Группа_instrument_pomoschi-0

рам на последних сеансах. Сопоставление представлений членов группы

îтом, что является пользой, и о том, что было для них сложным или важным на протяжении существования группы, со взглядами ведущего может на многое открыть глаза. Нет оснований ожидать, что взгляды членов группы и ведущего полностью совпадут, хотя и те, и другие будут вполне понятны. Иногда члены группы сообщают о такой пользе,

îкоторой ведущий не имел никакого представления, или говорят о важных событиях, которые ведущему такими не показались или он даже не помнит о них. Порой какой-нибудь член группы заявляет, что не получил никакой пользы, хотя имеются явные свидетельства обратного. Например, в одной стационарной группе молодой человек заявил, что рад завершению работы в группе, поскольку она ему уже успела порядком наскучить, не принесла никакой пользы и сейчас он слишком занят другими делами. В действительности, рассудил психотерапевт, именно благодаря опыту участия в группе этот пациент раскрепостился и занял своими делами; огромный выход энергии и пробуждение новых надежд произошли у него именно в результате группового опыта. В то же время было вполне понятно: он будет принижать значение группы, поскольку для него было весьма важным считать, что он стоит на собственных ногах. Этот пример приведен не для того, чтобы заставить психотерапевта ошибочно полагать, что пользу от группы получают все (даже те, кто утверждает обратное), а для того, чтобы подчеркнуть, насколько важно принять точки зрения и ведущего, и членов группы. Необходимо понять и примирить их позиции. Иногда, разумеется, восприятия и суждения членов группы и ведущего полностью совпадают.

(4)Каковы дополнительные результаты ведения группы и доволен ли

ÿèìè?

Часто вы будете рассчитывать на какие-то дополнительные результаты, помимо той пользы, которую надеялись принести членам группы. Например, вы можете надеяться, что группы такого же типа, что и ваша, встретят более благосклонное отношение ваших коллег, или что младшие коллеги, принявшие участие в работе группы, что-то почерпнут из данного опыта, или что вы несколько повысите собственную квалификацию, чему-то научитесь, опробуя незнакомую структуру или стиль ведения группы, или что у окружающих появится более позитивный взгляд на какую-то категорию пациентов. После того как работа группы закончилась, вы можете рассмотреть эти дополнительные результаты и определить, добились ли вы всего, на что рас- считывали.

411

Если, ответив на эти первые вопросы, вы получите ясное представление о только что достигнутых результатах, то далее можете перейти к другим вопросам, касающимся факторов, ассоциированных с результатом. Начните с планирования. Разумеется, планирование — это еще далеко не все, и самый лучший план не гарантирует, что работа группы будет эффективной и удовлетворительной, однако разумное планирование может во многом повлиять на успешное прохождение группы. Поэтому будет совсем не лишним провести детальный обзор планирования после окончания работы группы. Первоочередная задача планирования, основа всего дальнейшего планирования — оценка контингента. Поэтому прежде всего спросите:

(5) Правильно ли я предвидел состояния рубежа и “главной заботы” контингента, с которым работал? Если нет, как именно мне следует изменить или расширить понимание данного контингента? Что следует

изменить — план, структуру или подход к лидерству?

Непосредственно после завершения работы с группой вы будете иметь ясное представление о неповторимом своеобразии каждого ее участника. Для того чтобы мыслить с точки зрения “контингента”, необходимо сместиться на иной логический уровень и подумать о том, что члены группы могут иметь или не иметь между собой общего. Это поможет правильно сделать вывод о том, работали ли вы с людьми, принадлежащими к единому контингенту: с пациентами, относящимися к нескольким различным контингентам (или подконтингентам), каждый из которых мог получить пользу от запланированной структуры; с представителями нескольких различных контингентов или подконтингентов, причем для некоторых из них данная структура работала лучше, чем для других.

