Вопросы к тексту:

1. Определите тему, проблему, идею произведения.

2. Какие явления современной автору российской действительности он показывает?

3. На что направлена сатира А. Радищева? Что обличает просветитель? К чему призывает?

4. Какое значение стихотворец придаёт главенству закона в государстве? Подтвердите строками текста.

5. Почему слова «судьба», «власть», «рабство», «гений», «слава», «вольность» автор пишет с большой буквы (как имена собственные)?

6. Каковы особенности жанра «Вольности»?

Практическое занятие № 4

Поэзия конца XVIII века

Задание:

1. Познакомьтесь со стихотворными произведениями Н. Карамзина.

Н.М. Карамзин

Кладбище

Один голос

Страшно в могиле, хладной и тёмной!

Ветры здесь воют, гробы трясутся,

Белые кости стучат.

Другой голос

Тихо в могиле, мягкой, покойной.

Ветры здесь веют; спящим прохладно;

Травки, цветочки растут.

Первый

Червь кровоглавый точит умерших,

В черепах жёлтых жабы гнездятся,

Змии в крапиве шипят.

Вторый

Крепок сон мёртвых, сладостен, кроток;

В гробе нет бури; нежные птички

Песнь на могиле поют.

Первый

Там обитают чёрные враны,

Алчные птицы; хищные звери

С рёвом копают в земле.

Вторый

Маленький кролик в травке зелёной

С милой подружкой там отдыхает;

Голубь на веточке спит.

Первый

Сырость со мглою, густо мешаясь,

Плавают тамо в воздухе душном:

Древо без листьев стоит.

Вторый

Тамо струится в воздухе светлом

Пар благовонный синих фиалок,

Белых ясминов, лилей.

Первый

Странник боится мёртвой юдоли;

Ужас и трепет чувствуя в сердце,

Мимо кладбища спешит.

Вторый

Странник усталый видит обитель

Вечного мира – посох бросая,

Там остаётся навек.

1792.

Странность любви, или Бессонница

Кто для сердца всех страшнее?

Кто на свете всех милее?

Знаю: милая моя!

«Кто же милая твоя?» -

Я стыжусь; мне, право, больно

Странность чувств моих открыть

И предметом шуток быть.

Сердце в выборе не вольно!..

Что сказать? Она... она...

Ах! нимало не важна

И талантов за собою

Не имеет никаких;

Не блистает остротою,

И движеньем глаз своих

Не умеет изъясняться;

Не умеет восхищаться

Аполлоновым огнём;

Философов не читает

И в невежестве своём

Всю учёность презирает.

Знайте также, что она

Не Венера красотою –

Так худа, бледна собою,

Так эфирна и томна,

Что без жалости не можно

Бросить взора на неё.

Странно!.. я люблю её!..

«Что ж такое думать должно?

Уверяют старики

(В этом деле знатоки),

Что любовь любовь рождает, -

Сердце нравится любя:

Может быть, она пленяет

Жаром чувств своих тебя;

Может быть, она на свете

Не имеет ничего

Для души своей в предмете,

Кроме сердца твоего?

Ах! любовь и страсть такая

Есть небесная, святая!

Ум блестящий, красота

Перед нею суета».

Нет!.. К чему теперь скрываться?

Лучше искренно признаться

Вам, любезные друзья,

Что жестокая моя

Нежной, страстной не бывала

И с любовью на меня

Глаз своих не устремляла.

Нет в её душе огня!

Тщетно пламенем пылаю –

В милом сердце лёд, не кровь!

Так, как Эхо, иссыхаю –

Нет ответа на любовь!

Очарован я тобою,

Бог, играющий судьбою,

Бог коварный – Купидон!

Ядовитою стрелою

Ты лишил меня покою.

Как ужасен твой закон,

Мудрых мудрости лишая

И учёных кабинет

В жалкий Бедлам превращая,

Где безумие живёт!

Счастлив, кто не знает страсти!

Счастлив хладный человек,

Не любивший весь свой век!..

Я завидую сей части

И с Титанией люблю

Всем насмешникам в забаву!..

По небесному уставу

Днём зеваю, ночь не сплю.

1793.

Тацит

Тацит велик; но Рим, описанный Тацитом,

Достоин ли пера его?

В сём Риме, некогда геройством знаменитом,

Кроме убийц и жертв не вижу ничего.

Жалеть о нём не должно:

Он стоил лютых бед несчастья своего,

Терпя, чего терпеть без подлости не можно!

1797.

К Милости

Что может быть тебя святее,

О Милость, дщерь благих небес?

Что краше в мире, что милее?

Кто может без сердечных слёз,

Без радости и восхищенья,

Без сладкого в крови волненья

Взирать на прелести твои?

Какая ночь не озарится

От солнечных твоих очей?

Какой мятеж не укротится

Одной улыбкою твоей?

Речёшь – и громы онемеют;

Где ступишь, там цветы алеют

И с неба льётся благодать.

Любовь твои стопы лобзает

И нежной Матерью зовёт;

Любовь тебя на трон венчает

И скиптр в десницу подаёт.

Текут, текут земные роды,

Как с гор высоких быстры воды,

Под сень державы твоея.

Блажен, блажен народ, живущий

В пространной области твоей!

Блажен певец, тебя поющий

В жару, в огне души своей!

Доколе Милостию будешь,

Доколе права не забудешь,

С которым человек рождён;

Доколе гражданин довольный

Без страха может засыпать

И дети – подданные вольны

По мыслям жизнь располагать,

Везде Природой наслаждаться,

Везде наукой украшаться

И славить прелести твои;

Доколе злоба, дщерь Тифона,

Пребудет в мрак удалёна

От светло-золотого трона;

Доколе правда не страшна

И чистый сердцем не боится

В своих желаниях открыться

Тебе, владычице души;

Доколе всем даёшь свободу

И света не темнишь в умах;

Пока доверенность к народу

Видна во всех твоих делах, -

Дотоле будешь свято чтима,

От подданных боготворима

И славима из рода в род.

Спокойствие твоей державы

Ничто не может возмутить;

Для чад твоих нет большей славы,

Как верность к Матери хранить.

Там трон вовек не потрясётся,

Где он любовию брежётся

И где на троне – ты сидишь.

Апрель 1792.