Договор Игоря

Вторым памятником русского законодательства в первом периоде был договор Игоря с Греками, написанный в 945 г. В этом договоре хотя большею частию повторяется то, что уже сказано в Олеговом, но есть и некоторые изменения и указания на такие стороны тогдашнего русского законодательства, которых не заметно еще в Олеговом договоре. Разбирая договор Олега, мы, конечно, не могли не заметить отсутствия в нем системы и перерыва между статьями. Причина этого заключается в том, что перед договором 911 года был заключен между Русскими и Грека ми словесный договор 907 года. Договор этот, по всей вероятности, был весьма подробен и заключал в себе условия, касающиеся различных предметов. Быть может договор этот и был записан, если не в форме трактата, то в византийских хрониках, и мог сохраняться еще в памяти народа, когда был заключен договор Олега. Но, видя нарушение словесного договора, Греки приступили к совершению письменного договора. Вот этим-то и объясняется, почему в договоре Олега не упоминается о некоторых статьях, вошедших в договор Игоря. Византийские хроники записали даже некоторые из условий словесного договора 907 года. В летописи нашей мы также встречаем известие об этом словесном договоре: «Олег же мало отступи от града, нача мир творити с царема грецкима, с Леоном и со Александром, посла к нима в град Карла, Горлофа, Велмида, Рулава и Стемида, глаголя: «имете ми ся по дань». И реша Греци: чего хощеши, и дамы ти. И запове да Олег дати воем на 2,000 корабль по 12 гривен на ключ; и потом даяти уклады на Руськия грады, по тем бо градом сидяху князи под Олегом сущи; да приходяще Русь хлебное емлютъ, ели ко хотяще; a иже придутъ гости, да емлютъ месячину на 6 месяц хлебъ» и пр. Греки подтвердили все эти условия словесного договора a потому они и не вошли в договор Олега 911 года. Итак, договор Игоря полнее, нежели договор Олега. Заметим касательно статей договора Игоря 945 года. Промежуток времени между 911 и 948 гг. был, само собою разумеется, значительнее, нежели промежуток между 907 и 911 гг. В это время некоторые статьи могли быть нарушены, a с другой стороны и сами Греки увидели невыгоды тех условий, которые они заключили с Русскими в 911 году, находясь под влиянием страха. Поэтому, хотя число статей договора и более и самые статьи подробнее, однако смысл их более или менее ограничивающий, сравнительно с договором Олега 911 года. Не разбирая всех статей Игорева договора, как или не относящихся к нашему предмету, или уже известных из договора Олега, мы пересмотрим только то, что указывает на незамеченные прежде стороны русского законодательства и общественного устройства.

1-е указание договора Игоря касается значения земщины на Руси. Так, на первой странице договора (Лавр. сп., стр. 24) мы встречаем целый ряд имен послов, отправленных в Грецию для заключения этого договора. Здесь, кроме послов от Игоря, от сына его Святослава, от княгини Ольги, мы встречаем имена послов от Сфандры, жены Улебовой, от какой-то славянки Предславы от знаменитых дружинников и от купцов. Из этого видно. что в заключении договора участвовало все общество, что в делах общественных значение князя было ограничено, и рядом с его властью рука об руку, шла власть земщины.

2-е указание касается прав и положения русской женщины. В договоре упоминаются послы от женщин — от Сфандры, жены Улебовой, и от Предславы. Из этого официального указания мы видим, что женщины в тогдашнем русском обществе имели не только семейное, но и чисто гражданское общественное значение. Общество признавало их не только, как членов той, или другой семьи, но и как членов целого общества, до некоторой степени равных мужчинам. В этом указании заключается подтверждение 3-й статьи Олегова договора, в которой значится, что жена могла иметь имущество отдельно от имущества мужа. В договоре Игоря упомянуто, что жена может иметь не только отдельное имущество, но может и распоряжаться им независимо от мужа, потому что послу от Сфандры и от Предславы могли быть не иначе, как по торговым делам; таким образом, мы здесь находим свидетельство не об одних правах по имуществу, но и о правах личных женщины на Руси. Женщины римские и германские всю жизнь были под опекой: незамужние под опекой родителей, замужние под опекой мужа, a вдовы под опекой сыновей. Русские же женщины, напротив, находились под опекой только до выхода в замужество, а вступив в замужество, они освобождались от всякой опеки. Что таким независимым положением пользовались не одни варяжские женщины, но и славянские, видно из того, что в заключении договора участвовал посол от Предславы, конечно, Славянки, что можно заключить по ее имени. Кажется с достоверностью можно сказать, что упоминаемая в договоре Предслава была вдова, ибо об ее муже в договоре ничего не упоминается, тогда как Сфандра прямо названа женою Улеба. A вдова в то время вполне занимала место мужа; мужнин дом становился ее собственностью и назывался именем. Она делалась главою семейства, и, в этом значении признанная обществом, пользовалась многими правами, как прямой, непосредственный член общины. Это, засвидетельствованное договором, общественное значение русской женщины вполне согласно со взглядом на женщину всего последующего русского законодательства. Так по Русской Правде женщина по смерти мужа делалась главою семьи, так что при ней семье не назначалось ни опекуна, ни попечителя; жена по смерти мужа по своему усмотрению управляла своим и мужниным именьем и по возрасте детей не отдавала в своем управлении никакого отчета. A по законодательству современному Судебникам, жена по смерти мужа принимала на себя и обязанности мужа в отношении к обществу, поскольку они не противоречили ее полу; так вдова даже несла воинскую службу, конечно, не лично, но высылкою в поход определенного (по ее имению) числа вооруженных людей.

3-е указание касается значения бояр. Между боярами времен Игоря были такие значительные мужи, что посылали от себя особых послов вместе с княжескими. Так, в договоре упоминаются послы: Улеб от Володислава, Прастень отъ Турда, Либіар от Фаста и др. Между боярами, отправлявшими послов, были и Славяне, как напр. Володислав. Конечно, мы не можем признать этих бояр чем-нибудь в роде феодальных баронов западной Европы потому что прежде изложенные исследования ясно доказывают, что феодализма у нас не было и не могло быть, но тем не менее нельзя не признать, что старейшие из бояр составляли сильную аристократию, имевшую свое значение независимо от службы князю, ибо если бы значение бояр заключалось в одной службе, то боярские посольства не имели бы значения при посольстве княжеском. В следующем периоде, когда значение бояр было ослаблено влиянием княжеской власти, мы уже не видим особых посольств от бояр, равно как и от других сословий земства. Так, во всех договорных грамотах князей 2-го периода и в подлинных списках посольств московских государей нет нигде и помину об особых послах от бояр[1]. Поэтому одно простое сравнение договорных грамот первого периода с грамотами второго периода ясно показывает большую разницу в общественном значении бояр, в том и другом периоде. Из трех договорных грамот первого периода нет ни одной, которая бы писалась от имени одного князя без участия бояр; даже в самой краткой из них — в грамоте Святослава упоминается имя старшего дружинника Свенельда, тогда как все договорные грамоты второго периода, за исключением новгородских, писаны от имени одного князя. Нельзя предполагать, чтобы упоминание о боярах было внесено в грамоты первого периода Греками для большего обеспечения договорных условий, ибо, как мы знаем, Греки не имели достаточных сведений о значении бояр на Руси. Доказательством этому может служить так называемый «обрядник греческого двора», составленный императором Константином Порфирородным. В этом обряднике читаем следующее: «К владетелю России посылается граммата за золотою печатью в два солида с следующим титулом: Граммата Константина и Романа, христолюбивых государей римских к князю России». Это была обычная форма, принятая византийским двором в сношениях с русскими князьями, и в этой форме нет и помину о русских боярах, послание титулуется к одному только князю; из этого ясно, что Византийцам не было известно важное значение бояр на Руси. Следовательно, упоминание о боярах в договорах первого периода принадлежит не Византийцам, a самим Русским.

