Вопрос 14

Основные черты гражданского права в Новгороде и Пскове.

Вещное право

Начнем их характеристику с права собственности (вещного права). Русская Правда и другие ис-

точники не знают единого общего термина для обозначения этого права. Причина, очевидно, заключается в

том, что содержание этого права было тогда различным в зависимости от того, кто был субъектом и что

фигурировало в качестве объекта права собственности. В Русской Правде в подавляющем большинстве

случаев речь идет о праве собственности людей на движимое имущество, движимые вещи, носившие об-

щее название «имения» (того, что можно взять, «имати»). Для обозначения принадлежности вещи использо-

вались термины: мой, твой, его и т.д. В качестве объекта «имения» фигурируют одежда, оружие, кони, дру-

гой скот, орудия труда, торговые товары и пр. Право частной собственности на них было полным и неогра-

ниченным. Собственник мог ими владеть (фактически обладать ими), пользоваться (извлекать доходы) и

распоряжаться (определять юридическую судьбу вещей) до их уничтожения, вступать в договоры, связан-

ные с вещами, требовать защиты своих прав на вещи и др. То есть можно говорить, что собственность на

Руси – весьма древний институт, считавшийся во времена Русской Правды объектом полного господства

собственника.

Можно предполагать, что субъектами права собственности в указанное время были все свободные

люди (без холопов, ибо последние относились к разряду имущества). Собственник имел право на возврат

своего имущества из чужого незаконного владения на основе строго установленной в Русской Правде про-

цедуры (о ней чуть позже). За причиненный имуществу ущерб назначался штраф. Возвращение вещей тре-

бовало свидетельских показаний и т.д. Причем можно утверждать, что охрана частной собственности уси-

ливается от Краткой Правды к Пространной: если в первой величина штрафа зависела только от вида и ко-

личества украденного скота, то в последней (ст. 41–42) она определяется и местом совершения преступле-

ния (украден ли скот из закрытого помещения или с поля).

Гораздо сложнее обстоит дело с собственностью недвижимой и, в первую очередь, с земельной

собственностью. В Русской Правде ей посвящено всего несколько статей (ст. 70–72 Пр. Пр., ст. 34 Кр. Пр.),

в которых устанавливается штраф в 12 гривен за нарушение земельной или бортной (пчельника) межи. О

том, кому принадлежит земля (князю, феодалу или крестьянину), закон молчит. Большой размер штрафа

вызвал предположение ряда исследователей о феодальном владении, скорее всего, княжеском. Но есть и

другое мнение, что это могла быть межа любого конкретного индивидуального хозяйства или общих владе-

ний деревни, а значительный размер штрафа – лишь показатель уважения законодателем прав землевла-

дельца.

Тем не менее, Русская Правда в первой своей редакции не знает недвижимости как предмета сделок

между живыми или на случай смерти, из-за земли ещё не возникало споров. Отношение к ней поначалу, как

считал М.Ф. Владимирский-Буданов, было не юридическое, а фактическое. Землю занимали для скотовод-

ства или земледелия, пользовались ею, пока она не истощалась, и переходили на другом участок. Первый

же, по восстановление производительных сил, становился достоянием другого лица. Существует также

предположение, что поскольку каждое отдельное лицо было членом общины (или рода), именно община

выступала в качестве юридического лица, в том числе и в праве владения землей. И лишь со временем, в

результате войн, выделения богатых общинников, дружинников и торговцев, появления капиталов, личное

начало одолевает общинное и появляется индивидуальная собственность на землю.

Это мнение не является, однако, единственным. Ряд учёных, напротив, полагает, что укрепление

общинных порядков последовало за индивидуализацией хозяйства и явилось результатом фискальной поли-

тики Московского государства.

Как бы то ни было, можно смело утверждать, что в XII в. земельная собственность существовала в

виде княжеского домена (ряд сел принадлежали княгине Ольге уже в X в.), боярских и монастырских вот-

чин, общинной и семейно-индивидуальной собственности. Очевидно, уже тогда существовали и внутрифео-

дальные договоры о земле и нормы, регулировавшие землевладельческие отношения. Но о том, как они вы-

глядели, можно судить только по более поздним источникам.

