37 Вопрос. «Свобода совести» в политике советского государства во второй половине 20 века.

Со временем хрущевской оттепели совпала, как ни странно, очередная антирелигиозная кампания. На религиозные организации (не только православные) шло мощное идеологическое и, экономическое давление. Важнейшие акты этого этапа - секретные постановления ЦК КПСС от 4 октября 1958г. «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам», «О недостатках научно-атеистической пропаганды», Постановления Совмина СССР от 16 октября 1958 г. «О монастырях в СССР» и «О повышении налогов на доходы епархиальных предприятий и монастырей».

Наоборот, наступление «застоя» значительно облегчило положение Церкви. Перестали закрывать храмы, семинарии, а в 1975 г. были внесены изменения Указом Президента Верховного Совета СССР в постановление ВЦИК и СНК РСФСР 1929 г. «О религиозных объединениях». Эти изменения коснулись в основном имущественных прав Церкви, и была отменена формулировка: «Религиозные объединения и группы не пользуются правом юридического лица», хотя и не декларировалось наделение религиозных объединений таким правом.

В 1977 г. была принята новая Конституция СССР. В ст.52 этой Конституции была закреплена свобода совести в СССР. Эта статья повторяла положения аналогичной ст. 124 Конституции СССР 1936 г., но содержала новое положение о том, что возбуждение вражды, ненависти в связи с религиозными верованиями запрещается. Данное положение представляется важным и свидетельствует об известном улучшении отношения к верующим в СССР.

Следует отметить важность исламского фактора. Г.Р. Балтанова писала: «Мы вынуждены признать, что прогнозы западных ученых, в частности о росте мусульманско-националистических настроений в нашем обществе, о политизации ислама, о конфликтах на религиозной почве, оказались небезосновательными». Адекватно не было оценено и «мусульманское возрождение», начавшееся в 70-80-х гг. и исламская революция в Иране. Г.Р. Балтанова: «Антиисторический подход к изучению ислама и его эволюции в нашей стране, философское обоснование тезиса о неизбежном отмирании религии при социализме, антидемократическое решение религиозного вопроса создали ложное понимание и соответствующее отношение к мусульманской религии. Ислам в нашей стране практически превратился в замкнутую систему, недоступную для наблюдения и понимания.

Его («мусульманского мира» - Б.Д.) реальная внутренняя сущность, степень влияния на население районов традиционного распределения ислама оказался для многих неожиданностью».

В конце 80-х гг. завершился советский период взаимоотношений религиозных объединений и государства. В целом он сопровождался существенными нарушениями принципов свободы совести (при формальном их провозглашении), как на уровне законодательном, так и на уровне фактического применения этого законодательства. Однако важно само по себе то, что свобода совести была провозглашена, хотя право личности на нее (главным образом, верующих) находилось в противоречии с интересами общества (которое обязано было стать атеистическим), и в результате попиралось. По сути, атеизм сменил православие в качестве государственной религии. Модель взаимодействия государства и религиозных объединений следует определить как дифференцированную - когда допускается существование различных конфессий, но объём их прав и привилегий различен (хотя законодательно в СССР и закреплялось отсутствие религиозной дискриминации).

Серьезные изменения в отношении осуществления свободы совести внесли процессы «перестройки», начавшиеся после 1985 г. В.Н. Савельев выделил 2 основных подхода в обсуждении проблемы свободы совести в дискуссиях конца 80-х - начала 90-х гг.:

1. при этом подходе абсолютизируется роль и значение религии в истории, атеисты обвиняются в бездуховности и преследовании верующих;

2. за призывами к сотрудничеству верующих и неверующих, за обще-гуманистическими оценками не просматривается собственная позиция, хотя нет и воинствующей теистической тенденции - объясняется такой подход опасением, «как бы не обвинили в догматизме и застойности мышления».

Завершен этот период был принятием нормативно-правовых актов, законодательно закрепляющих произошедшие изменения - Закона СССР «О свободе совести и религиозных организациях» от 1 октября 1990 г. и Закона РСФСР «О свободе вероисповеданий» от 25 октября 1990 г.

По закону СССР (действовавшему очень недолго) свобода совести не просто декларировалась, а в соответствии со ст. 3,4 раскрывался ее смысл. В соответствии же со ст. 5, 6 с религиозных организаций были сняты ограничения, касающиеся религиозной пропаганды - разрешалось использование ими средств массовой информации, был либерализован порядок открытия религиозных учебных заведений, вообще облегчено обучение религии. Закон РСФСР действовал вплоть до принятия ныне действующего Закона РФ «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 г., и между ними имеются определённые различия.

В большинстве главных положений (отношений религиозных объединений и государства, религиозных объединений и политических партий, права человека в этой области) российский закон повторял советский. Период действия этих двух законов М.С. Горбачев назвал «назвал золотым веком религиозной свободы». Также Закон «О свободе вероисповеданий» содержал положение о том, что ни одна религия или религиозное объединение не пользуются никакими преимуществами и не могут быть подвергнуты никаким ограничениям по сравнению с другими (ст. 10). В соответствии с Законом о свободе вероисповеданий» регистрировались не сами религиозных организации, как сейчас, а их уставы (или положения), соответственно, на регистрацию представлялся гораздо меньший перечень документов, что существенно её упрощало.

В ст. 8 Закона РСФСР утверждалось (в отличие от советского закона), что «на территории РСФСР не могут учреждаться исполнительные и распорядительные органы государственной власти и государственные должности, специально предназначенные для решения вопросов, связанных с реализацией права на свободу вероисповеданий» (ст. 8). Совет по делам религий был, можно сказать, «торжественно» упразднен 1 января 1991 года. Однако Вальер Пол считает даже учреждение Экспертно-консультативного совета при Верховном Совете СССР проявлением слишком тесного взаимодействия государства и религиозных властей. Представляется, однако, что такое мнение - результат традиционно радикального подхода американских ученых к вопросу о правах человека.