4-е указание касается значения купцов в русском обществе. Из договора видно, что купцы, также как и бояре, участвовали вместе с князем в договорах с Греками и отправляли от себя послов. Это свидетельство указывает на купцов не только, как на особое сословие, но и как на людей, имевших в то время большую силу в обществе. Во 2-м периоде, когда значение их, как и всех других сословий, уменьшилось, они не принимали никакого участия в договорах с иноземными государями. Так, смоленские грамоты, хотя они имели и торговые цели, написаны от имени одного князя без участия смоленских купцов, когда бы по всему следовало быть тут купцам, так как дело главным образом касалось до них и по свидетельству грамоты 1229 года даже первоначально было ведено торговцами или купцами, как прямо сказано в грамоте: «про сей миръ трудилися добрии люди: Рольфо из Кашеня, Божий дворянин и Тумаше Смольнянин, аж бы мир был до века». Это простое сравнение договорных грамот первого и второго периодов показывает, что купцы в первом периоде пользовались высшим значением в русском обществе, какового уже не имели они впоследствии.

5- е указание (находящееся в 1-й ст. и в заключении договора Игоря свидетельствует о веротерпимости, которою отличалось русское общество времен Игоря. В договоре Руссы разделяются на крещеных и не крещеных. В 1-й статье говорится: «И иже помыслить от страны русские разрушити таку любовь и елико их крещение прияли суть, да примуть месть от Бога Вседержителя, а елико их есть не хрещено, да не имуть помощи от Бога, ни от Перуна». (Лавр. сп., стр. 24). Подобное же указание находится в заключении договора, где говорится, что даже между русскими послами были Христиане. Так, утверждая договор клятвою, русские послы говоят: «Мы же, елико нас хрестилися есмы, кляхомся церковью святаго Илии в сборней церкви и предлежащем честным крестом и каратьею.... А не крещеная Русь полагают щиты своя и мече под ноги, обруче свое, и прочя оружья, да кленутся о всем, яже тут написана на харатьи сей». (Лавр. сп., стр. 27). Эта статья служит доказательством того, что перед тогдашним русским законом все были равны, к какой бы религии кто ни принадлежал[2]. А это служит сильным подтверждением тому, что русское общество сложилось и развилось под влиянием общинных начал. Община, принимая в свои члены всех без различия, не разбирая того, кто к какому племени принадлежит, очевидно не обращала внимание и на то, кто какую исповедовал веру, ибо при разноплеменности одноверие не представляет необходимого условия для вступления в общество. При одноплеменности же и особенно при родовом устройстве общества разноверие решительно невозможно.

6-е указание свидетельствует о существовании в первом периоде письменных документов, выдававшихся правительством частным лицам. Во 2-й ст. договора говорится о проезжих Грамотах, выдававшихся князем послам и купцам, отправлявшимся в Грецию. В этой статье говорится: «Ныне же князь русский разсудил посылать Грамоты, в которых прописывалось бы, сколько кораблей послать, чтобы Греки по этому знали, с миром ли приходят корабли». Очевидно, это была совершенная новость в тогдашнем русском обществе, ибо при Игоре же, как свидетельствует та же статья договора, вместо грамот употреблялись печати для послов золотые, a для гостей серебряные. Но была ли заимствована эта новость от Греков, мы не знаем, и в договоре не только не сказано, что это сделано по настоянию Греков, но даже прямо говорится противное, т. е. так рассудил сам князь русский. Что же касается до употребления печатей, то это, кажется, было давнишним обычаем Славян, ибо они употреблялись и у Славян Дунайских[3].

7-е указание, заключающееся в 5-й ст. договора, содержит в себе уголовные законы Игорева времени о разбойниках и ворах. В статье говорится: «ежели кто из Русских покусится отнять что либо силою у наших людей, u ежели успеет в этом, то будет, жестоко наказан, a что взял за то заплатит вдвое, a также и Грек примет ту же казнь, ежели то же сделает с Русским» (Лавр. сп., стр. 25). Эта статья соответствует Русской Правде, где сказано: «за разбойника людие не платят, но вдадят ею u с женою u с детьми на поток u на разграбление». Хотя слова договори «будет жестоко наказан» не определяют собственно в чем должна состоять казнь, слова же Русской Правды «вдадят на поток и на разграбление» более определенны, тем не менее для того и другого закона остается один и тот же смысл — строгое преследование разбойников. Самая же неточность и неопределенность статьи о разбойниках в договоре Игоря произошла оттого, что наказания, определявшиеся разбойникам по законам Греции и Руси, были неодинаковы в частностях. В Греции в то время были в большом ходу и уважении пытки, которых мы не видим ни Руси до XVI в. Но в общих чертах законы о разбойниках в Греции и Руси были одинаковы — и в Греции, и в Руси разбойники наказывались жестоко. Поэтому, обе договаривающиеся стороны и не нашли нужным определять подробно, какому наказанию следует подвергать разбойников, a условились только в одном, чтобы разбойники были жестоко наказываемы, так как требовали тоги вообще законы Греции и Руси: «И то показнен будет по закону гречьскому, по уставу u закону русскому» (Лавр. сп., стр. 26), сказано в договоре. Та же статья договора заключает закон о ворах. Сравнивая закон о ворах по обоим договорам, мы находим, чти в Игорево время этот закон подвергся значительной перемене, вместо римского quadrupli (вчетверо), которое положено по Олегову договору, по Игореву договору вор обязывался платить только вдвое, т.е. возвратить украденную вещь с придачею цены ее, или же, если самая вещь не могла быть возвращена, — отдать двойную цену ее. К этим указаниям Игорева договора об уголовных законах того времени нужно присоединить свидетельство летописи Нестора о том, что в Игорево время назначалась особая вира с разбойников, которая определялась на оружие и на коней князя.

Вот и все законодательные памятники 1-го периода, которые сохранились до нашего времени. Были ли другие писаные законы в то время, этого мы не знаем; по всей вероятности их не было, и обычное право вполне заменяло право положительное.

Примечания:

[1] Договорная грамота квязя Федора Ростиславича Смоденского с рижским епскопом, магистром и ратманами (1284) начинается словами «Поклон от князя от Федора к пископу и к местеру и к ратманм. Што будет нам речь с пископом или с местером, то ведаем мы сами, а вашему гостеви nyть будет чист». Или грамота 1330 года смоленскаги князя Ивана Александровича к рижскому магистрату говорит: «Се яз князь великий смоленский Иван Александрович, внукь Глебов, докончал есмь с братом своим, с местером с рижским и с пискупом и с рыдели и с ратманы». Таким образом во всех дошедших до нас договорных грамотах, начиная с ХПІв., нигде не упоминается о боярах, как необходимых участниках договора, и нигде не встречаются послы от бояр вместе с послами князя.

[2] На веротерпимость русского общества Игорева времени указывает и древний русский пантеон, находившийся в Киеве против теремного дворца великого князя. В этом пантеоне были боги всех племен славянских, литовский, финских и др. При такой веротерпимости русского общества христианская вера, как это видно из самого договора, успешно распространялась на Руси, так что во время Игоря в Киеве была даже христианская церковь Св. Илии. Впрочем, это замечание о веротерпимости касается только жителей Приднепровья, чего однако же нельзя сказать о других местностях, напр. о Новгороде и др.

