Естественно-научные методы исследований в теории и практике производства судебных экономических и речеведческих экспертиз_ Материалы Всероссийской научно-практической конференции
.pdfи их значения, которые были предложены в дальнейшем будут изменятся для повышения эффективности использования соответствующих компьютерных программ.
В заключении обратим внимание на то, что применение программы «ФОРВЕР – трасолог» в практической деятельности не должно вызвать больших затруднений. Программа не требует большого объема оперативной памяти на жестком диске компьютера. В экспертно-
криминалистических подразделениях в системе МВД на обеспечении как правило есть один ноутбук, для выезда с ним на место происшествия и составления субъективного портрета. Таким образом, в целях выдвижения версий о виде орудия взлома и инструмента в ходе ОМП можно будет установить предлагаемую компьютерную программу на ноутбук.
Список литературы
1. Практическое руководство по производству судебных экспертиз для экспертов и специалистов: Научно-практ. пособие / Под ред. Т.В. Аверьяновой, В.Ф. Статкуса. – М.:
Юрайт, 2011
2.Толстолуцкий В.Ю. Причины востребованности эйдетического мышления в деятельности следователя// Мир науки, культуры, образования. 2012. №2.
3.Толстолуцкий В.Ю., Рыбочкин А.В. Программа формирования следственных версий (ФОРВЕР Следователь): Свидетельство о государственной регистрации программы для ЭВМ № 2013660539. Дата регистрации 08.11.2013.
4.Толстолуцкий В.Ю. Компьютерная программа «ФОРВЕР-СЛЕДОВАТЕЛЬ» повышает эффективность обучения на криминалистическом полигоне// Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2013. № 3(2).
5.Толстолуцкий В. Ю., Фесик П.Ю. Криминалистически значимые признаки, позволяющие определить пол преступника при раскрытии убийств с помощью программы «ФОРВЕР»// Черные дыры в Российском законодательстве. 2009. № 4.
6.Фесик П.Ю. Методологические аспекты использования криминалистической характеристики в раскрытии убийств: Монография. – Н.Новгород: Изд-во ННГУ, 2011.
7.Юматов С.В. К вопросу о создании компьютерной программы выдвижения криминалистических версий в процессе раскрытия и расследования краж и возможности ее использования для поиска следов на месте происшествия // Приволжский научный вестник. - 2014. - № 12-2 (40).
8.Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник/ Под ред. Р.С. Белкина. – М.: НОРМА – ИНФРА М, 1999.
Determination of the type of breaking tool and the instrument in the inspection of the scene of accident through information technology
V. Ju. Tolstolutsky, S.V.Yumatov
The N.I. Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod
The article deals with the creation of a computer program permitting set out versions about the breaking tool and the instrument in the inspection of the scene of accident.
Keywords: criminalistics, breaking tool, inspection of the scene of accident, information technology, expert, expert evidence.
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ТЕКСТА
В ЦЕЛЯХ РЕКОНСТРУКЦИИ ПАРАМЕТРОВ АВТОРА
С.В. Чернова
Вятский государственный университет
svetl.ch2011@yandex.ru
В статье на материале художественного текста рассматриваются приемы установления авторства текста (атрибуции). Цель работы – продемонстрировать, каким образом результаты собственно лингвистического анализа текста в совокупности с учетом факторов экстралингвистического характера могут быть использованы для реконструкции параметров автора. Работа выполнена с опорой на методы системно-функциональной лингвистики и приемы установления авторства текста, связанные с областью междисциплинарных исследований. В результате анализа языкового материала делается вывод о том, что идентификация личности требует ее характеристики на различных языковых уровнях с привлечением сведений из смежных с лингвистикой дисциплин. Показывается, что художественный текст является благодатным материалом для извлечения информации, которая может служить базовой для раскрытия образа мыслей и модели поведения реального человека.
