Полезность совокупности благ х и y

Фигура, очерченная пунктирными линиями в центре коробки Эджуорта, представляет такое множество комбинаций благ X и Y, которое может быть распределено с Парето – улучшениями для обоих субъектов. Упорядоченное конкуренцией поведение того и другого приводит к сжатию этого множества в единственную точку, лежащую на кривой контрактов или сделок. (На рис. 11.3,с, характеризующем Парето-упорядоченность в коробке Эджуорта, кривая сделок обозначена синусоидоподобной линией, соединяющей начала зеркально расположенных координат 0^А и 0^В). Все точки этой кривой (точки «е») моделируют возможные равновесия на двухсубъектном рынке двух благ. Используя понятие предельной нормы замещения благ (MRS_XY), Парето доказал, что в условиях свободной рыночной конкуренции каждому субъекту будет выгодно стремиться к этой единственной точке, характеризующей такое оптимальное состояние экономики, при котором одновременно достигается общее экономическое равновесие и максимальное общественное благосостояние. Фактическое положение точки «е» определяется конкурентоспособностью субъектов сделок и уровнем ее фактической реализации, например, соотношением и полнотой использования бюджетных возможностей (ограничений – см., гл. 3) и/или их кредитоспособности и т.д.

Понятие Парето-оптимальности конкретизируется с помощью трех категорий Парето-эффективности. Парето-эффективность распределения благ между потребителями достигается, если невозможно перераспределить блага таким образом, чтобы благосостояние хотя бы одного из потребителей увеличилось без уменьшения благосостояния других. Парето-эффективность производства существует, если невозможно увеличить производство ни одного товара, не сокращая для этого производства других. Парето-эффективность структуры выпуска благ (и, в конечном счете, структуры экономики в целом) возникает, когда невозможно увеличить благосостояние хотя бы одного индивида, не уменьшая благосостояния других, путем изменения структуры (комбинации) выпускаемых благ. Парето показал, что все эти три условия выполняются в условиях совершенной конкуренции, причем не только для двух потребителей или двух предприятий, но и для большого их числа. Но проблема соотношения экономической эффективности и социальной справедливости остается дискуссионной и, видимо, всегда останется таковой, ибо представления о справедливости связаны с общественным выбором, рациональность которого, как показал К. Эрроу (см., 11.1), ни экономически, ни демократически не гарантирована.

К настоящему времени сложилась своеобразная «квадратура» справедливости. Устойчиво сохраняются возникшие еще в классический период (Дж. Ст. Милль) эклектичные представления о том, что эффективность и справедливость никак не связаны, каждая достижима сама по себе: эффективность обеспечивается производством, а справедливость – распределением. Кроме этого существуют еще три подхода к проблеме, начало которым положили в свое время утилитаризм, эгалитаризм и либерализм. Утилитаризм как индивидуалистическое направление в этике и экономике, основанное на приоритете «естественного права», принимает в качестве критерия справедливости и нравственности вообще полезность, выгоду, благополучие индивида, а общественное благосостояние трактует как простую сумму индивидуальных благосостояний. Эгалитаризм как идея преодоления любого неравенства объединяет самые разнородные представления – от буржуазного (гражданского) равенства всех перед законом до иллюзии достижения всеобщего равенства, в том числе уравнительного распределения, коммунистического распределения «по потребностям», ликвидации частной собственности, рынка и конкуренции. Либерализм, наоборот, бескомпромиссно настаивает на том, что наиболее справедливым является конкурентно-рыночное распределение благ и ресурсов, не допускающее вмешательства государства. Хотя современный неолиберализм и допускает вмешательство государства в экономику, но только в целях достижения совершенной и добросовестной конкуренции.