2. Стадиальные концепции «новой» исторической школы. В. Зомбарт и м. Вебер о формировании капитализма

«Юная» историческая школа. Молодое поколение но­вой исторической школы («юная» историческая школа), вы­ступившее на рубеже XIX и XX вв., не удовлетворилось тем сугубым эмпиризмом, на котором настаивал Г. Шмоллер, добавив к междисциплинарной широте рельефность обоб­щений — в полемике с марксизмом и между собой. Наиболее плодовитым представителем «юной» исторической школы был профессор Бреславльского университета Вернер Зом­барт (1863—1941), аттестовавший самого себя как «буржуаз­ного критика» Маркса. Зомбарт заметил, что у Маркса «бур­ная революционная страсть» часто омрачала «ясный взгляд мыслителя», но именно Маркс открыл «подлинный предмет» экономической науки — современный капитализм — и дал в «Капитале» образец метода художественного «вчувст- вования» в рост современного капитализма как «величай­шего цивилизаторского создания человеческого духа».

Главные темы многочисленных книг Зомбарта — про­исхождение капитализма и «великие человеческие типы» предпринимателей. Свои трактаты Зомбарт расценивал как «этюды», направляющие «взгляд зрителя» на какую-либо одну сторону проблемы генезиса «духа капитализма» — «Евреи и хозяйственная жизнь» (1911), «Роскошь и капи­тализм» (1913), «Война и капитализм» (1913) и т.д.

Макс Вебер (1864—1920), профессор Гейдельбергского университета, в трактате «Протестантская этика и дух ка­питализма» (1904) также обозначил оппозицию марксизму, выводя создание современной промышленности из особен­ностей протестантской религии, воодушевившей мирскую активность и придавшей ей концентрированное выражение экономической рациональности.

Своего рода промежуточное место между «новой» и «юной» исторической школами занял профессор Лейп­цигского университета Карл Бюхер (1847—1930). В своем трактате «Происхождение народного хозяйства» (1893) на основе исторического подхода к категории «капитал» он предложил обобщенную схему стадий развития хозяйства народов Западной Европы, намного более содержательную, чем схема Б. Гильдебранда.

К. Бюхер: историческая систематика форм хозяйства и капитала. Бюхер выделил три ступени по критерию дли­ны пути, проходимого продуктом от производителя до по­требителя:

1. замкнутое домашнее хозяйство — предметы потребля­ются в том же хозяйстве, в котором произведены;

2. городское хозяйство — произведенные предметы непосредственно поступают в потребляющее хозяйство;

3. народное хозяйство — предметы проходят ряд «по­средствующих звеньев», прежде чем дойти до потребителя.

С удлинением пути обмена развиваются новые формы промышленности — от работы на себя (1) и на заказ домо­хозяина (2) к городскому ремеслу (3) и далее к кустарной промышленности (4) и фабричному производству (5). Две последние формы промышленности соответствуют ступени народного хозяйства.

Эволюция форм промышленности сопровождается рас­пространением сферы влияния капитала вплоть до полного охвата им национальной экономики. На ступени домашнего производства (1) нет капитала, а имеются лишь предметы потребления в разных фазисах их годности. В производстве на заказ (2) капиталом является лишь инструмент в руках работника, изготовляющего продукт для потребителя либо дома у того, либо дома у себя; в ремесле (3) — капитал попол­няют помещение и сырье; но продукт сбывается непосред­ственному потребителю. В кустарной промышленности (4) и продукт становится капиталом, но не работника, а куп- ца-предпринимателя; раньше чем перейти к потребителю, продукт становится средством наживы одного или несколь­ких посредников-купцов — кустарь не имеет ничего обще­го с рынком сбыта своих изделий. Наконец, в фабричной системе (5) рабочий лишается капитала в виде материала и капитала в виде орудий — все составные части капитала сосредоточиваются в руках фабриканта-предпринимателя, который сам занимается и сбытом своих товаров.

В. Зомбарт: предмет политэкономии — капитализм.

Схема Бюхера снискала большую популярность, но вы­звала и резкую критику. Историки-антиковеды оспарива­ли эту схему, поскольку находили категорию домашнего, замкнутого на себя хозяйства неприменимой к экономике древнего полиса. Но главным критиком стал Зомбарт. Он усмотрел в категории «народное хозяйство» неудачную подмену категории «капитализм» и противопоставил «дис­танционному» критерию Бюхера мотивационный критерий выделения экономических стадий.

