44. Лозанская школа. Л. Вальрас и в. Парето.

Лозаннская школа является второй школой маржинализма. Она является центральной. У нее есть фундаментальные идеи, ставшие всеобщим достоянием. Эта школа представлена двумя именами - Леоном Вальрасом (1834-1910) и Вильфредо Парето (1842-1923).

Вальрас является не только основателем лозаннской школы, но и считается фактическим основателем и крупнейшим представителем математической школы в политической экономии. В 1874 г. он опубликовал книгу "Элементы чистой политической экономии". Некоторые исследователи считают эту работу библией современной неоклассической экономической теории. Вальрас создал общую экономико-математическую модель народного хозяйства, известную под названием "Система общего экономического равновесия". Иногда ее называют схемой воспроизводства.

В этой модели:

1) сформулированы основные условия соответствия спроса и предложения товаров;

2) количественно описана через систему уравнений взаимосвязь между основными экономическими показателями производства и обмена.

Модель Вальраса исходит из условий совершенной конкуренции. Задача этой модели - вывести общие законы действия системы цен при наличии множества рынков. Хотя эта модель не имеет практического применения, но она явилась мощным толчком для решения этой проблемы последующими экономистами, добивающимися больших успехов.

Ценным в модели Вальраса является:

1) постановка экстремальной задачи для народного хозяйства в целом;

2) подход к ценам как составному элементу нахождения общего оптимума.

Идеи Вальраса развил В.Парето*, профессор политической экономии Лозаннского университета. В 1906 г. он опубликовал "Курс политической экономии".

Методологической особенностью Парето является отрицание причинно-следственной зависимости в общественных явлениях. В противовес он предложил функциональную зависимость между равнозначными явлениями. Далее он считал, что политическая экономия должна изучать механизм, устанавливающий равновесие между потребностями людей и ограниченными ресурсами для их удовлетворения. Для этого (по Парето) необходимо применение математических методов анализа.

Он продолжил исследование рыночного равновесия Вальраса. Но в отличие от него Парето рассматривал ряд состояний равновесия во времени. Он определил оптимум, который вошел в экономическую науку под названием Парето-эффективность. Суть ее состоит в следующем: экономическая эффективность хозяйственной системы - это состояние, при котором невозможно увеличить степень удовлетворения потребностей хотя бы одного человека, не ухудшая при этом положение другого.

Парето в отличие от кардинализма австрийской школы, сформулировал ординалистский подход к измерению полезных эффектов. Это позволило ему ввести кривые безразличия. Они широко используются неоклассической школой при исследовании микроэкономических процессов, связанных с проблемой выбора.

45. Сущность институционализма и его виды.

Средняя линия, прочерченная германской исторической школой, нашла своеобразное продолжение в зигзаге американской экономической мысли самого конца 19-первой трети 20 века – институционализме.

Институционализм – новое направление экономической мысли    ХХ в., которое изучает и описывает формы организаций, регулирования, упорядочения общественной жизни, деятельности и поведения людей с учетом совокупности принятых социальных норм, обычаев, образцов поведения. Институционалисты исходили из наличия острых социальных противоречий капитализма и необходимости их реформирования. Они отвергали революции, были сторонниками эволюционного развития.

