Глава V кто ведет войны надлежащим образом?

I. Войны ведутся или в своих интересах - такова главная причина войн.

II. Или в чужих интересах.

III. Или, наконец, ради приобретения средств, каковы рабы и подданные.

IV. По праву естественному никому не возбраняется воевать.

Войны ведутся или в своих интересах - такова главная причина войн

I. Подобно тому как во всем прочем, так и в действиях произвольных обычно возможны троякого рода действующие причины: главные, содействующие и посредствующие. Главная действующая причина войны, по большей части, есть тот, о чьем деле идет спор; в войне частной - частное лицо, в войне публичной - государственная власть, преимущественно же - верховная. А может ли война вестись одним ради других, не участвующих в военных действиях, мы это узнаем в другом месте. Между тем запомним, что по природе каждый является защитником своего права, для чего нам и даны руки.

Или в чужих интересах

II. 1. Что же касается помощи другому, насколько это в наших силах, это не только дозволено, но и дело чести (L. servus, D. de servis export.). Правильно сказано теми, кто писал об обязанностях, что для человека нет ничего нужнее самого человека (Цицерон, "Об обязанностях", кн. II, из Па-нэтия). Ведь существуют же между людьми различные взаимные узы, побуждающие ко взаимопомощи (D. ad 1. Si quis in eervitutem. D. de fur. 1. prohibemus. C. de lure fiscl.), ибо и родственники соединяются для взаимной помощи, и привлекаются соседи и сограждане того же государства; оттуда и пошло выражение: "Вперед, квириты и квиритарии [клиенты]". Аристотель сказал, что каждому следует вооружиться как для самозащиты в случае обиды, так и для защиты кровных родственников, благодетелей и, наконец, в помощь союзникам, потерпевшим насилия ("Риторика", гл. III). А Солон¹ учил, что благоденствуют те государства, в которых каждый считает чужие обиды своими.

2. Но при отсутствии прочных взаимных уз достаточна общность человеческой природы (Бартол, на L. Ut vim. D. de lust. et iure, N 7 u 8; Ясон, там же, N 29: Касталион, ad 1. I lus gent, там же; Бартол, на L. Hostes. D. de capt., гл. 9; Иннокентий, к С. sicut, de lureiur. и на С. olim de rest epol.

N 16; Панормитан, N 1.8; Сильвестр, толк. на слово "война", вопр- 8). Человеку не чуждо ничто человеческое. Менандру принадлежит следующий отрывок:

Когда своим бессовестным обидчикам

Отмщать поодиночке мы откажемся.

С другими, опасаясь равной участи,

Объединим взаимные усилия,

Тогда невинным дерзкие насильники

Не страшны; наблюдаемые бдительно.

Они заслужат тяжкое возмездие,

Исчезнут иль останутся немногие.

А изречение Демокрита гласит так: "Угнетенных насилием следует защищать по мере сил и не оставлять без помощи: это справедливо и похвально". То же самое изъясняет Лактанций (кн. VI): "Бог, не наделивший разумом прочих животных, снабдил их естественным оружием для самозащиты от нападений и опасностей. Человеку же, созданному нагим н хрупким, чтобы наставить его еще больше мудростью, он, кроме всего прочего, дал некое чувство приязни, дабы человек человека охранял, любил, дабы они заботились друг о друге и оказывали взаимную помощь против всяких опасностей".

Или, наконец, ради приобретения средств, каковы рабы и подданные

III. Под тем, что мы назвали средствами, понимается здесь не оружие и не что-либо тому подобное, но те, кто в своем поведении зависит от воли других. Так сын отца есть как бы его естественная часть (L. cum sumus, С. de agrlcolls, XI; Сенека, "Спорные вопросы", I), таков и раб, как бы часть хозяина в силу закона (Аристотель, "О нравах", кн. V, гл. IV).

Ибо подобно тому, как часть не только есть часть целого, так же как целое находится в отношении к части, но и целое есть часть всего [высшего] целого, так точно владение есть нечто, принадлежащее самому владельцу. Демокрит говорит: "Слугами пользуются подобно тому, как членами тела пользуются для тех или иных целей". Как раб в семье, такое же место в государстве занимает подданный, и потому он есть орудие начальствующего.

По праву естественному никому не возбраняется воевать

IV. Нет сомнения в том, что все подданные по природе могут быть призваны на военную службу; тем не менее некоторых устраняет особый закон, подобно тому как некогда в Риме устранялись рабы², ныне же повсеместно духовенство³ (Фома Аквинский, Secunda Secundae, 40, ст. 2; Сильвестр, толк. на слово "война", III). Этот закон, впрочем, как и все в том же роде, следует толковать, внося в него изъятия по соображениям высшей необходимости. Здесь можно ограничиться сказанным в общей форме о подручных и подданных; подробности же будут сообщены в своем месте.