[3] Об этом свидетельствует договор Болгарского царя Крума с византийцами, писанный в 715 году, где в числе условий было сказано, чтобы купцы по своим делам являлись не иначе, как с грамотами печатями, так чтобы те из них, которые являются без печати, будут лишены своих товаров в пользу казны

Источник:

Библиотека Гумер: http://www.gumer.info/bibliotek

№ 2

ПСКОВСКАЯ СУДНАЯ ГРАМОТА

Эта грамота выписана из грамоты великого князя Александра, и из грамоты князя Константина, и изо всех приписок псковских исконных обычаев, по благословению отцов своих попов всех пяти соборов, и иеромонахов и дьяконов, и священников, и всего божьего духовенства, всем Псковом на вече, в 1397 (1467) г.

Ст. 1. Вот дела, подлежащие княжескому суду. Если обокрадут кладовую из-под замка, или сани, крытые войлоком, или воз, увязанный веревками, или ладью, заделанную лубом, или если украдут (хлеб) из ямы, или скот (из запертого хлева?), или сено из непочатого стога, то все эти случаи кражи подлежат княжескому суду, а пени (за каждый указанный случай) взыскивается 9 денег. А за разбой, нападение, грабеж (пени в пользу города Пскова?) - 70 (9) гривен, в пользу князя -19 денег и в пользу князя и посадника - 4 деньги.

Ст. 2. А (псковскому) наместнику (новгородского) архиепископа ведать свой гуд, и дел, подлежащих его суду, не разбирать (ни князю), ни городским судьям; равным образом, наместник владыки не должен вмешиваться в дела, подлежащие княжескому суду.

Ст. 3. Посадник при возведении на свою должность должен присягнуть в том, что судить ему справедливо, по присяге, не пользоваться городскими доходами, не мстить никому по вражде своим судом, не потакать на суде, дружа по родству, не наказывать правого, не миловать виноватого, а без разбора никого не осудить ни на суде ни на вече.

Ст. 4. Князь и посадник не должны производить суда на вече; судить им у князя в палатах, справляясь с законом, согласно присяге, Если же они не будут судить по закону, то да будет им бог судьею на втором пришествии Христове. А тайных поборов (с тяжущихся) не брать ни князю, ни посаднику.

Ст. 5. Если кому-либо из княжеских слуг будет назначено ехать в пригород в качестве наместника, то он должен (перед отъездом) присягнуть в том, что будет желать Пскову добра, а судит пусть справедливо, по присяге.

Ст. 6. Посадник, оставивший свою должность, обязан сам закончить разбор (начатых им) судебных и других дел, а его преемнику не пересматривать вынесенных им судебных решений.

Ст. 7. Вора, совершившего кражу в крому, конокрада, изменника и поджигателя лишать жизни.

Ст. 8. Если будет совершена кража на посаде, то дважды помиловать (не лишать жизни) виновного, а, доказав преступление, наказать сообразно со степенью вины; уличив же в третий раз, предать его смертной казни, подобно вору, совершившему кражу в крому.

Ст. 9. В случае тяжбы о полевой земле или о воде, если на этой земле окажется двор или пашня, а ответчик обрабатывает эту землю и пользуется ею или водою в течение четырех — пяти лет, то он должен (в подтверждение действительности владения) сослаться на соседей, числом 4-5. Если же соседи, которых ответчик призвал в свидетели, скажут на ставке истинно, как перед богом, что он действительно обрабатывает; спорную землю и пользуется ею или водою в течение четырех - пяти лет, а соперник его за эти годы не судился с ним и не заявлял своих претензий на землю или воду, то в таком случае его земля или вода освобождаются от всяких домогательств и ответчик не обязан присягой подтверждать свое право. А истец, не возбудивший судебного дела и не заявивший своих притязаний за указанные годы, таким образом теряет свой иск.

Ст. 10. В случае тяжбы о земле, неудобной для обработки (земле под лесом), если обе тяжущиеся стороны представят грамоты, по которым границы смежных владений не сойдутся, так что одна земля окажется в межах обоих владельцев, и тяжущиеся возьмут межевщиков, которые проведут им межи владений по грамотам того, и другого, а они, явившись в суд, заявят, что этим межеванием не довольны, тогда дело решается судебным поединком.

Ст. 11. А кто из тяжущихся одолеет своего противника (на судебном, поединке, тому присудить спорную землю согласно его грамоте).

Ст. 12. Кто же из тяжущихся потерпит на поединке поражение со своими грамотами, тому _в иске отказать и грамоты его признать недействительными, а выигравшему дело выдать на спорную землю письменное определение суда (правую грамоту); а судебных пошлин в пользу князя и посадника и со всеми сотскими взыскать 10 денег

Ст. 13. Если кто-либо будет требовать возврата отчужденной земли по праву выкупа, а у ответчика окажутся грамоты, свидетельствующие о данном владении, то дело решается по желанию предъявителя таких грамот: он может вызвать истца на судебный поединок или потребовать от него присяги, что еще не истек срок выкупа, установленный при отчуждении.

Ст. 14. Если кто-либо предъявит ко взысканию на умершего доску и станет по ней требовать с душеприказчиков отданного на хранение имущества: денег, или платья, или украшений, или какой-нибудь иной движимости, и при этом окажется, что умерший распорядился на случай смерти своим имуществом, у него написано духовное завещание и положено в городской архив, то такой иск на душеприказчиках (на основании простой доски), ни относительно хранения, ни относительно займа, ни относительно чего-либо другого, о чем не сказано в завещании, не допускается без заклада или (формальной) записи. При наличии же (формальной) записи или заклада (обеспечивающего доску), можно предъявлять иски. Точно так же, если кто-либо получил (от умершего при его жизни) имущество (на сумму, передача которой по закону должна быть обеспечиваема закладом или записью), а у душеприказчиков не окажется ни заклада, ни записи (умершего) на этого человека, они не имеют права ничего с него требовать: ни займа, ни торговой ссуды, ни хранения.

Ст. 15. Если после умершего останутся отец, или мать, или сын, или брат, или сестра, или кто-нибудь другой из близкой родни, то они могут и без заклада или (формальной) записи искать друг на друге, но не на чужих людях, как имущества, отданного умершим кому-нибудь из них, так и имущества, у него взятого кем-нибудь из них.

Ст. 16 — 17. Охранении. Если кто-нибудь (уезжая в чужую землю, или) во время пожара, или когда по грехам на него поднимется народ, отдаст на хранение свое имущество, а потом потребует его назад, а взявший начнет отрицать (факт поклажи), в таком случае истец должен заявить свой иск не позже одной недели по приезде из чужой земли, по пожаре или разграблении народом его дома; если ответчик (по прежнему) будет отказываться (от получения имущества на хранение), то дело решается по его желанию: хочет - сам примет присягу, или выйдет на судебный поединок с истцом, или же положит у креста (цену иска, предоставив присягнуть) истцу.

Ст. 18. Точно так же, если перехожий рабочий, нанимающийся в сельской волости пахать землю или пасти скот, возбудит иск о хранении или о хлебе, то суд, расследовав дело, должен решить его по желанию ответчика: хочет - сам примет присягу, или выйдет на судебный поединок с истцом, или же положит у креста (цену иска, предоставив присягнуть истцу).

Ст. 19. Кто станет требовать отданного на хранение имущества по доскам, без точного обозначения, по старому обыкновению, искомых вещей, тот теряет иск.

