Провозглашение независимости

6 сентября 1991 в Чечне был совершён вооружённый переворот — Верховный Совет ЧИАССР был разогнан вооружёнными сторонниками Исполкома Общенационального конгресса чеченского народа. В качестве предлога было использовано то, что 19 августа 1991 партийное руководство в Грозном, в отличие от российского руководства, поддержало действия ГКЧП.

С согласия руководства российского парламента, из небольшой группы депутатов Верховного Совета ЧИАССР и представителей ОКЧН был создан Временный высший совет, который был признан Верховным Советом РФ высшим органом власти на территории республики. Однако менее чем через 3 недели ОКЧН распустил его и объявил, что берёт на себя всю полноту власти.

1 октября 1991 года решением Верховного совета РСФСР Чечено-Ингушская Республика была разделена на Чеченскую и Ингушскую Республики (без определения границ).

27 октября 1991 Джохар Дудаев был избран президентом Чеченской Республики.

Одновременно прошли выборы парламента Чеченской республики. По оценкам многих экспертов, всё это было лишь инсценировкой (участвовало 10 — 12 % избирателей, голосование прошло только в 6 из 14 районов ЧИАССР). В некоторых районах число проголосовавших превысило число зарегистрированных избирателей. В это же время исполком ОКЧН объявил всеобщую мобилизацию мужчин в возрасте от 15 до 65 лет и привёл в полную боевую готовность свою Национальную гвардию.

Съезд народных депутатов РСФСР официально заявил о непризнании этих выборов, так как они прошли с нарушениями действующего законодательства.

Первым своим декретом 1 ноября 1991 Дудаев провозгласил независимость Чеченской Республики Ичкерия (ЧРИ) от РСФСР, что не было признано ни российскими властями, ни какими-либо иностранными государствами.

Хронология событий и военные действия

7 ноября 1991 президент России Борис Ельцин издал указ О введении чрезвычайного положения в Чечено-Ингушской республике. В ответ на это Дудаев ввёл на её территории военное положение. Верховный Совет России, где большинство мест было у противников Ельцина, не утвердил президентский указ.

2 марта 1992 года в Лондоне армянской разведкой были убиты Руслан и Назарбек Уциевы, первый являлся заместителем военного совета самопровозглашенной республики. У братьев было задание чеченского правительства провести переговоры о печатании чеченских денег и паспортов, а также договориться о поставках 2 тысяч портативных ракет «Стингер» типа «земля — воздух» для Азербайджана.

3 марта 1992 Джохар Дудаев заявил, что Чечня сядет за стол переговоров с российским руководством только в том случае, если Москва признает её независимость.

12 марта 1992 парламент Чечни принял конституцию республики, объявив Чеченскую Республику независимым светским государством.

10 июня 1992 на территории Чечни были ликвидированы структуры Министерства обороны России. Чеченские власти, почти не встречая организованного сопротивления, захватили вооружение российских воинских частей, дислоцированных на территории Чечни.

В ноябре 1992, после подавления осетино-ингушского конфликта в Пригородном районе Северной Осетии, военные, по свидетельству президента Ингушетии генерала Руслана Аушева, уже готовы были двинуться в сторону Чечни. 10 ноября Джохар Дудаев ввёл на территории Чечни чрезвычайное положение. Ситуацию разрядил и. о. Председателя Правительства России Егор Гайдар.

За время нахождения Дудаева у власти процесс вытеснения русских из Чечни принял характер неприкрытого геноцида.

Дудаевская Чечня переживала острый социально-экономический кризис: резко снизилось производство, не выплачивались пенсии, закрывались учебные заведения и больницы, безработными оказались 70 % её трудоспособного населения. Экономическая несостоятельность привела к расцвету криминальной «экономики».

Ситуация вокруг Чечни предоставляла возможности для крупномасштабных злоупотреблений и хищений: осуществлялась незаконная торговля оружием, нефтепродуктами и наркотиками, производился беспошлинный ввоз и вывоз товаров. На чеченских НПЗ перерабатывалась западносибирская нефть, а нефтепродукты экспортировались через черноморские порты уже как оффшорная собственность, не облагавшаяся налогами. Почти все многочисленные вооружённые структуры в Чечне занимались хищением нефтепродуктов под видом их охраны. Регулярно подвергались разграблению российские поезда, проходившие транзитом через Чечню. Только в 1993 году были совершены нападения на 559 поездов, было разграблено 4000 вагонов. В 1992—1994 годах погибли больше 20 сотрудников железной дороги.