Полезно попытаться представить себе, как люди, с которыми вы только что закончили работать, реагировали бы на какую-то иную структуру, совершенно отличную от только что использованной. Допустим, вы прибегали к серии тематически ориентированных дискуссий. Могли бы вы вместо этого использовать открытую дискуссию? Смогли бы вы быстрее подойти к некоторым вопросам, если бы стали использовать определенные упражнения? Если вы опирались на открытую дискуссию, было ли людям в группе достаточно легко управлять ею? Может быть, в следующий раз стоит использовать занятия и упражнения или упражнения с последующей дискуссией?

Возможно, что использованная структура вас в целом удовлетворит. Однако вы увидите способы ее улучшения. Например, вы будете довольны упражнениями в качестве общей схемы, но в ретроспективе обратите внимание, что некоторые из них работали хорошо, а

412

другие приводили членов группы в замешательство или были им не по плечу.

(6) Доволен ли я отдельными деталями моего планирования?

Например, вы можете решить, что в следующий раз нужно запастись чаем или кофе, что сеансы нужно немного удлинить или проводить их несколько чаще. Вы можете решить, что в следующий раз необходимо более строго следить за тем, чтобы сеансы заканчивались вовремя. Все вопросы детального планирования, обсуждавшиеся в главе 5, могут быть пересмотрены в свете полученного опыта.

(7) Работал или нет данный состав? Было ли сочетание людей в группе таким, что группа стала единым целым, а ее члены большую часть вре-

мени конструктивно работали друг с другом?

Иногда в ретроспективе становится видно, что один-два человека так и не нашли своего места в группе, не почувствовали принадлежности к ней или кто-то был уязвим настолько сильнее других, что занял сверхзащищенную позицию и никогда больше не отказывался от нее. Или две подгруппы, обладающие различными конфликтующими предпочтительными защитами и способами оперирования, постоянно находились в состоянии взаимной угрозы.

Следует проявить осторожность в данном вопросе, поскольку психотерапевт может найти способ помочь группе справиться с подобными ситуациями, но не всегда это делает. Другими словами, состав группы был сложным, но все же вполне допустимым, и промахи группы следует отнести к ее управлению.

(8) Провел ли я достаточную подготовительную работу со своими коллегами, со своим агентством или учреждением? Что мне надлежит

делать в следующий раз?

Психотерапевт только после завершения какого-либо проекта ведения групп может осознать, что не сумел предвидеть все воздействие своей работы на более широкое окружение и на входящих в него людей; понять, что сделал необоснованные предположения об отношении своих коллег к его планам и запросам. Время закрытия группы — подходящее для пересмотра вопроса о вашей работе в рамках более широкого окружения, а также для повторного обдумывания, как и с кем следует контактировать на стадии планирования, одобрения каких людей следует искать, о каких полномочиях для себя следует договариваться.

(9) Удовлетворен ли я общением со своими коллегами в процессе работы?

413

Психотерапевт нередко спрашивает себя, достаточной ли была та информация, которую он сообщал своим коллегам в период существования группы. Может быть, он нарушил конфиденциальность или был слишком скрытен? Каковы были общие последствия установленного в данном рабочем окружении порядка общения? Следовало ли вовлекать в этот процесс большее число людей?

(10)Хотелось бы мне в будущем работать вместе с другим терапевтом или же имеет смысл работать в одиночку? Что мне хотелось бы

видеть в соведущем?

Независимо от того, проводилась или нет только что завершенная работа в паре с кем-то, вы, вероятно, вынесли из нее определенное представление о том, чему отдаете предпочтение в данном вопросе. Если вы работали в одиночку, то можете спросить себя: чего вам не доставало, что показалось трудным и не мог ли соведущий быть вам полезен. Если вы работали в паре с другим психотерапевтом или социальным работником, то возникает вопрос: явился этот опыт подмогой или помехой и почему? Вы станете значительно лучшее представлять себе, с какими людьми вам было бы легче или сложнее работать.

Óвас появится более надежное основание для принятия подобных решений в будущем. Если вы рассчитывали, что несколько ведущих примут различные установки или возьмут на себя различные роли в группе, то можете спросить: получилось ли это так, как планировалось, и оправдало ли себя? Если в положении и мере ответственности руководителей имелись различия, устраивало ли это обоих руководителей? Помогало ли работе группы? Любой опыт работы с кем-либо даст более полную основу для принятия в будущем решений о том, с какими личностями вы сможете успешно работать. У вас также появится ясное представление о том, каким образом можно выяснить совместимость потенциального соведущего.