Ст. 20. Если кто-либо возбудит (без прямых улик) дело о побоях или грабеже, прося суд вызвать повесткой ответчика, то князь, посадники и сотские должны выяснить, есть ли у истца послух (который удостоверит), где он (в тот день) обедал или ночевал. И если послухом окажется его соночлежник или соучастник обеда, суд должен допросить и самого потерпевшего, где его били и грабили, и пусть он укажет на тех, кому об этом (тогда же) заявил. Если же тот, на кого будет сделана ссылка, будучи вызван на суд, скажет истинно, как перед богом, что потерпевший действительно заявлял ему о своих побоях и о грабеже, и послух на ставке покажет в одно слово с показаниями истца, то дело решается по желанию ответчика: или пусть он выходит на судебный поединок с послухом, или пусть положит у креста цену иска (предоставив послуху присягнуть).

Ст. 21. Если ответчиком, которому придется состязаться на поединке с послухом, окажется человек престарелый, или малолетний, или с каким-нибудь увечьем, или поп, или монах, то он имеет право выставить за себя наемного бойца, послух же (ни в каком случае) не может заменять себя наемным бойцом.

Ст. 22. Если послух, на которого сошлется истец, не явится на суд, или явившись, даст показания, не совпадающие полностью с показаниями истца - не скажет всего, или наоборот, скажет что-нибудь лишнее по сравнению с ним, - то такой послух не признается послухом, а истец теряет иск.

Ст. 23. Если истец сошлется на послуха, а ответчик (в свою очередь) также выставит послуха, говоря "истец меня сам бил с тем человеком, которого теперь призывает в послухи", то суд должен допустить и того послуха, который назван со стороны ответчика во время разбирательства дела.

Ст. 24. Если же ответчик по обвинению в разбое не выставит послуха, то для того, чтобы не руководствоваться одной только ссылкой истца, судьи должны отправить с суда своих приставов (для расследования дела на месте происшествия), а ответчика, не указавшего послуха, не признавать виновным в силу отсутствия только ссылки с его стороны. Пусть псковские судьи не удивляются (такому казусу).

Ст. 25. Если ответчик, вызываемый через пристава на суд, не пойдет на церковную площадь для слушания повестки, или же (явившись) спрячется (во время чтения, чтобы не слушать вызова), то повестку прочесть на церковной площади в присутствии священника. Если же ответчик, не считаясь с назначенным ему для явки сроком, все же не явится своевременно на суд, то судьям на пятый день выдать (новую) грамоту истцу и приставу о доставке ослушника силой.

Ст. 26. Истец, получивший (такую) грамоту (о приводе) своего ответчика задержав его в силу полученного предписания, должен представить на суд его и при этом не мучить, не бить его. А ответчик, подлежащий, согласно грамоте, приводу, не должен, при задержании, сопротивляться, если же он начнет сопротивляться с оружием в руках и совершит убийство, то подвергнется ответственности как убийца.

Ст. 27. Если произойдет драка в Пскове или пригороде, на рынке или на улице, или в сельской волости на пиру, но (при этом) ограбления не случится, и если эту драку видело много людей на рынке, или на улице (или на пиру, и из этих очевидцев человека четыре или пять, став перед, нами (судьями), скажут: "этого бил такой-то", тогда причинившего побои, выдать на их совесть избитому и взыскать с него, пеню в пользу князя. Если потерпевший будет возводить обвинение еще и в ограблении, то он должен вести иск при содействии послуха, который должен быть один, потому что в таком случае дело может решиться судебным поединком.

Ст. 28. Если кто-нибудь представит ко взысканию заемную доску, обеспеченную закладом (который должник признает своей вещью, отказываясь от самого займа), то дело решается по желанию истца хочет - сам примет присягу и получит свой долг, или положит у креста заклад, предоставив присягнуть и взять его ответчику. Решение же дела судебным поединком в долговом иске при наличии заклада не допускается. А досок, обеспеченных закладом, не признавать недействительными (в качестве доказательства на суде).

Ст. 29. Если кто-нибудь займет деньги под залог крепостных актов или какой-нибудь вещи (но не даст закладной доски), а потом, не дожидаясь взыскания со стороны кредитора или же на суде (по иску, последнего), сам потребует от него возврата заклада, (как отданного на хранение), то кредитору, представившему (на суде) заклад, не отказывать в иске долга на том основании, что у него, нет закладной доски, но верить, на слово (той долговой сумме, которую) он назовет, и решать дело по его желанию: хочет - сам примет присягу и получит деньги, или положит у креста заклад, предоставив присягнуть и взять его должнику.

Ст. 30. Разрешается давать в долг деньги без заклада или без (формальной) записи в сумме до рубля включительно. Денежные же займы на большую сумму без заклада или без (формальной) записи не допускаются. Если же кто-нибудь предъявит иск в денежной ссуде свыше рубля по (простой) доске, не обеспеченной закладом, то такой доски не принимать ко взысканию, и ответчик (не признающий долга) выигрывает дело.

Ст. 31. Если кто-нибудь предъявит ко взысканию доску, обеспеченную вещественным закладом- платьем, или вооружением, или конем, или чем-либо иным из движимого

имущества, причем стоимость заклада будет меньше искомой долговой суммы, и ответчик от него откажется, говоря: "я у тебя этого не закладывал и ничего не брал у тебя в долг", - то в таком случае заклад пусть переходит в собственность истца, а ответчик освобождается от взыскания.

Ст. 32. Если кто-нибудь поручится за должника в возврате взятых взаймы денег, а заимодавец возбудит иск о долговой сумме к поручителю, должник же, за которого ручался последний, предъявит в ответ на претензию заимодавца платежную расписку, говоря: "я, брат, уплатил тебе долг, обеспеченный этой порукой, а вот у меня и расписка в том, что истцу не требовать (больше) занятых денег ни с (самого) ответчика, ни с его поручителя", - то такой расписки не принимать на суде во внимание, если в (городском) архиве не окажется ее копии, а истцу предоставить взыскивать свои деньги с поручителя, ручавшегося по его должнике

Ст. 33. Порукой обеспечивается долг только на сумму до рубля включительно, в займах же, превышающих указанную сумму, порука не может служить обеспечением.

Ст. 34 - 35. Если кого-нибудь из псковичей обокрадут в Пскове, или в пригороде, или в сельской волости, то он должен заявить (об этом) старостам, или ближайшим соседям, или другим сторонним людям; если же (кража случиться) в (братском) пиру, то (заявить) пировому старосте или гостям, а хозяина дома, где происходит пир, это дело не касается. Псковитину (не вызывать ответчика из) волости к вольной присяге в Пскове, пусть он приводит подозреваемого к присяге в церковь, находящуюся там, где случилась покража. Точно также и жителю пригорода или сельской волости не вызывать (заподозренного в воровстве) псковитина к присяге в пригород (или в село), а приводить к присяге на месте совершения покражи.

Ст. 36. Если в долговом иске, предъявленном на основании доски, истцом окажется женщина, или малолетний, или человек престарелый, или больной, или с каким-либо увечьем или монах, или монахиня, то (такие истцы) имеют право выставить за себя (на судебный поединок) наемных бойцов; тяжущиеся должны (однако, лично) давать присягу, а наемники (могут только) сражаться на поединке. Ответчику (в свою очередь) предоставляется право, если он не желает выходить на бой с подставным бойцом истца, также выставить против него своего наемника.

