IstoriaRPC
.pdfфинскую культуру и в деятельности православной Церкви видела этому препятствие. Архиепископ Финляндский Сергий вынужден был обратиться к генерал-губернатору Финляндии с просьбой оградить православных карел от насильственной финизации. Много внимания он уделял развитию приходской жизни и школьному делу в своей епархии.
В 1911 г. архиепископ Сергий был включен в состав Святейшего Синода, руководил важными синодальными учреждениями: был председателем Особого совещания по вопросам внутренней и внешней миссии, председателем Совещания по исправлению церковно-богослужебных книг; с 1912 г. назначен председателем Предсоборного Совещания, с 1913 г.— председателем Учебного комитета.
После отречения императора Николая II архиепископ Сергий возглавил Синод нового состава и Предсоборный совет. В 1917 г. голосами клириков и мирян он был выбран на Владимирскую кафедру. На Поместном Соборе 1917 г. архиепископа Сергия избрали членом Священного Синода, а после интронизации Патриарха указом Святейшего он был возведен в сан митрополита. В годы гражданской войны митрополит Сергий подвергался неоднократным арестам. Жизненный путь Патриарха Сергия омрачен эпизодом его присоединения к обновленческому расколу в 1922 г., в чем он уже на следующий год принес слезное покаяние перед Святейшим Патриархом Тихоном.
Вконце 1925 г. он возглавил Русскую Церковь в звании Заместителя патриаршего Местоблюстителя. На этом высоком посту ему "приходилось сталкиваться с противодействием как очень честных людей, так и с темными интригами церковных авантюристов. Если первые не понимали, не способны были вникнуть до конца в смысл мероприятий главы Церкви, то вторые, движимые самыми корыстными побуждениями, заинтересованы были только в одном: использовать до конца во вред патриаршей Церкви, с одной стороны, политически напряженную атмосферу революционной борьбы, а с другой — возбужденное событиями, сбитое с толку и панически настороженное настроение верующих. В атмосфере этого хаоса пришлось действовать святителю Сергию многие годы. Приходилось бороться с наиболее тягостным явлением — демагогией отдельных представителей клира. И чем "возвышеннее" звучали призывы самых искренних из них, но не способных понять, что они таким путем губят главное: единство и целостность Церкви, тем крепче должна была действовать власть главы Церкви в смысле духовно-дисциплинарных мероприятий, сколь бы ни казались эти мероприятия
взволнованным и не понимающим положения дел группам верующих суровыми и несправедливыми"438. Проявляя твердость по отношению к упорствующим, святитель Сергий скорбел об ожесточении и никогда не снимал вины с самого себя. Когда после издания известной "Декларации" 1927 г. часть епископата пошла на разрыв с ним, то при получении первого известия о разразившихся нестроениях он жестоко укорял себя: "Что я наделал! Что я наделал!"
В1934 г., по предложению митрополита Алексия, Заместитель Местоблюстителя определением Патриаршего Синода был удостоен титула Блаженнейшего митрополита Московского и Коломенского. Тяжкие скорби переживал глава Русской Церкви и в страшные 30-е гг., когда православное духовенство, разделяя судьбу своего народа, подвергалось жестоким преследованиям. Надежда оставалась только на Бога.
Когда до митрополита Сергия дошла весть о начале войны, он, помолившись, сказал находившимся возле него: "Господь милостив, и Покров Пресвятой Девы Богородицы, всегдашней Заступницы Русской земли, поможет нашему народу перенести годину тяжелых испытаний и завершить войну нашей победой"439. Проживая в Ульяновске и
получая там вести из Ленинграда от митрополита Алексия, он говорил: "Вот нам-то хорошо здесь и покойно, а вот им-то каково, находясь в руках у смерти"440. Келейник Патриарха архимандрит Иоанн (Разумов) так вспоминал о его жизни в Ульяновске:
"Владыка взял себе за правило вставать в 5 часов утра, вычитывать положенное иноческое правило, посещать все церковные богослужения и ежедневно читать Святую Библию на трех языках: еврейском, греческом и славянском... Это занятие Святейший называл "Библейский урок"... В 9 часов легкий завтрак, после которого начинался прием посетителей... до обеда; в 3 часа скромный обед... немного отдохнув, Святейший внимательно разбирал почту. На письма он отвечал сам, ни одного письма не оставив без ответа. Покончив с корреспонденцией, Святейший принимался за газеты. Он был всегда в курсе всех политических событий. Затем приступал к вечернему правилу, каждый день вычитывал дневные службы по Октоиху и Минеям, если сам лично не служил всенощного бдения в храме. Углубившись в молитву, Святейший часто забывал об ужине и, утомленный молитвенным подвигом, спокойно ложился спать, чтобы подкрепить силы. Каждую ночь вставал в 3 часа и вычитывал 12 избранных псалмов с поклонами. Так строго день за днем проходила светлая жизнь ангела Русской Церкви"441.
