Коменский я. К. Педагогической системы, основанные на философии

Главенствующей идее философии Коменского и его понимания человека является старое представление его "еретических" предшественников о том, что человек может и должен достичь совершенства, утраченного много веков назад низвережением в пучину грехов и зла. Эту триаду исторической судьбы и перспективы рода человеческого после Коменского повторили Руссо и Фейербах". [7, с. 180].

Философия Коменского была прежде всего антроподицеей (оправданием существования человека в бурном мире). Еще обучаясь в Гернборнском университете у профессора Альштеда он формулирует три основных принципа своей деятельности.

"Прежде всего это жажда охватить полностью огромный поток новых знаний и открытий, который в ту эпоху действительно переливался через край прямо на глазах. Второе - необходимость подчинить необъятные масштабы науки определенной системе, а точнее, вывести из нее определенную систему. И наконец - стремление при всей разнородности познаваемого "материала" прийти в его понимании к общей гармонии, которая, особенно на превых порах, должна была устранить противоречие между научным познанием и истиной, "явленной" в Священном писании". [7, с. 19]

Философия зачастую соприкасается с обучением. Многие из классических философов были одновременно и педагогами. Высшее университетское образование в Западной Европе от рождения до сегодняшних дней неразрывно связано с философским знанием. Но ни в одном учении, кроме дидактики Яна Амоса Коменского, мы не наблюдаем такого взаимопроникновения идей философии и педагогики.

Коменский живет в одно время со многими известными личностями человеческой истории. Среди его современников называют Шекспира и Сервантеса, Лопе да Вега, Меркатор, Бруно, Коперник, Декарт, Гоббс, Спиноза и Гассенди, известно, что Ян Амос близко был знаком с Рембрандтом в последний период своей жизни. Коменский стоя на пороге двух эпох. В его время формировалось лицо современной науки, ее методология и методы.

Хорошо знакомый с трудами античных авторов, таких Платон, Аристотель, Плутарх, Сенека, Коменский подхватывает традицию античного отношения к человеку. С его точки зрения цель человека - использовать данные Богом качества для достижения гармонии человеческого духа с окружающим миром. Такая гармония "космического" характера является одной из самых прогрессивных идей древнегреческих и римских мыслителей.

Сам неоднократно переживший ужасы войны Коменский считает, что человек должен употребить все свои силы на уничтожение войны. В трактате "Панегерсия" он восклицает: "Если все мы - граждане Вселенной, что мешает нам соединиться и жить по единым законам?" [7, с. 157]

В его трудах проявляется характерная для славянизма черта - прославление "общего дела", которое должно объединить всех людей Земли в единую совокупность.

Обращаясь к личности Сократа, он указывает, что значение трудов античного автора состоит прежде всего в том, что он отступил от "мудрствования" и перешел к нравственной антропософической философии. Особо выделяет Коменский в труде Платона "Апология Сократа" идею о том, что для обретения истинной мудрости необходимо развивать собственный язык. Мудрое красноречие, или риторика в педагогической системе Коменского составляет немаловажную часть. До сих пор многие чешские ученые отмечают вклад Яна Амоса в развитие современного литературного чешского языка.

Как истинно верующий человек Коменский не мог обойти вниманием творчество Платона, родоначальника научной идеалистической философии. При открытии школы в Патаке, педагог произнес речь, известную как "О пользе точного наименования вещей". "В ней вещь, ее наименование, познание вещи, значение этого познания рассмотрены в глубоком философском аспекте... познание охватывает вещи в их развитии..." [5, с. 68]

Не случаен поднятый Коменским вопрос о сущности вещей и понятиях о вещи. Спор номиналистов и реалистов по этому поводу знаменовал собой практически все Средние века. Лишь с приходом Нового времени, философов прогрессивной формации эта проблема потеряла свою былую остроту. "... Если понятия не соответствуют вещам, которые они должны отражать, то они становятся нетвердыми, шаткими, сомнительными". [5, с. 68] Коменский отходит от методов схоластики и патристики, которые считали, что можно познать мир не прибегая к реальным вещам.

