Generated by Foxit PDF Creator © Foxit Software

http://www.foxitsoftware.com For evaluation only.

206

«Умом Россию не понять…». Любят у нас, однако, цитировать это четверостишие к месту и не к месту, как бы гордясь своей загадочной непохожестью на других. Даже сам г-н бывший Президент (Путин) порой не без некоторой гордости цитировал его перед высокими иностранными гостями. А ведь и в самом деле: для начальства наш народ — просто дар божий: вей из него веревки, дави из него соки, гни его в дугу — он всё молчит, да притом еще гордится, что он вот не такой как все. А скажи ему, каков он на самом деле, он тут же взовьется от обиды, взыграет в нем этот самый исконный «квасной патриотизм»

— тут уж держись, обидчик, тем более, если начальство крикнет: «ату его!». Так было, скажем, в случае с тем же Чаадаевым.

В«Былом и думах» А.И. Герцен вспоминает эпизод, когда некий магистр публично назвал поступок Чаадаева «презрительным и гнусным». Присутствовавший при сём наш знаменитый критик В.Г. Белинский, побелев от гнева, воскликнул:

«Что за обидчивость такая! Палками бьют — не обижаемся, в Сибирь посылают — не обижаемся, а тут Чаадаев, видите, зацепил народную честь — не сметь говорить: речь — дерзость, лакей никогда не должен говорить!»

Иверно: палками бьют — не обижаемся, в Сибирь посылают — не обижаемся. Народ постоянно унижают, притом и в том случае, когда обирают его, и тогда, когда что-то дают ему… а мы всё продолжаем лепетать, как слабоумные: «умом Россию не понять». Почему же, однако, не понять? Очень даже можно понять. Вот только для тех, кто пытается делать это, понимание боком выходит.

А в самом деле, каковы мы? Если исходить из исторической реальности и не впадать в фальшивую патриотическую сентиментальность и глупую экзальтацию, нельзя не видеть, что в массе своей мы покорны, пассивны, нелюбознательны, безынициативны, перед всякой властью робеем, равнодушны ко всему, что непосредственно нас не касается («Моя хата с краю…»). Как верно заметил один наш опальный поэт, «основная трагедия русской политической и общественной жизни заключается в колоссальном неуважении человека к человеку». И это обосновано столетиями, всеобщего унижения, когда на другого человека смотрят как на вполне заменимую и не имеющую ценности вещь. У каждого глубоко внутри запрятано ощущение неприязни к свободному волеизъявлению, которое часто вырывается в раздражительное: «да кто он такой, чтобы лезть со своими советами (предложениями, инициативой и т.д.)?».

К сказанному следует добавить, что работать мы не любим… Да, да, не любим, чтобы там ни говорили казенные моралисты по поводу якобы исключительного трудолюбия народа. Кажется, только в России существуют поговорки: «работа не волк — в лес не убежит», «работа дураков любит». Невозможно представить себе, чтобы такие поговорки родились, скажем, в Японии, Китае, Германии или США. Нет, конечно, случаются у нашего народа временами какие-то из ряда вон выходящие пароксизмы трудолюбия, когда он готов горы свернуть. Да вот только они, как и всякий пароксизм, быстро проходят.

Всамом деле — откуда же было взяться этому трудолюбию, да и таким качествам, как инициатива или независимость суждений? Начиная с установления в России крепостного строя в XV веке и практически по сию пору из русского народа последовательно выбивали любовь к труду и всякой инициативе. В то же время вольно или невольно прививали отвращение к нему и вместе с тем развивали иждивенчество, стремление пожить «на халяву», паразитизм, вошедшее уже в легенду воровство… Когда на протяжении веков людей лишали возможности заниматься открытым и честным делом, они невольно начинали плутовать и обманывать. Спрашивается, как в таких условиях могло развиться сознание нравственного долга, честности, права и трудолюбия? Не случайно поэтому, мошенничество, обман, надувательство по сию пору кажутся многим россиянам похвальным делом, проявлением особой ловкости и смекалки. И в самом деле: чтó людям рассуждать о том, что честно и что бесчестно, когда у них веками отнимали всё, что они имели. Если кругом мошенничают, если сплошь берут взятки, обманывают, то как обычному человеку вести себя? Если в обществе веками