Почитатель Патриарха Сергия В. Н. Лосский писал о нем после его кончины:
"До конца времен Церковь сохранит память великого святителя наряду с другими именами, которые знает каждый христианин. Когда умер Василий Великий, его друг и сотрудник святитель Григорий Богослов мог сказать: "Все было велико в тебе, Великий Василий, одно лишь было мало: всего только 8 лет ты был епископом Кесарии". То же можно сказать и о почившем возглавителе Русской Церкви. Все было велико в жизни великого Сергия, который всего лишь несколько последних месяцев своего епископского служения носил сан Патриарха Московского и всея Руси. Но как патриарший Местоблюститель он почти 18 лет управлял Русской Церковью. Старый мир, мир Русской империи, мир византийских традиций, восходивший к Константину Великому,— тот мир, который казался многим миром самого христианства, внезапно рушился до основания, и на его месте возникал новый мир вне христианства, но не вне Божественной воли, определяющей исторические судьбы. Чтобы руководить церковной жизнью в столь исключительных условиях, в Москве — столице нового государства, в центре строящегося нового мира, надо было обладать непоколебимой верой в богоустановленность Церкви"442.
ПРИМЕЧАНИЯ
411Московский церковный вестник. 1994. № 6 (103).
412Там же. Запись беседы, составленная Г. Г. Карповым, дополняет рассказ А. ЛевитинаКраснова. Содержание ночной беседы в Кремле он мог знать со слов ее участника митрополита Николая // Краснов-Левитин. Рук Твоих жар. С. 106–107.
413Цит. по: ЖМП. 1943. № 1. С. 5.
414Краснов-Левитин. Рук Твоих жар.
С. 108.
415ЖМП. 1943. № 1. С. 7–8.
416Там же. С. 9–10.
417Там же. С. 17–18.
418Там же. С. 16.
419Там же. С. 13.
420Там же. С. 14.
421Там же. № 2. С. 8.
422Там же. С. 9–10.
423Там же. № 3. С. 11.
424Там же. № 2. С. 25.
425Там же. С. 3–5.
426Там же. № 3. С. 3–4.
427Там же.
428Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь и Советское государство в 1943–1964
годах. СПб., 1995. С. 116.
429ЖМП. 1943. № 3. С. 13.
430Там же. № 4. С. 24–25.
431Там же. 1944. № 3. С. 11–12.
432Патриарх Сергий. С. 228.
433Феодосий (Процюк). Обособленческие движения Т. 4. С. 736–737.
434ЖМП. 1944. № 4. С. 4.
435Патриарх Сергий. С. 208–209.
436Там же. С. 53–54.
437Там же. С. 213.
438Там же. С. 255–256.
439Там же. С. 234.
440Там же. С. 235.
441Патриарх Сергий. С. 232–233.
442Там же. С. 263–264.
ГЛАВА VIII
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ
ПРИ СВЯТЕЙШЕМ ПАТРИАРХЕ АЛЕКСИИ I (СИМАНСКОМ)
(1944– 1970)
В день блаженной кончины Патриарха Сергия было вскрыто его завещательное распоряжение, составленное 12 октября 1941 г., в котором он назначал Местоблюстителем патриаршего престола митрополита Ленинградского Алексия (Симанского). В этот же день, 15 мая 1944 г., Священный Синод на основании того, что Поместный Собор 1917– 1918 гг. возложил на Святейшего Патриарха обязанность в чрезвычайных обстоятельствах назначать себе преемника для временного исполнения обязанностей патриаршего Местоблюстителя, принял к исполнению завещание почившего Патриарха.
