2. Виды и типы девиации
Система социальных норм общества создает представление о надлежащем поведении людей. Однако повседневное поведение людей в обществе, реальные отношения между индивидами всегда сложнее и богаче, чем выработанный стереотип. Общество являет собой динамическую систему, которая саморазвивается, а вместе с обществом поддаются изменению и его фундаменты — социальные нормы. Одной из форм, в которой фиксируются, что происходят в обществе изменения, выступает девиантное поведение. Однако природа девиации не простая: так, например, каким бы существенным изменениям не поддавалось общество, есть «вечные» нормы, попрання к торых ни при каких условиях не станет нормой, не превратив при этом общество в череду животных (убийство, любые формы насилия, злодейство и др.).
Девиация являет собой отклонение от социальной нормы, обусловленное комплексом био-психо-соци-альных причин. Девиация социальная — только наличие общества с системой социальных норм может породить феномен отклонения. Девиация естественная, как естественная система социальных норм, причем девиация также не всегда и вовсе не обязательно носит негативный характер и, конечно, не следует отождествлять девиацию с преступлением. Без девиации остановился бы социальный прогресс. Девиации присущ историзм, потому что то же поведение по-разному оценивается в разные исторические эпохи. Основная социальная мотивация отклонения видится в том, что возникает ситуация, когда социальные потребности и социальные интересы или группы индивида, обусловленные характером и степенью социальной самоидентификации, не отвечают социальному статусу, из чего возникает потребность в социальной мобильности, но средству социальной мобильности вступают в противоречие с социально одобряемыми идеалами общества.
Причины девиации разные теории объясняют по-разному. Процесс формирования девиантного поведения непосредственно связан с процессом социализации личности, хотя порою бывает сложно найти факторы социализации, которые впоследствии направляют этот процесс в другое русло. Чаще всего эти факторы могут казаться малозначимыми и даже игнорироваться при анализе. Именно на биологические и физиологичные факторы обращают внимание в своих теориях Ч. Ломброзо, Э. Кретшмер и В. Шелдон. В соответствии с их взглядами, определены физические черты личности определяют отклонение личности от нормы. Так, Шелдон выделяет три основных типа человеческих черт, которые непосредственно влияют на склонность личности к девиации. К таким типам Шелдон относит эндоморфный тип (полнота, округлость и мягкость форм здания человека), мезоморфный тип (атлетичное телосложение, розвита мускулатура), эктоморфный тип («сухое» телосложение, худоба). Каждому из вышеупомянутых типов Шелдон отнес в соответствие определенный вид поведения и, соответственно, склонность к девиации.
На факторах, связанных с внутренним психическим миром человека, строится объяснение причин девиации психоаналитической теорией 3. Фрейда. В ней конфликты, свойственные внутренней природе личности, выступают в качестве источника девиации. «Я» и «сверх-я», по мнению Фрейда, постоянно сдерживают силы биологической сущности человека — несознательного. Однако в жизни человека случаються моменты, когда внутриличностные конфликты между «Я» и несознательным или между «сверх-я» и несознательным прорывают психическую оболочку личности. Тогда наружу прорывается биологическое внутреннее содержание личности, не знающей культуры содержание.
Как представляется, последний аспект психоаналитической теории непосредственно приближает нас к собственное социологического толкования природы и причин поведения, которое отклоняется. Здесь действительно обращается внимание на то, что девиация связано скорее не с физиологичными или психическими свойствами человека, а с той конкретной культурно-исторической средой, в которой он существует. Больше всего обстоятельно разработаны разные аспекты социологического объяснения причин девиации в теориях Э. Дюркгейма и Р. К. Мертона. Они обращают особенное внимание на процесс «удачной» или «неудачной» социализации личности. Успешность ли адекватность процесса социализации, с этой точки зрения, обусловленная тем, что личность не только способна пассивно адаптироваться к системе социокультурных норм общества, но также обнаруживает в этом процессе творческую деятельную активность. Запреты культуры не воспринимаются личностью болезненно, творческая линия поведения выстраивается не в плане поиска обходных лазеек преодоления запретов, но в плане конструктивной деятельности, на них что опирается. Запрет выступает в качестве формы социальной идентификации личности — чем больше запретов, принятых личностью, тем более личность вовлечена в социокультурную реальность. В этом содержании культурное поведение индивида есть ожидаемое, предсказуемое поведение.