Ст. 37. Если суд приговорит тяжущихся к поединку, выйдя на который, истец одолеет своего соперника, то в таком случае он получает предъявленный к последнему иск, по в случае убийства ответчика взыскание не производится, победитель имеет право только снять (с убитого) доспехи или другое (одеяние), в котором тот вышел на поединок. Если поединок состоится, то побежденный должен уплатить пеню князю и пошлину обоим приставам, по 6 денег каждому, если же тяжущиеся кончат дело мировой (до поединка), то в пользу приставов взыскивается (с ответчика) по 3 деньги, а пеня князю с него не взимается совсем, раз истец (по мировой) откажется от своего иска.

Ст. 38. Если кто-нибудь предъявит иск по доскам о деньгах, отданных для торговых оборотов, а ответчик в ответ на претензию истца представит платежную расписку, в которой говорится об уплате именно торговой ссуды, но в архиве при Троицком соборе не окажется копии этой расписки, то такая расписка признается судом не имеющей силы, (а дело решается обычным порядком, установленным для исков о торговых ссудах).

Ст. 39 Если мастер плотник или (простой) наемный работник отживет срок, на который был нанят, или окончит условленную работу, то он может требовать своей наемной платы с хозяина (который отказывается ему платить) и без предъявления письменного условия, путем устной публичной огласки своей претензии.

Ст. 40. Если дворовый наемный работник отойдет от хозяина, не дожив до срока, то он получает наемную плату по расчету зажитого времени; а предъявить иск о следуемых ему зажитых деньгах (в случае неуплаты хозяином) он имеет право в течение гада со дня ухода хотя бы работник прожил у хозяина 5 или 10 лет, раз он не получил наемной платы, за работу, то он может требовать ее за все это время. По истечении же года с момента ухода наемные Работники теряют право иска на хозяевах.

Ст. 41. Если нанявшийся на работу плотник отойдет от хозяина, не окончив работы, и станет требовать с него наемной платы, говоря ему: "я у тебя отработал всю положенную работу", - а хозяин (в ответ) скажет: "ты не отработал всей следуемой с тебя работы", - то при отсутствии у них письменного условия дело решается по желанию хозяина: пусть или положит у креста искомую сумму, предоставив присягнуть истцу, или пусть сам примет присягу.

Ст. 42. Если землевладелец захочет отказать (зависимым) земледельцу, огороднику или рыболову (пользующимся участками в его имении), то отказ должен производиться в день Филиппьева заговенья (14 ноября); точно так же, если захотят отказаться от своих участков зависимый земледелец, или огородник, или рыболов, то для отказа устанавливается: тот же срок. Никакой другой срок отказа не допускается, независимо от того, по чьему желанию он совершается - землевладельца ли или же зависимых от него земледельца, огородника или рыболова.

Ст. 42-а. Если же земледелец, или огородник, или рыболов начнут отрицать факт (формального) отказа со стороны землевладельца, то в таком случае привести их к присяге (по принесении которой) землевладелец теряет иск о следуемой ему (при отказе) части продуктов с пахотного, огородного или рыболовного участков.

Ст. 43. Если рыболов-издольщик пропустит весенний улов, то он должен заплатить хозяину рыболовного угодья столько же, сколько ему доставалось с других участков того же угодья.

Ст. 44. Землевладелец имеет права требовать с зависимых от него земледельца, огородника или рыболова и без письменного документа, путем устной публичной огласки своей претензии, подмоги — денег и всякого хлеба, указывая, какого именно: пшеницы яровой или озимой, независимо оттого, с чьей стороны состоялся отказ—землевладельца ли или же земледельца, огородника или рыболова.

Ст. 45. Кто станет требовать денег, отданных для торговых оборотов, или долга по поручительству, или имущества, отданного на хранение, или займа, или наследства, без обозначения иска, тот теряет иск.

Ст. 46. Если кто-нибудь опознает свое пропавшее имущество у другого, а этот последний скажет: "я купил (эту вещь) на рынке, но продавца не знаю", - то ответчика привести к присяге в том, что он действительно совершил покупку на рынке, а не был соучастником в воровстве; если ответчик и не представит (на суд того человека, у которого приобрел покупкой спорную вещь), но сам он ранее не был замечен в воровстве и в обществе не будет на него подозрения, то истец теряет иск.

Ст. 47. Если кто-нибудь купит (вещь) в чужой земле, или в городе, или же найдет ее где-либо, а другой признает ее своею, то дело решается так же, как (и в случае покупки) на рынке.

Ст. 48. Если кто-нибудь станет требовать с должностного лица возврата неправильно взятого вознаграждения (и при этом обнаружится, что должностное лицо) насильно отняло у Истца одежду или увело коня, говоря: "я отнял одежду или увел коня в счет обещанного", - то виновный в отнятии одежды или своде коня привлекается к ответу, как за грабеж.

Ст. 49. Княжеским слугам или приставам отправляться в служебные ни поездки вдвоем, а прогоны взыскивать из расчета по одной деньге на каждую, версту, причем независимо от того, участвуют ли в поездке двое или же трое приставов, прогоны взыскиваются в одинаковом размере. Если же княжеский слуга или пристав откажутся выехать за эти прогоны, то псковитин имеет право отправить кого угодно за те же прогоны.

Ст. 50. За написание повестки о явке ответчика в суд, или обвинительного приговора вследствие неявки ответчика, или же грамоты приставу, княжеский писец должен взыскивать с истца пошлину по таксе. Если же ж писец потребует не по таксе, то истец, имеет право написать (названные документы) где-нибудь в другом месте, и князь (в таком случае) обязан приложить к ним свою печать; а если князь откажется приложить печать, то последняя может быть приложена в архиве Троицкого собора, и это не будет изменой князю.

Ст. 51. Если земледелец станет отрицать факт получения, подмоги от землевладельца, говоря: "я жил в твоем имении, но ничего тебе не должен (подмоги у тебя не брал)", то землевладелец должен представить (в качестве свидетелей) четырех или пятерых сторонних людей, которые скажут истинно, как перед богом, что (ответчик) действительно занимал участок в имении (на началах зависимости, получив подмогу), и в таком случае землевладелец, принеся присягу, взыскивает подмогу, или же, пусть, если хочет, предоставит присягнуть ответчику. Но если землевладелец не сможет представить свидетелей того, что земледелец занимал участок в имении (на началах зависимости, получив подмогу), то он теряет свой иск о подмоге.

Ст. 52. Если истец откажется от своего иска, предъявленного к вору или разбойнику, то в таком случае и князь лишается следуемой в его пользу с ответчика пени.

Ст. 53. Если сын откажется прокормить отца или мать до их смерти и уйдет из родительского дома, то в таком случае он лишается доли, причитающейся ему из неразделенного имущества.

Ст. 54. Если человек (у которого собственник опознал свое пропавшее имущество), представит на суд или к присяге того, у кого он приобрел (это имущество) покупкой, то последний отвечает по суду перед истцом, а первый ответчик, который отвел от себя иск, является его поручителем.

Ст. 55. Если к кому-нибудь будет предъявлен иск об имуществе, оставшемся ему по наследству от отца или по завещанию, и если соседям или посторонним людям будег известно (происхождение имущества) и человека четыре или пять (из них) скажут на ставке истинно, как перед богом, что (спорная вещь) действительно получена ответчиком по наследству от отца или по завещанию, то ответчик освобождается от присяги, а истец теряет иск (на основании одних свидетельских показаний). Но если не найдется четырех или пяти человек, которые подтвердили бы истинно, как перед богом (права ответчика на имущество), то он должен принести присягу в том, что это действительно отцовское наследство.