28 мая митрополит Алексий обратился к архипастырям, пастырям и верным чадам Русской Православной Церкви с первым первосвятительским посланием, извещая о том, что принял на себя исполнение обязанностей предстоятеля Церкви, и обещал следовать по пути, начертанному Патриархом Сергием, призывая к тому и свою паству. Местоблюститель патриаршего престола воздал долг любви и благодарности своему почившему предшественнику за мудрое первосвятительское служение. На долю Патриарха Сергия "выпало много труда и скорбей в борьбе с церковными нестроениями, с церковным разделением, с ожесточенными нападками на него лично. Однако всегда, неизменно с кротостью, но твердо защищая церковную истину, отражал он удары на Церковь, не "своих си ища", а взыскуя одной правды. К нему можно применить выражение одного церковного песнопения в честь святителя Николая: "Свидетельствоваше светлость лица его душевное незлобие; извествоваше кротость слово молчаливое. И была вся "жизнь его и успение со святыми""443. Война еще продолжалась, и предстоятель Русской Православной Церкви призвал верующий народ усилить молитвы о победе русского оружия. Свой призыв он повторил в послании в канун третьей годовщины начала войны. Церковь будет "молиться, да падет пред силой нашего воинства "тысяща и тьма" сопротивных и да сокрушится неправда, дерзнувшая посягнуть на свободу и честь нашей Родины. Пусть наших доблестных и победоносных вождей и воинов, освобождающих нашу Русскую землю, осеняет в их победном шествии на запад, на полное разрушение лукавых козней врага, на разгром фашизма эта молитва и это благословение Церкви"444.
После кончины Патриарха Сергия внутренняя жизнь Церкви нуждалась в дальнейшем устроении. Первостепенной по важности заботой священноначалия было замещение вдовствующих кафедр. Как правило, рукополагали престарелых вдовых священнослужителей, принявших постриг за несколько дней перед этим. 21 мая в московском Богоявленском соборе патриарший Местоблюститель митрополит Алексий возглавил хиротонию во епископа Полтавского и Кременчугского Николая (Чуфаровского). В Преображенской церкви Москвы митрополит Крутицкий Николай хиротонисал во епископа Ворошиловградского священника Калининской епархии
Александра Порфирьевича Петина, получившего в монашестве имя Никон. Пожалуй, единственным исключением явилась хиротония во епископа Симферопольского и Таврического архимандрита Иоасафа (Журманова), принявшего монашеский постриг еще в 1915 г. Она состоялась 13 августа в Богоявленском патриаршем соборе. Ее возглавил митрополит Алексий. 27 августа он хиротонисал во епископа Владимирского и Суздальского иеромонаха Онисима (Фестинатова). 29 октября митрополит Крутицкий Николай возглавил хиротонию во епископа Калининского иеромонаха Рафаила (Березина). В январе 1945 г. в Спасо-Преображенском соборе Москвы патриарший Местоблюститель митрополит Алексий возглавил хиротонию во епископа Вологодского и Черновицкого Иустина (Мальцева), кандидата богословия Казанской Духовной Академии.
Впервый месяц своей первосвятительской деятельности митрополит Алексий вместе со Священным Синодом совершил ряд перемещений на архиерейских кафедрах: архиепископ Саратовский Григорий (Чуков) был переведен на Псковскую кафедру, впоследствии на Саратовскую кафедру был назначен епископ Паисий (Образцов); архиепископ Рязанский Алексий (Сергеев) был перемещен на Ярославскую кафедру, на Рязанскую назначили епископа Ульяновского Димитрия (Градусова); архиепископа Ставропольского Антония (Романовского) перевели на Николаевскую кафедру. На Смоленскую кафедру патриарший Местоблюститель и Священный Синод поставили новохиротонисанного епископа Сергия (Смирнова). Всего за время местоблюстительства митрополита Алексия с мая 1944 по январь 1945 г. совершено было 10 епископских рукоположений, кроме того, два епископа, бывших на покое, получили назначения на кафедры. Осенью 1944 г. епископат Русской Православной Церкви насчитывал уже около 50 правящих архиереев, примерно столько, сколько Русская Церковь имела в канун разгрома церковной организации 1937– 1939 гг.
