Группа_instrument_pomoschi-0

стоит в том, чтобы обеспечить остающимся членам группы возможность выразить и исследовать свою реакцию на данное событие. Это важно как для выживания группы, так и в силу того, что потеря члена группы может иметь особое значение для некоторых людей в группе и резонирует с другими жизненными опытами.

Если группу примерно в одно и то же время покидают сразу несколько человек, может встать вопрос о том, не является ли это подходящим случаем, чтобы завершить работу группы в целом, или, может быть, в нее следует включить новых членов. В некоторых группах психотерапевту следует принимать это решение самостоятельно, в других же этот вопрос может обсуждаться вместе со всеми. Если достигнуто соглашение закрыть группу, то дату завершения следует установить так, чтобы иметь в своем распоряжении немного времени и должным образом использовать возможности, возникающие в период завершения (см. главу 13). Если принято решение включить в группу несколько новых членов и продолжить ее работу, то потребуется также принять решение о том, кто будет решать, каких конкретных людей следует пригласить. При некоторых обстоятельствах ведущий захочет принять это решение сам и в таком случае объявит о своем намерении группе, предоставив ее членам достаточно времени для того, чтобы выразить свои чувства и мнения относительно появления

âгруппе новых лиц. При иных обстоятельствах ведущий принимает решение совместно с группой и поэтому выносит данный вопрос на общее обсуждение. Результатом его может стать всеобщее мнение предоставить ведущему самому принять данное решение, либо общая договоренность относительно количества и характера людей в группе (но при этом ведущему предоставляется право принимать окончательные решения), либо решение членов группы пригласить в нее каких-то конкретных лиц. Любой из этих путей может быть вполне приемлемым

âзависимости от того, кто в группе (только ли ведущий или ведущий и все члены группы) располагает информацией о потенциальных источниках новых членов группы, что думает ведущий о способности членов группы принимать такие решения и т.д.

Какое бы ни было принято решение, группе вскоре предстоит принять и обустроить нового члена (или нескольких), а новому члену группы вскоре будет необходимо найти свое место в новом окружении, имеющем свою историю, в которой он не играл никакой роли. Приход нового члена едва ли потревожит группу, в которой связи между остальными ее участниками были незначительными, а границы все время оставались проницаемыми. В некоторых случаях группа структурирована таким образом, что каждый сеанс имеет самостоятельное значе- ние. Для такой группы не характерна непрерывность, и каждый сеанс

371

проводится в несколько ином составе. Члены подобных групп едва ли замечают уход и приход других людей. Однако в группах с более устой- чивыми связями и более стабильным составом участников чей-то уход и приход кого-то нового является значительным событием для всех.

Члены такой группы выработали определенные нормы, направляющие их занятия и формирующие контекст работы. В терминах фокального конфликта группы, группа проживает историю, включающую в себя некую последовательность ограничивающих и разрешающих решений, выработанных в ответ на совместную тревогу, берущую свое начало в пределах самой группы или во внешнем окружении. Все ее участники помнят некоторые прошлые критические события и понимают через них текущий опыт. Члены группы знают, что они могут,

àчего не могут ожидать от ведущего. Приходя в группу, новый человек ничего этого не знает, и, как правило, нет возможности рассказать ему это, поскольку нормы и ожидания подчас бывают неявными,

àзначение какого-то отрезка прошлой истории выявляется только в ходе событий. Один мой коллега (Murray Horwitz) однажды привел образное сравнение: для человека прийти в новую группу — все равно что войти в совершенно темную комнату, в которой расставлены различ- ные предметы мебели, кое-где острыми углами, но где они — неизвестно. Он также знает, что где-то есть выключатель, но не знает, как его найти. Единственный способ найти дорогу в новой обстановке — двигаться, натыкаясь на препятствия и набивая себе синяки и шишки. Новый человек в группе находится именно в таком положении. Как и любой другой, кто приходит в новую группу, он будет стремиться найти в ней свое комфортное место. Предпринимаемые им попытки могут согласовываться, а могут и не согласовываться с уже установившимся в группе способом оперирования.

