, или нирвану. Душа состоит из мыслей и чувств, и необходимо (с помощью медитации, к примеру) очистить душу от всякого содержания, сделать её пустой. Можно, конечно, возразить, что в процессе реинкарнации душа тоже, как правило, теряет память о предыдущих воплощениях, однако что-то ведь переселяется из тела в тело. Будда предложил считать душу всего лишь неким потоком отдельных психических состояний, лишённым единой первоосновы – он лишил душу статуса субстанции. Эта исторически первая попытка решить главную этическую проблему (достижения счастья) породила (через позднейшее обожествление Будды) одну из трёх мировых религий.

Джайнизм, возникший как неортодоксальное учение примерно в одно время с буддизмом, за пределы Индии не вышел – лишь воины Александра Македонского рассказывали, вернувшись из похода, о виденных там голых мудрецах-«гимнософистах» (действительно, одно из течений джайнизма проповедует голый образ жизни). Однако неприемлимость джайнизма для большинства людей заключается не в этом. Встав на позиции агностицизма (признания непознаваемости мира), рассуждая о множестве существующих субстанций (в их число они включали вещество, движение, пространство, время, жизнь), джайнисты «на всякий пожарный случай» ужесточили позаимствованный у йогов-вегетарианцев принцип ахимсы (непричинения вреда живым существам). Даже муравья нельзя раздавить – а вдруг в его теле «отбывает срок» посмертного наказания душа какого-то человека, и мы можем ухудшить и его судьбу, и свою карму? (Карму, кстати, они понимали не только как закон, а и как вещество, которое можно испачкать или очистить). И ходили истинные джайнисты с марлевой повязкой на лице (чтобы насекомое не вдохнуть) и веником в руке (дорожку перед собой подметать). Это они ещё про микробов не знали…

Подводя итог индийской предфилософии, можно сделать следующий вывод: в рамках ведическо-брахманистских религиозных представлений решить проблему о соотношении души, тела и материального мира достаточно сложно, а для выхода за пределы религии индийцам не хватало знаний. А вот древние китайцы философствовали по-другому. Представления о природе они позаимствовали из религии - цикличность мирового развития (знаменитый шестидесятилетний цикл, к примеру, в котором годы обозначаются названиями двенадцати животных и пяти стихий), мировая энергия «ци» (аналог йоговской «праны»), работа с которой положена в основу гимнастики «цигун», борьба противоположностей «инь» и «янь»… (Это позволяет предположить наличие в мышлении китайцев элементов диалектической логики). Представления о богах в Китае не были развиты, скорее китайцы почитали духов – как природных (вроде дракона – хозяина воды), так и духов предков. Ещё они поклонялись безличному «небу», сыном которого считался император – он и был служителем этого культа. А в домах рядовых китайцев стояли алтари с именами умерших предков, жертвы им в дни поминовения приносили главы семейств. В силу особенностей этой религии в древнекитайских государствах отсутствовали храмы и жречество (что давало определённые возможности свободомыслящим), зато имелся мощный слой чиновничества, отвечавший за централизацию государственного управления.

Страна, постоянно боровшаяся с нашествиями кочевников, нуждалась в сильной армии и сильной власти, обеспечивающей решение хозяйственных задач. Но такое устройство общества неизбежно порождало конфликты между государством и личностью, и именно эта проблематика волновала одного из двух наиболее известных китайских философов – Кун-цзы или, в европейской транскрипции, Конфуция (551 – 479гг. до н.э., основное сочинение «Книга Весны и Осени»). Конфуций отождествил государство с большой семьёй, где император – отец подданных, а они (прежде всего «благородные мужи», ибо женщин на древнем Востоке полноценными людьми не считали) – его дети. Взаимоотношения между ними должны строиться на основе принципа «жень» (человечности), который внедряется в поведение людей посредством соблюдения многочисленных ритуалов.

Учение Конфуция понравилось правящей в его государстве династии и стало официальной идеологией, а самого Конфуция ученики после смерти пытались обожествить. Однако после смены династии изменилась и идеология – школа т.н. «фацзя-легистов» (законников) задала резонный вопрос: кого должен больше чтить «благородный муж» - родного отца или императора? Должен ли он отречься от родителя, пошедшего против государя или предать государя из уважения к родителю? Выяснилось, что учение Конфуция слишком упрощает проблему взаимоотношений человека и общества.

Так же, как и учение старшего современника Конфуция, Лао-цзы (604-? гг., основное сочинение «Дао дэ цзин» ), который вошёл в историю в качестве основателя «даосизма», базовым понятием этой школы является «дао», которое чаще всего переводят как «путь» или «закон», может пониматься и как «причина» или «сила». Спору нет, природа и общество подчиняются каким-то законам, однако даосы сомневаются в возможности их рационального познания. И чтобы по незнанию не пойти против «дао», лучше всего придерживаться принципа «невозмутимого согласия» (к примеру: «спокойно сиди на берегу реки, и труп твоего врага когда-нибудь проплывет мимо»). Лучший правитель, соответственно, тот, у которого в государстве всё происходит как бы само собой, без «ручного управления». У учеников Лао-цзы можно позаимствовать для нашего времени лишь убеждённость в существовании мирового порядка, частью которого является борьба противоположностей «инь» и «ян», мужского и женского, тёплого и холодного и т.п.