§ 2. Основные социальные общности в политике

В этом параграфе следует выделить такие проблемы:

А) СОЦИАЛЬНЫЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВИДЫ РАВЕНСТВА И НЕРАВЕНСТВА И ПРАВА СТРАТ;

Б) РАЗНОВИДНОСТИ СОЦИАЛЬНЫХ ОБЩНОСТЕЙ;

В) ОТКРЫТОЕ И ЗАКРЫТОЕ ОБЩЕСТВО: ПРАВО НА СОЦИАЛЬНУЮ МОБИЛЬНОСТЬ И КЛАССОВАЯ БОРЬБА;

Г) СОЦИАЛЬНЫЕ СТРАТЫ РОССИИ И ПОЛИТИКА.

А) СОЦИАЛЬНЫЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ РАВЕНСТВО, НЕРАВЕНСТВО И ПРАВА СТРАТ:

Все люди рождаются равными и свободными, однако повсюду мы видим их в оковах. Это противоречие, артикулированное Ж.-Ж.Руссо, издревле волновало людей – еще со времен появления неравенства, против которого народ восставал на протяжении всей истории. Мечты о равенстве (egalite в дни Французской революции; equality у английских диггеров) особенно множились в эпохи углубления разрывов между нищетой и богатством (т.е. различий в уровне жизни, в доходах), возрастания страданий от унижения и пренебрежения (т.е. от низкого социального престижа), полной невозможности определять свою судьбу и зависимости от прихоти господ (в силу отчуждения от власти).

Какого же равенства требовали люди? Ведь ясно, что радикально выровнять всех мог лишь Прокруст. Понятие равенства многозначно. Принято выделять 4 типа равенства:

1) равенство людей, или онтологическое равенство, опирающееся на религию (равенство всех перед Богом);

2) равенство возможностей достижения желаемых целей (включая открытую конкурентную систему занятия всех позиций благодаря образованию и таланту) – идея Французской революции;

3) равенство условий жизни, уравниваемых законодательством (равенство всех перед Законом, компенсирующим недостающие условия отставшим группам и обеспечивающим равенство “стартовых” условий);

4) равенство результатов (социального статуса).

Радикальные критики утверждают, что равенство возможностей – это выдумка либералов, ибо у разных групп неодинаковые образовательные “стартовые возможности” для сдачи экзаменов, только укрепляющих неравенство; дети из семей среднего класса уже обладают преимуществами над детьми из рабочих семей. Равенство возможностей без равенства условий, писал Дж.Дуглас (1964), ведет Англию к “потере способностей”.

Считается, что для выравнивания условий, компенсации невыгодных социальных положений отдельных меньшинств необходима закрепленная в законе позитивная дискриминация в их пользу. Однако радикальные критики этого утверждают, что такое равенство условий смягчает, а не уничтожает господствующую систему неравенства. Они также осуждают саму систему конкуренции при занятии социальных позиций как отражение идеологии капитализма и, в частности, социал-дарвинизма с его идеей борьбы за выживание.

Социалисты-эгалитаристы выступают за равенство результатов, достигаемое посредством программы политической и экономической революции, устраняющей социальные причины неравенства. Цель социализма заключается в уничтожении неравенства (конечной причиной которого является частная собственность на средства производства) и удовлетворении человеческих потребностей равным образом независимо от случайностей при рождении (таких, как пол).

Эти типы равенства подвергались критике как неосуществимые или нежелательные. Утверждается, что достижение полного социального равенства нереально, поскольку это потребовало бы социализации детей вне семьи с целью сведения к минимуму наследования культурных преимуществ, уничтожения всех форм наследования собственности, запрещения любой соревновательности (конкуренции) и универсальной программы обучения, основанной на ценностях сотрудничества и альтруизме. Радикальные попытки обеспечить длительное равенство (израильские кибуцы, религиозные общины, гражданские коммуны, крестьянские и коммунистические революции) не достигали успеха, ибо неравенство классов, статуса и власти никогда не устраняется полностью. Утверждается далее, что равенство условий и результатов нежелательно, т.к. входит в конфликт с другими ценностями (личной свободой и индивидуализмом), и что родители обладают правом выбора частного образования для детей. Хотя очевидно, что высшие слои используют свободу выбора для сохранения своих привилегий.

Важное место проблемы равенства в современной науке объясняется влиянием эгалитарных идеологий (таких, как социализм), расширением гражданства, включающего и социальные права, разрушением статусных иерархий в ходе урбанизации и развития массового потребления, во многом реализацией идей Дж.М.Кейнса (1883-1946). Во время экономического спада после 1973 г. и консервативного поворота на Западе произошел переход от кейнсианства к монетаристской политике, сокращающей социальные расходы государства с целью уменьшения налогов на прибыли, из-за чего вновь выросло социальное неравенство.

