2. Проблема возникновения науки как проблема определения «науки»

Можно говорить о следующем ряде представлений о времени возникновения науки.

Первая позиция: наука возникла в древнейшие времена.

Согласно идеям Дж. Бернала¹, наука возникает со становлением и появлением человека (30-40 тыс. лет назад). Наличие каменного топора, говорит о наличие науки. Древний человек делал каменный топор не просто так, а используя адекватные – и в этом плане соотносящиеся с наукой – знания о реальности. Топор делался не из любых, а из определенных пород камня, форма топора также не была произвольна, но нацелена на наилучшее решение проблем рубки. Изготовление каменного топора говорит о зачатках: минералогии, материаловедения, сопромата, эргономики. Идея понятна: по делам их – узнаете их. Если люди кричат о дожде и считают, чем громче крикнут, тем сильнее будет дождь, то это не имеет отношение к науке, т.к. современная наука не считает, что крик человека увеличивает силу дождя. Но современный человек на базе современной науки, также как и древний – будет делать каменный топор не из известняка, а из кремния.

Можно чуть смягчить эту позицию и считать, что наука возникла во время неолитической революции (VIII-III тысячелетие), в то время когда появилось земледелие, металлургия, гончарное производство.

Здесь же укажем представление о том, что в древних цивилизациях (III-I тысячелетия) существовала наука управления². За это может говорить и известный образ Л. Мэмфорда: «самая огромная машина была создана не у нас, а в Египте – эта машина была вся египетская цивилизация, которая обеспечивала загробную жизнь фараонам, строя для них пирамиды».

В заключение изложения данной позиции, укажем, что она, с одной стороны, вступает в противоречие с достаточно распространенными взглядами на постепенное прогрессивное развитие человечества, с другой стороны, соотносится с современными высокими оценками первобытного, дописьменного интеллектуального развития людей (К. Леви-Стросс)³.

Вторая позиция: наука возникла в античности и эта наука - математика.

Это очень распространенная точка зрения, которая подтверждается следующим. История указывает на то, что Фалес ввел или стал требовать для математических рассуждений доказательство. С Евклидом связывают формирование античной геометрии, где четко выражены основные требования любого математического знания (и современного в том числе): а) формирования исходных, начальных, самоочевидных или просто постулируемых аксиом; б) формирование правил вывода новой информации из этих аксиом; в) выведение из или на базе аксиом нового знания согласно правилам вывода или доказательствам. Все это остается и современными требованиями к математическому знанию. Соответственно, математика как наука и сама наука появились в античности⁴.

Третья позиция: наука возникла в Западной Европе в XVII в. (в период с XII по XVII вв.) в связи с введение в науку настоящего, строгого эксперимента.

Это очень распространенная точка зрения. Историческим истоком опытной науки являются труды философов позднего Средневековья – Р. Бэкона и У. Оккама, которые начали разрабатываться основы научного эксперимента, и идеи о необходимости создания опытной науки. В XVII в все это было мощно заявлено и сделано Ф. Бэконом в его «Новом Органоне», где он разработал и представил всему миру основы научного, эмпирического метода индукции, гарантирующего истинность получаемых наукой результатов.

Четвертая позиция: наука возникла в Западной Европе в XVI- XVII вв. в связи с введение в науку мысленного эксперимента.

Для иллюстрации/объяснения данной позиции берут творчество Г. Галилея. Утверждается, что Галилей никогда не смог бы открыть свой закон свободного падения без мысленного эксперимента. Галилей никогда бы не вывел свой закон из прямого анализа эмпирических данных. В его время невозможно было с нужной точностью измерить результаты опытов падения различных объектов. В частности, приводят пример того, как Галилей мог опровергнуть широко распространенное в его время представление о том, что тяжелое тело падает быстрее, чем легкое, т.е. что одни килограмм упадет быстрее, чем один грамм. Г. Галилей мысленно разделил одни килограмм на 1000 грамм, мысленно связал их веревочками (т.е. оставил их в целом равному одному килограмму) и мысленно бросил этот «связанный из 1000 грамм один килограмм» одновременно с одним граммом. Для мысли, очевидно, что «связанный из тысячи грамм один килограмм» и один грамм должны упасть одновременно. В целом, говорится о том, что только через такие мысленные эксперименты новая наука могла появиться⁵.

