Признаки правовой защиты

В независимости от концепта понимания правовой защиты, любое ее толкование предполагает выделение обязательных легальных признаков этого явления. Эти признаки прямо закреплены в законодательстве или логически вытекают из его толкования.

Три признака правовой защиты, позволяющих отграничить правовую защиты от иных видов юрисдикционной деятельности:

1) Субъективный признак.

Не любое лицо может осуществлять правовую защиту. Более того, не любой орган государственной власти и не каждое должностное лицо осуществляет правовую защиту.

Статья 11 ГК РФ четко и исчерпывающим образом называет субъектов, управомоченных осуществлять правовую защиту – государственные суды (суды общей юрисдикции и арбитражные суды) и третейские суды.

Норма статьи 11 ГК РФ не предполагает включения в этот перечень иных субъектов. Здесь возникает несколько вопросов:

А. К числу субъектов, осуществляющих правовую защиту не отнесен Конституционный суд РФ. Это оправдано, так как КС РФ, а равно уставные суды субъектов РФ споры о фактах не разрешают.

Исходя из положений статьи 1 ФКЗ «О Конституционном суде РФ» Конституционный суд РФ разрешает вопросы права. Иными словами, КС РФ не подведомственны дела субъектов права друг с другом по вопросам фактов. В его полномочия входит толкование Конституции РФ, вопросы конституционности актов, применимых в конкретных уголовных, гражданских, административных и иных дел.

КС РФ – это суд особой юрисдикции, а целью его деятельности является охрана конституционного строя и порядка РФ.

Б. Несмотря на провозглашение Конституцией РФ права каждого самостоятельно защищать свои права, указанная нора статьи 11 ГК РФ не закрепляет самозащиты права. Это также представляется оправданным по причине, что деятельность самого лица, обладающего нарушенным правом, защитой в строгом смысле не является.

Тем не менее в статьях 12 и 14 ГК РФ самозащита гражданских прав названа в качестве одного из способов защиты.

Представляется, что включение самозащиты гражданских прав в число способов защиты имеет истоки дореволюционной России.

Васьковский выделял три способа:

а) государственный (судебный);

б) негосударственный, частно-правовой (третейский суд);

в) самозащита.

Интересно, что самозащиту гражданских прав дореволюционные авторы именовали самоуправством. Этот термин подчеркивает то, что правообладатель нарушенного права не уполномочен на его защиту, но по собственной воле (усмотрению) совершает определенные действия. Таким образом, выделяя самозащиту как способ защиты прав, дореволюционные авторы подчеркивали его негативный характер.

На сегодняшний день самозащита гражданских прав закреплена в ГК РФ в самом общем виде, в нем лишь сказано, что меры по самозащите должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения. При этом не названы конкретные меры самозащиты, не установлен порядок, а самое главное результат самозащиты не обладает публично-правовыми эффектами.

В научной литературе обычно приводят следующие примеры: удержание спорного имущества и безакцептное списание денежных средств с банковских счетов. Однако, надо отметить, что указанные примеры в лучшем случае могут оказаться недействительными, а в худшем – перейти в разряд правонарушений, вплоть до уголовных преступлений.

Таким образом, самозащита гражданских прав на сегодняшний день лишена нормативно-правового регулирования, ее результат не только не гарантируется государством, но может перейти в разряд правонарушений. Судебная практика (в основном арбитражная) рассматривает деятельность по самозащите как правонарушение. Поэтому ряд авторов предлагают исключить самозащиту как способ защиты гражданских прав.

Статья 45 Конституции РФ, разрешающая защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом, их не конкретизирует, поэтому многие авторы думают, что говориться о третейских судах.

В. Статья 11 ГК РФ упоминает о возможности так называемой административной защиты прав, правда оговариваясь, что она не препятствует судебной защите.

В развитии этого положения в науке существует теория административной формы защиты гражданских прав. Эта теория исходит их того, что не только суд осуществляет защиту прав, но в определенных случаях иные органы государственной власти, должностные лица, а также организации, общественные объединения. Существует даже такой термин как «общественные формы защиты».

Однако все наше законодательство построено таким образом, что ни один орган публичной власти, кроме суда, не наделен такими полномочиями, которые позволили был реализовать принудительное исполнение нарушенного права.

Прокуратура РФ обнаружив нарушение гражданских прав субъекта, в отношении которого она наделена правом прокурорского реагирования, принимает меры, способствующие защите прав этого лица, однако саму защиту осуществляет суд.