Массовый характер приняли сомнительные финансовые операции (межбанковские переводы несуществующих средств с последующим обналичиванием), в которых принимали участие многие российские и прибалтийские банки и их филиалы в Чечне и соседнем Дагестане — в частности, с помощью так называемых «чеченских» фальшивых авизо. Считается, что таким образом в карманы преступников попало до 5 миллиардов долларов США. Эти средства использовались в ходе приватизации многих российских предприятий. Грозненский аэропорт стал крупнейшим центром контрабанды (в том числе оружия и наркотиков), поскольку на территории Чечни не действовали федеральные таможенные органы. Через Чечню на территорию России ввозились фальшивые доллары и советские рубли из республик бывшего СССР (советские банкноты к тому времени были выведены из обращения в России и не принимались в качестве платёжного средства). Дудаев и его чиновники свободно вылетали за рубеж через российское воздушное пространство. Чечня стала убежищем для многих российских уголовных и экономических преступников, скрывавшихся здесь после совершения преступлений. Здесь процветали похищения и торговля людьми.

Средства, поступавшие из российского бюджета на выплату зарплат, пособий и пенсий, чеченские власти использовали по своему усмотрению, в том числе на приобретение вооружений.

Одновременно российские силовые структуры использовали неподконтрольную Чечню для действий у собственных границ. Чеченцы и представители других северокавказских республик в 1992 воевали в мятежной Абхазии против грузинской армии в составе сил Конфедерации горских народов Кавказа, командовал ими Шамиль Басаев.

В январе 1993 прошло несколько раундов переговоров парламентских и правительственных делегаций Чечни и федерального центра, но в условиях противостояния Дудаева с собственным парламентом всегда вставал вопрос о полномочиях переговорщиков. Борис Ельцин отказывался лично встречаться с Дудаевым. Некоторые переговорщики открыто говорили о том, что стремятся к войне, чтобы получить от конфликта политические дивиденды, например, Сергей Шахрай в гостях на популярной радиостанции вспоминал следующее о Зелимхане Яндарбиеве:

Что касается Дудаева, то в 93-м году в Грозном, мне, Рамазану Абдулатипову и Валерию Шуйкову удалось подписать соглашение с парламентом Чечни. И Дудаев тогда тоже против этого не возражал о разграничении предметов ведения и полномочий. Мы готовы были этот договор с Грозным подписать. Кстати, именно этот договор в последующем подписал Шаймиев, ну, доведенный до логического конца. Через месяц или 2 после подписания этого документа осенью в Москву явился Яндарбиев. Привез бумагу о том, что они свои подписи под этим документом отзывают. Яндарбиев не скрывал свою концепцию. Он говорил, понимаете, Сергей Михайлович, он и мне это говорил, чеченское общество, общество тейповое, родовое, важны клановые и прочие интересы. Один клан за образование отвечал, другой за МВД, третий ещё за что-то. В такой ситуации Дудаев никто, все решают эти кланы между собой и внутри себя. Нам нужна большая война, чтобы в пламени войны с Россией переплавить, разрушить родовые племенные отношения, а потом мы, говорит, после войны с Россией заключим мир, но мы будем уже демократическим государством, где нужен президент, разделение властей, но хлеще Геббельса. Это была концепция. Им в войне надо было переплавить свои там тейповые отношения. И построить в кавычках гражданское общество.

— Передача "Без дураков" от 02.04.2008, радиостанция "Эхо Москвы"

В обстановке обострившегося кризиса власти 17 апреля 1993 Джохар Дудаев распустил кабинет министров Чеченской Республики, парламент, Конституционный суд Чечни и Грозненское городское собрание, ввёл прямое президентское правление на всей территории Чечни и комендантский час.

4 июня 1993 спецподразделение дудаевской национальной гвардии взяло штурмом здание парламента в Грозном. В результате погибло 58 человек и ранено около 200. 5-6 июня 1993 та же гвардия разогнала митинг сторонников парламента.

После дудаевского переворота и провозглашения «суверенной Ичкерии» последовала реакция в Ингушетии — здесь состоялся референдум, на котором население республики проголосовало за её самостоятельность в рамках Федерации (то есть отделение от Чечни). Договор «О принципах определения границ Чеченской и Ингушской республик» был подписан 23 июля 1993.

26 мая и 29 июля 1994 чеченские экстремисты совершили террористические акты за пределами Чечни. В г. Минеральные Воды дважды состоялся захват заложников, в том числе детей. Погибло 4 человека.