Пятая позиция: наука возникла в XIX в., когда научные знания и деятельность превратились в социальный институт.

Появление науки как социального института означало, что в массовом порядке возникают научные учреждения, институты, университеты, академии, когда наука начинает тесно сотрудничать с производством, когда прибыль от науки становится весомой (Нобель), когда ученые начинают получать фиксированную зарплату. Складывается научное сообщество, появляется много научных журналов, выходит множество книг, появляются специализированные научные издательства, проходят конференции. В целом, наука становится наукой только тогда, когда она становится очевидной общественной силой. Только в этих условиях к ней относятся серьезно, и она может распространять свое истинное видение мира в обществе, и быть, в определенной степени, независимой от общества, чтобы реализовывать себя именно как наука.

Шестая позиция: наука, то что выдерживает критику (фальсифицируемо).

В ХХ в. К. Поппер обратил внимание на то, что отделение научных опытных положений от религиозных или философских (дерево горит – научное положение, проверяется в опыте; мир бесконечен – не научное, поскольку в опыте не проверяется) не до конца продуманно, поскольку, к примеру, религиозный деятель всегда подберет опытные доказательства того, почему обещанный им конец света не наступил. Поэтому, по Попперу, критерий научного знания не верификация (опытная подтверждаемость), а фальсификация – способность выдержать критику. Соответственно, где есть последнее, там есть наука.

Седьмая позиция: современная наука может, просто, погубить человечество, вряд ли в этом случае можно говорить о наличии науки, вообще.

Если современная наука, в принципе, может погубить человечество, то как такую науку можно назвать наукой?!

2.1. Критика представлений о времени возникновении науки, как получение необходимого материала для дальнейшего определения «науки»

Представленные взгляды на время возникновения науки, с одной стороны, вполне обоснованы, с другой стороны, самим своим множеством порождают сомнение в свою обоснованность. Эта ситуация задает хороший базис для того, что в прямой дискуссии попытаться защитить или критически опровергнуть представленные взгляды на время возникновения науки. Дискуссия по данные по данным вопросам должна быть предельно конкретной, поскольку только таким образом начинают вырисовываться все узловые моменты, которые необходимо учитывать при итоговом определении «науки». В плане итогового результата можно указать на следующее.

При обсуждении первой точки зрения открывается ее объективная слабость, по крайней мере, в двух следующих пунктах. Во-первых, вполне обоснованно можно сомневаться в том, что на субъективном уровне, в головах древних людей при изготовлении каменных топоров было что-то напоминающее наши современные научные подходы. Не исключено, что кажущиеся нам рациональными орудия труда были получены в результате очень долгих случайных действий, медленного оставления в обиходе древних людей самых лучших, удобных, качественных, функциональных предметов. (В этом случае можно провести параллели с совершенством биологических организмов, которые – согласно теории эволюции – стали таковыми в результаты сохранения многочисленных случайных, положительных черт, способствующих жизни особенностей, генов.⁶) В принципе, и это тоже предположение (этот тезис не может привести в свое подтверждение мыслительную деятельность древних людей), но тогда можно согласиться со справедливым требованием того, чтобы относящееся к науке должно быть так или иначе выражено, например, записано в понятной форме на известном (наличном) источнике, материале (например, в книге). Во-вторых, можно указать на то, что по такой логике и у обезьян была наука, поскольку известно, что они, например, используют палки как рычаг для поднятия камней.

Постановка и обсуждение дальнейших вопросов о взглядах на время возникновения науки, соответственно, о предполагаемой специфики «науки»⁷, в итоге, может открыть все значимые моменты, темы, проблемы, связанные с определением «науки».