Причины неравенства (inequality) веками выискивались в божественном провидении или в естественных различиях. Т.Мор и Т.Кампанелла, как, кстати, и Руссо, увидели их в существовании частной собственности. Т.Джефферсон также пишет в своей знаменитой Декларации независимости США 1776 года: “Мы считаем самоочевидными следующие истины: все люди созданы и наделены своим создателем определенными неотчуждаемыми правами, среди которых право на жизнь, свободу и стремление к счастью”. Он революционизировал учение просветителей о “царстве разума”, основанном на “естественном” равенстве людей. Сходные идеи развивал маркиз де Лафайет в Декларации прав человека и гражданина: “Природа сделала людей свободными и равными, необходимые отличия социального порядка могут быть основаны только на всеобщей пользе.” Идея социального Равенства – основная в марксизме, видящего причины социального неравенства в частной собственности, в неравном распределении средств производства (а затем и предметов потребления) между людьми (у Маркса, неомарксистов и социал-демократов идея социального Равенства – одна из двух центральных, наряду со Свободой; а у Сталина и коммунистов принцип “Равенства”, точнее, эгалитаризма, уравнительности, вовсе затмил идею Свободы). Но в целом стремление к социальному равенству, к созданию равных возможностей, одинаковых “стартовых условий” для свободного развития личности неистребимо в человеке.

По Н.Смелзеру, “неравенство – положение, при котором люди не имеют равного доступа к социальным благам”, таким как деньги, власть и престиж. Видимо, следует добавить к этим благам, поставив его на 1-е место, образование. Социальное неравенство вездесуще. Конечно, одинаковых людей нет. Они различаются по цвету кожи, языку, полу, возрасту, образованию, богатству, уважению, возможности навязывать свою волю другим и т.п. Но эти различия становятся социальными, лишь когда определяют занимаемую ступеньку на лестнице социальной иерархии, т.е. когда они становятся препятствием или условием для получения работы, продвижения по службе, осуществления избирательного права и иных политических прав:

а) Если такими становятся различия по цвету кожи, то возникает расизм, расовая дискриминация. Надо пояснить, что не во всех множественных обществах возникает расизм. Множественные (многосоставные) общества (plural societies) – это общества, разделенные на различные расовые, религиозные или языковые группы. Степень фрагментации варьируется. В некоторых обществах раса и класс имеют тенденцию к частичному совпадению: отдельные расовые группы находятся, главным образом, в определенных социальных классах (в США); в Бразилии же расы довольно ровно распределены в классовой структуре;

б) Если социальными становятся этнические различия (язык и иные), возникает такой вид неравенства, как этнонационализм (шовинизм, нацизм, этноцентризм), этническая дискриминация;

в) Если – возраст, то – эйджеизм (от англ. age – возраст) – дискриминация, проводимая одной или несколькими возрастными группами по отношению к другим. Неприятие и дискриминация старости особенно сильны в США (где в ответ возникают такие движения, как “Седые пантеры”), в которых всегда ценились мастерство, сила, молодость и энергия, в отличие от многих стран Европы и Японии, где пожилые по традиции имеют высокий статус, и от СССР с его геронтократией);

г) Если – половые различия, то – сексизм (sexism) и его разновидности: мужской, реже женский шовинизм, т.е. современный патриархат и матриархат, последний – пока на уровне идей, у радикального крыла движения за эмансипацию женщин – феминистского и суфражистского движения как реакции на повсеместную женскую дискриминацию. Необходимо различать сексизм как социальное и политическое ущемление людей, исходя из их пола, и феминизм как политическое движение с противоположной ориентацией. Сексизмом являются такие позиции или действия, которые носят дискриминирующий характер по отношению к мужчинам или женщинам исключительно на основании их пола (gender). Надо отметить, что двум различным английским терминам, “sex” и “gender”, в русском языке соответствует один – “пол”. Различие между ними заключается в том, что первый (sex) определяется биологически, а второй (gender) конструируется культурно и социально. Существует, таким образом, два биологических пола (male and female) и два социокультурных (masculine and feminine). В недавнем прошлом эти интерпретации были подвергнуты критике, поскольку: 1) несмотря на то, что социологи проводят различие между биологическим полом (sex) и социальным (gender), они часто рассматривают последний как выражение первого, придавая, таким образом, биологии детерминирующее значение, 2) социологи не могут обосновать связь между экономическим подчинением женщин и его отражением в семейной и личной жизни. Согласно радикальной критике, место женщин на производстве определяет социальные различия между мужчинами и женщинами. В этом смысле пол (gender) аналогичен классовым отношениям. На практике задача установления причинных связей между капитализмом, классом и патриархатом оказалась крайне проблематичной. Тем не менее феминисты, например, в рамках психоаналитической традиции оспорили основные идеи Фрейда, показывая, что Эдипов комплекс, зависть к пенису и комплекс кастрации следует интерпретировать как особенности символического мира патриархальной власти. Феминизм (feminism) – это доктрина, утверждающая, что женщины постоянно находятся в невыгодном положении, и отстаивающая равные возможности для мужчин и женщин. В России феминизм слаб, хотя довольно активны такие протопартийные группы интересов, представляющие женщин, как “Женщины России” и женские союзы в провинции. Однако их активность малоэффективна. Анализ политической практики убеждает, что в России после отмены социальных разнарядок КПСС произошла маскулинизация всей политической элиты, в которой (за исключением Думы РФ) практически отсутствуют женщины. Высокая доля мужчин, помимо прочего, считается показателем престижа профессий, должностей, их социального и политического статуса;