В этом ключе рассматривается, например, проблема самого первого института социализации личности — семейства. Большое количество в обществе «неблагополучных», неполных семейств, повсеместный разрыв семейно-семейных связей, отсутствие живого контакта представителей разных поколений, что подменивается, но не заполняется в плане воспитания и социализации современными средствами коммуникации, резко снижает воспитательную функцию современного семейства. Институты образования, ориентированные на использование новых информационных технологий, то есть средств передачи информации без личного участия Учителя, неспособные воспитать полноценную личность. Отсюда крайнюю остроту принимает вечная проблема родителей и детей — формируется поколение, которое принципиально не способно и не настроено понимать своих предков. В действительности, ряд ключевых понятий в системе социальных норм предыдущих поколений попросту не имеет никакого содержания для поколения нового. К таким ценностям можно отнести ценности семейства (норма для представителей младшего и старшего поколений жить раздельно), ценность Батькивщины, родины, защиты границь (новые информационные технологии разрушают всякие пространственные границы между государствами, зачем тогда ценою жизнь защищать границы физические? Батькивщиной представляется та сфера или деятельности даже конкретная фирма, которая наилучшим образом способна оценить способности личности, а выходит, в свою очередь, и защитить ее интересы), существенной трансформации поддались понятия длинное, порядочности, справедливости.
Однако проблема складывается не столько в том, что происходит естественная трансформация социальных норм во времени и пространстве, сколько в том, что их новая совокупность никак не способна образовать систему. Они хаотические и чаще всего взаимно исключают одна другую. Дюркгейм называл такое состояние общественного сознания аномией. Аномия — это такое состояние, при котором личность не имеет твердо сформированного социального статуса, в связи с чем отсутствует и стабильность, то есть предсказуемость в выборе линии поведения. Именно ано-мия, по Дюркгейму, выступает в качестве основы девиантного поведения. С ним полностью согласен Т. Парсонс, который , в свою очередь, понимал состояние аномии в обществе, как результат реализации воли выбора без наличия стойкого восприятия действительности, взаимосвязей с основными социальными институтами, такими как семейство, государство.
Роберт Мертон предлагает для объяснения поведения, которое отклоняется, теорию аналогии, в которой акцент сделан на другой причине — разрыве между целями общества и социально одобряемыми средствами их достижения. Причину зарождения аномии в обществе Мертон видит в том, что появляется значительное число индивидов, которые не могут выплывать тем социальным нормам, что они одобряют. Так, Мертон пришел к выводу, что в реальном американском обществе реализовать цель любого американца — стать богатым с помощью социально одобряемых путей (традиционных методов — получения хорошего образования, профессиональной подготовки и рабочего места с высоким денежным содержанием) — для большинства населения невозможно. А поскольку законные способы достижения этой цели остаются недоступными, отдельные личности прибегают к незаконным способам, то есть к девиантным формам поведения.
Мертоном была разработанная типология поведения личностей в их отношении к целям и средствам :
1) конформист — принимает как культурные цели, так и институциональные средства, одобряемые в обществе, лояльный член общества;
2) новатор — достигает социально одобряемые цели неинституциональными средствами;
3) ритуалист — принимает институциональные средства, абсолютизируя их, но цели, к которым он стремится с помощью этих средств, игнорирует;
4) изолированный тип — не принимает ни традиционных культурных целей, ни институциональных средств их достижения;
5) мятежник — отступает от существующих и одобряемых целей и средств, желая создать новую систему норм и ценностей, а также средств их достижения.
В типологии социальных отклонений выделяются и такие типы девиантного поведения, как культурные и психические отклонения, индивидуальные и групповые отклонения, первичные и вторичные отклонения, культурно одобряемые отклонения, культурно осуждаемые отклонения.
Структурный анализ девиации допускает рассмотрение трех взаимозависимых компонентов : человека, как субъекта девиантного поведения; нормы, как критерию оценки девиантности или конформности поведение; и внешнего объекта (человека, группы, организации), который реагирует на поведение. Эти факторы, рассмотренные с учетом конкретной социальноисторической и пространственно-временной ситуации, определяют специфику отдельных видов отклонений.
