1.2. Футуристы задумали одолеть солнце

М.Матюшин, А.Крученых и К.Малевич, возмущаясь от присутствия эстетического в искусстве, решают утвердить господствующую роль авангарда в новой форме театральной постановки. Осенью 1913 года возникла идея создания футуристической оперы с характерным названием «Победа над Солнцем». А уже через два года эта опера создавалась как произведение совершенно футуристическое, полное алогизма и зауми, супрематических форм и диссонансной музыки. [3]

Малевич в статье «Театр» провозгласил об оглушительном новаторстве театральной составляющей оперы: «Звук Матюшина расшибал налипшую, засаленную аплодисментами кору звуков старой музыки, слова, и буквозвуки Алексея Кручёных распылили вещевое слово. Завеса разорвалась, разорвав одновременно вопль сознания старого мозга, раскрыла перед глазами дикой толпы дороги, торчащие и в землю, и в небо. Мы открыли новую дорогу театру». [4]

«Победа над солнцем» своим содержанием противоречит эстетике романтизма, знаменуя собой победу над старым привычным понятием о солнце как о красоте.

Сюжет оперы повествовал о свержении солнца будетлянскими силачами и о дальнейшем основании нового мира – Десятого страны, где будут беспощадно разрушены все общепринятые нормы здравого смысла, создан человек будущего и провозглашены новые законы мира: «Знайте, что земля не вертится».

Работа над постановкой послужила толчком Малевичу для рождения супрематизма. Кроме того, «Чёрный квадрат» Малевича впервые возник в декорациях к «Победе над солнцем» как пластическое выражение победы активного человеческого творчества над пассивной формой природы: чёрный квадрат вместо солнечного круга. Символика черного квадрата и солнца имеет для современников и другие значения. Присутствует тайный мотив победы над «солнцем русской поэзии», то есть Пушкиным, или собирательным образом всего эстетического, романтического и пустого для футуристов искусства, а под черным квадратом подразумевается чистый, осмысленный и одновременно алогичный авангард, представляющий искусство нового мира, в котором нет старого слова, в нем – новосозданная его форма.

2. Исследовательская деятельность: «я стал подобен…Солнцу и Луне»2

2.1.От панковского «Фаэтона» до авангардного «АукцЫона»

Переместимся в наш современный мир, на рубеж XX –XXI веков, где авангард получил свое признание и приобрел различные формы, в том числе и музыкальные. Содержательный образ русской экспериментальной музыки возник в совершенно неоднозначной группе «АукцЫон», лидером которой является Леонид Фёдоров.

Первую группу он собрал из одноклассников осенью 1978 г. под названием «Фаэтон». С вступлением в Ленинградский рок-клуб в 1983 году поменяли название на «Аукцион», а еще позже заменили букву «и» на «ы», объясняя это так: «как слышится, так и пишется».

Действующим составом группы являются В.Бондарик (бас-гитара), Д.Озерский (текст, клавишные, перкуссия, труба), Н.Рубанов (бас-кларнет, саксофон, жалейка, клавишные), Б.Шавейников (ударные), М.Коловский (туба, тромбон), Ю.Парфенов (труба).

Сформировал авангардный музыкальный язык и яркий сценический образ группы пришедший в коллектив в 1980 году шизоидно-юродивый поэт Олег Гаркуша. Он дополнил музыкальные композиции группы своим самобытным авангардным антуражем из звуков, шумов, декламации, живых и буйных плясок эксцентричного панка.

Но со временем образ группы начал приобретать дотоле невиданные формы, все больше отходя, как выражался Д.Озерский, «от песен от головы», погружаясь в «метафизический материал». Музыканты будто взрослеют, вкладывают в песни больше осмысленности и трагической безысходности, выражаемой в отчаянном вопле (альбом «Дупло», «Бодун»), военного драматизма с социальной подоплекой («Как я стал предателем»), воздыхания по несбывшемся мечтам о прекрасном («В Багдаде все спокойно»). Но при этом продолжает из глубины вырываться панковский, рвущийся, дребезжащий крик. С появлением А.Хвостенко и подобных ему исполнителей, звучание аукцыоновских песен приобретает сознательность и таинственность, прекрасное многозвучие и многозначие. Не последним был и Владимир Волков, принесший вместе с собой живую экспрессию дикого контрабаса и беспокойных клавиш с трагическим и томным звуком Петербурга.

«Сила «АукцЫона» в случайностях. Состав группы неожиданно пересекся и сложился в феноменальный организм, затянувший в свое энергетическое поле еще массу непохожих друг на друга душ», - говорит в своей «Книге учета жизни» Михаил Марголис. [5]

Олег Гаркуша говорит в своем интервью: «И сейчас бывает шоу, но не то пьяное и балагурное, как раньше, а взрослее, продуманная импровизация».

Таким образом, группа постоянно находится в поисках новых форм, «музыки, которой нет», поэтов, «холодных как лед».[6]