д) Когда решающее значение для оценки человека, определения его места в обществе приобретает наличие или отсутствие капитала, возникает капитализм (capitalism) как дискриминация бедных;

е) Когда же привилегии имеет тот, у кого более “респектабельное” социальное происхождение и/или не прошедшая рациональную легитимизацию власть, то мы получаем или кастово-сословное (где правит “аристократия крови”), или номенклатурное (где бесконтрольно правят “выходцы из пролетариата”) общества, в которых имелась дискриминация выходцев из непривилегированных слоев.

Таким образом, и равенство, и неравенство, имеющее социальные истоки и характер, часто закрепляется в политике государства и в его законах.

Но неравенство не остается делом отдельного человека. Привилегированных и дискриминируемых всегда так много, что они составляют целый общественный слой. Наличие же целых групп в обществе, слоев, социально неравных один другому, т.е. стоящих один над другим, другими словами, закрепление неравенства на уровне групп называется социальной стратификацией (stratification). По Смелзеру, “стратификация – это порядок, согласно которому неравенство, по-видимому, с большей вероятностью передается от одного поколения к другому, формируя различные слои (страты) общества”. Авторы Пингвиновского Словаря по социологии считают, что социальные различия становятся социальной стратификацией, когда возникает иерархия людей вдоль некоторого измерения неравенства, которым могут быть доход, богатство, власть, престиж, возраст, этническая принадлежность или иная характеристика. Члены различных страт, составляющих каждую ступень такой лестницы, обладают общими жизненными шансами и стилем жизни и способны осознать свою принадлежность к страте, отличаясь этими характеристиками от членов иных страт. Социологи, как правило, выделяют три главных типа страт: касту, сословие и класс.

Основы теории социальной стратификации были заложены М.Вебером, Т.Парсонсом и др. И поныне теория социальной стратификации занимает заметное место в западной социологии. Ее последователи вводят (реже – наряду с понятием “класс”, чаще – вместо последнего) термин “страта” (слой), взятый из геологической науки.

Обычно человек зачисляется в ту или иную “страту” на основе своего социального статуса (status). Смелзер определяет социальный статус как позицию человека в обществе, связанную с определенными правами и обязанностями. Статус бывает:

- основной – определяющий общественное положение человека;

- приписанный, предписанный – унаследованный от рождения, прирожденный. Приписывание (или аскрипция от англ.ascription) означает, что определенные качества индивидов – статус, занятие или доход задаются позицией, в которой эти индивиды рождаются или над которой они не имеют контроля, а не их собственными достижениями;

- достигнутый – приобретаемый индивидом в обществе благодаря его собственным усилиям;

- и, наконец, возрастной – социальное положение, приписываемое индивиду на основе возраста.

Б) РАЗНОВИДНОСТИ СОЦИАЛЬНЫХ ОБЩНОСТЕЙ:

Различия в социальном статусе людей определяют их вхождение в разные социальные страты. Различные социальные общности людей имеют и не могут не иметь разные интересы. Поэтому социальная сфера охватывает интересы социальных слоев, классов, этносов, отношения между обществом и личностью (условия труда и быта, охраны здоровья и досуга). Социальная сфера опирается на производство, но не сводится к нему. В ней реализуются конечные результаты экономической деятельности, затрагивающие жизненные интересы всех слоев, кланов, классов и этносов, здесь же выявляется специфика политики различных государств. Так, сталинско-брежневская политика выдвигала приоритет прав социальной общности (вербально – рабочего класса, реально – номенклатуры) перед правами и интересами личности. При современной демократии права человека приоритетны. Одновременно признается социальный плюрализм (наличие множества слоев с несовпадающими интересами) и свобода его отражения и проведения в политике и культуре (политический и духовно-идеологический плюрализм). При этом отвергается монополия любого социума на власть, собственность и информацию.