(11)Если бы мне опять пришлось вести группу, состоящую из людей, относящихся к тому же самому контингенту, что и раньше, начал бы я

группу точно таким же образом? Или сделал бы это иначе?

Если вы решили использовать другую структуру, то вполне возможно, что и группу придется начинать как-то по-другому. Однако даже если вы решили воспользоваться прежней структурой, неплохо рассмотреть какой-то иной способ открытия, особенно если события, последовавшие за открытием группы, вызвали сложную реакцию у ее членов.

(12)Что я сейчас думаю о тех методах, которые использовал для мониторинга и оценки группы?

414

Вы уже опробовали определенный набор методов мониторинга группы. Если это так, то, оглядываясь назад, можно судить о том, какие из них оказались наиболее полезными, а какие — менее (и от них стоит отказаться). Вероятно, вам только впоследствии пришла мысль о тех методах, которые могли бы использоваться, но не использовались. Что касается оценки, иногда с опозданием осознаешь, что можно было использовать определенные, достаточно простые способы оценки состояния участников в момент их прихода в группу. Хотя для группы, работать с которой вы только что закончили, все уже позади, оценку следующей группы можно будет спланировать значительно лучше.

Рассмотрев планирование во всех деталях, следует перенести свое внимание на фактические события в группе и задаться следующими вопросами:

(13) Какие события ограничили эффективность группы? Были ли эти события мне подконтрольны или нет? Не допустил ли я каких-либо ошибок или не упустил ли каких-то возможностей принести пользу членам

группы?

Возникает целый ряд подвопросов. Не оказался ли кто-то из членов группы “заперт” в позиции, где было сложно получить пользу от группы? Если да, то что к этому привело? Могут быть следующие предположения: члены группы коллективно поддерживают какое-то ограничивающее решение, требующее, чтобы один из участников играл отведенную ему ограниченную роль в группе; у ведущего развивается стойкая симпатия или неприязнь к кому-либо, кто удерживается в позиции помощника психотерапевта, испорченного ребенка и т.д.; члены группы справляются с девиантом, изолируя его. Иногда в ретроспективе ведущий может составить более точное представление о динамике группы. Я не подчеркивал и специально не выделял критические события, не хвалил за достигнутые успехи. Не упустил ли я какие-то возможности помочь людям фиксировать и постоянно наращивать свои достижения?

Не препятствовал ли я вопросам или темам, заключавшим в себе огромные возможности принести пользу одному или нескольким членам группы?

Некоторые пациенты вынесли из группы очень мало. Что могло послужить этому причиной? Связано ли это с состоянием готовности и личными ресурсами, которые эти люди принесли с собой в группу, или же с силами, возникшими в группе благодаря взаимодействию ее членов? Не поддержал ли я нечаянно, как ведущий, уклонение, сопротивление или невовлеченность конкретных членов группы?

Коротко говоря, вы можете сделать обзор тех ошибок, которые могут снизить получаемую индивидуумами пользу (см. разделы в кон-

415

це глав 9 и 11), и в относительное затишье послегруппового периода поразмыслить о том, не прошли ли какие-то из них незамеченными в период существования группы.

С не меньшей пользой для себя вы можете рассмотреть и успехи группы.

(14) Кто получил наибольшую пользу от группы и что могло послужить

этому причиной?

Независимо от того, проводили вы или нет систематическую оценку, вы будете иметь хорошее представление о том, кто получил значи- тельную пользу. Скорее всего, определенное количество людей, по вашему мнению, получат очень многое. Вы сумеете чему-то научиться, если, обернувшись назад, не без удовлетворения для себя выясните, благодаря чему это стало возможным. Иногда это будет счастливая случайность в составе группы; какой-то член группы обнаруживает когото еще, кто воплощает в себе значимую личность в его жизни и становится средством для выработки новых пониманий или опробования новых способов общения. Иногда решающую роль сыграет ваше собственное поведение, поскольку вы в нужный момент смогли обеспечить поддержку, что-то подчеркнули, за что-то похвалили, противостояли и помогли людям противостоять значимым переживаниям и чувствам, помогли кому-то установить связь между сиюминутным опытом и опытом и отношениями в их нынешней жизни и в прошлом. Иногда групповые силы резонируют с личными тревогами таким образом, что это помогает полезным исследованиям и опытам. Порой человек находится в таком состоянии готовности, что сам создает возможности для полу- чения помощи в группе.