В1944 г. распадались последние обновленческие общины и к канонической Церкви присоединялись обновленческие епископы в том состоянии, какое они имели до 1924 г., если не утратили правоспособности на епископское или пресвитерское служение. Так, 24 июля 1944 г. архиепископом Псковским Григорием (Чуковым) в Николо-Богоявленском соборе Ленинграда были приняты в каноническое общение как миряне лжеепископ Сергий Румянцев и лжеархиепископ Димитрий (Лобанов), в сане протоиерея присоединили к Православной Церкви лжеархиепископа Днепропетровского Григория (Константиновского). В епархиях продолжали открываться приходы: с января по ноябрь 1944 г. богослужение было возобновлено в 200 храмах, но, конечно, число это было несопоставимо с количеством приходов, открытых на оккупированной территории.
В1944 г. закончилось освобождение Украины, в мае Красная Армия прорвала оборону немцев между Витебском и Оршей и повела стремительное наступление на запад. Линия фронта переместилась за границы Советского Союза. В июле этого же года союзники открыли второй фронт в Западной Европе. Начался завершающий этап второй мировой войны. Когда в Москву пришло известие о высадке англо-американского десанта во Франции, Местоблюститель патриаршего престола обратился с телеграммой к послу Великобритании в Москве А. Керру и через него к архиепископу Кентерберийскому с "молитвенным сердечным пожеланием Божией помощи и великих успехов доблестным
братским союзным армиям в священном подвиге освобождения европейских народов от злейшего врага цивилизации — фашизма"445.
После вступления Красной Армии в Белоруссию белорусские епископы переехали в Гродно, а оттуда 7 июля 1944 г. были эвакуированы немцами в Германию. Среди них был и глава Белорусской Церкви митрополит Пантелеимон (Рожновский), в эмиграции он и его собратья вошли в юрисдикцию Карловацкого Синода. Большинство же
священнослужителей не захотели, а некоторые и не смогли покинуть Родину. Участь их оказалась нелегкой: многие были арестованы и осуждены на длительные сроки тюремного заключения по обвинению в коллаборационизме, который чаще всего выражался в том, что священники открывали приходы и возобновляли богослужение в храмах по разрешению немецких властей. Однако приходы, открытые во время оккупации, советские власти, как правило, не закрывали. Для нормального устроения церковной жизни в освобожденной Белоруссии Патриархия должна была поставить новых епископов на вакантные кафедры. Так, в 1944 г. архиепископ Калининский и Смоленский Василий (Ратмиров) был перемещен на Минскую кафедру, на Брестскую был назначен новохиротонисанный епископ Паисий (Образцов). Несколько позже, в феврале 1945 г., в епископа Пинского был хиротонисан архимандрит Онисифор (Пономарев).
В августе 1944 г. Красная Армия, освободив Молдавию, перешла Прут и вступила на территорию Румынии. Митрополит Кишиневский Румынской юрисдикции Ефрем (Тигиняну) и его викарии оставили Молдавию вместе с румынскими войсками и властями. 31 декабря 1944 г. в Богоявленском патриаршем соборе в Москве патриаршим Местоблюстителем митрополитом Алексием была совершена хиротония во епископа Кишиневского и Молдавского архимандрита Иеронима (Захарова).
