§ 22. От идеи мировой революции к поиску выхода из международной изоляции

Коминтерн: «первый этаж» советской внешней политики. Определяя причины победы большевиков в гражданской войне, необходимо иметь в виду и международный фактор. Широкомасштабная интервенция иностранных государств не состоялась прежде всего потому, что правительства ведущих стран Европы и США испугались растущего движения своих народов в поддержку русской революции. В Германии и Австро-Венгрии разразились революционные грозы, под напором которых рухнули эти крупнейшие европейские монархии. В марте 1919 г. премьер-министр Великобритании Д. Ллойд Джордж констатировал: «Вся Европа насыщена духом революции. Глубокое чувство не только недовольства, но гнева и возмущения царит в рабочей среде против условий существования до войны. От одного конца Европы до другого больше не удовлетворяет массы весь современный строй с его политическим, социальным и экономическим укладом».

Эта ситуация рождала у большевиков известную эйфорию. Казалось, еще чуть-чуть — и европейский пролетариат сольется в едином революционном потоке. Но для этого, считал В. И. Ленин, опираясь на российский опыт, необходимо создать единый центр по руководству мировой революцией. Вне всякого сомнения, ведущая роль в нем должна принадлежать большевикам как зачинателям революционного пожара. Под руководством этого центра в каждой стране будут действовать новые революционные партии-близнецы.

В марте 1919 г. в Москве состоялся I конгресс Коммунистического Интернационала. Конгресс принял Манифест к пролетариям всего мира, в котором призвал рабочих объединиться на принципах пролетарского интернационализма в революционной борьбе за свержение буржуазии и установление диктатуры пролетариата.

II конгресс Коминтерна, работавший в Петрограде, а затем в Москве летом 1920 г., констатировал в своем Манифесте: «Коммунистический Интернационал есть партия революционного восстания международного пролетариата... Дело Советской России Коммунистический Интернационал объявил своим делом». Красная Армия в это время рвалась к Варшаве. Коминтерн заявил о возможности объединения Советской России и советской Германии как первого шага на пути создания Федерации советских республик всего мира.

II конгресс сформировал руководящий орган Коминтерна — Исполнительный Комитет (ИККИ). Его возглавил Г. Е. Зиновьев. И хотя Коминтерн создавался как объединенный штаб коммунистических партий по организации мировой революции, он, в силу того что РКП(.б) фактически являлась государственной структурой, стал нелегальным проводником интересов России рв своих странах.

Вместе с тем РСФСР, а затем СССР как суверенное государство отстаивало свое право, свое место в мировом сообществе при помощи официальной внешней политики.

Смена ориентиров: «второй этаж» советской внешней политики. Неудачные для России итоги советско-польской войны и спад революционной волны в Европе заставили В. И. Ленина более трезво взглянуть на идею мировой революции. Он пришел к выводу, что Европа еще не готова к мировой пролетарской революции, но и у мирового капитала нет сил для удушения советской республики.

Не отрицая в принципе идею мировой пролетарской революции, В. И. Ленин отодвинул ее на далекую перспективу. Он предложил пролетариату перейти от тактики штурма капитализма к тактике его осады. Ленина теперь больше занимали проблемы нормализации отношений с мировыми державами и широкое привлечение иностранных капиталов в страну.

Дореволюционная Россия имела дипломатические отношения с 31 государством. На момент принятия первой советской конституции (10 июля 1918 г.), провозгласившей создание РСФСР, новое государство не получило дипломатического признания ни одной страны, за исключением Германии.

Первые международные акты — мирные договоры — были подписаны РСФСР лишь в 1920 г. с государствами, еще недавно входившими в состав Российской империи,— Эстонией, Литвой, Латвией и Финляндией.

Прорыв. И все же, несмотря на яростное неприятие идеологии и практики большевизма, ведущие державы мира были вынуждены вступить в контакты с советским государством: Экономические интересы были превыше всего. В марте 1921 г. после длительных переговоров было заключено торговое соглашение с Великобританией. Причем советской стороне удалось настоять на включении в текст договора обязательства воздерживаться от враждебных действий друг против друга.

Вкраплением политических моментов характеризовалось и советско-германское торговое соглашение, подписанное в мае 1921 г., по которому торговому представительству РСФСР передавались функции и дипломатического представительства. Фактически это означало юридическое признание Советской России Германией. В течение 1921 г. советское государство подписало торговые соглашения с Норвегией, Италией. К лету 1921 г. в активе советской дипломатии имелось II торговых договоров с ведущими странами Европы.

Генуэзская конференция. Весной 1922 г. в Генуе (Италия) для решения европейских экономических и финансовых проблем была созвана международная конференция. Приглашение на конференцию получило и Советское правительство.