Да, по степени общности норм, от которых производится отклонение, можно выделить отклонение от групповых норм и от общеобязательных. Девиация может носить негативный характер (отклонения, которые ведут к деструкции социальной системы, деструкции или коллектива самого индивида). К резко негативным формам девиации можно отнести преступлению, наркоманию, алкоголизм, проституцию и др. Также можно говорить о позитивном девиации. Она возникает тогда, когда старая система социальных или норм конкретная социальная норма, будучи институциализированной (особенно правовая), в то же время не отвечает действительному положению дел в обществе, тормозит развитие социальных отношений. Другой вариант позитивной девиации наблюдается у так называемых «гениальных» представителей общества (см. спорную, но интересную работу Ч. Ломброзо «Гениальность и безумие»). Действительно, будучи сверходаренным в одной узкой сфере, гений может достаточно слабо ориентироваться в системе социальных норм общества, в котором он живет. О таких людях говорят: «Он не от мира этого». За достижение общество «закрывает глаза» на много поступков гениев, но, в то же время, общественное сознание не делает для себя стереотипом поведения поведения гения.
Основной же встречается типа девиации, так називана нейтральная девиация являет собой незначительное отступление от норм, что не имеет пагубных последствий, как для общества в целом, так и для индивида. Собственно говоря своему нейтральная девиация «нормальная». Ненормальным, то есть девиантным, именно скорее стоило бы назвать абсолютно конформное поведение.
Скажем еще несколько слов по поводу негативной девиации, о самой ее опасной для общества форме — отклонении от норм права, то есть преступлении. Здесь представляется важным обратиться к вопросу формирования преступного поведения и преступного сознания. Преступное сознание формируется, очевидно, так же, как и нормальное, в процессе правовой социализации личности, в частности, при посредничестве институтов правового образования и правовой культуры. Как представляется, сейчас именно в сфере правового образования наблюдается состояние социальной аномии. Причина здесь видится в следующем: слишком часто мотиваци-онная установка получения правового образования далека от идеалов правовой культуры. Знание законов превращается из молчаливого одобрения общества в панацею от всяческих «бед» — неудач в бизнесе, политику и других сферах жизнедеятельности общества. Правовое образование трансформируется в знание того, каким образом закон может быть безнаказанно обойден. И беда здесь, конечно, не в самой идее правового образования и правовой социализации, а в том, что в обществе, которое переживает состояние правовой аномии, отсутствуют четкие социально одобряемые представления о таких фор-мообразующих принципы системы права в целом, как справедливость, гражданственность, порядочность, правоверность, воля.
Когда гражданственность понимает как способ осуществления своего личного правового суверенитета, а не как единственная форма участия в осуществлении справедливости, в конечном счете, можно воспитать законопослушных граждан и грамотных юристов, но скелета правоверности (такой формы гражданского сознания, в каком отсутствует или возведенная к минимуму раздвоенность между «знанием законов» и «уверенностью в справедливости их приложения») не привить. Отсюда, в основе личности как существа социального будет внутреннее противоречие, что рано ли поздно выплеснется энергией зла, той или другой формой девиантного поведения.
Человек порожден свободным, а вовсе не становится свободным в процессе социализации через воспитание и образование. Суть образования вообще и правового образования в частности сводится к выявлению исконной воли каждой личностью. Человек свободный — это людин порядочный — это людин справедливый — это людин культурный.
В типологии социальных отклонений выделяются и такие типы девиантного поведения, как культурные и психические отклонения, индивидуальные и групповые отклонения, первичные и вторичные отклонения, культурно одобряемые отклонения, культурно осуждаемые отклонения.
Структурный анализ девиации допускает рассмотрение трех взаимозависимых компонентов : человека, как субъекта девиантного поведения; нормы, как критерию оценки девиантности или конформности поведение; и внешнего объекта (человека, группы, организации), который реагирует на поведение. Эти факторы, рассмотренные с учетом конкретной социальноисторической и пространственно-временной ситуации, определяют специфику отдельных видов отклонений.