Участь православного духовенства в Молдавии и Прибалтике после возвращения этих территорий в Советский Союз была неодинаковой. В Прибалтике православное меньшинство в отличие от католиков и протестантов рассматривалось властями как пророссийски ориентированное, молдавский же народ был православным, и это не считалось признаком лояльности советским властям. С приходом Красной Армии значительная часть священнослужителей подверглась репрессиям, многие монастыри были закрыты, насельники арестованы и этапированы в концентрационные лагеря. Обвинение в коллаборационизме предъявлять было легко и удобно, поскольку во время румынской оккупации по закону молдаване были равноправными с собственно румынами и потому являлись лояльными подданными румынского короля, в этом отношении и православное духовенство не отличалось от остального населения. Хотя несомненно, что закон не осуществлялся на практике и значительная часть молдаванского населения остро чувствовала свою второсортность.
8 сентября Красная Армия перешла румыно-болгарскую границу и стала продвигаться в глубь страны, не встречая реального сопротивления со стороны болгарских войск. Новое правительство разорвало союз с Германией и объявило ей войну. Предстоятель Болгарской Церкви митрополит Стефан благословил новую политику государства. Между тем взаимоотношения Русской и Болгарской Православных Церквей были омрачены не только политическим противостоянием Болгарии и СССР во время первой и второй мировых войн, но и разрывом канонического общения, начало которому положило отлучение, наложенное Константинопольской Патриархией в 1872 г. С этим отлучением считалось и священноначалие Русской Православной Церкви, воспрещая своему духовенству сослужение с болгарскими клириками. Тем не менее, получив весть о переменах в Болгарии, митрополит Алексий обратился к митрополиту Софийскому Стефану с приветственным письмом.
Осенью 1944 г. Красная Армия освободила Прибалтику, за исключением Курляндского полуострова, где остатки разбитых немецких войск сопротивлялись до мая 1945 г. После убийства митрополита Сергия (Воскресенского) по его завещанию временно управляющим Виленской и Литовской епархией стал епископ Ковенский Даниил (Юзвьюк), возведенный в сан архиепископа. В конце войны он выехал в Чехословакию, затем вернулся и был назначен на Пинскую кафедру. На Виленскую кафедру 13 апреля
1945 г. был поставлен перешедший из обновленческого раскола архиепископ Корнилий (Попов); ему же было поручено и временное управление Рижской и Латвийской епархиями, остававшимися вакантными после отъезда епископа Рижского Иоанна (Гарклава) в Германию.
Сложнее, чем в Литве и Латвии, складывалась ситуация в Эстонии, где во время оккупации произошел раскол и часть приходов во главе с митрополитом Александром (Паулусом) отделилась от экзарха Московской Патриархии митрополита Сергия (Воскресенского). Митрополит Александр бежал из Эстонии вместе с отступавшими немецкими войсками, впоследствии образовав в Стокгольме схизматический Синод, который он объявил состоящим в юрисдикции Константинопольской Патриархии. После смерти митрополита Александра в 1953 г. этот Синод, оставшись без епископов, продолжал все-таки притязать на представительство не существующей в действительности Эстонской Автономной Церкви.
5 марта 1945 г. в Таллин прибыл архиепископ Псковский Григорий (Чуков), и на совещании с членами раскольнического Синода Эстонской Православной Церкви достигнута была договоренность о возвращении схизматических приходов в юрисдикцию Московской Патриархии и об упразднении Синода. Правящим архиереем Таллинским и Эстонским был назначен архиепископ Павел (Дмитровский). По предложению архиепископа Григория в совет, заменивший прежний Синод, было включено равное число священников русского и эстонского происхождения. Принято было также решение изъять из богослужебной практики эстонских приходов протестантские новшества: пение гимнов и игру на органе. Самый акт воссоединения находившихся в расколе эстонских приходов с Матерью Церковью состоялся в Никольском соборе Таллина 6 марта 1945 г. Чин богослужения был подобен тому, который употреблялся при воссоединении обновленцев. Председатель упраздненного Синода Эстонской Церкви протоиерей Христофор Винк от лица всех присоединяемых прочитал и вручил архиепископу Григорию акт о том, что
"учинили раскол с Матерью Церковью Российской и, пребывая в расколе, производили этим соблазн среди верующих, задерживая дело их спасения... Мы глубоко сожалеем обо всем этом, искренне раскаиваемся в содеянном, со скорбью переживаем свою виновность в соучастии нарушения клятвы, данной митрополитом Александром (Паулусом) от имени клира и мирян Эстонской Церкви в верности Московской Патриархии в 1941 г. 30 марта...