Самым древним способом приобретения права собственности на землю была заимка – завладение

свободной землей, без строгого определения границ (а «куды соха, топор и коса ходили») владения. Глав-

ным же основанием существования права собственности на землю стали давность владения и труд (мы

увидим это далее в нормах Псковской судной грамоты,). Позднее к заимке прибавляются другие способы:

прямой захват общинной земли, княжеские раздачи земель дружинникам, тиунам и церкви, и, наконец, куп-

ля.

Обязательственное право

Обязательство представляет собой правоотношение, возникающее между лицами либо вследствие

обоюдной ноли (из договора), либо вследствие правонарушения (деликта). В любом случае, лицо, нарушив-

шее интересы другого лица, обязывается совершить определенные действия в пользу потерпевшего. Но в

Русской Правде ещё не существовало отличия гражданско-правового обязательства от уголовно-правового.

Четкие границы между ними будут определены позднее в процессе формирования отраслей гражданского и

уголовного права. В древнерусском законодательстве обязательства из деликтов влекут ответственность в

виде штрафов и возмещения убытков. Укрывающий холопа должен вернуть его и заплатить штраф (ст. 11

Кр. Пр.). Взявший чужое имущество (коня, одежду) должен вернуть его и заплатить 3 гривны штрафа (ст.

12–13 Кр. Пр.).

Договорные обязательства оформляются в систему при становлении частной собственности, хотя

ещё не существует ни самого термина «договор», на определения его понятия. Очевидно, что под договором

понимали соглашение двух или нескольких лиц (контрагентов), в результате которого у сторон возникают

юридические права и обязанности. Для заключения договора стороны (субъекты) должны были отвечать

следующим требованиям: возраста, правоспособности (умалишенный или раб не имели ее) и свободы (или

доброй воли). Договоры, заключенные по принуждению, не имели силы.

Поначалу договоры были, как правило, словесные, с употреблением и ходе их заключения символи-

ческих обрядов (магарыч, рукобитье) и с обязательным присутствием свидетелей (послухов). Система дого-

воров была простой и предусматривала следующие их виды: мены, купли-продажи, займа, поклажи, лично-

го найма. Договор мены – один из самых древних; из него как особая разновидность мены вырос договор

купли-продажи. Русская Правда знает лишь сделки с движимым имуществом, к которому принадлежали и

холопы. Сделки с холопами заключались при обязательном их присутствии (послухов было не достаточно).

Договор мены или купли-продажи мог быть расторгнут, если обнаруживалось, что продавец ввел в заблуж-

дение покупателя насчет качества вещи, или признан несостоявшимся, если обнаруживалось, что продавец

не имел права собственности на проданную вещь.

Заем – следующий вид договора, он оформлял право заимодавца на личность должника, вплоть до

продажи неисправного должника в рабство. Предметом займа могли быть деньги (куны), мед, жито, семена,

скот и др. вещи. Русская Правда знает несколько видов займа: 1) Простой заем, предполагавший возврат

долга с процентами, которые назывались резо.м (с занятых денег), наставим (с меда), присопом (с жита).

Проценты были велики и делились на годовые, третные и месячные. Размер годовых равнялся 20 (1 к 5),

третные и тем более месячные были ещё выше. Нарушение договора, неисполнение обязательств, вело кпотере свободы. 2) Своеобразной формой займа было закупничество или так называемый самозакладный

заем и заем с отработкой процентов в хозяйстве кредитора.

Поклажа – передача вещей на хранение. Русская Правда предполагала, что в случае утайки какой-

то их части и обвинения в этом хранителя он очищался от него принятием присяги (клятвы).

Договор личного найма влёк за собой право нанимателя на личность наймита, что, в конечном счете,

приводило к холопству. Это разновидность самозакладного займа, в котором имеет место задаток, некая

сумма найма, уплачиваемая в двойном размере в случае, если наймит захочет оставить своего хозяина до

срока («Правосудие Митрополичье»).

Наследственное право

Наследство в Русской Правде носит название статка или задницы, то есть того, что оставляет по-

сле себя уходящий в другой мир. Русская Правда, перечисляя вещи, переходящие к наследникам, знает лишь

движимости (дом, двор, товар, рабов, скот), ничего не говоря о землях, очевидно, в силу того, что право соб-

ственности на землю находилось, как мы уже отмечали, в стадии становления и не достигло того уровня,

при котором закон определяет процедуру передачи собственности по наследству. Наследование осуществ-

лялось по двум основаниям: по завещанию и по закону (или по обычаю). Наследование по завещанию (ряду)

по своей сути не отличалось от наследования по закону, ибо допускало к наследованию только тех лиц, ко-

торые бы и без него вступили в обладание имуществом. То есть завещание имело целью не изменение

обычного (законного) порядка наследования, а лишь простое распределение имущества между законными

наследниками.

