Глава 25
Мама крепко обнимает меня.
- Прислушивайся к зову сердца, дорогая, и прекрати копаться в себе. Расслабься и получай удовольствие. Ты так молода, солнышко. Тебе столько предстоит узнать! Чему быть, того не миновать. Ты заслуживаешь самого лучшего.
Ее искренние слова трогают душу. Она целует мои волосы.
- Мамочка. - Непрошеные слезы щиплют глаза, и я бросаюсь в ее объятия.
- Знаешь, как говорят: иногда приходится перецеловать немало лягушек, прежде чем встретишь принца.
Я криво усмехаюсь.
- Кажется, я уже встретила своего принца, мам. Надеюсь, он не обратится в лягушку.
Она улыбается мне преданной и всепрощающей материнской улыбкой. Как же я ее люблю!
- Ана, твой рейс, - с тревогой говорит Боб.
- Ты приедешь ко мне, мам?
- Конечно, дорогая, скоро. Я люблю тебя.
- И я тебя люблю.
У мамы глаза на мокром месте. Ненавижу уезжать от нее. Я обнимаю Боба, отворачиваюсь и иду прямо к воротам. Не стану оглядываться, твержу я про себя, но не выдерживаю. Боб обнимает маму, по ее лицу катятся слезы. Нужно спешить, я опускаю голову и уныло бреду по коридору, а сияющий белый пол расплывается перед глазами.
В самолете, в комфорте и роскоши бизнес-класса, я пытаюсь успокоиться. Всякий раз мое сердце разрывается на части, когда приходится расставаться с мамой, с моей чокнутой, бесшабашной, в последнее время ставшей такой проницательной мамой. Она любит меня. Бескорыстная любовь - дар, который получают от родителей все дети.
Что Кристиан знает о любви? В детстве он был лишен той родительской ласки, которой заслуживает каждый ребенок. Сердце сжимается, и до меня, словно легкий ветерок, долетают слова мамы: "Хочешь, чтобы он написал о своей любви неоновыми буквами на лбу?" Она уверена в любви Кристиана ко мне, но она моя мать, может ли она думать иначе? Мама считает, что я заслуживаю самого лучшего. Я хмурюсь. И внезапно отчетливо понимаю, что все очень просто. Я хочу любви Кристиана Грея. В самой глубине моей души живет потребность в любви и заботе, поэтому я не спешу афишировать наши странные отношения.
Именно Пятьдесят оттенков заставляет меня проявлять сдержанность. Между искренним чувством и БДСМ-отношениями лежит пропасть. Я обожаю заниматься с ним сексом, Кристиан богат и красив, но это неважно, если он меня не любит. Больше всего я боюсь, что он неспособен любить. Даже себя. Я вспоминаю о его ненависти к себе, о ней - единственной женщине, отношения с которой его устраивали. Она порола его, била - и он решил, что не заслуживает любви. Почему он вбил себе это в голову? Как мог до такого додуматься? Слова Кристиана не дают мне покоя: "Трудно расти в идеальной семье, если ты не идеален".
Я закрываю глаза, воображая его боль, и не могу даже представить, что он должен чувствовать. Я вздрагиваю. Не слишком ли я раскрыла свою душу? Какие тайны выболтала во сне?
Я смотрю на "блэкберри" в смутной надежде получить ответы. Увы, телефон не торопится делиться со мной секретами Кристиана. Пока мы на земле, я решаю написать моим Пятидесяти оттенкам.
От кого: Анастейша Стил
Тема: Домой
Дата: 3 июня 2011 12:53 по восточному поясному времени
Кому: Кристиан Грей
Дорогой мистер Грей!
И снова я наслаждаюсь удобствами бизнес-класса. Спасибо. Считаю минуты до вечера, когда я попытаюсь выбить из Вас всю правду о моих ночных откровениях.
Ваша Ана
чмоки
От кого: Кристиан Грей
Тема: Домой
Дата: 3 июня 2011 09:58
Кому: Анастейша Стил
Анастейша, надеюсь на скорую встречу.
Кристиан Грей, генеральный директор
"Грей энтерпрайзес"
Я хмурюсь. Как сухо и официально, совсем не похоже на его обычный остроумный и лаконичный стиль.
От кого: Анастейша Стил
Тема: Домой
Дата: 3 июня 2011 13:01 по восточному поясному времени
Кому: Кристиан Грей
Дражайший мистер Грей, надеюсь, Ваша проблема разрешилась. Меня насторожил тон Вашего письма.
Ана
чмоки
От кого: Кристиан Грей
Тема: Домой
Дата: 3 июня 2011 10:04
Кому: Анастейша Стил
Анастейша, увы, проблема далека от разрешения. Ты уже в воздухе? Прекрати писать. Ты рискуешь собой и грубо нарушаешь правила личной безопасности. Я не шутил, говоря о наказании.
Кристиан Грей, генеральный директор
"Грей энтерпрайзес"
Вот черт. Что его гложет? Нерешенная проблема? Проиграл на бирже пару миллионов? Или Тейлор удрал в самовольную отлучку?
От кого: Анастейша Стил
Тема: Это уж чересчур!
