§4. Ученики Мани и распространение его вероучения
В основном, манихейство распространялось на запад и на восток. В конце жизни Мани манихейство достигло окрестностей Иордана: в 274 г. сообщается, что один ветеран по имени Акуас принес манихейское учение из Месопотамии в Элевтерополис24. Кроме того, Мани сам посылал учеников в Иерусалим, чтобы купить христианские книги, которые были включены в состав собственных писаний Мани. Фома, апостол Мани, проповедовал мани хейское учение в Иудее. Также Мани отправил своих учеников Фому в Сирию, а Герму в Египет. Позднее, Фома также прибыл в Египет. Известно, что манихейство уже к 261 г. распространилось в Египте. Есть свидетельство о том, до Фомы в Египте побывал и другой манихей – некий Пап25.
Из Египта манихейство распространилось в Северную Африку и Испанию, из Сирии через Малую Азию в Грецию, Иллирию, Италию и Галлию. Впрочем, в западные провинции, Галлию и Испанию, манихейская миссия проникла как северным, так и южным путем26. Здесь, на западе, где манихейские миссионеры пропагандировали свое учение в пределах Римской империи, манихейству пришлось уже с самого начала столкнуться с сильнейшим сопротивлением не только со стороны христианской церкви, которая видела в религии Мани опасного соперника, но и со стороны римской государственной власти.
Император Диоклетиан в 297 г. выпустил свой знаменитый эдикт против манихеев, направленный проконсулу Африки, Юлиану. Диоклетиан предписывает чрезвычайные меры: предводители и сочинители должны быть сожжены вместе с их писаниями, сподвижники наказаны лишением жизни, а их собственность конфискована в пользу государства. Так как Диоклетиан из-за войны с царем Нарсесом живо воспринимал политико-военное противостояние с сасанидским Ираном, высказанная им позиция вполне объяснима, исходя уже из общих военных и политических соображений, так как он рассматривал манихейство как «секту», происходящую из Ирана.
Христианская церковь, как я уже сказала, в штыки восприняла манихейство. Оно натолкнулось на горячее сопротивление, которое по началу осуществлялось лишь ведением борьбы, так сказать, духовным оружием. Однако от этого борьба была не менее ожесточенной и велась с применением всех мыслимых средств27.
Манихейство рано достигло арабоязычных областей. В пограничном городе Хира, в южной Месопотамии, в точке соприкосновения сирийско-сасанидской и арабской культуры, в период между 293 и 300 г. н. э. был арабский правитель Амра, который покровительствовал манихеям28. Благодаря персидским писателям, писания Мани были переведены на новый мировой язык того времени, арабский29. Однако на западе манихейство столкнулось с сильным сопротивлением.
Величайшей жестокостью и нетерпимостью по отношению к манихеям выделяются правления багдадских халифатов аль-Махди (775-785 гг.) и аль-Муктадира (908-932 гг.), при которых в Ираке уже во всю расцветало исповедание ислама. Чтобы проводить мероприятия против всех еретиков, в особенности против манихеев, был создан инквизиторский суд под руководством Великого инквизитора. Иногда манихеев «учили» исламу, но если они отказывались от принятия новой веры, их «заставляли прыгать на мечи»30.
В сасанидскую эпоху манихейская миссия достигла реки Оке и даже перешла через нее. Тем самым в области Согда был создан центр для манихейской пропаганды, который располагал прекрасными путями сообщения и связями как с западом, так и с востоком. Согдийцы были купцами, занимавшимися торговлей с Китаем.
Большой известностью пользовался «шелковый путь», ведущий из Китая в западные страны. Вдоль этого шелкового пути согдийские купцы здесь и там основывали свои торговые колонии. Манихейство через шелковый путь имело большие возможности в распространении, поэтому была развернута целенаправленная деятельность по переводу религиозной литературы на согдийский язык.
В итоге, манихейская вера попала в Китай. Манхеи не раз пытались привлечь в свою веру китайских правителей, но в 732 г. был выпущен императорский эдикт против манихеев, в котором говорилось, что «Учение Мар Мани есть насквозь ложная вера. Она ложно принимает имя буддизма и обманывает народ. Она должна быть запрещена в любой ее форме. Однако так как она является родной религией западных варваров и других людей, не будет для них преступлением, если они исповедуют ее лично для себя»31.
В середине VIII в. в Китае значительную роль играл тюркский народ уйгуров, на которых сильное влияние оказало манихейство. При завоевании города Лоян, который считался восточной столицей империи, уйгурский князь Бегю-хан (760-780 гг.) встретил манихейских избранных, которые не только обратили его в свою веру, но и побудили его провозгласить манихейство государственной религией в его государстве. В Китае с XI по XIII столетия манихейство пользовалось наибольшим покровительством в провинции Фуцзян. Но манихейская религия и в Китае пошла по пути синкретизма, а два произведения Мани были даже приняты в канон даосизма.
Буддисты, а еще больше конфуцианцы, энергично боролись с вредоносным учением Мани. Так как государственная власть выступила против манихеев, в Китае, в конце концов, манихейство стало, как и в других странах, подпольным религиозным течением. Из-за распада уйгурского государства в IX веке оно лишилось также своей мощной политической поддержки. Очевидно, роковыми для манихейства стали нападения монголов32.
В кризисные периоды истории люди поддавались этой деструктивной религии. Но не смотря на все попытки исповедующих манихейство, что персидские, что римские, что византийские и прочие правители видели опасность данного учения и жестоко преследовали манихеев.