признаем свою ответственность за нашу активную деятельность до настоящего времени по устроению эстонской церковной жизни в направлении сознательного отторжения клира и мирян от путей Московской Патриархии, просим простить нас, благословить и помолиться о нас, грешных. Даем искреннее обещание в дальнейшей церковной работе блюсти верность и послушание Матери Церкви Российской и ее главе — Патриарху Московскому и всея Руси"446.
Прошло полгода после кончины Патриарха Сергия, и священноначалие Русской Церкви уже имело возможность вести подготовку Поместного Собора, которому предстояло избрать нового Патриарха. С этой целью 21–23 ноября 1944 г. в здании Патриархии в Чистом переулке состоялся архиерейский Собор, в котором участвовало 50 епископов Русской Православной Церкви. Местоблюститель патриаршего престола митрополит Алексий в приветственном Слове к архиереям отметил, что им предстоит "тщательно подготовить и разработать все вопросы, связанные с предстоящим Поместным Собором Русской Православной Церкви"447. Митрополит Алексий обратился затем в своем выступлении к насущным церковным делам, отметив, что
"условия для развития церковной жизни — благоприятны, со стороны правительства нашего мы видим полную поддержку в наших церковных и патриотических начинаниях. За последний год по всему нашему Союзу открыто сверх имеющихся более 200 церквей; все ходатайства об открытии храмов тщательно рассматриваются; дело это продолжается и будет продолжаться и впредь. Открыт в Москве Богословский институт и Богословскопастырские курсы; такие же курсы могут быть открываемы и в епархиях, и, таким образом, можно надеяться, что у нас постепенно пополнятся кадры пастырей, которые пойдут на это служение не по принуждению, не по необходимости, а по искреннему влечению к работе на церковной ниве. Издается Патриархией журнал, отражающий церковную жизнь в нашем Союзе. К сожалению, мы еще не видим со стороны многих из наших собратий архипастырей широкого сотрудничества в этом нашем духовном органе...
Предложено расширить издательское дело Патриархии и постепенно печатать богослужебные книги и издавать труды церковных деятелей"448.
Далее митрополит Алексий напомнил, что в своей деятельности архипастыри Русской Православной Церкви "должны прежде всего хорошо знать и твердо усвоить церковные правила и установления и не допускать... их нарушения. Церковное управление твердо дотоле, доколе мы остерегаемся переступить через рубеж правил церковных, коль скоро переступим однажды по какому-нибудь произвольному рассуждению, то уже трудно будет определить, где предел, далее которого нельзя идти"449. В заключение своей речи митрополит Алексий говорил о предстоящем Поместном Соборе, о его программе и главном деле Собора — избрании Патриарха. По докладу митрополита Крутицкого Николая архиерейским Собором был принят в общение с Московской Патриархией архиепископ православных карпатороссов в Америке Адам (Филипповский), лишенный сана за непослушание Патриархии в 1939 г.
На вечернем заседании 22 ноября архиерейский Собор первым заслушал доклад архиепископа Псковского Григория (Чукова) по проекту "Положения об управлении Русской Православной Церковью". Затем митрополит Алексий сделал доклад о патриотическом служении Церкви в войну. С сообщением о состоянии дел, связанных с подготовкой к открытию духовных школ, выступил назначенный ректором Богословского института протоиерей Тихон Попов. Отчет о деятельности редакции "Журнала Московской Патриархии" представил ее ответственный секретарь протоиерей Александр Смирнов.