Дата: 3 июня 2011 13:06 по восточному поясному времени
Кому: Кристиан Грей
Дорогой мистер Ворчун!
Самолет еще не взлетел. Задержка на десять минут. Моя безопасность, а равно безопасность прочих пассажиров не вызывает опасений. Так что нервный срыв вам не грозит.
Мисс Стил
От кого: Кристиан Грей
Тема: Мои извинения - до нервного срыва не дошло
Дата: 3 июня 2011 10:08
Кому: Анастейша Стил
Я скучаю по Вам и Вашему дерзкому рту, мисс Стил. Поскорей возвращайтесь домой.
Кристиан Грей, генеральный директор "Грей энтерпрайзес"
От кого: Анастейша Стил
Тема: Извинения принимаются
Дата: 3 июня 2011 13:10 по восточному поясному времени
Кому: Кристиан Грей
Они задраили люки. Обещаю, что больше не пискну, впрочем, ты, учитывая твою глуховатость, все равно не услышал бы.
До встречи.
Ана
чмоки
Я выключаю "блэкберри". Мне не по себе. Кристиан что-то недоговаривает. Проблема вышла из-под контроля? Я откидываюсь на спинку кресла. Передо мной отсек, где стоят мои вещи. Утром мы с мамой выбрали Кристиану подарок в благодарность за бизнес-класс и полет на планере. При воспоминании о полете губы невольно растягивает улыбка. Я до сих пор не уверена, что решусь вручить Кристиану мой глупый сувенир. Он сочтет это детской выходкой. Впрочем, если он будет в одном из своих странных настроений, возможно, обойдется. Возвращение домой и предвкушение того, что ждет меня там, одинаково волнуют. Гадая, что за проблема гложет Кристиана, я замечаю, что место рядом со мной снова не занято. Я качаю головой. Неужели Кристиан способен купить оба места только ради того, чтобы в дороге я ни с кем не общалась? Я отметаю эту мысль - невозможно быть таким ревнивым и подозрительным. Самолет едет по взлетной полосе, и я закрываю глаза.
Спустя восемь часов Тейлор встречает меня в зале прилета аэропорта Сиэтл-Такома. В руках у него табличка с моим именем. Подумать только! Впрочем, я рада ему.
- Привет, Тейлор.
- Мисс Стил, - сдержанно здоровается он, но в острых карих глазах играет улыбка. Как обычно, одет Тейлор безупречно: угольно-черный пиджак и галстук, белоснежная рубашка.
- Я помню, как ты выглядишь, Тейлор, так что с табличкой ты погорячился. И сколько можно говорить, что для тебя я просто Ана?
- Ана. Могу я взять вещи?
- Нет, я сама. Благодарю.
Тейлор сурово поджимает губы.
- Хорошо, если тебе так удобнее, бери, - уступаю я.
- Спасибо.
Он берет мой рюкзак и новенький чемодан на колесиках. В нем обновки - мамины подарки.
- Сюда, мэм.
Я вздыхаю. Надо же, какой вежливый. Не могу забыть, что когда-то Тейлор покупал мне белье. Сказать по правде, он единственный мужчина на свете, который это проделывал. Даже Рэй ни разу не отваживался на подобную авантюру. Мы идем к черному джипу "Ауди", и Тейлор открывает передо мной дверцу. Я забираюсь внутрь, размышляя, не прогадала ли с юбкой. В Джорджии короткая юбка смотрелась клево, в Сиэтле я кажусь себе голой. Тейлор загружает мои вещи в багажник, и мы едем к Эскала.
Мы медленно движемся в потоке машин. Тейлор не сводит глаз с дороги. Молчун - это еще мало сказано. Наконец я не выдерживаю:
- Как там Кристиан, Тейлор?
- Мистер Грей очень занят, мисс Стил.
Должно быть, та самая нерешенная проблема. От меня так легко не отделаться.
- Очень занят?
- Да, мэм.
Я хмурюсь, Тейлор смотрит на меня в зеркало, наши глаза встречаются. Да уж, в умении держать рот на замке Тейлор не уступит этому психованному деспоту, своему хозяину.
- Он здоров?
- Надеюсь, мэм.
- Тебе удобнее обращаться ко мне на "вы"?
- Да, мэм.
- Хорошо.
Это признание на долгое время заставляет меня замолчать. Я начинаю думать, что слова Тейлора на аэродроме о том, что последние дни с Кристианом нет сладу, мне почудились. Возможно, он жалеет, что тогда разоткровенничался, считает это нечестным по отношению к боссу. Молчание становится невыносимым.
- Как насчет музыки?
- Разумеется, мэм. Что вы предпочитаете?
- Что-нибудь успокаивающее.
Наши глаза снова встречаются, и я вижу, что на губах Тейлора играет улыбка.
- Хорошо, мэм.
Он нажимает клавиши на панели, и тихий распев канона Пахельбеля заполняет пространство между нами. О да... именно то, что надо.
- Благодарю. - Я откидываюсь на сиденье, а Тейлор медленно ведет машину по шоссе I-5 к Сиэтлу.
Спустя двадцать пять минут он высаживает меня у впечатляющего фасада Эскалы.