Если же поведение нового члена группы вступает в противоречие с существующими нормами, то он находится в девиантной позиции и другие члены группы скорее всего постараются заставить его изменить свое поведение или взгляды. Если подобная попытка потерпит неуда- чу, поведение нового члена вполне может вынудить группу заново обдумать и пересмотреть свой способ оперирования.

Новый член группы является для других неизвестной величиной. Он может стать фигурой, на которую будут проецироваться различного рода фантазии: “Вот тот, у кого есть ответы на все”; “Вот тот, кто не будет нас любить и станет презирать” и т.д. Иногда, просто в лишь силу того, что он новичок, которого привел в группу психотерапевт или социальный работник, вновь приходящему члену группы другими уготована роль нежеланного младшего брата. Помимо этого, временами не исключено, что новый член группы и на самом деле про-

372

явит такие черты или свойства, которые легко могут привести к тому, что кто-то из старых членов группы установит с ним значимые парные отношения. Например, в долговременной открытой молодежной группе произошло следующее.

Мартин, новый член группы, приведенный психотерапевтом, очень скоро проявил себя как весьма словоохотливый, умный и склонный к интеллектуальным рассуждениям человек. Он активно участвовал в работе группы. В то время как всем было необходимо искать Мартину место в группе, эта задача оказалась особенно сложной для Джин, которая (как позднее выяснилось) немедленно восприняла Мартина в качестве подобия своего младшего брата, которого все в семье считали весьма преуспевшим. Джин, ранее достаточно активная, погрузилась в нехарактерное для нее молчание, продолжавшееся в течение трех или четырех сеансов. Все это время она твердо отклоняла любые предложения высказаться и, хотя и не проявляла видимых знаков расстройства, но было совершенно ясно, что ей абсолютно нечего сказать.

На все попытки вновь привлечь ее к активному участию Джин отвечала равнодушным дружелюбием. Психотерапевту оставалось только ждать и надеяться, что внутренняя работа и эффекты наблюдателя позволят ей в конечном итоге поделиться с группой своими чувствами. Она сделала это на четвертом сеансе после прихода Мартина, когда выразила крайнее недовольство поведением Мартина и негодование на психотерапевта за то, что тот привел Мартина в группу. Когда это проявилось, то стало возможным исследовать чувства всех причастных лиц. Данное событие послужило коррективным эмоциональным опытом для Джин, которая впервые на опыте смогла убедиться, что может переносить обостренные чувства злобы и негодования к своим родителям за то, что они ввели в семью нежеланного младшего брата, а затем уже за то, что отдали ему предпочтение.

Смена ведущих

В некоторых случаях покидать группу приходится психотерапевту или социальному работнику. Этого следует по возможности избегать, но иногда психотерапевт заболевает, получает новую работу, переезжает в другой город и т.д. Чтобы помочь членам группы противостоять такому событию и извлечь из него максимум возможного, их следует должным образом о нем предупредить. Уход ведущего может

373

пробуждать острые чувства: люди будут считать, что их бросили, не выполнили взятых по отношению к ним обязательств и т.д. Страх, злость, негодование, зависть — все может здесь присутствовать, а для некоторых людей потеря психотерапевта или социального работника резонирует с болезненными и до сих пор не разрешенными жизненными переживаниями. Если заранее предупредить о своем уходе, то будет время признать, противостоять и исследовать такие чувства и их возможное значение для конкретных людей.

Психотерапевт, принимающий группу после того, как из нее ушел предыдущий руководитель, окажется в той же самой ситуации, что и ее новый член. Более того, ввиду особого положения, которое он занимает в группе, новичок скорее всего станет объектом целого спектра надежд и страхов. Например, члены группы могут связывать с ним нереальные надежды, ожидая, что он сумеет добиться того, чего не сумел предыдущий психотерапевт; либо могут испытывать к нему чувство злобы за то, что он не тот человек, которого они потеряли. Могут заново проявиться страхи, подобные тем, которые они испытывали вначале по отношению к своему первому психотерапевту: боязнь, что он их покинет, отвергнет или найдет недостойными любви. Они могут различными способами проверять социального работника, пытаясь убедить себя в том, что он достаточно силен и компетентен, чтобы справляться с все еще возникающими трудными ситуациями. Чувство безопасности членов группы может оказаться под угрозой или быть поколеблено, и необходимо проделать определенную работу, чтобы его восстановить. В период становления группы нередки слу- чаи, когда беспокойство проявляется в непрямых или символических терминах. Как уже ранее рекомендовалось, наилучший образ действий в данном случае — предоставить членам группы время на то, чтобы их собственное взаимодействие могло привести к противостоянию страхам и к их разрешению. Можно попробовать работать с метафорами, создаваемыми членами группы, или найти способ облегчить страхи (см. главу 9, раздел о работе по установлению разрешающих, а не ограни- чивающих решений, а так же примеры в главе 10).