Между людьми и группами часто имеются социальные различия (одни люди и группы выше других на общественной лестнице: по богатству, по власти, по престижу, по образованию). Область социальных различий и есть социальная сфера. Поскольку эти различия могут быть лишь экономического, политического и культурного толка, то социальная сфера – не 4-я в одном ряду с 3 вышеназванными, а область, пересекающая три предыдущие и охватывающая социально-экономические, социально-политические и социально-культурные различия.

Классифицируя социальные связи и отношения, можно выделить две основные группы:

1) Отношения между личностью и обществом (по вопросам как материального и духовного благосостояния, так и политических прав человека);

2) Отношения между социальными общностями как субъектами общественных (включая политические) отношений (вторичными социальными группами, классами, этносами). Среди общественных отношений выделяются социально-классовые, социально-демографические, социально-территориальные и социально-этнические. В каждом из этих видов отношений взаимодействуют разные субъекты: соответственно, классы, внеклассовые и внутриклассовые слои; мужчины, женщины, молодежь и пожилые люди; население города и население деревни, жители центра и жители периферии; этнические общности.

Надо четко представлять, какие из отношений имеют социальный характер (и поэтому могут проявиться в политике). Не все различия между мужчиной и женщиной, между молодыми и пожилыми, между татарами и русскими, между горожанами и сельчанами носят такой характер – в частности, не природные (биологические, географические и т.п.), а лишь те, что порождают различия в социальном статусе, положении в обществе и отношении государства к ним. В условиях демократии отношения между социальными общностями регулируются в рамках социальной политики государства и конкуренции программ различных субъектов политической инфраструктуры.

В) ОТКРЫТОЕ И ЗАКРЫТОЕ ОБЩЕСТВО: ПРАВО НА СОЦИАЛЬНУЮ МОБИЛЬНОСТЬ И КЛАССОВАЯ БОРЬБА:

При анализе социального статуса мы заметили, что в большинстве случаев он способен меняться. Тем самым мы можем перейти к понятию социальной мобильности (social mobility). Мобильность – это передвижение социального субъекта (человека или социальной группы) в стратификационной системе (социальной структуре), связанное с изменением его статуса или ситуса. Величина социальной мобильности часто используется как индикатор степени открытости и подвижности общества. Варианты мобильности разнообразны:

а) Она бывает индивидуальная и коллективная (групповая). По Смелзеру, индивидуальная мобильность – изменение положения индивида в системе социальной стратификации, а коллективная (групповая) – изменение положения социальной группы в системе социальной стратификации. В случае, если индивидуальная мобильность запрещена, то люди прибегают к групповой. Так, в Индии человек рождался в касте и социальная мобильность, смена кастовой принадлежности была невозможна. Но на практике для подкасты в целом, если она приобретала или успешно имитировала ритуальную практику привилегиронных каст, было возможно улучшение положения в иерархии престижа путем “санскритизации”;

б) Выделяют вертикальную и горизонтальную мобильность. Как считает Смелзер, “вертикальная мобильность – изменение положения индивида, которое вызывает повышение или понижение его социального статуса”, переход к более высокому или низкому классовому положению. Поэтому в рамках вертикальной мобильности разграничивают восходящую и нисходящую ветви. Например, восходящая мобильность – это перемещение выпускника вуза из техников в начальники цеха. Горизонтальная же мобильность – изменение положения, которое не приводит к повышению или понижению социального статуса. К примеру, если человек вначале торговал “Сникерсами”, а затем стал торговать ваучерами, то он изменил работу, но не статус.

С.М.Липсет и Р.Бендикс полагали, что мобильность как предохранительный клапан необходима для стабильности современного индустриального общества, уменьшения вероятности революционных действий низших классов, поскольку открытый доступ к позициям элиты позволяет способным и честолюбивым людям подняться с низших социальных уровней. П.Блау, О.Дункан и Д.Гласс показали, что эффективность и социальная справедливость растут в результате мобильности. Теории индустриального общества выделяют такие особенности мобильности в современных обществах: ее высокие уровни; преобладание восходящей мобильности из-за развития структуры занятости; выравнивание возможностей мобильности у индивидов с различным социальным происхождением из-за эгалитаризации обществ, уменьшение различий между странами. Напротив, теория трудового процесса гласит, что капиталистическая индустриализация порождает деквалификацию и пролетаризацию и ведет к крупномасштабной нисходящей мобильности, особенно для женщин, а теории кросс-национальных вариаций утверждают, что индустриализация не сокращает различия в мобильности между обществами.