- Заходите внутрь, мэм. - Тейлор открывает дверцу. - Я позабочусь о багаже. - На лице мягкая, теплая улыбка. Надо же, добрый дядюшка Тейлор.
- Спасибо, что встретили меня.
- Был рад помочь, мисс Стил.
Тейлор с улыбкой идет к входу. Швейцар кивает и машет рукой.
Пока я поднимаюсь на тридцатый этаж, в животе порхают тысячи бабочек. Отчего я так нервничаю? Я не знаю, в каком настроении застану Кристиана на этот раз. Внутренняя богиня надеется на лучшее, подсознание нервно ломает руки.
Дверь лифта открывается, я в фойе. Странно не встретить здесь Тейлора, но он внизу, паркует машину. Кристиан тихо разговаривает по "блэкберри", глядя через стекло на ранние сумерки, опускающиеся над Сиэтлом. На нем серый костюм, пиджак расстегнут, и да, его ладонь ерошит волосы. Он чем-то взволнован, почти возбужден. Что случилось? Взволнованный или спокойный, Кристиан прекрасен, от его красоты захватывает дух. Как ему это удается? Я упиваюсь им.
- Ничего... хорошо... ладно.
Кристиан оборачивается, видит меня, и внезапно с ним происходит разительная перемена. Сначала на лице проступает облегчение, затем серые глаза вспыхивают, а наполненный страстью, чувственный взгляд обращается к моей внутренней богине.
Во рту становится сухо, желание затопляет меня... ох.
- Будь на связи, - коротко бросает он, выключает телефон и стремительно шагает ко мне. Я замираю. Вот черт... и впрямь с ним что-то не так: челюсть напряжена, в глазах тревога. По дороге он скидывает пиджак и развязывает галстук, оставляя их на ковре, а подойдя ко мне вплотную, хватает меня в объятья, поднимает над полом, оттягивает волосы, собранные в хвост, задирает подбородок и впивается в губы с такой страстью, словно от этого зависит его жизнь. Что за черт? Волосам больно, но мне нет дела. Лишь жаркий, отчаянный натиск его губ имеет значение. Я нужна ему, нужна сейчас, и я никогда еще не чувствовала себя такой желанной. Его порыв захватывает и одновременно пугает меня. Я пылко откликаюсь на поцелуй, зарываясь пальцами в его волосы. Наши языки встречаются, страсть захлестывает нас. Его вкус жарок и волнующ, а перед запахом его тела невозможно устоять. Внезапно Кристиан отстраняется и смотрит на меня сверху вниз. Я не могу представить, какие чувства его обуревают.
- Что случилось? - выдыхаю я.
- Как хорошо, что ты вернулась. Примем душ - прямо сейчас.
Знать бы, это просьба или приказ.
- Хорошо, - шепчу я. Кристиан берет меня за руку и ведет в ванную.
Там он включает воду в громадной кабине, медленно оборачивается и оценивающе оглядывает меня.
- Мне нравится твоя юбка. Очень короткая, - говорит он хрипло. - У тебя потрясающие ноги.
Он снимает туфли, стягивает носки, по-прежнему не отрывая от меня глаз. Его страждущий, голодный взгляд лишает меня дара речи. О нет... быть объектом желания этого греческого бога! Я повторяю его движения, снимая свои туфли без каблуков. Внезапно Кристиан хватает меня, прижимает к стене и покрывает поцелуями мое лицо, шею, губы, а его руки ерошат мои волосы. От Кристиана исходит жар, а спиной я чувствую холод плитки. Я осторожно опускаю руки ему на плечи и легко надавливаю. Он издает стон.
- Я хочу тебя, сейчас же, - шепчет он, а руки задирают мою юбку. - Месячные кончились?
- Да, - вспыхиваю я.
- Хорошо.
Он сдергивает с моих бедер белые трусики, быстро опускается на колени и стягивает их с ног. Юбка задрана до пояса, ниже пояса я обнажена и жду, задыхаясь от желания. Прижав мои бедра к стене, Кристиан целует меня в лобок и разводит ноги. Почувствовав его язык, круговыми движениями ласкающий мой клитор, я издаю громкий стон. О Боже! Запрокинув голову, я пальцами зарываюсь в его волосы.
Его язык не знает пощады, настойчивый и властный. Он движется по кругу, снова и снова, без остановки. Наслаждение граничит с болью. Мое тело содрогается, но внезапно Кристиан отстраняется. Что случилось? О нет! Я задыхаюсь, не сводя с него молящего взгляда. Он заключает мое лицо в ладони и впивается в губы, давая мне почувствовать вкус моих соков. Расстегнув ширинку, Кристиан подхватывает меня под ягодицы и поднимает вверх.
- Закинь ноги мне за плечи, детка, - хрипло командует он.
Я делаю, как он велел, и стремительным сильным движением Кристиан входит в меня. Я издаю стон. Поддерживая меня под ягодицы - пальцы впиваются в нежную кожу, - он начинает двигаться, поначалу медленно и методично, но вскоре хладнокровие изменяет ему, и Кристиан ускоряет темп. Ах! Запрокинув голову, я наслаждаюсь неземным ощущением и наконец, не выдержав сладкой муки, взрываюсь в сокрушающем оргазме. Кристиан издает низкий рычащий возглас и носом зарывается мне в шею, одновременно кончая в меня с громким бессвязным стоном.
