Беларусь глазами молодых аналитиков_3 сборник

Ж. А. Чубуков ГГМУ, г. Гомель

ВОЗМОЖНОСТИ ПОВЫШЕНИЯ КАЧЕСТВА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ МЕЖДУ ПАЛАТОЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ И НАСЕЛЕНИЕМ БЕЛАРУСИ НА ОСНОВЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ОПЫТА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ МЕДИАТЕХНОЛОГИЙ

Актуальность. Палата представителей Республики Беларусь является выборным нормотворческим органом власти. Такая политическая роль подразумевает под собой прежде всего коммуникативную функцию между гражданским обществом и высшим государственным управлением. К сожалению, согласно данным статистики, размещенным на официальном сайте Палаты представителей Республики Беларусь, в среднем каждый депутат за квартал совершает всего 7,6 визита в трудовые коллективы, организует 5,2 приема граждан, на которые к нему обращаются 33,8 посетителя. За этот же период в среднем депутат рассматривает 28,3 устных и письменных обращений. Такой масштаб взаимодействия абсолютно не соответствует информационным запросам современного общества, что снижает качество обратной связи между населением и властью. Более того, в условиях нарушенной обратной связи и сами депутаты утрачивают инициативу. Так, согласно информации о планах рассмотрения, за последние 3 года из 120 рассмотренных законопроектов лишь 2 были инициированы депутатами белорусского парламента. Безусловно, такая низкая инициативность и малые масштабы непосредственного взаимодействия с населением могут вызвать у населения недовольство качеством работы Палаты представителей. Для интенсификации коммуникационной функции депутатов предлагается обратиться к международному опыту использования медиатехнологий.

Цель работы. Изучить возможности повышения качества обратной связи между белорусским парламентом и населением с учетом международного опыта использования медиатехнологий.

Материалы и методы. Были проанализированы сайты парламентов 26 стран: 11 стран ЕС (Европарламент, Литва, Латвия, Дания, Австрия, Испания, Польша, Франция, Италия, ФРГ, Великобритания), БРИКС (Россия, Индия, КНР, Бразилия, ЮАР), стран — ближайших соседей Беларуси (Украина), партнеров по ТС (Казахстан), некоторых лидеров мировой экономики (США, Канада, Австралия, Швейцария, Швеция, Норвегия,

82

Япония) и сайт парламента Беларуси. Во всех двухпалатных парламентах изучались сайты только нижней палаты, включая Беларусь.

На изучаемых сайтах собирались данные о количестве депутатов парламента (нижней палаты для двухпалатных), количестве завершенных актов рассмотрения вопросов, завершившихся голосованием (включая отклоненные), юридически зафиксированных и представленных на сайте парламента — биллей, резолюций, законопроектов, вопросов и т. д. Учет юридически значимых решений парламента проводился на основе информации, изложенной на сайтах: из баз данных (за промежуток от 1 до 5 лет, среднее арифметическое за период), данных официальной статистики законотворческой деятельности парламентов (среднее арифметическое за период). На сайтах парламентов также собирали информацию о наличии/отсутствии компонентов социальных сетей (Facebook, Twitter, YouTube, VKontakte), прямых способов связи (электронная почта, контактные формы, наличие ссылок на персональные сайты депутатов), адаптивных технологий (мобильная верcия, наличие rss-лент), количестве страниц, проиндексированных Google (сервис pr-cy.com), общеаналитиче-

ские сведения «Alexa inc.» (Traffic Rank, Rank in Country, Bounce Rate, Daily Pageviews per Visitor, Daily Time on Site, Audience Geography).

Данные были сведены в таблицы и обработаны статистически с использованием пакета прикладного программного обеспечения «Statsoft (USA) Statistica v.8.0». Анализ различий в независимых группах проводился с использованием критерия Манна-Уитни (U, Z). Анализ взаимосвязи проводился с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена (rs). Данные описательной статистики для количественных показателей приведены в виде медианы и квартилей — Me (Q25 %; Q75 %), для качественных — в абсолютных значениях и процентах. Нулевую гипотезу отклоняли при уровне статистической значимости p < 0,05.