Группа, утратившая свою полезность, по мнению психотерапевта

Время от времени социальный работник или психотерапевт начи- нают чувствовать, что группа, с которой они до сих пор работали, закоснела и утратила свой смысл и полезность. Точка зрения “эта группа далее бесполезна” является своего рода ларцом, содержащим в себе

374

утверждение о группе и выражение собственных чувств, сплетенные воедино. Чтобы разобраться в данной ситуации, необходимо отделить наблюдаемые факты от чувств. Психотерапевт может сделать это, задав себе следующие вопросы: “Каковы мои чувства?”; “Как в настоящее время ведут себя члены группы?”; “Что, по моему мнению, чувствуют члены группы?”. Отвечая на эти вопросы, ведущий отделяет чувства от поведения, а себя — от других. Если ответ на первый вопрос содержит такие определения, как прискучило или разочарован, значит, ведущий едва ли работает с полной отдачей в интересах членов группы, и его первая задача — признать свои собственные чувства и попытаться справиться с ними.

Мне известны оказавшиеся в этом положении психотерапевты и социальные работники, которые продолжали работать со своими группами, либо находили причину передать их кому-то другому. Некоторые из таких групп становятся бесконечными и последовательно переходят к разным социальным работникам на том основании, что следующая группа сможет предоставить полезную учебную практику студенту или неопытному социальному работнику. Каждый новый ведущий, в свою очередь, начинает испытывать скуку или отсутствие энтузиазма. Если вместо того, чтобы передавать группу кому-то еще, ведущий прямо взглянет на свои собственные чувства, то обнаружится, что он возлагал на группу нереальные надежды и сейчас испытывает разочарование, поскольку группа развивалась не так, как он рас- считывал. Иногда подобное самопризнание вновь пробуждает интерес к группе, поскольку ведущий приходит к иному пониманию состояний рубежа ее членов и того, какого рода групповой опыт им подходит. Иногда подобное упражнение показывает, что группа чересчур долго остается на каком-то плато. Поэтому психотерапевт начал испытывать скуку. Если это плато можно определить, как действие ка- кого-то ограничивающего решения, то сами собой возникают новые возможности для вмешательства.

Иногда внутренних соображений на основе доступных свидетельств бывает недостаточно. Требуется дополнительная информация, которую могут предоставить только члены группы. Социальному работнику или психотерапевту не возбраняется приступить к пересмотру группы, независимо от того, было ли это заложено в структуру. Вы вполне можете спросить: “Я подумал, будет полезно рассказать друг другу о том, как, по нашему мнению, проходила работа в группе и что мы чувствуем по этому поводу”. Дискуссия, которая за этим последует, должна дать новую информацию для всех. Если члены группы предложат ведущему изложить свое собственное мнение, он может найти способ сделать это, не “наказывая”, например, сказав: “Последнее

375

время я думаю о том, что мы уже потратили уйму времени, а все еще топчемся на месте”; или “Меня с недавнего времени беспокоит, что мы впали в какую-то рутину. Интересно, не возникает ли у других такого же чувства?” (Разумеется, психотерапевт не сможет делать подобные заявления в нейтральном тоне, если по-прежнему будет испытывать непризнанные чувства обиды или разочарования. Поэтому важно прежде всего признать собственные чувства и попытаться выработать доброжелательную внутреннюю установку в отношении группы.)