Дыхание с шумом вырывается из его груди, но Кристиан нежно целует меня, а я потрясенно моргаю, пытаясь сфокусировать на нем невидящий взгляд. Наконец зрение приходит в норму, и Кристиан отпускает меня, бережно поддерживая, пока я не касаюсь ступнями пола. Ванную заволокло паром. Хочется снять одежду.
- Вижу, ты рад моему приезду, - смущенно улыбаюсь я.
Кристиан морщит губы.
- Да уж, мисс Стил, в отношении моих чувств трудно ошибиться. А теперь позвольте мне отвести вас в душ.
Он освобождает три последние пуговицы рубашки, отстегивает запонки, стягивает рубашку и бросает ее на пол. Затем снимает брюки и трусы, отпихивает их в сторону и принимается за пуговицы моей блузки. Я изнемогаю от желания дотронуться до его груди, но сдерживаюсь.
- Как прошел полет? - спрашивает он мягко. После секса Кристиан становится спокойнее, его взвинченность уходит.
- Прекрасно, - бормочу я, все еще задыхаясь. - Еще раз спасибо за бизнес-класс. Не сравнить с обычным полетом. У меня есть новости, - добавляю я нервно.
- Новости? - переспрашивает он.
Справившись с последней пуговицей, он стягивает с меня блузку и швыряет ее поверх кучи собственной одежды.
- Я нашла работу.
Он останавливается, улыбается, глаза теплеют.
- Поздравляю, мисс Стил. Хоть теперь вы признаетесь? - дразнится он.
- Будто вы не знаете?
Нахмурившись, он качает головой.
- Откуда?
- С вашими возможностями, мне казалось... - Я запинаюсь, видя, как вытягивается его лицо.
- Анастейша, я не собираюсь вмешиваться в твою карьеру, если, конечно, ты сама меня не попросишь.
Кристиан выглядит обиженным.
- Так, стало быть, ты не знаешь?
- Нет. В Сиэтле четыре издательства, полагаю, в одно из четырех.
- В СИП.
- О, маленькое издательство, одобряю. - Он наклоняется и целует меня в лоб. - Умница. Когда начнешь?
- С понедельника.
- Так скоро? Придется извлечь все возможное из твоего визита. Повернись направо.
Та легкость, с которой он раздает указания, выбивает меня из колеи, но я не сопротивляюсь. Кристиан расстегивает лифчик, опускает юбку, поглаживая мой зад и целуя плечи. Затем носом зарывается мне в волосы и глубоко вдыхает, сжимая ягодицы.
- Вы сводите меня с ума, мисс Стил, и в то же время успокаиваете. Головокружительная комбинация. - Он целует мои волосы и, взяв за руку, тянет под душ.
- Ой! - взвизгиваю я. Кристиан улыбается, а горячая вода льется на него сверху.
- Всего лишь немного кипятка.
Он прав - это божественно. Горячая вода смывает липкое утро в Джорджии и пот от занятий любовью.
- Повернись спиной, - командует он.
Я разворачиваюсь лицом к стене.
- Я хочу помыть тебя, - бормочет он, тянется за флаконом и выдавливает гель на ладонь.
- Я еще не все тебе рассказала, - шепчу я, пока он массирует мои плечи.
- Не все? - переспрашивает он.
Я делаю глубокий вдох.
- Фотовыставка моего друга Хосе открывается в четверг в Портленде.
Рука Кристиана замирает на моей груди. Я намеренно подчеркнула слово "друг".
- И что? - спрашивает он строго.
- Я обещала прийти. Ты пойдешь со мной?
Довольно долго - мне кажется, прошли века - он молчит, затем снова принимается за мою спину.
- Во сколько?
- Открытие в половине восьмого.
Кристиан целует меня в ухо.
- Хорошо.
Подсознание со вздохом облегчения валится в старое потертое кресло.
- Ты волновалась, когда спрашивала?
- Да. Как ты понял?
- Анастейша, все мышцы твоего тела вмиг расслабились, - замечает он сухо.
- Я боялась... твоей... м-м-м... ревности.
- Правильно боялась, - говорит он мрачно. - Советую тебе и впредь помнить о ней. Но спасибо, что позвала. Мы возьмем Чарли Танго.
Кого? Ах да, его вертолет. Снова в полет! Отлично!
- Можно мне тебя намылить?
- Не думаю, - бормочет он и нежно целует меня в шею, чтобы смягчить отказ. Я надуваю губки и хмурюсь в стену.
- Неужели ты никогда не позволишь мне дотронуться до тебя? - храбро спрашиваю я.
Его рука замирает на моей попе.
- Положи руки на стену, Анастейша. Я возьму тебя прямо сейчас, - шепчет Кристиан мне в ухо, кладя руки на бедра, и я понимаю, что разговорам конец.
Позднее мы сидим за барной стойкой в купальных халатах, поглощая великолепные спагетти алле вонголе, приготовленные миссис Джонс.