На третий день заседания архиереи утвердили программу предстоящего Поместного Собора. Затем управляющий делами Патриархии протоиерей Николай Колчицкий в докладе о порядке избрания Патриарха на Поместном Соборе предложил следующую процедуру голосования: каждый преосвященный, начиная с младшего по хиротонии, на вопрос, кого он с клиром и паствою своей епархии избирает Патриархом, будет отвечать: "Патриархом Московским и всея Руси мы избираем преосвященнейшего (титул, епархия, имя)". После окончания опроса председатель Собора объявит имя архипастыря, избранного Патриархом. Против такого порядка избрания возражал архиепископ Тамбовский Лука (Войно-Ясенецкий), предлагая повторить опыт Поместного Собора 1917– 1918 гг., когда окончательное избрание Патриарха совершалось по жребию из трех кандидатов, выбранных тайным голосованием на Соборе. Предложение архиепископа Луки не могло понравиться представителям государственной власти, контролировавшим действия церковного управления. Большинство архиереев это хорошо понимали, тем более что с канонической точки зрения вполне правомерно избрание предстоятеля Церкви голосами епископов, подаваемыми открыто. Архиерейский Собор утвердил порядок избрания Патриарха, предложенный протоиереем Николаем Колчицким. В своем решении Собор опирался на 4 правило I Вселенского Собора, 3 правило VII Вселенского Собора и
13 правило Карфагенского Собора. Выбор первого епископа поместной Церкви является частным случаем избрания епископов и подлежит общему порядку замещения вдовствующих кафедр. Определение Патриарха в 1917 г. по жребию было уникальным событием в истории церковных выборов. До этого жребий при избрании первоиерарха применялся лишь в Александрийской Церкви в тех редких случаях, когда кандидаты в Патриархи получали равное количество голосов при повторном голосовании. Архиепископ Лука не согласился с принятым решением и не получил приглашения на Поместный Собор. По докладу отца Николая Колчицкого было утверждено чинопоследование интронизации Патриарха. Решено было пригласить на Поместный Собор Патриархов Константинопольского, Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского и Грузинского.
24 ноября председатель Совета по делам Русской Православной Церкви Г. Г. Карпов, в частности, сказал: "Русская Православная Церковь в период Великой Отечественной войны показала, как она вместе со всем народом любит свою Родину и защищает ее всеми доступными для Церкви средствами... Немецкая политика стремилась использовать Русскую Православную Церковь в качестве орудия для достижения своих разбойничьих планов, для борьбы с советской властью, с советским народом... Но она натолкнулась на непреодолимое препятствие — на любовь и верность духовенства и верующих своей Родине... Те явления, которые сейчас происходят в жизни Церкви, во взаимоотношениях между Церковью и государством, не представляют чего-то случайного, неожиданного, не носят временный характер, не являются тактическим маневром, как пытаются представить это дело некоторые недоброжелатели или как это иногда выражается в обывательских рассуждениях. Эти мероприятия вытекают из той тенденции, которая наметилась еще до войны"450. Выступление Г. Г. Карпова на встрече с участниками Собора внушило архиереям надежду на устойчивый характер перемен к лучшему в церковной политике советского руководства.
* * *
Поместный Собор открылся 31 января 1945 г. в храме Воскресения в Сокольниках. В деяниях Собора участвовало 46 архиереев, и среди них Местоблюститель патриаршего престола митрополит Алексий и еще три митрополита — Крутицкий Николай (Ярушевич), Киевский Иоанн (Соколов) и митрополит Североамериканский и Аляскинский Вениамин (Федченков), 13 архиепископов и 29 епископов; 87 клириков и 38 мирян, назначенные правящими архиереями, представляли епархии Русской Церкви и экзархат Московской Патриархии в Америке. Проведение выборов делегатов Собора, подобных тем, какие состоялись в 1917 г., было, конечно, невозможно по обстоятельствам времени, но, поскольку, по учению преподобного Иоанна Дамаскина, "Церковь вверена епископам", каноническая правоспособность Собора, составленного из архиереев и подобранных ими клириков и мирян, сомнению не подлежала. Участники освященных Соборов допетровской Руси, не имевшие епископской степени, тоже не избирались, а приглашались церковными властями и чаще всего подбирались из "степенных" настоятелей кремлевских соборов, архимандритов и игуменов крупнейших монастырей. Избрание членов Поместного Собора 1917– 1918 гг. на епархиальных и корпоративных собраниях было событием уникальным в истории нашей Церкви. На Соборе 1945 г. присутствовали Патриархи Александрийский Христофор, Антиохийский Александр III, Грузинский Каллистрат, представитель Вселенского Патриарха митрополит Фиатирский Герман, Иерусалимского — митрополит Севастийский Афинагор; делегация Сербской Церкви во главе с митрополитом Скопленским Иосифом, делегация Румынской Церкви во главе с епископом Арджешским Иосифом. Общее число членов и гостей Собора — 204.