Ключевые слова: лингвистический анализ текста, речевая маска, приемы установления авторства, междисциплинарный подход.
Различные виды текстов (научный, публицистический, деловой, художественный и др.)
изучаются сегодня весьма активно. В зависимости от стоящей перед исследователем задачи
каждый тип текста требует специфических приемов его характеристики. В настоящей статье
объектом анализа является текст как объект лингвистической характеристики, связанной с
установлением его авторства. Т. В. Батура пишет: «Задача установления авторства текстов
(задача атрибуции) встречается в различных областях и представляет интерес для филологов,
литературоведов, юристов, криминалистов, историков» [1, 81]. Цель работы –
продемонстрировать, каким образом результаты лингвистического анализа текста могут быть использованы для реконструкции параметров автора.
Лингвистический анализ художественного текста осуществляется по разным направлениям. Это может быть лингвистическое комментирование. «Главная задача
лингвистического комментирования, пишет Л. А. Новиков, – словарное или подстрочное
разъяснение непонятных, малоупотребительных, устарелых, специальных слов и выражений,
грамматических явлений и других подобных фактов языка. Такой анализ имеет своим
объектом главным образом языковой уровень текста, а также частично – экстралингвистический (культурно-исторические реалии)» [2, 23–24].
Лингвостилистический подход к анализу текста требует «изучения изобразительных средств художественного текста, того эстетического эффекта, который дает синтез. Основной
прием здесь – поиск синтезирующего начала в средствах речевой изобразительности» [2, 24].
Целостный лингвистический анализ «имеет своей задачей комплексное многоаспектное филологическое изучение художественного текста… Единство анализа
цементируется образом автора…» [2, 25].
Лингвистический подход к анализу текста взаимодействует с задачами атрибуции
текста (идентификационными и диагностическими). «Методы атрибуции, – как отмечает
Т. В. Батура, – позволяют исследовать текст на пяти уровнях: пунктуационном,
орфографическом, синтаксическом, лексико-фразеологическом, стилистическом [3, 82].
В нашей работе в качестве материала исследования мы избрали рассказ В. Пронина
«Точка с запятой, или О пользе знания русского языка» [4], многократно использованный нами при работе со студенческой аудиторией для демонстрации того, как может быть установлен автор текста на основе анализа его речевого поведения. В рассказе В. Пронина речь идет о том, как журналист Ксенофонтов на основе анализа текста анонимного письма,
после прочтения которого пожилой человек Костров умер от сердечного приступа, помогает своему другу следователю Зайцеву найти автора анонимки. Сам текст анонимного письма приводится в рассказе лишь частично. Вот он. Ср.: Слушай, ты, старый хрен! Неужели не доходит, что все вокруг не дождутся, пока ты сдохнешь? Соседи ждут комнату, проклиная твою живучесть; дочка зарится на машину… сослуживцы, которым ты…
Данное письмо рассматривается следователем как орудие преступления, однако он затрудняется найти путь, по которому могло бы пойти расследование преступления. В этом ему и помогает журналист Ксенофонтов. Воспроизведем логику рассуждений Ксенофонтова.
Ксенофонтов приходит к следующему выводу. Ср.: «Есть три места, где могут быть заинтересованы в смерти Кострова. Первое – квартира. Тетя с семейством расширила
жизненное пространство. Но она же и кашу заварила. Подозревать ее нет смысла. В
анонимке упоминается дочь, которая якобы мечтает завладеть машиной старика. Дочь тоже отпадает – она ищет какие-то очень полезные ископаемые, кажется в Индии… Остается работа, геологическое управление… Костров был начальником отдела. Я
насчитал человек десять, которые надеются занять его должность».
Вчитавшись в текст анонимки Ксенофонтов, восклицает: «Я знаю его… Я знаю, чем он дышит, чем живет, система его ценностей мне понятна. Даже возраст могу назвать – около пятидесяти».