В конце 1993 оппозиция начала партизанскую войну против Дудаева, и летом 1994 запросила помощи у России, которая была предоставлена, поскольку чеченцы систематически грабили приграничные с Чечней территории и занимались всевозможной преступной деятельностью по всей стране.

Временный совет во главе с Умаром Автурхановым из Надтеречного региона был основным организатором антидудаевских акций.

Дудаевцы у «Президентского дворца» в Грозном, 1994 год.

26 ноября 1994 российские СМИ объявили, что антидудаевская оппозиция, вооружённая всеми видами оружия вплоть до танков (5000 оппозиционеров плюс 85 российских солдат и 40 танков^[9]), вошла в Грозный — однако когда они тут же были сожжены или захвачены^{[источник не указан 81 день]}, то оказалось, что в танках на самом деле находились офицеры и прапорщики российской армии, завербованные Федеральной службой контрразведки — предшественницей нынешней ФСБ — в подмосковных танковых частях^{[источник не указан 81 день]}.

Особенности этнического состава защитников Грозного от штурма антидудаевской оппозиции отмечал бывший корреспондент газеты Верховного Совета Республики Беларусь «Народная газета» очевидец Александр Очеретний:

Тусовался народ в Грозном в основном на площади у Дворца президента. Там же, прямо на улице, разложив общую снедь на парапетах, в складчину обедали. Шашлык, кстати, жарили на «Вечном огне», у памятника советскому солдату, у которого (у солдата) гранатометным выстрелом была снесена голова. На площади я заметил здоровенного парня в камуфляже с эмблемой УНА-УНСО на рукаве. Познакомились. Сашко с явной неохотой отвечал на мои вопросы. Удалось выяснить только то, что, по его словам, на «стажировку» в Грозный приехало около двухсот украинских бойцов. Вооружили их на месте. (Кстати, во время новогоднего штурма Грозного этот Сашко самолично взял в плен семерых российских десантников-срочников. Впрочем, повоевал он с недельку: погиб.) Там же я познакомился и с группой кубанских казаков, которые также приехали защищать город, но они скорее ряженых напоминали, чем бойцов — в национальных одеждах и при шашках. Среди потенциальных защитников было много выходцев с Кавказа, а также русских — граждан Чечни.

— Статья "Пикник в Грозном. Десятилетие чеченского ужаса", "Белгазета" от № 46 [463] от 22.11.04

В той же статье корреспондент Александр Очеретний вспоминал, что значительную часть танкистов пленили, многих из побросавших оружие пехотинцев — тоже. Однако в плен брали только солдат и офицеров славянской внешности, попадавшихся же среди пленников чеченцев расстреливали на месте выстрелом в живот.

Через несколько дней здесь началась самая кровопролитная война на всём постсоветском пространстве, приведшая к массовым разрушениям и гибели тысяч мирных жителей и военнослужащих федеральных войск.

Первая чеченская война унесла до 50 тысяч жизней мирных жителей и до 6 тысяч жизней российских солдат, милиционеров и сотрудников других силовых структур. Во второй войне погибло от 15 до 25 тысяч гражданских лиц. Сотни тысяч человек стали беженцами^.

По опубликованным Госсоветом Чечни данным, с 1991 по 2005 год в Чечне погибли 160 тысяч человек, из которых только 30-40 тысяч были чеченцами. Большинство жертв конфликта — русские, также пострадали дагестанцы, ингуши и прочие народы, проживавшие в Чечне. Впоследствии глава Госсовета Чечни Таус Джабраилов отметил, что в число погибших им были включены все без вести пропавшие в Чечне, и что названные им цифры не могут считаться официальными, так как их нельзя подтвердить документально. Приведенные им данные в некоторых источниках ставились под сомнение Есть и другие оценки потерь, зачастую кардинально расходящиеся между собой.

Так Ахмед Закаев, заявлял о гибели более 200 тысяч жителей Чечни разных национальностей.

По данным расследования историка и демографа Александра Бабёнышева^[14], опубликованного в «Новой Газете» в конце 2005 года — боевые потери чеченской стороны составили около 8,5 тысяч мирных жителей и 16,5 тысяч боевиков, ещё приблизительно 40 тысяч составляют потери от ухудшения условий жизни^[15]. Примерно 7-10 тысяч гражданских лиц других национальностей. Потери Федеральных сил оцениваются как 12-15 тысяч солдат и офицеров^[15].