Результаты. Сайт Палаты представителей Беларуси содержит 230 тыс. страниц, проиндексированных Google, в целом по выборке медиана составляет 1345 (302; 2730) тыс. страниц, у стран-соседей — 1190 (774; 1500) тыс., стран ЕС — 2070 (1120; 3890) тыс., стран БРИКС — 302 (58; 990) тыс. По сведениям Alexa inc., сайт Палаты представителей Беларуси имеет низкую посещаемость: его позиция в глобальном рейтинге составляет ниже 2,7 млн; для сравнения: медиана по всей выборке —

95,4 (36,8; 275,0) тыс.

83

При проведении корреляционного анализа выявлена обратная сильная взаимосвязь (rs = –0,683; p < 0,001) между количеством страниц, проиндексированных Google, и позицией сайта Парламента в глобальном рейтинге Alexa (Traffic Rank). Позиция в глобальном рейтинге Alexa находится в обратной взаимосвязи со значениями количества просмотров за визит (rs = –0,517; p = 0,008) и продолжительностью пребывания пользователя (rs = –0,510; p = 0,009) на сайте Парламента.

Наиболее распространенной технологией обратной связи на сайтах парламентов стран является электронная почта, которая используется в 100 % случаев. Контактная форма использовалась в 58 % случаев. Обе эти технологии применяются и на сайте Палаты представителей Беларуси. При этом сайт Палаты представителей Беларуси не имеет ни одного официального аккаунта в социальных сетях. В выборке аналогичная ситуация наблюдается у 7 из 26 стран (27 %): Беларусь, Дания, Австрия, Польша, Япония, ФРГ, КНР. Показатели использования социальных сетей парламентами представлены в табл. 1.

Таблица1 — Наличиеаккаунтоввсоциальныхсетяхупарламентовстран

Россия является единственной страной из проанализированных, парламент которой имеет официальный аккаунт в социальной сети «ВКонтакте». Наибольшей популярностью у парламентариев других стран поль-

зуется Facebook.

Социальные share-компоненты применяются на 46 % парламентских сайтов. Технология rss-лент используется 81 % сайтов парламентов (включая Беларусь), мобильные версии есть у 31 %. Ссылки на персональные сайты депутатов размещены на 27 % парламентских сайтов стран.

Был проведен расчет нормотворческой активности парламентов. Например, для Беларуси за 3 года в планах к рассмотрению в Палате представителей (110 депутатов) значатся 120 законопроектов. Таким образом, годовая нормотворческая нагрузка составляет (120/110)/3 = 0,364 законопроекта в год на депутата. Этот показатель ниже, чем у большинства дру-

84

гих парламентов, медиана по выборке составляет 0,882 (0,350; 2,514), для стран ЕС — 0,545 (0,154; 2,514), для стран БРИКС — 0,123 (0,069; 2,777),

для стран—соседей Беларуси — 6,730 (2,778; 9,140).

При проведении анализа по возможному влиянию изучаемых медиатехнологий на законотворческую деятельность статистически значимых различий не выявлено, хотя можно отметить тенденцию к влиянию у соцсети Facebook. Результаты расчетов представлены в табл. 2.

Таблица 2 — Нормотворческая деятельность и медиатехнологии на сайтах парламентов

При проведении корреляционного анализа выявлена обратная средней силы взаимосвязь (rs = –0,436; p = 0,047) между количеством юридически значимых рассмотрений в год на депутата и позицией сайта парламента в региональном рейтинге Alexa (Rank in Country). Сайты парламентов, на которых располагались ссылки на персональные сайты депутатов, имели статистически значимо (U = 32,0; p = 0,046) большее количество страниц, проиндексированных Google.