В трактате «Современный капитализм» (1902), опи­раясь на учение Аристотеля о хрематистике, Зомбарт на­стаивал, что в основу классификации хозяйственных форм должно быть положено соотношение в них деятельности, направленной на удовлетворение потребностей в конкрет­ных благах (потребительное хозяйство), и деятельности, мо­тивируемой жаждой денег (приобретательское хозяйство). От соотношения между этими видами деятельности зависит и специализация в хозяйстве, по степени которой Зомбарт считал возможным выделить стадии индивидуального (про­дукция потребляется внутри самого хозяйства), переходно­го (часть продуктов идет на продажу) и обобществленного (производство для рынка) хозяйства. Но процесс обобщест­вления не тождественен удлинению пути (не в географиче­ском, а в экономическом смысле), проходимого продуктом от производителя до потребителя. Хотя обобществленное хозяйство современного капитализма характеризуется отда­ленностью рынков, оно сопровождается таким усовершен­ствованием средств сообщения и торговой техники, которое приводит к сокращению торговых посредников.

М. Вебер: капитализм — это экономическая рациональ­ность. М. Вебер определил капитализм как такое ведение хозяйства, которое основано на ожидании прибыли посред­ством использования возможностей обмена, то есть мир­ного (iформально) приобретательства. Там, где существует рациональное стремление к капиталистической прибыли, там соответствующая деятельность ориентирована на учет капитала. Это значит, что она направлена на планомерное использование материальных средств или личных усилий для получения прибыли таким образом, что исчисленный в балансе конечный доход предприятия, выраженный ма­териальными благами в их денежной ценности, превышал капитал, то есть стоимость использованных в предприятии материальных средств.

Процесс создания капиталистического общества Вебер считал завершением «расколдования мира» в уникальных исторических условиях, сложившихся на христианском Западе в XVI—XVII вв. и обеспечивших «выход аскезы на житейское торжище»: рациональное знание — наука; рациональное право; рациональное государственное управ­ление (бюрократия) со специализированной подготовкой чиновников-профессионалов; рациональная организация предприятий, обеспечивающая максимизацию экономиче­ской выгоды.

Сотериологические основы капитализма. Ответ на во­прос, почему именно на Западе возник капитализм, Ве­бер предлагал искать в области сотериологии (от греч. «Scoxr|pia)v» — «спасение» и «А,6уо<;» — «слово», «учение»). Классифицируя мировые религии по трактовке в них во­проса о спасении, Вебер отметил, что в восточных религи­ях спасение души обретается на мистико-созерцательной основе — медитативных упражнений, «духовного просвет­ления». В западном христианстве складывалось понимание спасения души как воздаяния за религиозную аскезу, в ко­торую наряду с «умерщвлением плоти» и молитвенным служением входил труд. Религиозная Реформация XVI в. приравняла труд в рамках мирской профессии к религиоз­ной аскезе; в языках народов, принявших протестантизм, появилось слово, обозначающее одновременно профес­сию и религиозное призвание (немецкое Beruf, англий­ское Calling и т.п. в голландском и скандинавских языках, без аналогов в языках романских и славянских). Наряду с обмирщением религиозного долга верующих, снятием принципиального противопоставления церковного и свет­ского, центральным догматом протестантизма стала док­трина избранности к спасению — предопределения Божест­венной волей одних (еще до рождения) к спасению души, остальных — к гибели. Избранности к спасению нельзя заслужить, но следует уверовать в нее и видеть в профес­сиональных успехах — росте мастерства и увеличении доходов — свидетельство Божьего расположения. Дохо­ды надлежит не расточать на увеселения и приобретение предметов роскоши, а вкладывать в расширение деловых предприятий и воспринимать их процветание как внеш­нюю примету небесного покровительства и одновременно как свою религиозную обязанность, подкрепляемую упор­ным трудом и самодисциплиной. Протестантский профес­сионально дифференцированный «мирской аскетизм» превратился в «экономическую добродетель»: сложилась одухотворенная «самой интенсивной формой набожности» трудовая этика, наряду с духом территориальной экспан­сии и возникновением современной науки обусловившая уникальное развитие западного общества, дифференциро­вав его от остального мира.