Институционализм никогда не имел организационного центра и разнородность этого течения даёт повод ставить под сомнение само его существование как научной школы. Тем не менее, сложилась устойчивая традиция рассматривать трёх американских экономистов: Т.Веблена, У.К, Митчелла и Дж.Р.Коммонса – как главных представителей направления. Его основоположником всё же считается Веблен. Само понятие «институционализм» впервые употребил в 1918 году американский экономист Уолтон Гамильтон, определивший категорию «институт» как «вербальный символ», который описывает пучок социальных обычаев. Он означает способ мышления или действия, с достаточной распространённостью и прочностью запечатлённый в привычках групп или обычаях народа. В обычной речи это другое слово для «процедуры», «общего согласия», «договорённости»; на книжном языке нравы, народные обычаи, равно как денежная экономика, классическое образование, фундаментализм и демократия являются «институтами» Последователи институционализма стремились расширить рамки экономического анализа, привлекая подходы и методы смежных наук. Представители институционализма считали, что поведение экономического человека формируется главным образом в рамках и под воздействием социальных групп и коллективов. Новое направление обнаружило сходство с исторической школой, как в общих устремлениях, так и в более конкретной тематике исследований, хотя программная статья Т.Веблена «Почему экономика не является эволюционной наукой» (1898), от которой принято вести отсчёт институционализма, критиковал эмпиризм Г.Шмоллера и его последователей.  Если рассматривать отличия институционализма от других учений, то они состоят в следующем: 1.     Привычные для неоклассической школы категории (такие как цена, прибыль, спрос) не игнорируются, а рассматриваются с учётом более полного спектра интересов и отношений. 2.     В отличие от маржиналистов, которые исследуют экономику в чистом виде, отбрасывая социальную сторону, институционалисты, напротив исследуют экономику лишь как часть социальной системы. 3.     С точки зрения классической политической экономии, экономика рассматривается как основа или «базис» для науки, культуры, политики, институционализм же считает эти понятия равноправными и взаимосвязанными. 4.     Отрицание принципа оптимизации. Хозяйствующие субъекты трактуются не как максимизаторы (или минимизаторы) целевой функции, а как следующие различным «привычкам» - приобретенным правилам поведения  и социальным нормам. 5.     Интересы общества первичны. Действия отдельно взятых субъектов в значительной мере предопределяются ситуацией в экономике в целом, а не наоборот. В частности, их цели и предпочтения формируются обществом. В маржинализме и классической политэкономии считается, что сначала возникают интересы индивида, и они являются порождающими по отношению к интересам социума. 6.     Отрицание подхода к экономике как к (механически) равновесной системе и трактовка экономики как эволюционирующей системы, управляемой процессами, носящими кумулятивный характер. Старые институционалисты исходили здесь из предложенного Т. Вебленом принципа «кумулятивной причинности», согласно которому экономическое развитие характеризуется причинным взаимодействием различных экономических феноменов, усиливающих друг друга. В то время как маржинализм рассматривает экономику в состоянии статики и динамики, а классики характеризуют какой-либо экономический подход как естественный. 7.     Благосклонное отношение к государственному вмешательству в рыночную экономику. 8.     Отрицание «рационального человека», руководствующегося исключительно полезностью. По мнению институционалистов, действия индивида спрогнозировать невозможно из-за невозможности учесть все факторы (экономические и неэкономические), влияющие на поведение человека. Следует определить, какие именно факторы лежат в основе спроса. Помимо цен это может быть ожидание цены, стремление уберечь фирму от риска и т. п. На экономическую ситуацию влияют не только цены; наряду с ними действуют и должны быть приняты во внимание такие факторы как инфляция, безработица, кризисы, политическая нестабильность и т. п. 9.     Цены не столь изменчивы, как об этом говорится в трудах классиков. Издержки, спрос, конъюнктура чрезвычайно подвижны, цены же консервативны. Несмотря на происходящие на рынке изменения, цены зачастую не меняются. 10. С точки зрения институционалистов задача экономической науки не только в том, чтобы составить прогноз, понять систему взаимосвязей, но и дать рекомендации, обосновать рецепты соответствующих изменений в политике, поведении, общественном сознании. На протяжении всей истории институционализма важнейшим признаком этого течения служит критическое отношение к неоклассической рыночной концепции (теории стоимости и цен, теории фирмы, потребительского спроса, экономической теории благосостояния) и к методологии, на которой она базируется. Институционалисты критикуют неоклассическую школу за её ограниченность, которая проявлялась в следующем: 1.     Они игнорировали роль социологических, политических, социально-психологических факторов в функционировании экономического механизма; 2.     Игнорирование важнейших структурных и институциональных особенностей реальной экономики; 3.     В идеологической “предвзятости” неоклассической теории, где за претензией на нейтральный экономический анализ скрывается определённая социальная философия с присущей ей системой ценностей. Обратившись к изучению реальностей экономической жизни на стадии “позднего капитализма”,  институционалисты сосредоточились на проблемах экономической власти, связанных, с процессами монополизации, перестройки рыночных структур и изменениями в рыночном механизме и с возрастанием вмешательства государства в социально-экономические процессы. Институционалистов, как экономистов-социологов, привлекали проблемы экономической власти в различных её аспектах - источники, формы, масштабы, способы реализации, последствия, методы ограничения; власть на микроуровне и в экономической системе в целом, связь экономической и политической власти. Специфика институционализма заключается в том, что они рассматривали институциональный разрез экономической системы. Институционалисты полагали, что движущей силой общественного развития являются институты. Само понятие “экономический институт”, как видно, имеет чрезвычайно широкий смысл. Оно включает наряду с конкретными формами организации производства, обмена, распределения и потребления сложившиеся юридические нормы, обычаи, характер мышления и “идеологии” экономических субъектов, правила поведения, мотивы и стимулы, воплощённые в структуре и функциональных особенностях институциональной системы. Институты, с одной стороны, выступают в качестве факторов, формирующих поведение экономических субъектов. С другой стороны, институты представляют собой объект преобразующей деятельности людей, инструменты, подлежащие изменениям через “коллективные социальные действия”.