Приглашение поделиться чувствами, испытываемыми к группе, нередко служит тому, что во всеобщем распоряжении окажется новая информация. Например, может обнаружиться, что члены группы испытывают скуку и неудовлетворенность, но продолжают ходить на сеансы из чувства долга по отношению друг к другу или к социальному работнику; или члены группы уже догадались о чувствах ведущего и сейчас испытывают облегчение (возможно, гнев, обиду и т.д.) от того, что им представилась возможность поговорить о них; или, услышав мнения пациентов о том, что они более всего ценят в группе, ведущий сможет увидеть, каким образом она обогащает участников, и сочтет возможным вновь посвятить себя группе. Иногда подобные дискуссии приводят к тому, что становится очевидным: необходимо реструктурирование группы или ее закрытие. Если после таких исследований члены группы все еще желают продолжать работу, а ведущий по-прежнему находит ее до такой степени неблагодарной, что полагает невозможным нормально функционировать в интересах членов группы, ему следует найти способ прекратить эту работу. Его первым побуждением вполне может стать передача группы кому-либо еще, но при этом он будет надеяться, что благодаря проведенным исследованиям сумеет сделать это безболезненным образом, а не просто выражая свое непризнанное бегство.

Многие из ситуаций, описанных в этой главе, вначале воспринимаемые ведущим в качестве проблем или особых задач, представляют собой возможность для отдельных индивидуумов заняться полезной работой. Я указывала на то, что особые возможности для извлечения какой-либо личной пользы очень часто возникают в условиях резонанса: события на уровне группы или межличностные события связываются с важными личными вопросами, чувствами и переживаниями по поводу конкретных людей, помещая их при этом в центр внимания. События уровня группы или межличностные события могут быть связаны с личными чувствами и переживаниями совершенно разными способами. Один из них — тема, важная для отдельного индивидуума, возникает как тема для группы в целом в условиях разрешающего ре-

376

шения, допускающего широкий диапазон исследований. Это может послужить общим контекстом для существенных личных продвижений, когда групповые силы и явления поддерживают личные исследования и конфронтацию со своими проблемами.

Другая форма резонанса возникает, когда группа находится в состоянии конфликта решения. Человек, занимающий девиантную позицию, побуждается исследовать, в силу каких причин он не может принять нарождающееся групповое решение. Часто это ведет к рассмотрению функции, которую выполняет для человека предпочтительное личное решение, или к рассмотрению его происхождения в истории семьи данного человека. Иногда групповые условия таковы, что индивидууму не позволяется сохранять личное решение (человек по привычке сдерживает чувство депрессии, сохраняя за собой роль эксперта, а групповая динамика не позволяет ему этого делать). Тогда необходимое личное решение не может оперировать в группе и проявляются лежащие в его основе побуждения и страхи. Для человека это сопряжено с определенным риском, поскольку ему придется противостоять таким чувствам, прежде чем он будет к этому готов. Однако если группа выработала какую-то основу из разрешающих решений, обеспечивающих поддержку и придающих мужество, это поможет индивидууму противостоять тяжелым чувствам, даже если ощущение угрозы возрастет. Другой способ приобретения значительного личного опыта — возникновение в группе парных отношений, в которых один человек воплощает в себе значимого другого или значимый класс других. Резонансы иногда вызываются непредсказуемыми неподконтрольными событиями (см. предыдущие примеры: несчастный случай с отцом Бригиты; Мартин, новый член группы, очень похожий на брата Джин; покушение на самоубийство в отделении; неожиданное поведение Сэма, устроившего схватку с Филом).

Ведущий — в силу своего поведения — может увеличивать или уменьшать вероятность возникновения таких резонансов. Когда они все-таки возникают, он в состоянии их распознавать и использовать или же не распознавать и не использовать.

В этой главе (а также в общей части предыдущей) я пыталась под- черкнуть, что психотерапевт может обратить происходящее в группе на пользу участникам с помощью прямых и кратких замечаний или вопросов, являющихся частью разговорного или ассоциативного потока. Подобные замечания и вопросы иногда — хотя и не всегда — предлагают альтернативные значения событий, но редко требуют привлече- ния тщательных интерпретаций. Во многих группах их члены могут проделать (и проделывают) большую работу по оказанию помощи друг другу. В таких случаях участие социального работника или психоте-

377

рапевта мало что может к этому добавить. Однако психотерапевт является в группе последней опорой и надеждой (the person of last resort), страхующим (the back-up person) человеком, которому никогда не изменяет мужество. И это значит, что наступят моменты, когда именно ведущий группу должен будет противостоять сложной ситуации, принять весь удар на себя, быть в группе тем, кто называет вещи своими именами. Время от времени возникают ситуации, требующие, чтобы ведущий более продолжительное время занимался с одним или несколькими лицами.