- Еще вина? - спрашивает Кристиан, его глаза сияют.
- Немного.
Вкус "Санкерре" резкий и сладкий. Кристиан наливает вино мне и себе.
- Как твоя... м-м-м... проблема? - осторожно спрашиваю я.
Он хмурит брови.
- Вышла из-под контроля, - говорит он тихо. - Но тебе не о чем беспокоиться, Анастейша. Сегодня вечером я кое-что для тебя приготовил.
- Приготовил?
- Я хочу, чтобы ты ждала меня в игровой комнате через пятнадцать минут.
Кристиан встает и смотрит на меня сверху вниз.
- Можешь подготовиться в своей комнате. Кстати, в шкафу ты найдешь много новой одежды. И не вздумай спорить.
Он сужает глаза, ожидая отпора. Не дождавшись, выходит в кабинет.
Спорить? Я? С вами, Пятьдесят оттенков? Мне еще дорога моя задница. Сидя на барном стуле, я пытаюсь переварить то, что он сказал.
Кристиан купил мне одежду. Я вращаю глазами, зная, что он меня не видит. Машина, телефон, ноутбук, на очереди квартира, и я окончательно превращусь в его содержанку.
Полегче! Мое подсознание кривится. Я игнорирую его гримасы, встаю и иду в мою комнату. Мою? Он ведь согласился спать со мной в одной постели. Кристиан не привык никого пускать в свое личное пространство. Но и я не привыкла. Я утешаюсь мыслью, что, по крайней мере, мне есть где укрыться.
В двери врезан замок, но ключа нет. Интересно, запасной у миссис Джонс при себе? Надо будет спросить. Я открываю дверцу шкафа и быстро закрываю. Ни фига себе! Он потратил целое состояние! Я вспоминаю Кейт с ее аккуратными рядами вешалок и твердо знаю, что примерка не потребуется - все вещи точно по размеру. Но у меня нет времени, чтобы поразмыслить над этим - я должна стоять на коленях в комнате боли... или комнате наслаждения - надеюсь.
Я стою на коленях у двери, на мне лишь трусики, сердце ушло в пятки. Боже, неужели ему мало? Кристиан ненасытен, но, возможно, все мужчины одинаковы? Мне не с кем сравнивать. Закрыв глаза, я пытаюсь успокоиться, установить контакт с подсознанием. Оно где-то здесь, прячется за внутренней богиней.
Предвкушение, словно пузырьки газа, бурлит в жилах. Что он задумал? Я делаю глубокий вдох, но не могу унять возбуждения, между ног становится влажно. Все это так... неправильно, нет, неправильно - плохое слово. Это правильно для Кристиана. Это то, чего хочет Кристиан, и после всего, что он для меня сделал, я готова уступить любой его просьбе, любому желанию.
Я вспоминаю о взгляде, которым он встретил меня, о его изменившемся лице, о том, как он бросился мне навстречу, словно путник к оазису в пустыне. Я все отдам, чтобы снова увидеть на его лице этот страстный взгляд. Я невольно сжимаю бедра, тут же вспомнив, что мне велели широко раздвинуть ноги. Я подчиняюсь. Скорей бы! Ожидание наполняет меня мучительным желанием. Я мельком оглядываю слабо освещенную комнату: крест, стол, диван, скамья... кровать. Громадная, застеленная алыми атласными простынями. Интересно, какие предметы он использует сегодня?
Дверь открывается, Кристиан входит, не взглянув на меня. Я быстро опускаю глаза на руки, лежащие на бедрах. Оставив что-то на большом комоде у двери, Кристиан подходит к кровати. Я не выдерживаю, украдкой бросаю на него взгляд - и сердце едва не выпрыгивает из груди. На Кристиане только рваные джинсы, верхняя пуговица небрежно расстегнута. О боже, каким возбужденным он выглядит! Подсознание начинает лихорадочно обмахиваться, а внутренняя богиня, изнемогая, раскачивается в древнем чувственном ритме. Я облизываю губы. Густая кровь грохочет по венам. Что он собирается со мной делать?
Кристиан возвращается к комоду. Выдвинув ящик, он вынимает и раскладывает на комоде какие-то предметы. Меня сжигает любопытство, но усилием воли я заставляю себя не смотреть. Закончив с приготовлениями, Кристиан подходит и становится напротив меня. Я вижу его босые ноги. Как бы я хотела покрыть поцелуями каждый дюйм его ступней, провести языком по стопе, обсосать каждый пальчик! О черт.
- Ты отлично выглядишь, - говорит Кристиан.
Я смотрю в пол, сознавая, что на мне нет ничего, кроме трусиков. Краска бросается мне в лицо. Кристиан наклоняется и поднимает мой подбородок, принуждая встретить его прямой взгляд.
- Ты самая прекрасная женщина на свете, Анастейша. И ты принадлежишь только мне, - тихо говорит он. - Встань.
В его голосе столько мягкости, столько страсти.
Шатаясь, я встаю на ноги.
- Посмотри на меня.
Я поднимаю глаза и вижу тлеющий огонь в его серых глазах. Это взгляд доминанта - тяжелый, холодный, невыносимо чувственный, семь оттенков греха в одном соблазняющем взоре. Во рту становится сухо, и я понимаю, что сделаю все, что он мне велит. На его губах играет почти жестокая улыбка.
