Первичные казачьи сообщества и Великое княжество Московское.

Одним из первых на возможный потенциал казачества обратила внимание администрация Великого княжества Московского.

Военные реформы Ивана III, привели к роспуску феодальных дружин и появлению новой вооруженной силы Российского государства – отрядов служилых людей. Они делились на поместное ополчение, служившее за земельное жалование и служилых по найму. К последним относились городовые казаки и станичные казаки, нанимавшиеся на службу из вольных людей, в том числе и вольных казаков, посадского и черносошного населения, детей боярских. Найм на службу получил название верстание. Городовые и станичные казаки проживали артелями, имели внутреннее самоуправление и выборных старшин и атаманов. За службу они также получали земельное жалование. Но оно выделялось не на служилого человека, а казачью общину-артель. По службе городовые и станичные казаки подчинялись местным воеводам и собственным атаманам. Срок службы жестко не регламентировался. Поэтому казак мог выйти из службы, возвращаясь или в свое дослужебное сословное состояние, или превращаясь в вольного казака с условием выхода за пределы государственного администрирования. Уход с казачьей службы не прерывал связи с ней. При желании, ушедший мог туда вернуться.

Роспуск феодальных дружин привел к пополнению казачества дружинниками, не вписавшимися по различным причинам в новую конфигурацию великокняжеской службы. Это привело к резкому росту казачьих общин, готовя новый этап развития казачества уже в качестве особого этноса, объединенного особым складом жизни, ментальности и общественного устройства.

Исторические условия и особенности развития казачества в XVI в.

Новый XVI век стал временем быстрого развития «вольного казачества».

Местом его формирования стала территория «Дикого поля», южнорусских и украинских степей между Доном, верхней Окой и левыми притоками Днепра и Десны и верховья реки Южный Буг. В политическом отношении оно представляло пространство, на котором после распада Золотой Орды, не существовало устойчивых административно-государственных структур. Русская и Польско-литовская администрация заканчивались в основном в пределах лесостепной полосы и продвигалась на юг все столетие, оставаясь длительное время очагами, располагавшимися вдоль основных водных магистралей. Татарская администрация концентрировалась вокруг столичных центров, где находилось оседлое земледельческое население. Кроме этого существовал район основных традиционных татарских и ногайских кочевий. Остальная территория или не входила в состав окружающих государственно-территориальных образований, или контролировалась ими весьма условно.

В то же время природно – географические условия обширного степного района Подонья, Поднеповья и Приднестровья, а также Прикавказья превращали его в удобное место для торгово-экономических коммуникаций

и объект потенциальной земледельческой колонизации со стороны русского и украинского населения. Этому противостояли татарские и ногайские ханства, значительную часть экономики которых составляло кочевое и пастбищное скотоводство.

Столкновение интересов Московского государства, Польско-Литовского государства, татарских ханств и Османской империи делало Причерноморье,

Приазовье и Северный Кавказ зоной перманентного геополитического и этно-религиозного конфликта, что мешало его освоению и приводило к переносу части государственных функций в этих районах на самодеятельность, образующегося казачьего этноса.