К недостаткам Закона можно отнести, например, довольно сумбурную классификацию религиозных объединений, неупорядоченность их регистрации. А.Е. Себенцов пишет: «Закон РСФСР 1990 года полностью отстранил государство от контроля за характером религиозных процессов в стране». А. Дворкин, заведующий центром священномученика Иринея Лионского, считает, что Закон «О свободе вероисповеданий» был копией закона США. В объявлении всех религий равными в тот период он видел одну из причин успеха сектантов. Его точка зрения абсолютно верной не представляется, потому что успех сектантов обусловлен, в основном, другими факторами. Однако после либерализации правовой политики в данной сфере общество столкнулось со многими проблемами. Пользуясь предоставленными свободами и ситуацией «вакуума духовности», по выражению Д.С. Лихачева, в стране развернули активную деятельность различные религиозные организации, в том числе сектантские и сатанинские. Их деятельность нарушала права граждан, посягала на интересы общества и государства в целом.

С другой стороны, государственные руководители сделали немало реверансов в сторону Русской Православной Церкви, откровенно отдавая ей приоритет, что вызывало недовольство у религиозных меньшинств, издавна проживающих на территории России, и усилило социальную напряженность. Г.Р. Балтанова отмечает дискриминацию ислама по сравнению с православием в процессе развертывания гласности и веротерпимости. Интересен, например, тот факт, что в создании Закона «О свободе вероисповеданий» самое активное участие приняла Русская Православная Церковь, которая потом этот Закон, в лице, скажем, А. Дворкина, подвергла критике. Здесь можно отметить пример того, что французский философ Ж. Деррида называл «логоцентристской репрессией» письменности - закон при толковании и практике реализации дал совсем не тот результат, на который рассчитывали, по крайней мере, некоторые его авторы.

Дискуссии продолжались, в частности, в журнале «Вопросы философии». Мнения, там высказанные, в целом отражали сложившиеся тогда в обществе взгляды на эту проблему. Так, Ю.П. Зуев предлагал решить её либо введя государственную религию (православие), либо на деле устранив фактическое неравенство различных конфессий. Уже упоминавшийся нами Ю.А. Розенбаум заявил, что «происходит клерикализация государственной жизни в России». Член-корреспондент РАН А.Н. Митрохин потребовал ориентации на патриотизм и национальные традиции в решении проблемы свободы совести. Он же призвал взяться за серьезное изучение сект.

Основную, витавшую тогда в воздухе идею выразил В.И. Гараджа, хотя и отнесшийся к этой идее отрицательно: « в интересах своей прочности государство должно признать известную сумму религиозных идей полезными или необходимыми, а может быть, и обязательными для всех граждан. () Имеется в виду, со ссылкой на национально-патриотические традиции, не какой-то вероисповедный кодекс религиозных идей («гражданская религия»), а одна из существующих религий, которая должна получить от государства особое доверие и поддержку, вплоть до защиты от «конкурентов».Этот период был завершен подписанием Президентом РФ 26 сентября 1997 г. Закона РФ «О свободе совести и о религиозных объединениях». Можно сказать, что переходный период был ознаменован началом движения к радикально-либеральной универсальной модели государственно-конфессионального взаимодействия, попыткой обеспечения абстрактного равноправия религиозных организаций.

На всём протяжении российской истории политика государства в сфере реализации свободы совести (первоначально - вероисповедная политика) характеризовалась некоторой противоречивостью и наличием нескольких векторов развития (что, в принципе, и должно быть присуще нормально развивающейся социальной системе). Однако в периоды, когда государственные деятели чётко понимали, чего они хотят добиться в духовной сфере жизни общества - дореволюционный и советский, государственная политика не строилась на радикально-либеральных принципах. Отсутствие же внятной программы действий и даже самой цели этих действий характеризовало переходный либеральный этап. На этом этапе не было обеспечено не только устойчивое развитие, но и даже стабильность социальной системы. По мнению автора работы, дальнейшее безоглядное следование той же модели в России приведёт к ещё худшим результатам.

В истории реализации свободы совести в России можно выделить 4 периода: дореволюционный (до 1917 г.), советский (1917 - 1990 гг.), переходный (1990-1997 гг.) и современный (с 1997 г. по настоящее время), и 11 этапов: 1) до 1917 г. - дореволюционный; 2) октябрь 1917г. - начало 1918г. - переходный послереволюционный этап; 3) 1918 - 1923 гг. - начало государственной репрессивной политики по отношению к конфессиям; 4) 1 июля 1923 г. (патриаршее послание о поддержке Советской власти) - 1928 г. - ослабление государственный репрессий, идеологическое противостояние; 5) 1928 - 1941гг. - новое усиление государственной репрессивной политики в отношении конфессий; 6) 1941 - конец 40-х гг., начало 50-х - временное примирение церкви и государства; 7) 1953 - 1964 гг. - очередная антирелигиозная кампания, проведенная по указанию Н.С. Хрущева; 8) 1964 - 1985 гг. - постепенное прекращение антирелигиозной кампании, нормализация отношений между конфессиями и государством; 9) 1985 - 1990 гг. - осознание на государственном уровне необходимо-сти подлинного осуществления свободы совести, соответствующее изменение советского законодательства о свободе совести и религиозных объединениях; 10) 1991 - 1997 гг. - переходный постсоветский этап реализации свободы совести; 11) с 1997 г. (26 сентября - новый Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях») - современный этап.