Ст. 56. Точно так же, если кто-нибудь купил (вещь) на рынке у незнакомого продавца и покупка, будет известна добрым людям и если (потом, когда на эту вещь) будет заявлено притязание другим лицом, человека четыре или пять скажут истинно, как перед богом: "он совершил покупку в нашем присутствии на рынке, - то ответчик считается оправданным и освобождается от присяги. Если же у него не найдется свидетелей, то в таком случае привести его к присяге (по принесении которой) истец теряет иск.

Ст. 57. Если кто-нибудь потребует у князя или у посадника пристава для выемки поличного у вора, то князь и посадник должны отправить в качестве приставов людей добрых, благонадежных, Если же посланные приставы (по возвращении) скажут следующее: "приехали мы на двор (человека, заподозренного в воровстве) для обыска, и он не дал нам произвести обыска, и не пустил нас в дом, и прогнал со двора", а ответчик (со своей стороны) скажет: "те приставы, господа судьи, у меня не были", или же скажет: "были у меня, господа судьи, те приставы, и я открыл им двери дома, а они, не произведя у меня обыска, по собственной воле бежали со двора, а теперь клевещут на меня, будто бы я их выгнал", то князю и посаднику расспросить приставов: "есть ли у вас свидетели, в присутствии которых ответчик прогнал вас со двора?" Тогда приставы должны представить в качестве свидетелей происшествия человек Двух или трех, и если они, явившись на суд, скажут истинно, как перед богом: "тот человек при час прогнал тех приставов со двора и не дал им произвести обыска, — то приставов привести к присяге, а ответчика (подозреваемого в воровстве и помешавшего выемке поличного) привлечь к ответственности как вора. Если же виновными (в оклеветании) окажутся приставы, то такие приставы не признаются приставами, а истец, отправивший их, теряет иск.

Ст. 58. Не допускается явка на суд с пособниками; в судебную горницу могут входить (только) двое тяжущихся, а помощников не должно быть ни со стороны истца, ни со стороны ответчика. Исключение составляют: женщина, или малолетний, или монах, или монахиня, или человек очень престарелый, или глухой, за которых разрешается выступать на суде пособнику. Если же явится пособник за кого-нибудь, кроме лиц, перечисленных выше, и попробует насильно проникнуть в судебную горницу или ударит привратника, то его заклепать в колодку и взыскать с него рубль пени в пользу князя и 10 денег в пользу привратников.

Ст. 59. А привратникам быть одному человеку со стороны князя одному - со стороны города Пскова; они должны принести присягу в том, что не будут наказывать правого и миловать виновного. А с каждой судебного дела взыскивать им с признанного виновным по две деньги на двоих.

Ст. 60. Показаниям вора не доверять; если он оговорит кого-нибудь (в соучастии), т« произвести обыск в доме оговоренного и в случае выемки поличного привлечь его также к ответственности за воровство, если же (при обыске краденые вещи) йе будут обнаружены, то он не подлежит задержанию.

Ст. 61. Князь и посадник не должны отвергать на суде документов, подлинность которых не возбуждает сомнений, и которые составлены по установленной законом форме; что же касается подложных документов, грамот и досок, то, подвергнув их проверке, признать по суду недействительными.

Ст. 62. В любых тяжбах, на основании (простых ли) досок или же обеспеченных закладом истец имеет право, по договоренности с ответчиком на суде или даже у присяги, уменьшить свой иск, и с него не взыскивается штраф (судебные издержки), хотя бы он и совершенно освободил ответчика от взыскания, не приводя его к присяге.

Ст. 63. Если какой-нибудь зависимый земледелец откажется у землевладельца от занимаемого в его имении участка, или же если отказ произойдет со стороны землевладельца то (в обоих случаях) в момент отказа (между ними) должен быть произведен (полный) расчет: землевладелец получит следуемую ему часть продуктов (с участка), земледелец — часть, причитающуюся ему.

Ст. 64. Приставам, из числа княжеских ли слуг, или же псковичей, за поездку для вызова на суд ответчика, или для снятия с него оков, или же для наложения оков, взыскивать прогоны из расчета по одной деньге на каждые десять верст.

Ст. 65. За поездку для производства обыска по делу о воровстве пристав имеет право на двойные прогоны, взыскиваемые с того, кто будет признан вором. Если же (пристав) не обнаружит поличного, то оплата пристава и привратников производится истцом, взявшим (для своего дела) пристава.

Ст. 66. Если какой-нибудь пристав или дворянин возьмут (у ответчика) в уплату за свою поездку коня или же какое-нибудь другое имущество, то, (ответчик) должен его дать под поручительство стороннего человека или, же отвести от себя (подозрение в воровстве), и в таком случае прогоны взыскиваются с истца, не выигравшего иска.

Ст. 67. Если истец, приехавший с приставом, возьмет (у ответчика) что-нибудь из имущества в возмещение, своего долга самовольно, а не по приговору суда, то за это он привлекается к ответственности, как за грабеж, За грабеж же присуждается рубль пени, точно так же и плата приставу ложится в этом случае на истца, виновного (в самоуправстве).

Ст. 68. Никакой посадник (ни псковский, ни пригородный) не имеет права выступать на суде в качестве поверенного в тяжбах другого. Он может вести только собственные судебные дела и дела по имуществу той церкви, где состоит церковным старостой.

Ст. 69. Точно так же не имеет права вести ничьих судебных дел, кроме своих собственных, никто из должностных лиц.

Ст. 70. Прихожане не должны являться (скопом) в суд для защиты церковной земли (от сторонних притязаний). Пусть в тяжбах о церковной земле выступают (на суде) церковные старосты.

Ст. 71. Одному поверенному не вести в один и тот же день двух судебных дел.

Ст. 72. Если кто-нибудь получит по завещанию (недвижимое) имущество в пользование, и если у него же в руках будут крепостные акты на это имущество, и (пользователь) продаст эту землю, или рыбную ловлю, или какую-либо другую недвижимость, то когда уличат его (в такой незаконной продаже), он обязан выкупить проданное имущество, а (кроме того) лишается (в дальнейшем) пользования им.

Ст. 73. Если кому-нибудь предстоит взыскание долга по записи, причем записью буду! обусловлены определенные проценты, то при наступлении срока уплаты он должен заявить суду о процентах, и тогда имеет право на начисление их и по истечении срока. Если же (истец) не сделает в срок такого заявления суду, то он лишается процентов (за время, протекшее от _срока платежа до момента действительной уплаты).

Ст. 74. Если кто-нибудь потребует со своего должника уплаты долга до истечения срока займа, то он лишается права взыскания процентов. Если же должник возвратит кредитору долг до истечения срока, то проценты взимаются по расчету времени.

Ст. 75. Если какой-нибудь зависимый земледелец предъявит в чем-либо иск к землевладельцу на основании (простой) доски, то такая доска не признается действительным юридическим доказательством на суде.

Ст. 75-а. Земледелец-старожил обязан подводной повинностью на землевладельца.

Ст. 76. Если зависимый земледелец убежит из имения за границу (Псковского государства) или куда-нибудь в другое место (внутри Псковского государства), а его движимое имущество останется в имении, землевладельцу же предстоит взыскание с земледельца подмоги, то он должен взять у князя и у посадника пристава и пригласить волостных старост и сторонних людей и в присутствии (этих) приставов и сторонних людей продать движимое имущество земледельца и вырученное взять в уплату подмоги. Если же вырученной от продажи суммы окажется недостаточно для покрытия подмоги, земледелец же по истечении некоторого времени возвратится, то землевладелец имеет право предъявить к нему иск для возмещения недостающей части подмоги. Землевладелец не подвергается штрафу (за то, что забрал имущество земледельца). А земледелец (по возвращении) не имеет права предъявлять иск к землевладельцу об имуществе (оставшемся в имении).