- Мы не подписали контракт, Анастейша, но обговорили рамки. Главное, помни о стоп-словах.
Вот дьявол... Что он задумал?
- Повтори их, - властно произносит он.
Я еле заметно хмурюсь, и его лицо тут же мрачнеет.
- Повтори эти слова, Анастейша, - говорит Кристиан медленно и отчетливо.
- Желтый, - бормочу я.
- И? - Его рот сжат в тонкую линию.
- Красный, - выдыхаю я.
- Не забудь.
Это уж слишком! Я готова отпустить язвительное замечание, напомнив ему о своем весьма высоком среднем балле, но ледяной блеск в его серых глазах заставляет меня отказаться от этого намерения.
- Если вы не закроете свой дерзкий рот, мисс Стил, боюсь, мне придется трахнуть вас прямо на коленях. Вам ясно?
Ладно, так и быть. Я нервно сглатываю и покорно закрываю глаза, усмиренная скорее его тоном, чем угрозой.
- Ясно?
- Да, господин, - поспешно бормочу я.
- Умница.
Мгновение Кристиан молча смотрит на меня.
- Стоп-слова нужны не потому, что я хочу сделать тебе больно. Но я собираюсь довести тебя до предела, и тебе придется меня направлять. Ты поняла?
Не совсем. До предела? Ох.
- Я буду прикасаться к тебе, Анастейша, но ты не сможешь видеть и слышать меня. Главное, ты будешь меня чувствовать.
Я хмурюсь. Что значит - "не слышать"? Какой в этом смысл?
Кристиан оборачивается, и я замечаю на комоде черный матовый ящичек. Кристиан подносит к нему руку - и ящичек раскалывается надвое. Дверцы разъезжаются, открывая CD-плеер и панель с кнопками. Кристиан последовательно нажимает их. Ничего не происходит, но, судя по его виду, все идет, как задумано. Я теряюсь в догадках. Когда Кристиан снова оборачивается ко мне, на его губах играет таинственная улыбка.
- Я хочу приковать тебя к кровати, Анастейша, но сперва завяжу глаза, - говорит он, извлекая айпод, - и, кроме того, ты не будешь меня слышать. Только музыку.
Ладно. Музыкальная интерлюдия, хотя я ожидала иного. Впрочем, стоит ли удивляться, непредсказуемость - конек Кристиана Грея. Боже, только бы не рэп!
- Идем. - Он ведет меня к старинной кровати на четырех столбиках. К каждому столбику прикреплены наручники: блестящая металлическая цепочка и кожаные браслеты на фоне алого атласа.
О господи, сердце готово выпрыгнуть из груди, внутри все тает, тело ломит от желания. Никогда еще я не была так возбуждена.
- Стань здесь.
Я стою лицом к кровати. Кристиан наклоняется и шепчет мне в ухо:
- Смотри перед собой. Представляй, что лежишь здесь привязанная, полностью в моей власти.
О боже!
Все мои чувства обнажены до предела. Я слышу, как он отходит к двери и вынимает что - то из подставки для хлыстов и тростей. Ну и дела! Что он задумал?
Я чувствую Кристиана за спиной. Он берет мои волосы, затягивает в конский хвост и начинает заплетать косу.
- Мне нравятся твои хвостики, Анастейша, но я слишком спешу, так что придется самому, - говорит он мягко.
Время от времени его проворные пальцы ненароком касаются спины, и всякий раз меня словно пронзает ток. Наконец Кристиан завязывает волосы узлом и легонько тянет косу на себя. Я подаюсь назад и упираюсь в него. Он тянет вбок и тычется носом мне в шею. Тихо мурлыча, проводит по коже языком и зубами, от корней волос - к плечу. Звуки, которые он издает, заставляют все мое тело вибрировать. Ниже, еще ниже, сюда, внутрь. У меня вырывается легкий стон.
- Ш-ш-ш, - выдыхает он мне в шею и протягивает руки вперед. В правой зажат флоггер. С прошлого раза я запомнила название.
- Коснись его, - шепчет Кристиан, обольстительный, словно дьявол. Моя кровь загорается. Я протягиваю руку и осторожно глажу мягкие длинные пряди. На концах замшевых волокон - маленькие бусины.
- Больно не будет, кровь лишь прильет к коже, усиливая чувствительность.
Не будет? Хорошо, если так.
- Повтори стоп-слова, Анастейша.
- Э... желтый и красный, сэр, - шепчу я.
- Умница. Помни, большинство твоих страхов - в голове.
Кристиан бросает флоггер на кровать и кладет руки мне на пояс.
- Это тебе не понадобится, - тихо говорит он, стягивая с меня трусики. Держась за резной столбик кровати, я поднимаю ноги.
- Стой прямо, - приказывает он, целует и дважды щиплет меня за ягодицу. - А теперь ложись на спину, - добавляет он и смачно шлепает меня. От неожиданности я подпрыгиваю и быстро забираюсь на жесткий негнущийся матрас. Мягкий атлас холодит кожу. Кристиан кажется невозмутимым, лишь глаза горят еле сдерживаемым возбуждением.