Подобный обзор успехов позволяет подчеркнуть их для себя и поощряет вас делать еще больше.

Можно задать еще некоторые вопросы, которые помогут лучше разглядеть себя в качестве ведущего группы.

(15) Что я узнал о своем собственном стиле ведения группы? Удовлет-

ворен ли я своим стилем или хотел бы его изменить?

Любой групповой опыт, будь он для вас первым, десятым или пятнадцатым, способствует лучшему пониманию себя вообще, а также себя в качестве ведущего группы.

Вы можете рассмотреть собственный уровень участия в работе и отметить, соответствовал ли он в целом структуре группы; ту близость и дистанцированность, которые сохраняли и поддерживали уровень и характер самораскрытия. Оглядываясь назад, можно выявить определенное однообразие стиля: склонность большую часть времени задавать

416

вопросы, обращаться к группе в целом и совсем не обращаться к отдельным людям (или наоборот), ограничиваться преимущественно обобщениями. Возможно, вы заметите склонность к использованию слишком сложного или перегруженного терминологией языка вместо общедоступной речи или тенденцию производить длительные вмешательства с таким количеством соображений, что членам группы трудно за ними уследить. В общем, вы можете спросить, отвечал ли избранный вами стиль потребностям людей, с которыми вы работали, или же он воспринимался ими как холодный, навязчивый, чересчур требовательный, слишком запанибратский и т.д.

Исследование характерных особенностей собственного стиля проводится с намерением изменить его таким образом, чтобы он более последовательно и непосредственно служил целям, преследуемым вами при ведении группы. Возможно, вы попытаетесь разнообразить свой стиль, решив, например, опробовать новый подход в отношении того же самого контингента (при условии, что вы считаете его столь же подходящим) или начнете работать с другим контингентом, которому, возможно, потребуется иная структура и стиль.

(16) Следует ли мне продолжать работать с группами или стоит

избрать какой-то иной способ оказания психологической помощи?

Некоторые из тех, кто профессионально подготовлен для оказания психологической помощи — психиатры, социальные работники, консультанты, клинические психологи, достигшие значительной компетентности в индивидуальной психотерапии или в работе с семьями, — просто не расположены к группам и при работе с ними с трудом добиваются компетентности. Разумеется, нет никакого правила, утверждавшего, что все, кто оказывает психологическую помощь, должны считать все способы оказания помощи одинаково подходящими. Иногда люди не расположены к группам, поскольку предыдущая подготовка настолько приучила их к индивидуальной работе, что им бывает трудно перестроиться. В частности, им может быть сложно выносить то, что они воспринимают как постоянные помехи своим усилиям узнать людей и помочь им. Вы можете почувствовать недовольство формами власти и соответствующими ограничениями, характерными для положения ведущего; беспомощность в сложных и быстро меняющихся групповых ситуациях.

Некоторые люди, эффективно функционирующие как групповые психотерапевты, тем не менее, находят, что им приходится платить за это высокую цену. Они переживают о группе или ее участниках между сеансами, порой испытывая значительный стресс. По этой причине они вполне могут отказаться от дальнейшей работы с группами.

417

Правомерно узаконить радость и удовлетворение (или их отсутствие) в качестве веских оснований для использования конкретных методов оказания психологической помощи. Часто бывает трудно определить, благодаря чему создается общее ощущение удовлетворенности или неловкости, но обычно вам точно известно, что вы испытываете при работе с группой — удовольствие, энтузиазм, живое любопытство или же, напротив, скуку или страх. Если вы сумеете определить для себя источники скуки и страха, то сможете что-то предпринять и продолжить работу с группами. Однако если вы не научитесь — в буквальном смысле — получать удовольствие от такой работы (при всех связанных с нею трудностях и нагрузках), то вам, возможно, следует подыскать иной способ применения своих навыков.