Ст. 77. Псковские судьи и пригородные посадники и старосты должны присягать в том же, что судить им справедливо, по присяге. Если же они не будут судить справедливо, то да будет им бог судьею в страшный день второго пришествия Христова.

Ст. 78. Если кому-нибудь из княжеских слуг будет назначено отправиться на размежевание границ спорного имения, то он также должен принести присягу.

Ст. 79. Если между кем-нибудь возникнет тяжба о владении землею или водою, и обе стороны предъявят грамоты, то грамоты одной стороны должен читать дьяк княжеский, а другой - дьяк городской. Грамоты же, присланные из пригородов, должен читать дьяк городской.

Ст. 80. Если между кем-нибудь произойдет драка в Пскове, или в пригороде, или в сельской волости, - на пиру, или в каком-нибудь другом месте, - (подравшиеся) же не вызовут через приставов друг друга на суд, а кончат дело мировой, то в таком случае пеня в пользу князя не взыскивается.

Ст. 81. Княжеские слуги и псковские городские приставы должны ездить для производства обыска или вызова в суд свидетелей на равных началах (т.е. вдвоем, и пополам делить Прогоны).

Ст. 82. Княжеский писец за написание правой грамоты по земельному спору имеет право взыскать 5 денег, за (написание) повестки о явке в суд - одну деньгу, за приложение печати I-одну деньгу, точно так же по одной деньге взыскивается за составление обвинительного приговора вследствие неявки ответчика в суд, и грамоты приставу. Если же княжеский писец Потребует пошлину не по таксе, то в таком случае разрешается написать (грамоту) где-нибудь в другом месте, причем князь должен приложить свою печать: если же князь откажется приложить печать, то последняя может быть приложена в городском архиве при Троицком •оборе, и это не считается изменой князю.

Ст. 83. Если кому-нибудь из псковских жителей нужно будет получить у князя и посадника письменное разрешение на поездку за границу по собственному делу, то за (написание) такого разрешения княжеский писец имеет право на взыскание одной деньги; кроме того, взимается пошлина за приложение печати в размере одной деньги.

Ст. 84. Если зависимый земледелец умрет в имении у землевладельца, причем у умершего не будет ни жены, ни детей, ни брата, ни (других) родственников, то землевладелец также может я присутствии приставов и сторонних людей продать движимое имущество земледельца и (вырученные деньги) взять в возмещение своей подмоги. Если же впоследствии объявятся брат или какие-нибудь другие родственники умершего земледельца, то они не имеют прав; требовать движимости последнего с землевладельца.

Ст. 85. Если (в имении) у какого-нибудь землевладельца умрет зависимый земледелец на которого имеется ссудная запись, а после него останутся жена и дети, не упомянутые [ (этой) записи, то жена и дети (умершего) не имеют права отказываться от уплаты подмоги, землевладельцу, но должны уплатить ее согласно записи. Если же на земледельца не имеете; записи, то дело (о взыскании подмоги) решается судом по псковским обычаям.

Ст. 86. Если (после смерти) зависимого земледельца останутся его брат или какие-нибудь другие (боковые) родственники и пожелают вступить в наследство его имуществом, -л. землевладелец имеет право взыскать с них подмогу. Брат (и другие боковые) родственники (умершего) земледельца не должны утаивать от землевладельца ни лукошка, ни кадки (т.с наличного количества хлеба, принадлежавшего умершему). Но если после умершего останутся конь или корова, то они (родственники) могут в свою очередь требовать их по суду от хозяина.

Ст. 87. Если зависимый земледелец предъявит претензию к землевладельцу на какую-нибудь движимость, а землевладелец представит свидетелей, что земледелец присваивает принадлежащее ему имущество, и сторонним людям, близким соседям будет известно, что это действительно его имущество, то земледелец теряет иск, а землевладелец признается правым.

Ст. 88. Если у кого-нибудь умрет жена, не оставив духовного завещания, а после нее останется ее родовое недвижимое имущество, то ее мужу владеть этим имуществом пожизненно, при условии, если он не женится во второй раз. В случае же вторичной женитьбы лишается права на пользование им.

Ст. 89. Если у кого-нибудь умрет муж, не оставив духовного завещания, а после него останется недвижимое родовое или движимое имущество, то жене пользоваться им пожизненно, при условии, если она не выйдет замуж во второй раз; в случае же вторичного замужества лишается права на пользование им.

Ст. 90. Если у кого-нибудь умрет жена, а (овдовевший) муж женится во второй раз, и мать, или сестра, или иные родственники первой жены предъявят ему иск о ее платье, то муж должен по совести отдать ее платье, но его нельзя приводить к присяге в том, что он отдал все без остатка платья жены. Точно так же, если умрет муж, а его отец или братья предъявят иск ко вдове о мужнином платье, то она должна отдать по совести все, что (после него) у нес останется. Но ее нельзя приводить к присяге в том, что отдала все без остатка платья мужа.

Ст. 91. Если у кого-нибудь умрет сын, а после него останется вдова, которая предъявит иск к свекру или деверю о своем приданом - украшениях или платье, то свекор или деверь должны отдать невестке украшения или платье. Если же невестка неправильно требует имущество ей не принадлежащее, то свекор или деверь, по желанию, или пусть сами примут присягу, или положат у креста цену иска, предоставив присягнуть невестке.

От 92. Если кто-нибудь, из совладельцев имущества или соучастников товарищества (за исключением торговых товариществ между туземными и иноземными купцами) предъявит к другому иск относительно доли из общей прибыли и представит при этом доску, то дело решается по желанию ответчика: хочет, — пусть сам примет присягу, или положит у креста своему истцу (цену иска, предоставив ему присягнуть), или же пусть выходит с ним на судебный поединок.

Ст. 93. Если скроется должник, на которого у кредитора имеется запись, и не явится в срок уплаты, точно так же если будет скрываться зависимый земледелец, на которого у землевладельца имеется запись, то все убытки, происшедшие при его задержании: вознаграждение приставам, расходы на публикацию и наложение оков, — взыскиваются с виноватого, кто скрывался.

Ст. 94. Если старший брат владеет вместе с младшим общим неразделенным имуществом. а кто-нибудь потребует у них уплаты отцовского долга, причем записи на (умершего) отца не будет, то старший брат приводится к присяге (относительно существования такого долга, и если признает его, то пусть уплатит из общего имущества; остаток же подлежит разделению.

Ст. 95. Если младший брат или племянник, владеющие общим неразделенным имуществом со старшим братом, или братом (отца) воспользуются чем-нибудь из обшей собственности и станут отрицать это, то они должны принести присягу в том, что ничего не присвоили, а имущество подлежит разделу.

Ст. 96. Если где-нибудь произойдет убийство и убийца будет уличен, то с убийцы взыскивается в пользу князя рубль пени.

Ст. 97. Если даже сын убьет отца или же брат брата, все равно взыскивается пеня в пользу князя.

Ст. 98. Если кто-нибудь приедет на (чужой) двор с приставом арестовать вора или произвести обыск для выемки поличного, а (беременная) женщина в это время выкинет младенца, а (затем) начнет обвинять пристава или истца в убийстве, то это не считается убийством.

Ст. 99. Если ответчик не явится к судебной присяге, то он обязан уплатить истцу без присяги по полной цене иска.

Ст. 100. Если кто-нибудь при жизни или перед смертью лично, передаст что-либо своему родственнику, платье или какую-нибудь другую движимость или же недвижимое имущество, причем даст ему дарственные грамоты в присутствии попа или сторонних людей, то (после смерти дарителя) получивший имеет право владеть этим дареньем даже при отсутствии завещания.

