1. Теоретические аспекты коррупции как социально-экономического явления

1. Понятие и сущность коррупционной деятельности

Этимологически термин «коррупция» происходит от латинского «corruptio», означающего «порча, подкуп». Эти два слова определяют разное понимание коррупции. «Хотя понятие коррупции, – говориться в Кодексе поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, принятом Генеральной Ассамблеей ООН 17 декабря 1978 года, – должно определяться национальным правом, следует понимать, что оно охватывает совершение или несовершение какого-либо действия при исполнении обязанностей или причине этих обязанностей в результате требуемых или принятых подарков, обещаний или стимулов или их незаконное получение всякий раз, когда имеет место такое действие или бездействие». Здесь под коррупцией понимается подкуп, продажность должностных лиц (публичных служащих) и их служебное поведение, осуществляемое в связи с полученным или обещанным вознаграждением [7, c. 23].

Однако существует и представляется правильным более широкое понимание коррупции как социального явления, не сводящегося только к подкупу, взяточничеству. Краткое и ёмкое определение коррупции содержится в Справочном документе ООН о международной борьбе с коррупцией: «Коррупция – это злоупотребление государственной властью для получения выгоды в личных целях».

В Большом юридическом словаре коррупция понимается как «общественно опасное явление в сфере политики или государственного управления, выражающееся в умышленном использовании представителями власти своего служебного статуса для противоправного получения имущественных и неимущественных благ и преимуществ в любой форме, а равно подкуп этих лиц» [4, c. 15].

Современное значение термин приобрел в Европе в XV-XVI веках. На международном уровне свое нормативное закрепление термин получил в резолюции Практические меры борьбы с коррупцией», подготовленной секретариатом 8-го Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушениями, проходившего в Гаване в августе-сентябре 1990 г. В резолюции речь идет о «нарушениях этического (нравственного), дисциплинарного, административного и уголовного характера, выражающихся в противозаконном использовании своего служебного положения субъектом коррупционной деятельности».

Страсбургская Конвенция о гражданско-правовой ответственности за коррупцию даёт ей (коррупции) следующее определение:

Статья 2. Определение коррупции

«Для целей настоящей Конвенции «коррупция» означает просьбу, предложение, дачу или принятие, прямо или косвенно, взятки или любого другого ненадлежащего преимущества или обещания такового, которые искажают нормальное выполнение любой обязанности, или поведение, требуемое от получателя взятки, ненадлежащего преимущества или обещания такового» [1].

Определение в уголовном праве «Конвенции ОЭСР», Совета Европы или ООН не содержат определения «коррупции». Вместо этого конвенции предлагают криминализовать, или установить уголовную ответственность за целый ряд коррумпированных действий. Так, в статье 8 Конвенции ООН, против транснациональной организованной преступности, предлагается криминализировать и понимать как коррупционною деятельность деяния, которые включают:

а) обещание, предложение или предоставление публичному должностному лицу, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица с тем, чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей;

б) вымогательство или принятие публичным должностным лицом, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица с тем, чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей [10].

Таким образом, Конвенция ОЭСР квалифицирует подкуп иностранного государственного должностного лица, а Конвенция Совета Европы криминализует такие действия, как злоупотребление влиянием в корыстных целях, а также подкуп национальных и иностранных государственных должностных лиц. Помимо этих двух видов деяний, в число обязательных положений Конвенции ООН также включены хищение, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества государственным должностным лицом, а также воспрепятствование правосудию. Таким образом, конвенции закладывают международные стандарты по криминализации коррупции путем установления составов конкретных правонарушений, а не при помощи общего определения или криминализации коррупции [5, c. 27].

В целом из Конвенций ООН и Совета Европы можно выделить следующие составы коррупционных преступлений, на которые распространяются положения Конвенций:

- подкуп национальных должностных лиц;

- подкуп иностранных публичных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций;

- подкуп в частном секторе;

- использование служебного положения в корыстных целях;

- злоупотребление влиянием в корыстных целях;

- отмывание доходов от преступлений;

- преступления, касающиеся операций со счетами;

- хищение имущества публичным лицом;

- незаконное обогащение;

- хищение имущества в частном секторе;

- участие и покушение на перечисленные выше преступления;

- сокрытие доходов [12, c. 11-12].

Исследования явлений коррупции через среду её распространения, наводят на следующий вывод:

Это государственный аппарат, который характеризует такой термин как бюрократия, взгляды на сущность которой менялись с течением времени (от модели азиатской через марксистскую и рациональную к реалистической концепции), а также бюрократизм («кривое зеркало бюрократии») – антиобщественные отклонения в работе государственных служащих (канцелярская подмена содержания формой; чрезмерное разрастание и безответственность и т.д.). Коррупция в данном контексте рассматривается как последствие бюрократизма.

Существует значительное множество форм коррупции, не подпадающих под указанное определение. Лоббизм, фаворитизм, протекционизм, взносы на политические цели, традиции перехода политических лидеров и государственных чиновников на должности почетных президентов корпораций и частных фирм, инвестирование коммерческих структур за счет госбюджета, перевод государственного имущества в акционерные общества, использование связей преступных сообществ и т.д. являются завуалированными формами коррупции».

Кроме того перечень деяний исследуемой нормы не соответствует ни структуре УК РФ и даже данные составы преступлений находятся не в порядке возрастания общественной опасности. В представленном перечне по не понятным причинам отсутствует и такой состав преступления как превышение должностных полномочий, предусмотренный ст. 286 УК РФ, хотя его общественная опасность намного выше, чем состав преступления, предусмотренный статьей 201 УК РФ [8, c. 10].

Рассмотрев вопрос сущности и понятии коррупции можно сделать вывод о том, что существует два основных подхода к выработке понятия и сущности этого явления. Первый основывается на попытке выработки самостоятельного понятия коррупции, как отдельного вида правонарушения, с собственным составом признаков. Второй предполагает подведение отдельных составов правонарушений, под понятие явления коррупции и обозначения их, как правонарушений коррупционной направленности. И тот и другой метод имеют свои сильные и слабые стороны. Очень трудно учесть все коррупционные элементы в одном понятие, тем более что явление это постоянно видоизменяется, в связи с постоянным развитием общественных отношений. Понятие коррупции должно обладать наиболее общими признаками, чтобы быть более пластичным. Также, должно постоянно обновляться антикоррупционное законодательство, чтобы учесть постоянные тенденции развития коррупции, процесс введения новых изменений должен быть более гибким и оперативным [9, c. 33-34].