Согласно выражению «если без языка умрет», завещания в древности выражались в словесной фор-

ме как коллективная воля всей семьи под руководством её главы –- отца. А вообще правом делать завеща-

ние обладали в Русской Правде отец и мать по отношению к детям и муж по отношению к жене (выдел час-

ти имущества).

Кто же обладал правом наследования? Исключительно члены семьи. Лицам, не принадлежащим се-

мье, завещать имущество было нельзя. Как правило, имущество делилось поровну между всеми сыновьями

без преимуществ старшинства. Более того, младший сын пользовался той привилегией, что в его долю все-

гда входил дом с двором. Она объясняется, вероятно, тем обстоятельством, что старшие братья ко времени

открытия наследства успевали уже обзавестись собственным хозяйством.

Разрушение патриархальных отношений рождает тенденцию к развитию свободы завещательных

распоряжений, но она не выходит за рамки права отца завещать одним сыновьям и лишать наследства дру-

гих. Кроме того, христианские традиции заставляют включать в число наследников церковь, получающую

часть имущества «по душе» (на помин души). Важно отметить, что матери располагали большей свободой

распоряжения своим имуществом, чем отцы. «А матерня часть детям ненадобна, – гласит закон, – кому мать

захочет, тому и отдаст». Мать могла отдать добро одному из сыновей первого или второго мужа, если он

был, отдать тому, кто был к ней «добр». Если же все сыновья оказывались «недобрыми», непочтительными

(«лихими»), то можно было отдавать имущество дочерям. Таково было наследование по завещанию.

В наследовании по закону участвовали дети умершего, вдова и церковь. Жена могла пользоваться

имуществом или его частью только до смерти, после чего оно переходило к детям. После матери наследова-

ли те дети, у которых она проживала. К наследованию без завещания призывались все сыновья («паки без

ряду умрет, то всем детем»). Дочери же при сыновьях исключались от наследства, ибо, выйдя замуж, ос-

новав свою семью, они полностью переходили на обеспечение мужа. Единственное, на что они могли пре-

тендовать, это содержание до замужества и приданое при вступлении в брак. Дочери смердов не могли на-

следовать и при отсутствии сыновей-наследников. Имущество таких семей считалось выморочным и по-

ступало в княжескую казну. «Аще смерд умре, то задница князю, аще будут дщери у него дома, то даяти

ни нее, аще будут замужем, то не даяти части им». Только имущество бояр, не имевших сыновей, перехо-

дило по наследству к дочерям (ст. 91 Пр. Пр.).

От наследства исключались также незаконнорожденные дети (вне церковного брака) и дети от ра-

бынь – наложниц, которые по смерти отца получали вместе с матерью лишь свободу.

Итак, можно сделать вывод, что наследование по древнерусскому праву ограничивалось тесным кру-

гом семьи. Боковые родичи не имели никаких прав на наследство. Этот принцип постепенно меняется, и

можно говорить о том, что именно в расширении круга родственников, призываемых к наследованию, со-

стоит, как мы увидим далее, сущность исторического развития русского наследственного права. Этот про-

цесс идет параллельно с расширением прав частной собственности, с ростом индивидуализма и значения

личности, с постепенным ослаблением связей между членами родственного союза – семьи.

Семейно-брачное право

Семья представляет собой союз лиц, состоящих в браке, и лиц, от них происходящих. Это союз лю-

дей, связанных кровными узами. До возникновения семьи имел место родовой и даже племенной «кровный»

союз, и брака, как такового, не существовало: женщины племени составляли достояние мужчин всего пле-

мени. Вторая ступень в развитии этого института – полигамия, когда племя начинает делиться на отдельные

кровные группы во главе с матерью, прародительницей рода. В общественном устройстве – это время мате-

ринского права – матриархата (мать знают все, отец неизвестен). Следующая ступень – полигамная семья

под властью отца-патриарха – патриархат (один отец, много матерей). И лишь затем в процессе развития

общества возникает моногамная семья (один отец и одна мать).