Ст. 101. О торговом займе и долге по поручительству. Если кто-нибудь потребует денег, отданных для торговых оборотов, или долга по поручительству, или чего-нибудь иного, с назначением иска, то дело решается по желанию ответчика: хочет, - пусть выходит на судебный поединок или же пусть положит у креста (цену иска, предоставив истцу присягнуть).

Ст. 102. Если хозяин-мастер предъявит иск к своему ученику о плате за обучение, а ученик станет отрицать (свой долг), то дело решается по желанию хозяина: хочет, - пусть сам примет присягу в том, что ученик ему действительно должен, или пусть предоставит присягнуть ученику.

Ст. 103. Обязанный поселенец — съемщик дома или части усадьбы может предъявить иск хозяину по домовому или какому-нибудь другому обязательству.

Ст. 103-а, Если у кредитора была тяжба с должником на основании записи или заклада, потом ответчик, на которого была запись, или который сделал заем под залог чего-либо, возбудит встречный иск к истцу (по первому делу) о займе, или имуществе, отданном на хранение, или о чем-нибудь еще, по доскам или по торговому обязательству, то этот (встречный) иск подлежит судебному разбирательству на основании псковских обычаев.

Ст. 104. Если несколько истцов предъявят (в суд) заложенные умершим (в обеспечение займа) грамоты (две, или три, или пять), удостоверяющие право собственности на один земельный участок, или на воду, или на один двор, или на одну кладовую, причем у одних истцов, помимо заклада, окажутся еще и записи (оформляющие договор займа), у других же будет только заклад в виде грамот, а записей не найдется, то (последних) привести к присяге, а 1атем, если родственники умершего захотят выкупить грамоты на заложенную недвижимость, а полученную от выкупа сумму, поделить между истцами пропорционально размерам денежного займа, сделанного у каждого из них умершим. Истцы же, представившие в суд месте с закладом и формальные записи, от присяги освобождаются.

Сл. 105. В тяжбах между иноземцами о побоях и ограблении дело решается по желанию ответчика: хочет, — пусть примет присягу в том, что он не бил и не ограбил истца, или же пусть положит у креста (цену иска, предоставив присягнуть ответчику).

Ст. 106. В случае тяжбы о владении землею или лесным участком с ульями диких 1чел, если истец представит (в суд) грамоты, свидетельствующие о давности владения, I. также свою купчую, причем эти крепости будут затрагивать смежные земли и деревья с 1челиными ульями, принадлежащие нескольким совладельцам, которые все вместе явятся на суд, защищая каждый свой земельный участок или свои деревья, и предъявят суду со своей стороны крепостные акты на указанную недвижимость, а затем (истец и ответчики) пригласи, межевщиков, которые разграничат, согласно купчей грамоте (истца), его участок от смежных участков старинных совладельцев, то истец должен принести присягу в том, что спорная земля принадлежит ему. Истец присягает один раз, независимо от числа совладельцев, выступающих в качестве ответчиков, и если он присягнет перед всеми ответчиками, то ему выдастся судебное определение (правая грамота) на тот участок, который он под присягой назвал своим.

Ст. 107. Если кто-нибудь возьмет в долг деньги под заклад какого-нибудь имущества, -_а через некоторое время станет возвращать деньги и просить обратно свой заклад* а кредитор отказываясь от получения заклада, скажет: "я тебе не давал в долг денег, а у тебя не брал заклада", то дело решается подобно делу об отдаче имущества на хранение, по желанию ответчика (кредитора), которому предоставляются три возможности: или пусть сам примет присягу в том, что у него нет заклада, или пусть положит у креста цену заклада (предоставив присягнуть истцу), или же пусть выходит с истцом на судебный поединок.

Ст. 108. Если в этом сборнике псковского обычного права обнаружится отсутствие какой-либо статьи, то посадники должны доложить об этом на вече Псковского государства и затем внести эту (недостающую правовую) норму, Если же какая-либо статья закона покажется нежелательной (вечу) Псковского государства, то она может быть исключена из сборника.

Ст. 109. Попы, дьяконы, просвиряне, монах и монахиня подлежат суду (псковского! наместника Новгородского архиепископа. Если (возникнет дело) против попа, или дьякона. или монаха, или монахини, причем обе тяжущиеся стороны будут не миряне, а люди, подведомственные церкви, то такие дела не должны разбирать ни князь, ни посадник, ни (светские) судьи, так как они подсудны (псковскому) наместнику (Новгородского) архиепископа. Тяжбы же, в которых не обе стороны подведомственны церкви, а один из тяжущихся является мирянином, - князь и посадник, а равным образом, и (городские) судьи должны разбирать совместно с наместником архиепископа.

Ст. 110. Если к кому-нибудь будет предъявлен иск о владении конем или коровой. или каким-либо другим домашним животным, хотя бы собакой, а ответчик скажет: "это животное — мое, доморощенное", то привести его к присяге в том, что (спорное животное) — действительно доморощенное.

Ст. 111. Если кто-нибудь в присутствии судебных властей ударит на суде своего противника, то он должен заплатить обиженному рубль (и если не в состоянии, то) выдается ему головой Кроме того, с виновного взыскивается пеня в пользу князя.

Ст. 112. За (кражу) барана следует присудить 6 денег, а за (кражу) овцы -10 денег в пользу хозяина и 3 деньги в пользу судьи, по старинному обычаю. За гусака и за гусыню присуждать по 2 деньги хозяину, 3 деньги - судье; за утку, за селезня, за петуха, за курицу - по 2 деньги (хозяину и столько же судье).

Ст. 113. Общество пирующих в складчину имеет право суда.

Ст. 114. Если двое лиц в пьяном виде поменяются чем-нибудь или же совершат сделку купли-продажи, а потом, когда проспятся, одной из сторон (сделка) покажется неподходящей. то в таком случае пусть оба вернут друг другу то, чем разменялись. А к присяге их не приводить.

Ст. 115. Княжеские слуги не должны держать во дворах питейных заведений ни в Пскове, ни в пригороде, и не должны продавать мед ни ведром, ни ковшом, ни бочкою.

Ст. 116. Если кто-нибудь будет обвинять другого в поджоге, а улики никакой не будет, то обвиняемый может очистить себя вольною присягою.

Ст. 117. Если кто-нибудь вырвет у другого бороду, а послух засвидетельствует это, то послух должен принести присягу и драться (с виновным) на судебном поединке. Если послух одолеет (своего противника), то (с послед него) принуждается за (вырванную) бороду (в пользу потерпевшего) 2 рубля и кроме того (пеня) за побои. Послух должен быть один.

Ст. 118. Если кто-нибудь купит полюбовно постельную корову, то продавец не должен требовать с него возвращения телят, родившихся после сделки. Если же корова начнет мочиться кровью, то вернуть ее обратно (продавцу), хотя бы деньги были уже заплачены.

Ст. 119. Если (две) женщины приговорены к судебному поединку, то ни одна из них не сможет выставить вместо себя наемного бойца.

Ст. 120. Если несколько человек, 5 или 10 или вообще любое количество, предъявят обвинение в побоях к любому числу ответчиков, к 5 или одному, и докажут выдвинутое обвинение, то штраф за побои принуждается им всем в размере одного рубля, и пеня в пользу князя взыскивается в одном размере (независимо от числа обвиненных ответчиков и истцов).

Источник:

Библиотека Гумер: http://www.gumer.info/bibliotek