Это был дебют советской дипломатии. К нему очень тщательно готовились. Сценарий поведения советской делегации разрабатывался В. И. Лениным (первоначально предполагалось, что он лично возглавит ее). Советское руководство решило использовать конференцию, на которой было аккредитовано множество журналистов из разных стран, прежде всего в пропагандистских целях, для формирования имиджа пролетарского государства как государства миролюбивого, борющегося за мир и всеобщее разоружение. Этим проблемам был посвящен доклад наркома иностранных дел Г. В. Чичерина.

Однако руководителей стран Антанты интересовали иные проблемы.. Они потребовали от Советского правительства уплаты всех государственных долгов России, возвращения иностранным предпринимателям всей национализированной собственности либо возмещения нанесенного ущерба. Сумма долгов составила 18,5 млрд. золотых рублей.

Советская делегация выдвинула контрпретензии странам Антанты: возместить России потери, связанные с интервенцией и экономической блокадой, в размере 39 млрд. золотых рублей.

После небольшого совещания британский премьер-министр Ллойд Джордж огласил текст заявления, похожего скорее на ультиматум. Его смысл сводился к одному слову: «нет».

Рапалльский договор. Но советская делегация не впала в уныние и не пошла на попятную. В ее дипломатическом портфеле было двойное дно. И оно раскрылось на следующий день. Утром 16 апреля 1922 г. руководители иностранных делегаций узнали, что минувшей ночью русские и немцы встретились в предместье Генуи Рапалло и заключили договор о восстановлении дипломатических отношений и широких экономических контактов. Этот договор помог Советской России прорвать кольцо политической и экономической блокады.

Заключение Рапалльского договора стало неприятным сюрпризом для стран-победительниц. Оно было расценено ими как попытка пересмотреть европейские принципы послевоенного устройства, в основе которых лежало ущемление статуса Германии, побежденной державы, и дипломатическая и иная изоляция России в целях предотвращения проникновения «коммунистической заразы» в другие страны.

«Новый курс» Коминтерна. Несмотря на реальные экономические и политические перспективы, открывающиеся перед Советской Россией после заключения Рапалльского договора, идея мировой революции продолжала доминировать во внешней политике большевистского руководства. И когда в 1923 г. внутриполитическая ситуация в Германии вновь обострилась, Коминтерн принял решение «подтолкнуть» мировую революцию. В Германию была направлена бригада Коминтерна во главе с членом ИККИ К. Радеком, выделены значительные денежные средства.

Однако революционная волна в .Германии быстро пошла на убыль. Попытки представителей Коминтерна стимулировать восстание германского пролетариата в Руре, Саксонии, Гамбурге потерпели провал. Неудачей закончились и попытки поддержать сентябрьское восстание 1923 г. в Болгарии.

Отказаться от политики активного разжигания мировой революции Коминтерн решился только в конце 1926 г., когда стало совершенно очевидным, что подобные попытки авантюристичны. Г. Е. Зиновьев ушел в отставку. Его место занял Н. И. Бухарин. Вместе с тем идеологи Коминтерна сделали существенную оговорку: стабилизация капитализма носит временный и неустойчивый характер, т. е. идею мировой революции не надо прятать в дальний угол.

А пока во всех европейских странах Коминтерн усиленно создавал коммунистические партии и прокоммунистические общественные организации, оказывал им материальную помощь, ставил во главе их послушных Москве руководителей. Все коминтерновские структуры были переориентированы теперь не на разжигание мировой революции, а на формирование положительного образа СССР в общественном мнении своих стран.

Признание. По мере того как большевистская власть укрепляла свои позиции внутри страны, стабилизировалось и положение СССР на международной арене. 1924—1925 гг. вошли в историю международных отношений как период дипломатического признания советского государства.

Начало положили прагматичные англичане. Сразу после смерти Ленина, в феврале 1924 г., между СССР и Великобританией были установлены дипломатические отношения. В этом же году Советский Союз признали Италия, Норвегия, Австрия, Греция, Швеция, Франция. В мае 1924 г. были урегулированы отношения с Китаем и заключено советско-китайское соглашение, которое стало для Китая первым равноправным договором. Летом 1924 г. были установлены дипломатические отношения между Советским Союзом и Мексикой. Полоса признания СССР была завершена подписанием в январе 1925 г. японо-советской конвенции. На основании этого соглашения были эвакуированы японские войска с северного Сахалина и на этой части острова установлена советская власть. Всего за 1921—1925 гг. Советский Союз заключил более 40 различного рода договоров и соглашений с капиталистическими странами.