Полемика Зомбарта с Вебером. Исследование Вебера стало и образцом для восхищения и подражания, и предме­том жарких споров (критики ссылались, например, на явное проявление «духа капитализма» в католических государс­твах Италии в предренессансную и ренессансную эпоху). Во главе оппонентов стал Зомбарт, черпавший вдохновение в биологизаторской философии Ф. Ницше (1844—1900) — с ее мотивами «полноты жизни», обретаемой в творческой жажде «власти, размаха, страсти».

В книге «Буржуа. Этюды по истории духовного разви­тия современного экономического человека» (1913) Зом­барт утверждал, что подход Вебера охватывает лишь одну сторону капитализма и капиталистического духа, которая вносит в капиталистическую систему хозяйства такие доб­родетели, как трудолюбие, умеренность, расчетливость, верность договору. Это как бы «тыльная» сторона «капи­талистического духа»; по словам Зомбарта — бюргерский, мещанский дух. Но на переднем плане выступает энергия предприимчивости, «воли к власти», «стремления к беско­нечности». Она вырывает людей из мира их традиционных отношений, построенных на родственных и общинных свя­зях, бросает «на путь мятущегося себялюбия и самоопре­деления».

Две стороны в единстве образуют душевное настрое­ние, которое, по мнению Зомбарта, и создало капитализм. В сфере материальных стремлений «завоевание», стрем­ление к власти равнозначно увеличению денежной сум­мы. «Стремление к бесконечному» нигде не находит для себя «столь подходящего поля деятельности, как в охоте за деньгами, этом совершенно абстрактном символе ценно­сти, который освобожден от всякой органической и естест­венной ограниченности и обладание которым все в боль­шей и большей степени становится символом власти». Капиталистический предприниматель стремится к власти, чтобы приобретать, и приобретает, чтобы добиться вла­сти.

Историческая типология предпринимательства. Пред­приниматели, по Зомбарту, — это «добытчики» прибыли, исторически сводимые к шести основным типам:

1. разбойники, особенно участники военных походов и заморских экспедиций ради добычи золота и экзотиче­ских товаров;

2. феодалы, коммерциализирующие свои земельные вла­дения (продажа зерна и шерсти, горное дело);

3. государственные деятели, насаждающие торговые и промышленные компании;

4. спекулянты, оперирующие с деньгами и ценными бу­магами, — ростовщики, банкиры, биржевые игроки, грюн- деры (учредители акционерных обществ);

5. купцы, втирающиеся в доверие к лицам, облеченным властью, и вкладывающие торговый капитал в процесс про­изводства благ;

6. ремесленники (сюда же относятся «мануфактуристы», «фабриканты» и т.п.).

Рассматривая процесс развития капитализма как орга­нический цикл с эволюционными фазами, Зомбарт считал характерными для ранней стадии капитализма («герои­ческой юности») три первых типа предпринимателей. Их душевный настрой определялся агрессивным авантюриз­мом и повышенным эротизмом, наслаждением жизнью как завоеванием. Но затем на первый план выходят «мирные» типы предпринимателей, особенно фабриканты, искушен­ные в умениях «считать и копить» и достигать соглашения со своими поставщиками, рабочими и клиентами.

Отмечая, что рационализация, деловая мораль, «ме­щанские добродетели» замещают порывы «бьющей через край» завоевательной энергии, Зомбарт, однако, не был склонен абсолютизировать этот процесс. Обращаясь к опыту современных ему американских миллионеров, он делал вывод о трех главных формах конкуренции в совре­менном капитализме: 1) конкуренция эффективностью (ценовая), 2) конкуренция внушением (реклама) и 3) конкуренция насилием, которая нашла себе применение у крупных компаний и направлена на стремление к мо­нополии. Великие предприниматели, по Зомбарту, это «люди, соединяющие в себе различные, обычно раздель­ные предпринимательские типы, которые одновремен­но являются разбойниками и ловкими калькуляторами, феодалами и спекулянтами, как мы это можем заметить у магнатов американских трестов крупного масштаба».