- Руки за голову, - командует он, и я подчиняюсь.
О боже, мое тело жаждет его!
На миг он исчезает из поля зрения. Уголком глаза я вижу, как он снова подходит к комоду, возвращаясь с айподом и маской, похожей на ту, что я надевала в самолете. Я хочу улыбнуться, но губы не слушаются. Мышцы лица словно окаменели, глаза расширены, и я не свожу их с Кристиана.
Присев на край кровати, он протягивает мне айпод с какой-то странной антенной и наушниками. Я хмурюсь. Что это?
- Эта штука передает музыку с айпода внешней стереосистеме, - отвечает он на мой незаданный вопрос. - Я буду слышать то же, что и ты, у меня есть пульт. - Кристиан ухмыляется и поднимает маленький плоский предмет, похожий на стильный калькулятор. Наклонившись ко мне, он вставляет наушники в уши и кладет айпод на кровать за моей головой.
- Подними голову, - говорит он, и я, не прекословя, исполняю приказ.
Кристиан медленно заводит резинку за голову, и я слепну. Одновременно резинка удерживает наушники. Кристиан встает с кровати. Я все еще могу слышать его, но меня оглушает собственное дыхание - частое, прерывистое, выдающее мое возбуждение.
Кристиан берет меня за левое запястье и аккуратно пристегивает его к столбику кровати. Длинные пальцы проводят линию по всей длине руки. Ах! Его прикосновение рождает во мне сладкую дрожь. Я слышу, как он заходит с другой стороны и пристегивает правое запястье. И снова его пальцы гладят мою кожу. Боже правый... Я готова взорваться. Ну почему это так эротично?
Став в ногах кровати, Кристиан берет меня за обе лодыжки.
- Подними голову, - снова говорит он.
Я подчиняюсь, и он рывком подтягивает меня к себе. Теперь наручники удерживают мои руки на весу. Вот черт, я не могу пошевелить ими. Трепет предвкушения и мучительный восторг сотрясают тело. Я чувствую влагу между ног. Разведя их в стороны, Кристиан поочередно пристегивает мои лодыжки к столбикам. Я лежу, распятая на кровати, полностью в его власти. Меня пугает, что я не вижу Кристиана, и вся обращаюсь в слух, но слышу лишь, как глухо колотится сердце.
Неожиданно с тихим щелчком просыпается к жизни айпод. Одинокий ангельский голос заводит нежный мотив, его подхватывает другой, еще один, и вскоре небесный хор выпевает внутри моей головы древний, древний гимн. Но что это? Никогда раньше я не слышала такой музыки.
Что-то непередаваемо нежное касается моей шеи, спускается к горлу, мягко скользит вдоль грудной клетки, лаская грудь, обводя соски. Это же мех! Меховая перчатка?
Рука Кристиана неспешно опускается ниже, обводит пупок, гладит бедра. Я предвкушаю продолжение... и эта музыка... эта небесная музыка в моей голове... мех скользит вдоль лобка... вот он уже между ног... вниз, вдоль бедер... мне почти щекотно... вступают еще голоса... каждый ведет свою партию... они сливаются в блаженную гармонию, подобную которой трудно вообразить. Я успеваю уловить слово "deus",[12] значит, поют по-латыни. А меховая перчатка движется вдоль рук, возвращаясь к груди. Соски твердеют под нежными прикосновениями. Я задыхаюсь, ожидая, что мех сменят пальцы Кристиана.
Неожиданно мех уступает место замшевым волокнам. Флоггер повторяет путь меховой перчатки, и я снова разрываюсь между ласковым поглаживанием и пением. Сотни голосов у меня в голове свивают небесный гобелен из золотых и серебряных нитей, замша ласкает кожу... О боже... внезапно все обрывается. Резкий удар обжигает живот.
- Ааааа! - кричу я.
По-настоящему мне не больно, немного щиплет, но меня застали врасплох. Следующий удар сильнее.
- Ааааа!
Мне хочется закрыться руками, вскочить, убежать... или остаться, предвкушая боль. Я ни в чем не уверена, ощущения слишком новы. Я не могу двинуть ни рукой, ни ногой. Еще удар. На этот раз поперек груди. Я снова кричу. Кричу от наслаждения, боль терпима, даже приятна, нет-нет, довольно! Кожа поет в унисон с музыкой, я с каждым ударом все глубже погружаюсь в тайники души, где дремлют самые отчаянные фантазии. И мне это нравится.
Удары вдоль бедер, короткие хлесткие удары по лобку, по ногам, и снова по туловищу, снова вдоль бедер. Удары не прекращаются, пока музыка не достигает кульминации. Неожиданно она обрывается. Замирает и плетка. Музыка вступает снова... и на меня обрушивается град ударов, заставляя стонать и корчиться от сладкой муки. И снова тишина... лишь мое прерывистое дыхание и неутоленная страсть. Что со мной? Что он со мной делает? Я не могу совладать с возбуждением. Я там, где правят порок и похоть.