В разных обществах имеются неодинаковые возможности для мобильности, а в некоторых имеются тупиковые сферы и страты, из которых практически невозможно “подняться”. Встречаются и общества с “перекрытыми” каналами социального восхождения. Соответственно, закрытым называется общество, где имеются юридические препятствия для социальной мобильности, прежде всего для ее восходящей ветви, открытым – где таких препятствий нет. Так, в Оксфордском словаре А.Хорнби (P.437) открытое общество определяется как общество “без жесткой классовой структуры, религиозно свободное и т.д.”. Религиозный критерий использовал автор терминов “открытое и закрытое общество” Анри Бергсон в 1935 г. Дальше идет К.Поппер, который в книге “Открытое общество и его враги” (С.218) пишет: “В дальнейшем магическое, племенное или коллективистское общество мы будет именовать закрытым обществом, а общество, в котором индивидуумы вынуждены принимать личные решения, – открытым обществом. Закрытое общество в его лучших образцах можно справедливо сравнить с организмом. ...в открытом обществе многие его члены стремятся подняться по социальной лестнице и занять места других членов. Это может привести, например, к такому важному общественному явлению, как классовая борьба”. “Одна из важнейших характеристик открытого общества – конкуренция за статус среди его членов... Закрытому же обществу такие свойства практически не присущи. Его институты, включая касты, получают священную санкцию – табу” (С.219). Он подчеркивает, что в закрытом обществе “племя – это все, а индивид – ничто”, а в открытом господствуют индивидуальная инициатива и самоутверждение (С.236) и что “закрытое общество терпит крах, когда благоговение, с которым воспринимается социальный порядок, сменяется активным вмешательством в этот порядок и сознательным стремлением реализовать собственные или групповые интересы” (С.364).

В науке выделяют три типа социальной стратификации: кастовый, сословный и классовый. Первые два присущи закрытому обществу. Социальные различия группируют людей в определенные общности: или в такие, различия в социальном статусе которых закреплены еще и в обычаях и законах и передаются по наследству (касты и сословия), или в такие, дифференциация между которыми существует лишь в экономическом, функциональном, культурном и ином отношении, но не фиксируется в законе и не передается по наследству (классы, страты-слои, социальные группы открытого, т.е. современного, общества). Однако и в классовом обществе имеются, хоть и не юридические, препятствия в виде разных стартовых возможностей и диспозиций личности.

Стартовые возможности – это то, что дается родителями: социальный статус семьи, ее материальные возможности в предоставлении образования, квалификации, связи и т.п.

Диспозиции личности – система предрасположенностей к определенному восприятию жизненных условий и к соответствующему поведению. Они делятся на три группы:

- высшие диспозиции – общая направленность интересов человека, его ценностные ориентации (т.е. ответ на вопрос, каким стать: какие нравственные и интеллектуальные качества человек стремится сформировать в себе);

- средние – установки на социальные объекты, включая уровень притязаний (определяющий то, на какой статус претендует тот или иной человек) и социально-профессиональную ориентацию (определяющий будущий ситус (термин Д.Белла) человека, т.е. сферу интересов, отрасль приложения сил и профессию, к которой он готовится);

- диспозиции нижнего уровня – ситуативные установки в определенный момент.

Диспозиции – продукт социальных условий жизни, но они и сами весьма активны, обеспечивая разную адаптацию (т.е. приспособление) человека к меняющимся условиям.

Возможности социальной мобильности, повышения статуса любого молодого человека во многом определяются именно его стартовыми возможностями, его жизненными целями и ценностями и способностью к адаптации (как активной – путем изменения среды, так и пассивной – в виде примирения с оной).

Г) СОЦИАЛЬНЫЕ СТРАТЫ РОССИИ И ПОЛИТИКА:

Несмотря на транзитный, неустоявшийся характер большинства слоев российского общества, попытаемся вкратце выделить эти страты и описать их политические интересы.

Прежде всего, отметим формирование социально-экономических классов в соответствии с критерием отношений собственности и найма. Это: буржуазия, мелкая буржуазия, кооператоры, рабочий класс.

Буржуазия состоит из трех слоев:

а) иностранная;

б) компрадорская (т.е. местная, но связанная с заграницей);

в) национальная. При этом у власти в 1990-е гг. стояла компрадорская номенклатура (или компрадорская буржуазия из рядов бывшей номенклатуры).

