II. Развитие политической системы

С точки зрения доктрины ортодоксального коммунизма, конечной целью являлось развитие народной демократии, т. е. создание таких структур, через которые воля масс непосредственно воплощалась бы в решения властей, минуя какие-либо бюрократические процедуры. Руководители КПК были реалистами. Они понимали, что созда­ние такой системы в Китае потребует времени, а пока народ страдал от слабости государственной власти.

Еще в освобожденных районах удалось создать очень эффективную систему управления. Это была система вертикального подчинения, на которой замыка­лись все сферы: партийная, административная, военная, экономичес­кая — все направлялось из одного центра. Случаи неподчинения, неисполнения, а тем более противодействия были полностью исклю­чены.

Китайская модель обладала еще одним достоинством. Благодаря кампаниям «чжэнфэн», регулярно проводимым с 1941 г., создавалось впечатление, что все чиновники зависят от народа. К мнению людей прислушивались, когда речь шла о судьбе функционеров, — тут реша­ющее значение имело мнение толпы, а не прошлые заслуги и связи. Это стало совершенно новым явлением для Китая, поскольку при­надлежность к власти всегда была связана с образованием или с род­ственными отношениями.

На последнем этапе борьбы за власть КПК демонстрировала приверженность демократии: она выступала лишь за устранение политической диктатуры Гоминьдана и не претендовала на единоличную власть. Сразу же, в октябре 1949 г., было создано коалиционное цент­ральное народное правительство. В него формально входили КПК, Революционный комитет Гоминьдана, Демократическая лига и дру­гие политические партии. Но фактической власти этот орган не имел — в нем лишь обсуждались различные проекты. Реальные же го­сударственные функции исполнял Государственный административный совет во главе с Чжоу Эньлаем.

Вооруженные силы находились под контролем Народно-революционного военного совета во главе с Чжу Дэ, а верховная власть принадлежала председателю КПК Мао Цзэдуну как деятелю, стоящему во главе всей иерархии. В первые же месяцы страна была поделена на четыре военно-административных района. В них была воспроизведе­на уже апробированная в годы освободительной войны система: воен­но-административные комитеты сосредоточили в своих руках всю полноту власти. Но Мао стремился создавать местные органы власти, избираемые населением, к которым постепенно переходили бы воен­но-административные функции.

На волне энтузиазма в 1950 г. по всему Китаю развернулась кампа­ния по борьбе с контрреволюцией. Повсеместно проходили массовые митинги, где от имени народа выносили приговоры и казнили «сабо­тажников и контрреволюционеров». Это считалось проявлением на­родного правосудия.

В 1951 г. в Китае было объявлено о начале кампании борьбы против «трех зол»: коррупции, расточительства и бюрократизма. Мао пола­гал, что даже в обновленном государственном аппарате могут возник­нуть эти негативные явления. Для их предотвращения необходимо проводить регулярные чист­ки. И они начались: в партийных организациях, государственных уч­реждениях, армии, на предприятиях проводились митинги, показа­тельные суды и даже казни. Было репрессировано 4,5% служащих государственного аппарата, около 10% всех членов партии.

С начала 1952 г. в стране развернулась кампания борьбы против «пя­ти зол». Она была направлена против частных предприни­мателей, которые обвинялись в неуплате налогов, взяточничестве, расхищении государственной собственности, плохом выполнении го­сударственных заказов, хищении и использовании в целях спекуля­ции секретной экономической информации. Было арестовано около 400 тыс. человек, но многие затем были освобождены. Фактически цель кампании состояла в том, чтобы добиться уплаты единовремен­ных денежных сумм.

С расширением функций государства росло и число чиновников. Численность партийных и государственных работников в КНР (ганьбу) уже в 1951 г. превысила 2 млн. человек и продолжала быстро уве­личиваться. Это не могло не беспокоить вождей компартии. Большие надежды они возлагали на формируемые органы народной власти — Собрания народных представителей. Они избирались населением на местах и замыкались на Всекитайское собрание народных представи­телей (ВСНП). Это был аналог парламента. Также был образован По­стоянный комитет ВСНП во главе с Лю Шаоци. Руководители ком­партии понимали, что Собрания народных представителей — по сути декоративные органы власти, но расчет делался на то, что они будут постепенно перенимать реальные функции и станут фактической властью в стране.

Мао Цзэдун занял пост председателя Китайской Народной Рес­публики — он олицетворял высшую власть. Вторым человеком в госу­дарстве был глава Госсовета — Чжоу Эньлай. Важную роль играл так­же председатель ВСНП — Лю Шаоци.

Особое внимание уделялось урегулированию национальных вопро­сов. В Китае проживало около 50 млн. человек, относящихся к наци­ональным меньшинствам, но они занимали большую территорию, к тому же имевшую важное стратегическое значение. Было образовано пять национальных районов: Внутренняя Монголия, Синцзян-Уйгурский, Нинся-Хуэйский, Гуанси-Чжуанский и Тибет­ский. Китайская власть на этих окраинах уже давно стала чисто номи­нальной и ее надлежало укрепить.

В Синцзяне велико было влияние СССР и когда в октябре 1949 г. власть оказалась в руках КПК, Мао Цзэдун пошел на компромисс в отношении Синцзяна. Весной 1950 г. были подписаны соглашения о создании совместных компаний по разра­ботке месторождений цветных металлов и нефти, об эксплуатации гражданских авиалиний. Одновременно стали налаживаться комму­никации, связывавшие провинцию с Китаем.

Сложнее складывались отношения с Тибетом, где власть китайцев всегда была чисто номинальной. Правда, Чан Кайши пытался закре­питься там, направив в 1933 г. специальную миссию, которая и нахо­дилась в Тибете вплоть до 1949 г. Но Гоминьдан вел двойную игру: с одной стороны — поддерживал духовного и мирского главу Тибета далай-ламу, с другой — покровительствовал второму лицу в иерархии лам — панчен-ламе. После 1949 г. коммунисты захватили панчен-ламу в плен и поста­вили его во главе тибетского правительства в изгнании. Попытки ве­дения далай-ламой переговоров с КНР оказались безрезультатными. В октябре 1950 г. китайские войска вторглись в Тибет и захватили большую часть страны. Далай-лама вынужден был признать сувере­нитет Китая в обмен на обещание автономии в рамках национально­го района.