Кровать прогибается под весом его тела, и музыка вступает вновь. Вероятно, он поставил запись на повтор. Теперь путем, который прочертил мех, следуют нос и губы Кристиана... шея, горло... он целует, посасывает кожу, опускаясь ниже, к груди. Ах! Его язык терзает мои соски, пока рот занят одним, пальцы теребят другой. Вероятно, мои стоны заглушают музыку, но я их не слышу. Я забываю себя, без остатка растворяясь в Кристиане... растворяясь в небесных голосах... в ощущениях, которые сильнее меня. Я полностью отдаюсь на милость его искусных рук и губ.
Кристиан опускается ниже, его язык обводит мой пупок... вслед за мехом и плеткой. Я стону. Он целует, посасывает, покусывает мою кожу... двигаясь все ниже и ниже. И вот его язык добирается туда. Туда, где сходятся мои бедра. Я запрокидываю голову назад и кричу, я зависаю на самом краю - и тут Кристиан останавливается.
Нет! Он опускается на колени между моих ног и освобождает одну лодыжку. Я вытягиваю ногу... закидываю ее на Кристиана. Он освобождает вторую лодыжку. Его руки массируют и растирают мои затекшие конечности. Затем Кристиан сжимает мои бедра и приподнимает меня вверх. Я выгибаю спину, плечами упираясь в кровать. И вот, стоя на коленях, одним мощным движением он входит в меня... о черт... я снова кричу. Я уже ощущаю содрогание оргазма, но внезапно Кристиан замирает. О нет! Сколько еще продлится эта мука?
- Пожалуйста! - умоляю я.
Он стискивает меня сильнее... предупреждая? Его пальцы впиваются в мои ягодицы... я задыхаюсь... выходит, он это нарочно? Очень медленно Кристиан начинает двигать бедрами... мучительно медленно. О черт, когда это закончится? В хор вплетаются новые голоса... и его движения убыстряются, еле заметно, он полностью контролирует себя... двигаясь в согласии с музыкой. Но я уже не в силах терпеть эту муку.
- Пожалуйста, - умоляю я на последнем издыхании. Кристиан резко опускает меня на кровать и сам опускается сверху, удерживая свой вес на руках, и с силой входит в меня. Музыка достигает кульминации, и меня накрывает сокрушающий оргазм, самый сильный из всех, мною испытанных. Кристиан кончает вслед за мной. Три мощных толчка, на миг он замирает и опускается на меня сверху.
Сознание - где бы оно ни плутало - возвращается. Кристиан отодвигается от меня, музыка доиграла. Он вытягивается на кровати, освобождая мое правое запястье. Я издаю стон. Кристиан быстро отстегивает левый наручник, сдергивает маску с моего лица, вынимает наушники из ушей. Щурясь в приглушенном мягком свете, я встречаю его пристальный взгляд.
- Привет, - тихо произносит он.
- И тебе привет, - смущенно бормочу я.
Губы Кристиана трогает улыбка, он наклоняется и нежно целует меня.
- Ты справилась, - шепчет он. - Повернись.
Черт! Что он собирается делать?
Глаза Кристиана теплеют.
- Хочу растереть тебе плечи.
- А... тогда ладно.
Я перекатываюсь на живот. Я смертельно устала. Кристиан начинает мять и поглаживать мои плечи. Я издаю громкий стон - у него такие сильные, такие умелые пальцы. Кристиан целует меня в макушку.
- Что это была за музыка? - бессвязно бормочу я.
- Spem in alium, мотет для сорока голосов Томаса Таллиса.
- Грандиозно...
- Я всегда хотел трахаться под эту музыку.
- Так для вас это впервые, мистер Грей?
- А вы как думали, мисс Стил?
Я снова издаю стон - его пальцы и впрямь творят чудеса.
- И для меня это в первый раз, - сонно бормочу я.
- Хм... у нас с вами многое впервые, - сухо замечает Кристиан.
- Так о чем я болтала во сне, Кри... господин?
На миг его руки замирают.
- Много о чем, Анастейша. О клетках и клубнике... о том, что хотите большего... о том, что скучаете обо мне.
Слава богу.
- И все? - с явным облегчением спрашиваю я.
Кристиан вытягивается рядом, лежит, подперев голову локтем, и строго смотрит на меня.
- А вы чего боялись?
Вот дьявол!
- А вдруг я обозвала вас во сне самовлюбленным болваном и заявила, что в постели вы безнадежны?
Кристиан сводит брови на переносице.
- Для меня это не новость, однако вы меня заинтриговали. Что вы скрываете, мисс Стил?
Я с невинным видом хлопаю ресницами.
- Ничего.
- Анастейша, вы безнадежны, когда дело доходит до вранья.
- Я думала, после секса вы решили меня рассмешить, но это не смешно.
- Я не умею смешить.
- Мистер Грей! Неужели на свете есть что-то, чего вы не умеете? - восклицаю я.
Он улыбается в ответ.
- Увы, в этом смысле я совершенно безнадежен.
В его голосе столько гордости, что я прыскаю от смеха.
- И я.
- Приятно слышать, - тихо говорит он, наклоняется и целует меня. - Но ты точно что-то скрываешь, Анастейша. Скоро я займусь тобой всерьез.