Мелкая буржуазия включает два слоя:

а) фермеры, ремесленники, ремонтники, торговцы, нанимающие работников;

б) фермеры и иные мелкие собственники, не нанимающие рабочую силу.

В составе кооператоров, слоя, так и не сформировавшегося в класс, выделяются такие же две группы:

а) кооператоры, нанимающие работников;

б) кооператоры, не нанимающие работников.

Рабочий класс охватывает:

а) рабочих-собственников, работающих на арендных, акционерных и т.п. государственных и коллективных предприятиях, сливающихся с мелкими кооператорами;

б) пролетариев, нанятых государством;

в) пролетариев, нанятых другими классами (буржуа, кооператорами, мелкими буржуа), т.е. работников кооперативов и частных предприятий, не являющихся их совладельцами.

Поясним, что противоречием, рожденным задолго до перестройки на основе различия в реализуемых функциях и способах получения доходов, является противоречие между “криминальной буржуазией” (слоем, существующим за счет спекуляции и нетрудовых доходов, включая прямое воровство) и трудящимися. Новые классы (кооператоры, мелкие и крупные буржуа) на начальном этапе формируются во многом за счет двух слоев: бюрократии (чиновников партийно-государственного аппарата, имевших доступ к власти, привилегиям и контроль над распределением) и дельцов “теневой экономики”, обладающих начальным капиталом, подлежащим “отмыванию”. В этой среде весьма много представителей “паразитической буржуазии”, которая в начале пути к рынку стремится не к производству товаров и услуг, а лишь к их обмену и контролю за распределением и перераспределением.

По социальному происхождению “новые богатые слои” (“новые русские”) делятся на те, что выросли из рядов бюрократии, и те, что рождены “теневиками”. В отличие от бизнес-слоя, средний слой (купцы и пр.) пополняется прежде всего из рядов специалистов.

Среди внеклассовых слоев следует выделить – в составе интеллигенции (профессионалов):

А. Профессионально осуществляющих функции управления (хотя тот же К.Маркс, в отличие от КПСС, не считал управленцев интеллигенцией). Эти управленцы охватывают:

а) чиновников (реализующих функции административного управления и осуществления государственной власти), номенклатуру,

б) менеджеров (чья функция – производственное управление);

Б. Профессионально реализующих функции развития культуры (духовной культуры, науки и искусства, религии, образования и социализации личности, материальной культуры, совершенствования производства, организма человека, охраны среды, взаимоотношений общества и природы). Эти творцы культуры включают:

а) научно-производственную интеллигенцию (их функция – научно-техническое и экономическое совершенствование производства, охрана среды),

б) гуманитарную интеллигенцию, охватывающую:

- духовенство,

- профессиональных идеологов разных партий и движений,

- журналистов,

- художественную интеллигенцию,

- ученых-гуманитариев и т.д.

- медико-спортивную интеллигенцию (связанную с совершенствованием человеческого организма),

- “военно-правовую” интеллигенцию (занятую развитием военной науки, юриспруденции, правопорядка, разведки и контрразведки);

Помимо интеллигенции, имеются и иные внеклассовые слои:

1. Выполняющие функции оказания нематериальных услуг служащие-неспециалисты;

2. “Непроизводительные” слои, по своим функциям делящиеся на:

А. осуществляющих потенциально производительные функции. Это:

а) женщины, занятые уходом за детьми,

б) неработающие студенты,

в) иждивенцы отдельных лиц (дети, подростки, домохозяйки),

г) иждивенцы государства (дети и подростки), живущие в государственных заведениях;

Б. тех, у кого отсутствуют или утрачены производительные функции:

а) неработающие пенсионеры (включая инвалидов),

б) иждивенцы государства (пожилые и инвалиды), живущие в государственных учреждениях;

В. дисфункциональные слои, чьи занятия дисфункциональны:

а) проститутки,

б) профессиональные преступники (включая “идейных” и “политических” террористов, рэкетиров, “нацгвардейцев” и им подобных),

в) деклассированные элементы (люмпены). Это:

- алкоголики и наркоманы,

- бродяги, бомжи, бичи, попрошайки, беженцы,

- “профессиональные безработные”, неработающие “внутренние эмигранты”.

Ясно, что для упрочения демократии, формирования ее гарантий нужны не только юридические нормы (они не помешали Гитлеру прийти к власти), но и материальные субстраты, формирующие демократическую политическую культуру в обществе. Какой же социальный слой играет такую роль в обществе?