Первое заседание Поместного Собора было открытым. Храм Воскресения заполнило московское и приходское духовенство, верующий народ, присутствовали иностранные гости из посольств и военных миссий, журналисты, фоторепортеры, правительство СССР
представлял Г. Г. Карпов. После торжественного молебна Собор открыл его председатель Местоблюститель патриаршего престола митрополит Алексий. Главными задачами Собора Местоблюститель назвал избрание Патриарха и утверждение "Положения об управлении Русской Православной Церковью"451. В этот же день митрополит Алексий выступил с докладом, посвященным патриотической деятельности Русской Православной Церкви во время Великой Отечественной войны. Он, в частности, сказал, что "патриотическая деятельность Церкви... не только в пожертвованиях, к которым неустанно призывали своих пасомых архипастыри и пастыри. Деятельность эта была гораздо шире и существеннее, так как она проникала в самую душу народную, поднимая дух безмерной любви к Родине, волю к победе, так как она давала утешение страждущим, скорбящим, унывающим"452.
Доклад архиепископа Псковского Григория (Чукова) был посвящен проекту "Положения об управлении Русской Православной Церковью", основные идеи которого сформулировал блаженнопочивший Патриарх Сергий. В прениях выступили епископ Кировоградский Сергий (Ларин), ректор Богословского института профессор протоиерей Г. Д. Попов, профессор Г. П. Георгиевский. Краткое "Положение", единогласно утвержденное Собором, заменило развернутые определения Собора 1917– 1918 гг., касавшиеся отдельных инстанций церковной власти. Новое "Положение" строго определяло иерархический строй церковного управления, увеличивая полномочия Патриарха, епархиальных архиереев и настоятелей приходов.
В отличие от документов Собора 1917– 1918 гг. в новом "Положении" Церковь называется не "Российской", а, как и в древности, "Русской". Статья 1 повторяет соответствующий пункт "Определения" от 4 ноября 1917 г. о принадлежности высшей власти в Церкви (законодательной, административной и судебной) Поместному Собору, правда, опущено слово "контролирующей". Не говорится также и о том, что Собор созывается "в определенные сроки". Разъяснения по этому поводу даются в статье 7: "Патриарх для решения назревших важных вопросов созывает с разрешения правительства Собор преосвященных архиереев" и председательствует на нем; Собор с участием клириков и мирян созывается только тогда, "когда требуется выслушать голос клириков и мирян и имеется внешняя возможность" к его созыву453. Из-за свирепых гонений, обрушившихся на Церковь в два послереволюционных десятилетия, определение Поместного Собора 1917– 1918 гг. о регулярном созыве Соборов оказалось совершенно неисполнимым.
Следующие 16 статей "Положения об управлении Русской Православной Церковью" объединены в первый отдел, озаглавленный "Патриарх". В статье 1 со ссылкой на 34-е апостольское правило говорится о том, что Русская Православная Церковь возглавляется Святейшим Патриархом Московским и всея Руси и управляется им совместно с Синодом. "Положение" предусматривает возношение имени Патриарха во всех храмах Русской Православной Церкви в нашей стране и за рубежом, предоставляет Патриарху право обращаться с пастырскими посланиями по церковным вопросам ко всей Русской Православной Церкви. От лица Русской Православной Церкви Патриарх ведет сношения по церковным делам с предстоятелями других автокефальных православных Церквей. Оговорено также право Патриарха "в случае нужды преподавать преосвященным архиереям братские советы и указания касательно их должности и управления". "Патриарху принадлежит и право награждать преосвященных архиереев установленными титулами и высшими церковными отличиями". Статьи 8 и 9 посвящены деятельности