Уже в языческую эпоху восточные славяне знали брак, т.е. такой союз с целью сожительства муж-

чины и женщины, который основывался на взаимном согласии и был заключен в установленную форму. Не-

вест либо выбирали на игрищах, либо родители по предварительному соглашению приводили их в дом же-

ниха (у полян), получая затем плату (вено). Имело место и похищение (умыкание) невесты. До принятия

христианства и некоторое время после него славяне допускали многоженство, как это мы знаем на примере

самого Владимира-крестителя. Летописец-христианин, явно не одобряя славян-язычников, пишет об этом

так: «И радимичи, и вятичи, и север один обычай имяху, имяху же по 2 и по 3 жены, си же творяху обычая

кривичи, прочие погане, не ведуще закона Божия, но творяще сами собе закон».

В языческие времена брак не прекращался смертью мужа, за которым у некоторых племен должна

была следовать жена. Это не противоречило, однако, полной свободе развода.

Принятие ______христианства изменило брачное право. Брак укрепляется и приобретает значение некоего

таинства. Под влиянием византийского права православная церковь установила пределы свободы растор-

жения брачных уз, устранила многоженство, ввела церковную форму заключения брака (венчание). Правда,

все эти новшества с трудом пробивали себе дорогу, ибо семейно-брачные отношения составляют весьма

консервативную сторону народной жизни. Источники содержат многочисленные факты полного игнориро-

вания церковного венчания; вплоть до XVIII в. встречаются следы свободного расторжения брака по обо-

юдному соглашению.

Вместе с тем, под влиянием римского права, на Руси начинают придавать особое значение обруче-

нию жениха и невесты, которое, получив религиозное освещение, становится нерасторжимым и равным по

силе венчанию. На языке обычного права оно называлось «сговором», а по сути представляло собой договор

между сторонами о будущем браке, в частности, определяло имущественные последствия несостоявшего-

ся брака. Теперь обручение как обязательная процедура непременно предшествует браку.__

Условия совершения брака. 1. Брачный возраст. По византийским законам он равнялся 15 годам для

мужчин и 13 годам для женщин. На Руси эти сроки не соблюдались, браки совершались и в более юном воз-

расте (11 и 10 лет). Что касается крайнего старческого возраста, за пределами которого брак невозможен, то

русское право такого возрастного предела не знало. Во всяком случае, данных на сей счет нет. 2. Свободная

ноля и согласие родителей. 3. Свобода брачующихся от другого брака. 4. Не допускалось вступление в 3-й

брак. 5. Отсутствие близкого родства. 6. Венчание (при исключениях, о которых шла речь). Несоблюдение

указанных условий могло стать причиной признания брака недействительным, со всеми вытекающими юри-

дическими последствиями.

Условия расторжения брака. По церковному учению брак прекращается только физической смер-

тью одной из сторон. Однако вследствие важных причин брак подлежал расторжению. Ими могли быть пре-

любодеяние, неспособность мужа к супружеской жизни, неспособность жены к деторождению, поступ-

ление одного из супругов в монашество (принятие пострига), «заразительная» болезнь, покушение на жизнь,

и т.п.

Жена находилась под властью мужа. Отцовский обычай позволял ему наказывать жену по своему

усмотрению. Имущественные права супругов, не в пример нравственным, склонялись к большему равенст-

ву. И в этом отношении права жены постоянно росли. Кроме прав на приданое, она. с принятием христиан-

ства, получает право на общесемейное имущество, оставаясь после смерти мужа либо его распорядительни-

цей, либо приобретая выдел наравне с сыновьями.

Отношения между родителями и детьми строились на условиях неукоснительного подчинения по-

следних первым. Отец – глава семьи – пользовался неограниченной властью над своими детьми. Родители

имели право продать своих детей в холопы, лишить наследства и даже убить, не неся за это никакого нака-

зания. Первое наказание в русском законодательстве за убийство детей было установлено только в Собор-

ном Уложении 1649 г., причем это наказание было более мягким, чем за убийство постороннего человека.

По смерти отца детей опекала мать, а в случае её повторного выхода замуж назначался опекун. Им

мог быть отчим, но предпочтение отдавалось одному из ближайших родственников. Мать же при этом обя-

зывалась вернуть своим детям и всё наличное, и всё растраченное ею в процессе управления имущество.

Опека прекращалась с достижением зрелости, когда опекаемые «будут сами собой печаловати». Возраст

зрелости источники не указывают. Возможно, он равнялся 15 годам, как в более поздние времена.