Обсуждение. Низкие позиции сайта Палаты представителей Республики Беларусь в глобальном рейтинге Alexa связаны, с одной стороны, с малым количеством материалов, описывающих деятельность парламента, с другой — с относительно низкой активностью работы парламента. Вследствие этого сайт имеет низкую информативность, что проявляется

85

СЕКЦИЯ 3: МОДЕРНИЗАЦИЯ ЭКОНОМИКИ БЕЛАРУСИ

ВКОНТЕКСТЕ ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫХ

ИИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ

А. И. Болточко БГУ, г. Минск

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПОТЕНЦИАЛА СВОБОДНЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗОН ДЛЯ ПРИВЛЕЧЕНИЯ ИНВЕСТИЦИЙ В РАМКАХ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА

Беларусь и Россия — два государства, которые тесно связаны как исторически, так и экономически. С момента распада СССР в 1991 г. между двумя государствами были подписаны десятки официальных документов, которые направлены на строительство Союзного государства. При этом, в первую очередь из-за разницы в размерах интегрирующихся элементов, в процессе создания Союза возрастала зависимость в основном белорусской экономики от российской.

На сегодняшний день основная доля экспорта Беларуси приходится на Россию (по итогам 2013 г. 49,6 % от общего товарооборота страны), 48,6 % всех иностранных инвестиций в страну поступают также из России и, по данным МВФ, энергетическая поддержка Россией Беларуси, выраженная в условно вменяемой субсидии импорта нефти и газа, в прошлом году составила 12,7 % ВВП. При этом влияние белорусской экономики на российскую на сегодняшний день невелико. Наоборот, оно постепенно сокращается. Так, например, объем инвестиций в Россию из Беларуси находится в пределах сотой доли процента, а удельныи вес поставок из Беларуси в россииском импорте с 1998 по 2013 г. снизился вдвое — с 10,5 % до 4,2 %.

Более тесная интеграция имеет как свои плюсы, так и минусы. Как и в любом другом процессе объединения, крупные экономики оказывают серьезное влияние на их малых союзников. В последние годы в России наблюдается замедление экономического роста, что является одной из причин торможения развития в Беларуси. Аналогичную реакцию одной экономики на другую можно было наблюдать в процессе создания и деятельности МЕРКОСУР между Бразилией, как более

87

сильным игроком, и Парагваем и Уругваем — малыми экономиками региона.

Учитывая сложившуюся ситуацию влияния российской стагнации на белорусские реалии, Беларусь больше всего заинтересована в том, чтобы в рамках Союзного государства появился надежный источник роста, коим могут стать иностранные инвестиции. А свободные экономические зоны (СЭЗ) Беларуси, учитывая их потенциал, лучше всего подходят для создания центра притяжения необходимых валютных средств для развития.

Однако для выработки решений по использованию СЭЗ в качестве инвестиционного хаба стоит понять структурные особенности экономики России и Беларуси.

В современном мире редко встречаются «чистые» экономические системы — построенные только на рыночной или командно-адми- нистративной основе. Чаще всего преобладают так называемые смешанные, или гибридные, системы, которые стараются объединить в себе преимущества тех и других: высокую эффективность распределения товаров, услуг и капитала в рыночной экономике и повышенное внимание к социальной защищенности населения в командно-административной системе. Однако часто теоретические выкладки о плюсах такого объединения расходятся с реальностью, и гибридные системы страдают от низких темпов экономического роста, увеличения государственного долга, расслоения общества по доходам и старения населения.

Беларуси и России свойственны практически все особенности гибридных экономических систем, поэтому названные проблемы также актуальны для двух стран. Однако решение этих проблем на всей территории Союзного государства на сегодняшний день возможно только при принятии высоких трансформационных издержек: переход из стагнации во временную рецессию, падение уровня жизни населения и т. д. Но есть способ снизить влияние этих издержек на экономики России и Беларуси, обеспечив при этом приток инвестиций и необходимый экономический рост, приняв во внимание мировой опыт развития гибридных систем и пример успешного развития специальных экономических зон (аналог свободных экономических зон), таких как, например, в Китае.

Хотя сложно дать четкое определение гибридной экономической системе, выделить отдельные факторы, повлиявшие на ее успешную реа-

88

лизацию в отдельных странах (Великобритания, Мексика, Китай, Австралия и т. д.), все-таки можно.