Как известно в соответствии со статьей 45 Гражданского процессуального кодекса РФ прокурор может обратиться в суд с заявлением в защиту прав недееспособного лица, лица, которое в силу возраста или состояния здоровья само не может обратиться в суд, в защиту РФ, субъектов РФ, оврагов местного самоуправления, защиту неопределенного круга лиц, а также в защиту гражданских прав субъектов трудовых, пенсионных правоотношений, правоотношений в сфере здравоохранения, экологических и т. д. (часть 2 статьи 45 ГК РФ). При этом именно суд будет решать не только вопрос о том нарушено ли право лица и выбирать способ восстановления права, но и на этапе принятия заявления вопрос об основаниях обращения в суд. В случае если суд сочтет, что прокурор не правомочен представлять право – он отказывает прокурору в принятии заявления.

Таким образом, прокурор РФ, осуществляя общий надзор за соблюдением законности, обнаружив нарушение гражданского права лица, может лишь инициировать возбуждение (рассмотрение) дела. Самостоятельно прокурор пресечь нарушение гражданских прав, взыскать убытки – не может. Таким образом защиту права осуществляет суд. Более того, принятие судом заявления не гарантирует вынесение судом решения, которое требует прокурор.

Если прокурор участвует в деле не в инициативной форме, а для дачи заключений – его заключения не имеют для суда обязательной силы, а являются доказательствами в деле. Не согласный с решением суда прокурор может обратиться с представлением в суд вышестоящей инстанции.

Таким образом прокурор в гражданском судопроизводстве имеет статус лица, участвующего в деле. Гораздо выше значение воли самого истца, того гражданина, в защиту чьих прав обратился прокурор. Если прокурор в ходе разбирательства отказывается от заявленных требований – суд выясняет мнение истца. Если истец откажется – суд прекращает производство по делу. Если истец не соглашается – прокурор выбывает из процесса, а суд рассматривает дело по предъявленным требованиям.

Ошибочно было бы думать, что в уголовном процессе аналогичная ситуация. Прокурор лишь возбуждает производство и представляет государственное обвинение. При этом исключительно суд решает вопрос вины, определяет меру наказания.

В арбитражном процессе также предусмотрено участие прокурора (статья 52 АПК РФ), но его участие значительно сужено по сравнению с гражданским процессом.

В арбитражном процессе он может инициировать разбирательство в случае признания незаконной (недействительной) сделки с участием РФ, субъектов РФ и рассмотрении дел о применении последствий таких сделок. В интересах предпринимателей прокурор не обращается в арбитражный суд.

Итак, органы государственной власти, включая прокуратуру, защиту гражданских прав не осуществляют. Безусловно в системе органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, в органах местного самоуправления имеются структуры в чьи обязанности входит создание условий для зашиты гражданских прав (например, органы опеки и попечительства в системе местных администраций). Но все они имею права при наличии определенных оснований на обращение в суд за защитой прав определенных в законе лиц. Это связано с господствующим в гражданском судопроизводстве признака диспозитивности, в соответствии с которым только обладатель нарушенного права принимает решение об обращении в суд за защитой.

Именно в силу диспозитивности статья 134 ГПК РФ содержит такое основание к отказу в принятии искового заявления как то обстоятельство, что заявление подано не тем лицом, чье право нарушено.

Иные юрисдикционные органы (регистрационные, органы кадастрового учета, антимонопольные органы, налоговая) также не осуществляют защиту прав, а в определенных случаях могут лишь участвовать в рассмотрении дел (статьи 46, 47 ГК РФ).

Что касается общественной защиты, то общественные организации могут участвовать для защиты прав своих членов.

Нотариат выполняет также не правозащитную, а функцию охраны гражданских прав. Удостоверяя гражданско-правовые сделки, нотариус проверяет их на соответствие действующего законодательства, на отсутствие оснований признания сделки недействительной, разъясняет сторонам сделки их права и обязанности, и тем самым предохраняет сделки.

Нотариально установленные сделки имеют преимущество. Если требование основано на нотариальной сделке, то дело рассматривается в приказном производстве в течении пяти дней (статья 122 ГПК). Такая сделка не будет признана недействительной.

Таким образом, субъективный признак указывает на тех субъектов, которые вправе осуществлять защиту гражданских прав в России (суды общей юрисдикции, арбитражные суды, третейские суды).