Вернувшись немного назад (к главам 9 и 10), мы увидим, что зада- ча ведущего состоит не только в том, чтобы как можно полнее использовать особые возможности для принесения пользы членам группы, но также и в том, чтобы создать в группе такие условия, когда возможности принести пользу будут возникать особенно часто. В главе 8 я подчеркивала, насколько важно для ведущего находиться в постоянном контакте с событиями в группе и сохранять их понимание, пользуясь этим как основой для проведения вмешательств (или для принятия решений хранить молчание). Ведение в процессе работы группы постоянного диалога с самим собой — важная предпосылка и сопровождение к проведению полезных вмешательств и недопущению бесцельных, чрезмерных или несвоевременных.

Рекомендуемые упражнения

Семинары, посвященные конкретным проблемам: очень многому можно научиться благодаря дискуссиям, проводимым в узком кругу коллег, посвятивших себя работе с группами. Во время этих дискуссий проводится обсуждение последовательности проблемных ситуаций или особых задач, вставших перед одним из коллег. Отталкиваясь от проблемы в том виде, как ее впервые изложил психотерапевт, подобная рабочая группа может помочь ему разобраться, кто что чувствует и кто что делает в данной ситуации. Как правило, вначале проблемы излагаются таким образом, что происходит полное смешение того, кто что чувствует и что делает. Данное упражнение помогает прояснить ситуацию благодаря постановке и получению ответов на четыре ключевых вопроса: “Что я (ведущий) чувствую?”; “Что я делаю?”; “Что они (он, она) делают (делает)?”; “Что, по моему мнению, они (он, она) чувствуют (чувствует)?” Благодаря подобному разложению на множители ведущему, как правило, становится понятнее, какова природа данной проблемы, для кого это является проблемой и каков возможный образ действий. Это упражнение невозможно проделать путем имитации, и

378

13.ЗАВЕРШЕНИЕ ГРУППЫ И ОСОБЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ЭТОГО ПЕРИОДА

Период завершения группы, предшествующий прекращению ее существования, — это время, когда психотерапевт, социальный работник и все члены группы знают, что с какого-то конкретного числа в недалеком будущем группа перестанет встречаться.

В группе, ограниченной по времени, дата завершения известна с самого начала. Фаза завершения в ней начинается с того момента, когда ведущий (или кто-либо еще) напоминает группе, что остается только определенное время до того, как группа должна будет кончиться. В группе, спланированной как неограниченная по времени, с приходом новых членов по мере выбывания старых, периода завершения может вообще не быть, поскольку особенностью такой группы является постепенное изменение ее состава. С другой стороны, подобные группы также иногда завершаются, обычно в силу того, что некоторые люди готовы уйти примерно в одно и то же время, после чего достигается взаимное соглашение о том, что пришло время распустить всю группу. О некоторых близких к окончанию группах нельзя сказать, что у них в психологическом смысле есть период завершения. Хотя грядущая дата закрытия группы и была объявлена, члены группы вложились в нее не в такой степени (а в некоторых случаях этого просто нельзя от них ожидать), чтобы приближающееся окончание группы затрагивало их лично.

Если группа изначально спланирована как ограниченная по времени, каждый с самого начала знает, что она будет существовать, скажем, двенадцать сеансов, два года, пять сеансов и т.д. В более долговременных группах эта информация, как правило, теряется из виду в течение периода ее становления и на протяжении большей части периода устойчивого существования. Ближе к концу серии сеансов членам группы следует напомнить о том, что группа скоро заканчивается, чтобы предчувствие завершения могло стать активной силой, влияющей на их способы работать и использовать группу в течение заключительного периода ее существования. В какой именно момент можно сделать такое напоминание, зависит от запланированной продол-

380