Во-первых, границы государственного участия в экономике должны быть четко очерчены. И наоборот, влияние рыночных сил в государственном секторе необходимо тщательно контролировать с точки зрения социальной справедливости и общего благосостояния населения страны. Международная практика показывает, что этот принцип является необходимым для эффективного государственно-частного партнерства. Например, реформа энергетического сектора в Аргентине в 1990-х гг., где правительство приняло закон с четким определением роли государства на энергетическом рынке страны. К концу 1990-х гг. в Аргентине был построен конкурентный оптовый электроэнергетический сектор, за четыре года инвестиции в этот сектор увеличились с $318 млн до $2 млрд, а цена на электроэнергию упала с $45 МВт/ч в 1992 г. до $25 МВт/ч

в 1998 г.

Во-вторых, права владения и управления предприятиями должны быть раздельны — государственным предприятиям должно быть позволено свободно нанимать профессиональных менеджеров, которые, в свою очередь, должны иметь возможность управлять государственными активами без вмешательства государственных органов, по крайней мере в отдельных секторах экономики. Такая система разделения функций имеет решающее значение для недопущения появления проблемы прин- ципала-агента. Так, например, в период 1994—2004 гг. французским правительством была продана наибольшая часть акций в автомобильной компании Renault (доля государства за этот период снизилась с 53 % до 15,7 %). К управлению допустили профессиональных менеджеров из частного сектора и предоставили им право управлять без внешнего вмешательства, что привело к созданию одного из самых успешных в мире альянсов производителей легковых автомобилей с японской компанией Nissan. Как результат: на сегодняшний день каждый десятый легковой автомобиль в мире — это продукт нового альянса, а их доля в занятой ими нише на рынке выросла до 65 % против 25 % в начале преобразований.

В-третьих, конкуренция должна поощряться в наиболее прибыльных секторах экономики. Государственная монополия должна быть ограничена в основном теми отраслями, которые обеспечивают общественные бла-

89

га и услуги и являются наименее привлекательными для инвестора. Этот фактор гарантирует экономический рост за счет наиболее эффективного распределения ресурсов в рамках двух объединяемых систем — рыночной и командно-административной.

Частично названные факторы реализованы на практике в Беларуси и России, однако для достижения большего результата необходима их полная реализация. Только, как уже было сказано ранее, осуществить это достаточно тяжело из-за трансформационных издержек. Поэтому можно предложить объединить идею создания гибридной экономики по международному образцу с деятельностью СЭЗ в Беларуси. Похожую инициативу озвучили власти на 3-м Пленуме Коммунистической партии Китая в ноябре 2013 г., ее можно трактовать как «определяющую роль» (decisive role) рынка в экономике на основе созданной в сентябре зоны свободной торговли в Шанхае.

В Беларуси работают шесть СЭЗ и Парк высоких технологий, который можно приравнять к СЭЗ. Деятельность специальных зон в Беларуси регулируется законом № 213-З от 7 декабря 1998 года «О свободных экономических зонах». Хотя условия для инвесторов, на первый взгляд, созданы достаточно комфортные: пониженные налоги, льготные таможенные режимы и т. д., до сих пор потенциал белорусских СЭЗ не используется полностью.

Так, по итогам I полугодия 2014 г. можно с уверенностью сказать, что целевые ориентиры, поставленные белорусским государством перед экономическими образованиями, не достигнуты. Белорусские СЭЗ привлекают слишком мало иностранных инвестиций: около 2—3 % от всех накопленных иностранных инвестиций в стране с момента основания зон. С территории СЭЗ экспортируются преимущественно товары не инновационного характера, хотя их создание подразумевало новые и высокие технологии. Вдобавок к этому из 477 предприятий, которые работают в рамках льготных зон, 33,9 % являются убыточными. СЭЗ формируют около 2,4 % доходной части бюджета сектора государственного управления, получая при этом из бюджета субсидии, которые измеряются сотнями миллиардов рублей.

Не лучшие показатели эффективности белорусских СЭЗ — это следствие низкого интереса инвесторов к такого рода льготным зонам Беларуси и вообще к инвестиционной деятельности в рамках Беларуси. Речь не

90