Опорой наиболее благоприятного для людей режима ученые, начиная с Аристотеля, считают “средний класс”, средний по своему благосостоянию. В наше время средний класс большинство политологов называют социальной базой демократии. Однако они же (вслед за социологами), как правило, выделяют в данном классе два слоя:

1) “старый средний класс” (соответствующий мелкой буржуазии у марксистов), состоящий из мелкого крестьянства (фермерства) в деревне и лавочников-торговцев, самостоятельных ремесленников и мелких ростовщиков в городе;

2) “новый средний класс”, включающий интеллигенцию (высших “профессионалов” и средних менеджеров).

Кто же из них является опорой и защитником демократии? Депутат Думы РФ И.Грачев из Казани, вслед за многими отечественными учеными и журналистами, прокламирует, что “стабильная демократия – это сильный средний класс” (Казанский Телеграф. - 1996.-№79), под которым он понимает “мелкий и средний бизнес”, в руководство подкомитета по развитию которого он входит. Однако взглянем на реальности непредвзято и рассмотрим, какую роль в демократизации играют два основных компонента “среднего класса”: мелкий частный собственник и интеллигенция.

Крестьянство весьма консервативно и – вместе с тем – авторитарно, оно привело к власти Наполеона I (да и его племянника), многих иных диктаторов, покончивших с демократическими свободами. Выступая против крупных монополий, против интеллигенции и активной внешней политики, за изоляционизм, оно часто стоит на стороне “сильных политиков” из числа неоконсерваторов. Да и в нашей стране оно до сих пор не предпочитало демократов (в 1917 г. в большинстве голосовав за эсеров, иные революционные партии, ныне выбирая коммунистов и родственных им “аграриев”).

Лавочники были массовой социальной базой фашизма и нацизма. Этот факт стал столь хрестоматийным, что все чаще на Западе встречается определение фашизма как террористической диктатуры, опирающейся не на крупные монополии, а на “взбесившегося от ужасов капитализма мелкого буржуа”, как сказали бы марксисты.

Иное дело – интеллектуальная часть общества, “новый средний класс”. Именно он поддерживает все прогрессивные начинания президентов-демократов социал-либерального толка в США, лейбористов в Англии и ее бывших колониях, социал-демократов в континентальной Европе, демонтаж апартеида и введение демократии в ЮАР. Интеллигенция же инспирировала и поддерживала “оттепель” и перестройку в СССР и иных соцстранах, она же в своем большинстве ушла в тень, молчаливо осуждая номенклатурно-компрадорский поворот 90-х гг. в России и иных посттоталитарных странах, но еще больше боясь реванша сталинизма.

Так что социальной основой реальной демократии как власти, зависящей от народа, действительно является средний класс, только новый, и отнюдь не только по причине своего среднего благосостояния, того, что ему есть что терять материально при любой тирании, а прежде всего из-за того, что при авторитарном и тоталитарном режиме интеллигенция не в состоянии реализовать свои социальные, да и – во многом – профессиональные функции, о чем свидетельствует “внешняя” и “внутренняя эмиграция” из нацистской Германии и сталинского Союза, гибель многих интеллектуалов в тоталитарных застенках и лагерях, да и нынешнее положение как ИТР, ученых, педагогов и врачей, так и открытых оппозиционеров из “идеологической” части интеллигенции (писателей, в целом художественной интеллигенции, журналистов и иных диссидентов) в России.

Вместе с тем чиновники, дорвавшиеся до полной бесконтрольности, несмотря на то, что многие социологи включают и их в ряды “среднего класса”, весьма довольны своим положением и всячески препятствуют установлению реальной демократии, ограничиваясь лишь ее внешними атрибутами из числа тех, что способны прикрыть их монополию на власть (смотри их поведение в эпоху государственного социализма в СССР и в годы ельцинско-шаймиевских реформ в РФ и РТ).

Исходя из сказанного, зададимся вопросом: на обеспечение социальных и политических интересов какого общественного слоя должна ориентироваться власть, если она находится в руках сторонников демократии: “мелких и средних” “новых русских”, номенклатуры (т.е. монопольно правящей бюрократии) или интеллигенции? После всего сказанного этот вопрос звучит риторически. Даже высшая интеллигенция (за исключением фотомоделей, “легионеров” и тех деятелей культуры, что испытывают политические чувства глубокого удовлетворения, взаимной с властями симпатии и антипарламентского шовинизма) превратилась из привилегированного слоя (каким она была в СССР и каким является на Западе) в особо дискриминируемый слой люмпен-интеллигенции. Остальная часть интеллигенции (опять же в противовес Западу) также люмпенизирована. Можно ли в таких условиях считать, что власти и их идеологи способствуют созданию гарантий для реальной демократии? Нельзя.