Далее автор рассказа раскрывает ход рассуждений Ксенофонтова. Журналист установил, что анонимка напечатана на машинке, которая стоит в геологическом управлении,
где все умеют печатать, но печатать, по мнению Ксенофонтова, не значит колотить пальцами по клавиатуре.
Анализируя анонимку, Ксенофонтов отмечает, что она написана с соблюдением всех требований машинописи. Ср.: «Ни одного отклонения не обнаружил… все буквы одинаковой насыщенности. Нет бледных, сильных, жирных… Оставленные поля – три сантиметра… Грамотные поля… Ни одна из десяти строк не залезла за край листа… Когда письмо начинается с обращения, текст к верхнему краю листа прижимать нельзя. Некрасиво получается. Грубо и бездарно. А здесь оставлено не менее семи сантиметров – опять же уличающая грамотность… В машинках, которыми пользуются все желающие, часто забит шрифт, поскольку некому выковыривать грязь из букв. Здесь все буквы чистые.
Любопытства ради поинтересуйся – кто чистит шрифт в машинке геологической конторы? Мое предсказание таково – чистит убийца».
На основе сделанных наблюдений Ксенофонтов обрисовывает другу психологический портрет анонимщика. Ср.: Записывай, – великодушно проговорил Ксенофонтов. – Можешь назвать это психологическим портретом. Значит, так… К самому себе он относится с явным уважением, любит при случае поставить кое-кого на место, ткнуть носом. В его характере есть некоторая неторопливость. В общении проскальзывает церемонность,
иногда – многословие. Он подчеркнуто вежлив. Однако это вовсе не говорит о его истинном уважении к ближним. Этот человек полагает, что мог бы в жизни добиться большего, если бы его ценили по достоинству».
Далее Ксенофонтов обращает внимание следователя Зайцева на одну особенность,
обнаруженную им в письме. Он говорит: «В этом письме есть одна тонкость… Точка с запятой. Знак препинания». Журналист рассуждает так: «Точка с запятой предполагает основательность в характере, многоплановость мышления, грамотность. Не всякий
выпускник университета рискнет употребить этот знак. Веяние времени, Зайцев. Мы живем в мире разговорных фраз, телеграфного стиля, в мире междометий и восклицаний… Ты почитывай иногда газету, в которой работает твой лучший друг. Там нет точки с запятой. Там сплошь точки да крючочки… запятые… Да еще эти оглобли – тире!.. А тут,
вдруг, бац! – точка с запятой».
Вывод Ксенофонтова таков: «Он прибегает к анонимке, чтобы освободить себе место
для продвижения. У него комплекс превосходства».
Следователь удивлен, что анонимщик никак себя не замаскировал. В ответ на это Ксенофонтов указывает ему на маскировочный маневр преступника. Ср.: «Помнишь обращение? Явно хамское, наглое, оскорбительное! То есть он давал понять, что пишет
человек низкого пошиба, невысокой культуры, понятия не имеющий о какой-то духовной
жизни. И тут же – точка с запятой. Вот его маневр и вылез наружу! Значит, на самом деле он не такой, каким хочет казаться».
Проанализируем далее те приемы, которые были положены журналистом в основу его рассуждений. Прежде всего отметим, что рассуждение – это «последовательный ряд мыслей и умозаключений в контексте определённой темы, изложенных в логически последовательной форме… рассуждение используется для обозначения анализа, умственного взвешивания доводов в пользу какого-либо положения, причём предполагается, что эти доводы излагаются связно и методично, так что могут служить достаточным основанием для вывода доказываемого положения» [5]. Логически рассуждающий человек, даже не осознавая этого,
соблюдает принцип консеквентности – один из основных принципов научного подхода к материалу, является носителем дискурсивного мышления, которое рассматривается как
«логическое мышление в понятиях, идущее последовательно, шаг зашагом в противоположность интуитивному познанию, непосредственному схватыванию» [6].