Старый и новый институционализм «Старый» институционализм, как экономическое течение, возник на рубеже 19-20 веков. Он был тесно связан с историческим направлением в экономической теории, с так называемой исторической и новой исторической школой (Лист Ф., Шмолер Г., Бретано Л., Бюхер К.). Для институционализма с самого начала его развития было характерно отстаивание идеи социального контроля и вмешательства общества, главным образом государства, в экономические процессы. Это было наследием исторической школы, представители которой не только отрицали существование устойчивых детерминированных связей, и законов в экономике, но и являлись сторонниками идеи, что благосостояние общества может быть достигнуто на основе жесткого государственного регулирования экономики националистического толка. Виднейшими представителями «Старого институционализма» являются: Торстейн Веблен, Джон Коммонс, Уэсли Митчелл, Джон Гэлбрейт. Несмотря на значительный круг проблем, охватываемый в работах указанных экономистов, им не удалось образовать собственную единую исследовательскую программу. Как отмечал Коуз, работы американских институционалистов ни к чему не привели, поскольку в них не было теории для организации массы описательного материала. Старый институционализм подверг критике положения, составляющие «жесткое ядро неоклассики». В частности, Веблен отвергал концепцию рациональности и соответствующий ей принцип максимизации как основополагающий в объяснении поведения экономических агентов. Объектом анализа являются институты, а не человеческие взаимодействия в пространстве с ограничениями, которые задаются институтами. Также работы старых институционалистов отличаются значительной междисциплинарностью, являясь, по сути, продолжениями социологических, правовых, статистических исследований в их приложении к экономическим проблемам. Предшественниками неоинституционализма являются экономисты Австрийской школы, в частности Карл Менгер и Фридрих фон Хайек, которые привнесли в экономическую науку эволюционный метод, а также поставили вопрос о синтезе многих наук изучающих общество. Современный неоинституционализм берет свое начало с пионерных работ Рональда Коуза «Природа фирмы», «Проблема социальных издержек». Атаке неоинституционалистов в первую очередь подверглись положения неоклассики, составляющие ее защитное ядро.