Все сказанное о необходимости учета политиками особых социальных интересов разных классов и социальных слоев относится и к анализу политических позиций социально-демографических и поселенческих групп. “Азы” политологии гласят (а практика выборов подтверждает), что женщины, старики и сельчане всегда настроены более консервативно, тогда как молодежь более радикальна и нетерпелива. Так, опорой номенклатуры в большей мере является послушное и зависящее от них село, чаще голосуют за чиновников люди пожилые и малограмотные, женщины и чиновники нижнего уровня (директора школ, зав.детсадами и – в меньшей степени – главврачи), за социал-демократов, социал-либералов (“Яблоко”) и правозащитников (МДТ “Согласие”) – научно-педагогическая, техническая и гуманитарная интеллигенция, рабочие высокой квалификации, жители крупных городов, т.е. наиболее перспективные слои общества.

Несмотря на претензии большинства политических партий и даже отдельных групп интересов (например, профсоюзов), да и государства, на всеобщность, представительство общества в целом, анализ их программ, действий, лозунгов, кадровой (т.е. актива) и мобилизационной (электората) баз дает основание для заключения о формировании на политической сцене России субъектов политической инфраструктуры, специализирующихся на артикуляции, агрегировании и “пробивании” интересов отдельных слоев: это “Женщины России”, Аграрная партия и КПРФ, “Мусульманский союз”, ХДС и Демократический выбор России, “Наш дом – Россия”, обслуживающие, соответственно, политические интересы отдельных категорий женщин, сельчан и люмпенизированных слоев города и деревни, конфессий и предпринимателей, чиновников-компрадоров. Вместе с тем в силу спада политической активности молодежи нельзя выделить политическую силу, на протяжении длительного времени стремящуюся к защите и проведению интересов молодежи. Мы рассмотрим политическое поведение и сознание различных социальных общностей в соответствующих разделах.

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ:

Класс, Основные и Неосновные классы, Внутриклассовые и Внеклассовые слои, Факторы стратификации, Рыночные возможности, Жизненные шансы, Статусные группы; Социальные равенство и неравенство, Эйджеизм, Геронтократия, Сексизм, Феминизм, Суфражизм, Капитализм, Номенклатурный социализм; Социальный статус (приписанный, достигнутый), Открытое и Закрытое общество, Индивидуальная и Коллективная социальная мобильность, Стартовые возможности и Диспозиции личности; Национальная и Компрадорская буржуазия, Старый и Новый рабочий класс, Старый и Новый средний класс и демократия, Чиновники (номенклатура), Менеджеры и Творцы, Деклассированные слои в политике, Группы давления и интересов различных слоев.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

1. Проанализируйте различия между теориями классовой стратификации Маркса и Вебера, а также общность и отличия их подхода к бюрократии. Чем отличаются друг от друга ленинская и сталинско-брежневская концепции, а также западные трактовки стратификации? Объясните, в чем заключается практическая ценность теорий стратификации, влияет ли классовая принадлежность человека на его мировоззрение?

2. Почему людей издревле волнует вопрос о равенстве? Возможно ли полное социальное равенство? В чем разница между неравенством, стратификацией и классовым делением? Выделите основные типы равенства и неравенства и теории, по-разному их трактующие. Что такое эйджеизм и сексизм?

3. Раскройте понятие “социальная мобильность” и основные типы такой мобильности. Охарактеризуйте стратификацию в закрытом и открытом обществе. Что такое “классовая борьба”, есть ли она в РФ?

4. Обоснуйте свою позицию, отвечая на вопросы, какой социальный слой играет господствующую роль в российском обществе (буржуазия, чиновники или интеллигенция), почему решающие позиции в бизнес-слое занимают выходцы из номенклатуры и криминалитет, почему старые крупные города РТ на референдуме о суверенитете республики сказали “Нет”, а деревня в целом “Да”.

5. Согласны ли Вы, что оплотом демократии является “средний класс”? Если да, как Вы это понимаете?

ЛИТЕРАТУРА:

1. Беляев В.А. Советская интеллигенция в борьбе идей. – Казань, Изд-во КГУ, 1990. – 150 с.

2. Беляев В.А., Филатов А.Н. Указ.соч.

3. Васильев И.А. и др. Кто боролся за место в Думе? // Социс, 1996, № 12. – С.71-82.

4. Вебер М. Указ.соч.

5. Ленин В.И. Великий почин // Полн.собр.соч., Т.39. – С.1-29.

6. Маркс К. Капитал // Маркс К., Энгельс Ф.– Соч., Т.26.

7. Поппер К. Указ.соч. – Т.I.

8. Смелзер Н. Указ.соч.

9. Abercrombie N., etc. Op.cit.

10. Hornby A.S. Op.cit.