А. А. Ивин пишет: «Искусство правильно мыслить предполагает не только логическую последовательность, но и многое другое. И прежде всего стремление к истине,
интеллектуальную честность, творчество и смелость, критичность и самокритичность ума, его неуспокоенность, умение опереться на предшествующий опыт, выслушать и принять другую сторону, если она права, способность аргументированно отстаивать свои собственные убеждения и т.д.» [7, 223]. Умение правильно мыслить необходимо любому человеку, но особенно важно оно для лингвистов-экспертов и тех, кто занимается следственной практикой.
В. Пронин демонстрирует наличие у персонажа его рассказа умения рассуждать и мыслить логически. Доводы, приводимые Ксенофонтовым в ходе идентификации личности
анонимщика, опираются на наблюдения экстралингвистического и собственно лингвистического характера.
К разряду экстралингвистических факторов относится знание журналистом реальной действительности. Это особенности современной письменной коммуникации, отношение к предметам коллективного использования (в данном случае к пишущим машинкам) в разного рода организациях, психология современных людей, их принадлежность к разным уровням речевой культуры и т.п.
На фоне такого рода знаний Ксенофонтов осуществляет лингвистическое комментирование языковых единиц текста и выстраивает лингвостилистический анализ текста анонимки, затрагивающий характеристику лексического, стилистического и пунктуационного уровней.
Журналист находит в анонимке, написанной в разговорном стиле, лексику разговорно-
сниженного характера (старый хрен, сдохнуть, зариться). Ср. толкования данных слов в словарях.
Сдохнуть, св, однокр. (нсв сдыхать). Груб. 1. Презр. разг.-сниж. Умереть, скончаться (о
человеке). Хрен, -а. м. Груб. разг.-сниж. … Старый хрен. Груб. бран.разг.-сниж. Эвфем. к
Старый х..й. [8].
Глагол зариться (…дочка зарится на машину) принадлежит к лексике просторечной.
Ср.: Зариться… Прост. С завистью смотреть на что-либо; страстно желать, стремиться завладеть чем-либо [9].
Обращение старый хрен в рамках экспрессивной синтаксической конструкции
(Слушай, ты, старый хрен!) стилистически не согласуется с наличием в тексте анонимки точки с запятой, знака используемого в текстах весьма редко и только людьми грамотными и образованными.
Н. С. Валгина пишет: «Судьба точки с запятой интересна тем, что знак этот, в прошлом чрезвычайно употребительный и многозначный, к настоящему времени четко закрепил свои позиции в предложениях с очень распространенными однородными членами или сложными предложениями однородного состава (сложноподчиненными или бессоюзными с перечислительными отношениями) <…> Наблюдения показывают, что основной тенденцией в употреблении точки с запятой является стремление сузить сферу распространения до четко обозначенных позиций: это синтаксическая однородность, перечислительные отношения.
Такая тенденция тесно связана с другой – освобождением знака от фиксации иных значений и, следовательно, функциональным сближением с запятой. Вместе с тем и одновременно с этим наблюдается и тенденция разграничения функций точки с запятой и запятой: пунктуация
в целом и ее элементы стремятся к четкости в фиксации смыслов. В связи с этим точка с запятой наращивает качественные отличия от запятой, усиливает свои смыслоразличительные свойства» [10, 250–253].
Наличие стилевого несоответствия приводит журналиста к мысли, что преступник обратился к приему речевой маски, то есть пытается притвориться не тем, кем он является на самом деле, скрыть свою истинную сущность, исполнить роль маски, которая создала бы ложное представление об образе автора. «Под ролью-маской, – пишет Т. А. Чеботникова, – мы понимаем поведение, которое не отражает, а изображает внутреннее состояние или истинное положение, а образ-маска – это продукт, который получается в результате исполнения роли-маски» [11, 177].