1. Во-первых, подверглась критике предпосылка, что обмен происходит без издержек. Критику этого положения можно найти в первых работах Коуза. Хотя, необходимо отметить, что о возможности существования издержек обмена и об их влиянии на решения обменивающихся субъектов писал еще Менгер в своих «Основаниях политической экономии». Экономический обмен про­исходит только тогда, когда каждый его участник, осуществляя акт мены, получает какое-либо приращение ценности к ценнос­ти существующего набора благ. Это доказывает Карл Менгер в работе «Основания политической экономии», исходя из предположения о существовании двух участников обмена. Первый имеет благо А, обладающее ценностью W , а второй - благо В с такой же ценностью W . В результате произошедшего между ними обмена ценность благ в распоряжении первого будет W + х, а второго - W + у. Из этого можно сделать вывод, что в процессе обмена ценность блага для каждого участника увеличилась на определенную величину. Этот пример показывает, что деятельность, связанная с обменом, есть не напрасная трата времени и ресурсов, а такая же продуктивная деятельность как производство материальных благ. Исследуя обмен, нельзя не остановиться на пределах обмена. Обмен будет происходить до тех пор, пока ценность благ в распоряжении каждого участника обмена будет, по его оценкам, меньше ценности тех благ, которые могут быть получены в результате обмена. Этот тезис верен для всех контрагентов обмена. Пользуясь символикой вышеуказанного примера, обмен происходит, если W ( A ) < W + х для первого и W ( B ) < W + у для второго участников обмена, или если х > 0 и у > 0. До сих пор мы рассматривали обмен как процесс, происходящий без издержек. Но в реальной экономике любой акт обмена связан с определенными издержками. Такие издержки обмена получили название трансакционных. Они обычно трактуются как «издержки сбора и обработки информации, издержки проведения переговоров и принятия решения, издержки контроля и юридической защиты выполнения контракта» [9]. Концепция трансакционных издержек противоречит тезису неоклассической теории, что издержки функционирования рыночного механизма равны нулю. Такое допущение позволяло не учитывать в экономическом анализе влияния различных институтов. Следовательно, если трансакционные издержки положительны, необходимо учитывать влияние экономических и социальных институтов на функционирование экономической системы.

2. Во-вторых, признавая существование трансакционных издержек, возникает необходимость в пересмотре тезиса о доступности информации. Признание тезиса о неполноте и не совершенности информации, открывает новые перспективы для экономического анализа, например, в исследовании контрактов.

3. В-третьих, подвергся пересмотру тезис о нейтральности распределения и спецификации прав собственности. Исследования в этом направлении послужили отправным пунктом для развития таких направлений институционализма как теория прав собственности и экономика организаций. В рамках этих направлений субъекты экономической деятельности «хозяйственные организации перестали рассматриваться как «черные ящики».

В рамках «современного» институционализма также осуществляются попытки модификации или даже изменения элементов жесткого ядра неоклассики. В первую очередь это предпосылка неоклассики о рациональном выборе. В институциональной экономике классическая рациональность модифицируется с принятием допущений об ограниченной рациональности и оппортунистическом поведении.

Несмотря на различия, практически все представители неоинституционализма рассматривают институты через их влияние на решения, которые принимают экономические агенты. При этом используются следующие основополагающие инструменты, относящиеся к модели человека: методологический индивидуализм, максимизация полезности, ограниченная рациональность и оппортунистическое поведение.

Некоторые представители современного институционализма идут еще дальше и подвергают сомнению саму предпосылку о максимизирующем полезность поведении экономического человека, предлагая его замену принципом удовлетворительности. В соответствии с классификацией Трэна Эггертссона представители этого направления образуют собственное направление в институционализме – Новую институциональную экономику, представителями которой можно считать О. Уильямсона и Г. Саймона. Таким образом, различия между неоинституционализмом и новой институциональной экономикой можно провести в зависимости от того, какие предпосылки подвергаются замене или модификации в их рамках – «жесткого ядра» или «защитного пояса».

Основными представителями неоинституционализма являются: Р. Коуз, О. Уильямсон, Д. Норт, А. Алчиан, Саймон Г., Л. Тевено, Менар К., Бьюкенен Дж., Олсон М., Р. Познер, Г. Демсец, С. Пейович, Т. Эггертссон и др.