28 Июля австрийская армия вышла на прежнюю государственную границу у Гусятина.

Русское отступление продолжалось. 3 августа были потеряны Черновцы. И лишь

фронт

генерала Алексеева - к югу от припятских болот - выстоял и даже осуществил 8

августа

контрнаступление, заставив австрийцев опять униженно просить помощи немцев

Ничейная

земля между позициями противников была завалена горой трупов, и русская сторона

попросила

австрийцев о перемирии, чтобы похоронить павших Но австрийский генерал отказал в

этом,

видя в погибших воинах "наилучшее препятствие для будущего наступления" {441} .

В

жесткой русской реальности "революционная военная доблесть" стала наименее

привлекательным понятием, и Временное правительство зря искало Бонапарта

Талантливый

адвокат Керенский был им менее всех, что так жестоко и убедительно показало

будущее.

Разумеется, Запад, торопя и Милюкова и Керенского, поступал неразумно.

Французы

сделали посла Палеолога академиком, признавая талантливость его книг, но он

проиграл

главную битву своей жизни, когда не сориентировался в русской ситуации весной -

летом

1917 Г., продолжая со слепым упорством толкать шаткое русское правительство в

бой, в

поражение, в пропасть. Его и Бьюкенена можно понять - Людендорф готовил решающее

наступление на Западе, и все средства казались им хорошими, лишь бы русские

отвлекали

максимум германских дивизий И все же Запад должен был быть проницательнее, не

быть

жертвой первого же внутреннего импульса. Лишь спустя сорок с лишним лет Дж.

Кеннан

признал, что западные дипломаты и политики замкнули себя в круг военной

необходимости и

не смогли подняться над повседневностью, увидеть поразительное и опасное для

Запада

состояние его несчастливого союзника {442}.

Керенский с коллегами были русскими западниками - совместная с Западом

победа

обещала благотворно сказаться на последующем внутреннем развитии России. Тяготы

настоящего они заведомо извиняли благоприятными возможностями будущего, которое

они

видели в союзе с Западом, демократическим и прогрессивным Глубоко ошибочный,

разваливающий Россию курс представлялся им единственно верным и соответствующим

глубинным русским устремлениям.

Неудачное наступление деморализовало даже наиболее стойких. В Петрограде

воцарился

политический хаос 16 июля большевики и прочие левые подняли восстание с

требованием

немедленно прекратить войну Шесть тысяч моряков Кронштадта присоединились к ним

В

течение трех дней они поставили правительственную машин} на дыбы. Дело на этот

раз

решили кадеты военных училищ, которые выступили на стороне правительства и

нанесли удар

по большевикам, в частности, по редакции газеты "Правда". Троцкий попал под суд,

а Ленин

вынужден был скрываться в Разливе.

А Керенский начинает ощущать вкус великой власти. Он переезжает со своей

гражданской женой в Зимний дворец, в покои императора Александра Третьего.

Приспущенный или поднятый красный флаг показывал, на месте ли новый владелец

царских

покоев. Он путешествует в царском поезде, восседает за огромным письменным

столом

русских царей. А поза! Рука в перчатке прекрасной кожи за обшлагом, вторая за

спиной.

Именно в это время Репин делает известный портрет. Поза не скрыла от великого

мастера

печали честолюбца, далекого от мира с самим собой. Его пресловутый оптимизм

превратился в

безответственность, скорость его решений обернулась нежеланием погрузиться в

проблему,

природное красноречие пересекло грань сугубой сентиментальности. И он не видел

главного:

партия большевиков и после июльского разгрома функционировала; Керенский ожидал

удара

справа, закрывая глаза на левый фланг, где Ленин из Разлива собирал костяк

партии, готовясь к

решительному выступлению.