Приведенный рассказ В. Пронина, демонстрирующий возможный путь установления авторства текста с опорой на экстралингвистические и собственно лингвистические факторы является лишь одним из множества образцов такого рода. В специальных исследованиях, посвященных анализу художественного текста, мы найдем целый ряд работ, в которых разнообразные языковые единицы, формирующие текст, рассматриваются как служащие целям идентификации авторов текста [3; 12; 13]. Для успешного решения задач установления авторства текста наиболее плодотворным, как мы полагаем, является междисциплинарный подход.
Список литературы
1.Батура Т. В. Формальные методы определения авторства текста // Вестник Нижегородского университета им.Н.И.Лобачевского. - 2012. - №10. – С. 81-94
2.Новиков Л. А. Художественный текст и его анализ. – М., 2003. – 304 с.
3.Наумов В. В. Лингвистическая идентификация личности. М., 2007. – 240 с.
4.Пронин В. Точка с запятой // Неделя. №14 (1254) 1984.
5.Рассуждение (логика) [Электронный ресурс]. Режим доступа:
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D1%81%D1%81%D1%83%D0%B6%D0%B4%
D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_(%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D0%BA%D0%
B0) (дата обращения – 15.02.2016).
6.Философия: Энциклопедический словарь. – М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004. – 1072 с.
7.Ивин А. А. Искусство правильно мыслить. – М.: Просвещение 1986. – 224 с.
8.Химик В.В. Большой словарь русской разговорной экспрессивной речи. – СПб.:
Норинт, 2004. – 768 с.
9.Словарь русского языка. В 4-х томах. Т. I. – М. Изд-во «Русский язык», 1981.
10.Валгина Н. С. Активные процессы в современном русском языке. Учебное пособие для студентов вузов. – М.: Логос, 2001. – 304 с.
11.Чеботникова Т. А. Речевое поведение личности в дискурсе художественного произведения: роли, маски, образы. – Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2011. – 300 с.
12.Калинина Л. В. Образ человека рубежа XX-XXI веков в зеркале языковых и социальных процессов. – Киров: Изд-во ООО «Радуга-ПРЕСС», 2013. – 190 с.
13.Мухин Н. Ю. Кто написал «Роман с кокаином»? Опыт лингвостатистического исследования: Уральский гос. пед. университет. – Екатеринбург, 2001. – 70 с.
Use of results of the linguistic analysis of the text for reconstruction of parameters of the author
S.V. Chernova
Vyatka State University
In the article on material of the art text methods of establishment of authorship of the text (attribution) are considered. The purpose of the work is to show how results of actually linguistic analysis of the text in total taking into account with factors of extralinguistic character can be used for reconstruction of the parameters of the author. The work is performed with a support on the methods of systemic-functional linguistics and methods of establishment of authorship of the text connected with the area of interdisciplinary researches. As a result of the analysis of language material the conclusion that identification of the personality demands its characteristic at various language levels with attraction of data from disciplines, adjacent to linguistics, is drawn. It is shown that the art text is the fertile material for extraction of the information which can serve basic for disclosure of views and behavior model of the real person.
Keywords: linguistic analysis of the text, speech mask, methods of establishment of authorship, interdisciplinary approach.
ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ МЕТОДЫ В ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗАХ
В.И. Шаров
Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет
им. Н.И. Лобачевского
Нижегородская академия МВД России
v-i-sharov@rambler.ru
Статья посвящена проблеме использования естественнонаучных методов в лингвистических экспертизах. На исторических примерах показано значение этих методов в формировании методологии и теории судебной экспертизы, их важность в проведении судебных экспертиз различных видов и родов. Показано, что большая часть методов, привлекаемых к формированию методологии судебной экспертизы, являются естественнонаучными методами. Несмотря на то, что лингвистическая экспертиза одна из самых сложных для формализации и, как следствие, для попыток приспособить какие-либо иные близкие к естественнонаучным знания для анализа содержания текстов, тем не менее, в работе выделяется несколько направлений использования лингвистами естественнонаучных знаний. Особое внимание уделяется компьютерным методы анализа лингвистической информации, построенных на сложных представлениях о семантики и синтаксисе текстового описания.