Позже других стран юридического признания СССР удостоили Соединенные Штаты Америки — в 1933 г.

Экономика: «третий этаж» советской внешней политики. Униженная Версальским договором Германия усматривала в партнерстве с СССР не столько политический, сколько экономический расчет. Отношения между странами не ограничивались только взаимовыгодной торговлей. Германия оказывала Советской республике широкую техническую помощь. Особое значение имело военно-техническое сотрудничество. Немецкая фирма «Юнкере» получила возможность, в обход Версальского договора, строить самолеты под Москвой; оружейный магнат Крупп возводил артиллерийские заводы в Средней Азии. Значительное количество советских военных специалистов выезжало на стажировки в Германию. На промышленных предприятиях СССР трудились немецкие инженеры и другие специалисты. К 1929 г. Советский Союз имел технические соглашения с 27 германскими фирмами.

Вместе с тем СССР умело пользовался ожесточенной конкуренцией между капиталистическими фирмами, создавая в рекламных целях для некоторых из них режим наибольшего благоприятствования. Так, молодому предпринимателю из США Арманду Хаммеру покровительство оказывал сам Председатель Совнаркома В. И. Ленин. При содействии Ленина А. Хаммер получил в концессию Алапаевские асбестовые рудники. Затем он взял в концессию производство карандашей. Этот «бизнес» принес Хаммеру огромные доходы. Он использовал их для скупки русских произведений искусств. Вслед за Хаммером в советскую страну устремился автомобильный король Г. Форд. В конце 1929 г. с СССР сотрудничали уже 40 американских фирм. Хотя, естественно, для разрушенной советской экономики и огромных пространств страны отдельные энтузиасты погоды не делали. Нужны были крупные государственные кредиты, а их-то как раз Советскому Союзу и не предоставляли.

Первый аккорд «военной тревоги». Определяя и меняя приоритеты внешней политики страны, ни В. И. Ленин, ни его наследники не подвергали сомнению лишь теоретическое положение об агрессивной природе империализма и неизбежности новых мировых войн. Эта установка, очень полюбившаяся Сталину, делала советскую внешнюю политику излишне подозрительный. В то же время теория мировой революции и деятельность Коминтерна внушали руководителям капиталистических держав ответные подозрения по отношению к СССР. Все это нередко рождало крайне напряженные ситуации в Европе.

8 мая 1923 г. министр иностранных дел Великобритании лорд Д. Керзон предъявил СССР обвинения в проведении антибританской политики на Востоке и в ультимативной форме потребовал в 10-дневный срок выполнения следующих условий: прекращения подрывной деятельности в Иране и Афганистане, осуществляемой из советских представительств в этих странах; прекращения религиозных преследований в Советском Союзе; освобождения английских рыболовных траулеров (арестованных, по утверждению Москвы, за ловлю рыбы в советских территориальных водах). Конфликт усугубился убийством в Лозанне (Швейцария) советского дипломата В. В. Воровского.

Советское правительство расценило «ультиматум Керзона» как грубую попытку вмешательства в дела СССР и развернуло мощную антианглийскую пропаганду. По всей стране проходили многолюдные митинги и демонстрации. Начался сбор средств на постройку воздушной эскадрильи. Но в то же время, опасаясь дальнейшего нагнетания международной напряженности, СССР удовлетворил основные требования английской стороны.

Особенно напряженным для советской страны был 1927 г. В 1926 г. советские профсоюзы, «независимые от государства», оказали значительную финансовую и материальную помощь английским горнякам, объявившим всеобщую забастовку. Английское правительство обвинило Москву во вмешательстве во внутренние дела Великобритании. Весной 1927 г. по Великобритании прокатилась волна антисоветских выступлений. 12 мая 1927 г. английская полиция совершила налет на советское торгпредство в Лондоне и штаб-квартиру советского кооперативного общества по торговле с Англией (АРКОС) для изъятия документов «подстрекательского характера». Обнаружив, по утверждению английской стороны, подобные документы, Великобритания объявила о разрыве дипломатических и торговых отношений с СССР.

В том же 1927 г. Франция потребовала отзыва советского посла X. Раковского, который в одном из писем заявил, что в случае войны будет призывать солдат «империалистических держав» к дезертирству.

В июле 1927 г. в Варшаве был убит советский полпред в Польше П. Л. Войков.

Все эти разрозненные события советское руководство во главе с И. В. Сталиным расценило как звенья единого заговора «империалистических держав» против СССР, целью которого в конечном счете является война. Это утверждение давало Сталину дополнительный аргумент в пользу быстрейшей ликвидации оппозиции, которая якобы подрывает единство партии и народа перед лицом империалистической агрессии.