Огорчительно, когда человек решает отказаться от работы с группами на основании какого-то одного трудного или мучительного опыта. Я знала людей, в качестве своего первого группового опыта бравшихся за работу с чрезвычайно сложными группами, которые могли бы послужить серьезным испытанием мастерству, уму и знаниям наиболее опытных групповых психотерапевтов и социальных работников. Неудивительно, что они выносили из этого опыта убеждение в том, что группы бесполезны и не стоят затрачиваемых усилий, что у них самих нет необходимых навыков и им никогда их не выработать. Если ваш первый опыт оказался весьма сложным в силу характера контингента, состава группы, несовместимости с соведущим и т.д., есть смысл попробовать провести по крайней мере еще одну группу, постаравшись спланировать свою работу так, чтобы избежать этих трудностей.

(17) С какими людьми я предпочитаю работать в группах? Есть ли какие-то контингенты, с которыми мне не следует работать, поскольку я не получаю от этого никакого или почти никакого удовлетворения или

потому что я вряд ли смогу хорошо работать с такими людьми?

Не представляется возможным ответить на этот вопрос на основании опыта работы лишь с одной или несколькими группами. Прежде чем вы обретете ощущение того, в чем заключаются ваши особые навыки и интересы, вам придется провести целый ряд групп различных типов. Например, некоторые социальные работники и психотерапевты, по-видимому, обладают особыми навыками и отдают определенное предпочтение работе с регрессивными или госпитализированными душевнобольными; другим эта работа кажется неблагодарной. Некоторые находят особое удовольствие в работе с подростками, в то время как другим она представляется слишком трудной. И так далее. Представляется разумным принимать во внимание все эти предпочте-

418

ния, специальные навыки и симпатии при планировании своей работы, при условии, что в основе ваших решений будет лежать достаточ- но разнообразный опыт.

(18) Имеет ли смысл в следующий раз преобразовать работу с группой в более широкую программу? Если да, то какую форму может обре-

сти эта программа?

Иногда становится очевидным, что результаты вашей работы были бы более значительными, если бы вы, работая с какой-то конкретной группой, одновременно проводили бы и дополнительную работу с теми же самыми людьми. Например, если вы работаете с малолетними правонарушителями в группе, основанной на открытой дискуссии, то можете прийти к мнению, что эту работу можно успешно со- четать с программой каких-либо занятий, программой сопровождения (tracking scheme) или семейной терапией. Если вы работаете с людьми, недавно поступившими в психиатрический госпиталь, то можно подумать о создании группы для родственников, которая проводилась бы параллельно с работой с вашими пациентами.

(19) Какая профессиональная и личная поддержка в следующий раз

потребуется мне и как я заручусь ею?

Само собой разумеется, что любому ведущему, по крайней мере изредка, требуется поддержка. Эту поддержку может вам оказать соведущий, ваш коллега или группа поддержки, состоящая из людей, занимающихся аналогичной работой. Если вы работаете изолированно и не можете воспользоваться ни одной из этих форм поддержки, следует договориться о том, чтобы послать записи или заметки комуто, кто находится далеко от вас, с указанием, какая именно вам требуется помощь, и получить от него устный или письменный ответ.

Вы необязательно научитесь чему-либо из своего опыта. Ведение все большего числа групп может означать скорее повторение одного и того же, нежели наработку новых навыков и понимания. Иногда требуется нечто большее, чем простое аккумулирование опыта: внимательное и критическое осмысление последовательных опытов и использование в своей работе различных перспектив. Что касается последнего, то меня поразил тот факт, что все вопросы, предложенные в этой главе в качестве руководства к обучению на опыте, в том или ином виде подразумевают сопоставление нескольких перспектив. Либо вы сравниваете свое ретроспективное понимание со своим пониманием в данный момент, либо собственную перспективу с перспективой членов группы, либо свое ви´дение с ви´дением коллег. Многие ранее предложенные методы обучения имеют тот же характер: сравнение собствен-

419