Ключевые слова: судебная экспертиза, лингвистическая экспертиза, криминалистика, естественнонаучные методы, математические методы, компьютерные методы.
Естественнонаучные методы имеют особое значение в формировании методологии
судебной экспертизы.
К первым попыткам использования научных знаний следует отнести попытки
применить медицинские знания для освидетельствования лиц, химические - для исследования
документов. Собственно рождение криминалистики, базовой науки для судебной экспертизы,
обязано использованию А. Бертильоном антропологии и статистики для обоснования
антропометрического метода судебной идентификации, когда А. Бертильон, опираясь на
работы А. Кетле, впервые описал и "измерил" внешность человека в целях уголовной
регистрации преступника.
Отдельно следует отметить использование в судебной экспертизе математических
методов. Мы уже отмечали ранее, что криминалистическая экспертиза и сейчас наиболее
"математизированная" часть криминалистики [1], по всей видимости, также обстоят дела и в
иных видах экспертиз. Это и очевидно: в экспертизе как нигде нужна точность и
обоснованность результатов.
Одна из задач, решаемых еще на заре судебно-экспертных исследований с помощью
математики, состояла в обосновании числа идентификационных признаков, наличие которых
может считаться достаточным для достоверного вывода эксперта. Начало таких работ относят
к концу 19-го века, когда Альфонс Бертильон в 1897 г. предложил для исследования почерка изучить частоту встречаемости особенностей начертания отдельных знаков и создать таблицы вероятностей для различных букв, что и позволит эксперту по формуле умножения вероятностей оценить достоверность полученного результата [2].
Иную попытку найти объективные критерии, показывающие значимость комплекса идентификационных признаков в cдактилоскопической экспертизе, в 1911 г. предпринял французский судебный медик Бальтазар. Исследуя проблему доказательного значения дактилоскопии, он произвел математические расчеты, основанные на теории вероятностей, в
результате которых установил допустимую вероятность совпадения признаков в двух разных узорах. Результаты этих расчетов долгое время использовались криминалистами при проведении дактилоскопических экспертиз [3].
Со временем подход Бальтазара был отвергнут, но стало ясно, что "…истинные критерии оценки идентификационных характеристик могут быть получены только на основе статистически подсчитанной распространенности различных признаков" [4]. То есть неточными оказались исходные посылки при расчетах Бальтазара, а не принципиальная возможность такого рода оценок. Фундаментальные исследования возможностей и условий использования вероятностно-статистических методов были начаты для решения почерковедческих задач (А.П. Краснов, П.Г. Орлов) [5]. Итогом явилась методика исследования почерка, опирающаяся на частоту встречаемости признаков с учетом статистической зависимости между отдельными признаками [6].
Свое предложение в почерковедческие исследования в 1903 г. внес Е.Ф. Буринский,
предложивший проводить исследования на основе измерения некоторых показателей почерка.
Позднее, по существу такой же подход лег в основу графометрического метода,
разработанного Э. Локаром [7]. По выражению Н.С. Полевого эти работы носили постановочный характер, но они способствовали развитию новых методов оценки результатов судебной экспертизы.
Математические методы лишь малая часть той методологии, которая формируется в судебной экспертизе. Собственно сама судебная экспертиза - это способ привлечения знаний в уголовный процесс, и знаний в большей части естественнонаучных. История демонстрирует нам удивительные примеры использования в судебной экспертизе документов методов фотографии для исследования доказательств, что блестяще продемонстрировал Е.Ф.
Буринский. Оптическая и электронная микроскопия, исследования в УФ и ИК лучах,
спектральный анализ – все эти методы естественных наук собственно сделали судебную экспертизу тем, что она сегодня себя представляет.