Сам обладая несомненными задатками философствования, Коменский, тем менее четко отделяет языческое знание от христианского, осмеивает многих из древних авторитетов. "... Проникнутая сарказмом критика философов ведется на протяжении всего повествования". [5, с. 71] (Речь идет о труде "Лабиринт света и рай сердца")

Но даже более чем язычество Ян Амос Коменский не любит самовосхваление. Он считает, что излишнее самомнение метафизиков, физиков, астрономов, политиков, математиков и богословов порождает искажение истины в их трудах. Кроме того, на пути научного прогресса стоит ряд затруднений.

"Поистине гениальные мысли развивает Коменский, говоря о трех причинах трудности научных занятий. Первой причиной он считает рабский способ постановки занятий; второй причиной - порочный способ изучения вещей, когда учащихся не обучают вещам, а лишь рассказывают им о вещах; третья причина - несовершенство метода.

Точно также существуют три причины того, что истина в книгах, в литературе страдает. Эти причины таковы: а) разногласия между науками; б) недостаточная внутренняя связь метода с самими вещами; в) частью небрежность, частью неуместная пышность выражений и стиля". [5, с. 75]

Из этих научно-методологических посылок напрямую вытекает педагогический метод Яна Амоса Коменского. Он изгоняет из своей школы косность, тупую зубрежку и равнодушие учеников. Вместо этого Коменский отдает предпочтение объяснению вещей и процессов, признает бескрайний полет творческой мысли.

"Коменский требует демонстративности при объяснении вещей, при их изложении, а это - не что иное, как наглядность. Кроме того, он требует обоснования, опирающегося на причины и их ближайшие следствия. Одним словом, главное, необходимое состоит в том, чтобы вещи изучались (познавались) на основании самих вещей, а не по их внешним признакам." [5, с. 78]

Центральным пунктом философского учения Коменского является его труд «Пансофия». «Пансофия - всеобщая мудрость, зеркало мировой машины (закономерностей совокупности предметов). В основе ее лежат три познавательных принципа: чувство (ощущение), разум, божественное откровение». [5, с. 96]

Ведущие специалисты прошлого периода видели в Коменском одновременно двух человек - материалиста, настоящего ученого, и трусливого идеалиста, спасающегося от преследования инквизиции налетом религиозности. Однако, исходя из современных представлений о философии, нужно сказать, что такая точка зрения является несколько однобокой. В Коменском уживался один-единственный человек - протестант. И именно как протестант он восстает против догматизма католической философии, и в то же время он глубоко и искренне верует в Христа. Как верующий человек, он сам ограничивает собственное познание определенными рамками - моральными и религиозными.

Данный период развития науки и философии характеризуется прежде всего развитием механистических представлений. Не отходит от требований эпохи и Коменский. Он понимает практическую деятельность субъекта довольно однообразно - как изготовление отдельных предметов (вещей) собственными руками. Он считает, что «школы должны учить: 1) теории, 2) практике и 3) употреблению всех хороших и полезных вещей». [5, с. 81]

Коменский пытался связать теоретическое и практическое познание. Из его механистического отношения к познанию напрямую вытекает его педагогическая деятельность. «Коменский всегда развивал в учениках самостоятельность в мышлении, в речи, практике и в применении, как единственную основу для приобретения прочного знания прочного знания добродетели к блаженства». [5, с. 81]

Характерным для педагогической философии Коменского является построение его теории познания по принципу триады. Он называет такую триаду тремя ступенями мудрости.

Первая из них - теория. Вслед за Декартом он выдвигает правила познания, состоящие из нескольких этапов: представление предмета со всех сторон, разложение проблемы на несколько составных частей, и автопсия (естественная наклонность человека самостоятельно рассматривать и созерцать материальные предметы внешнего мира).

На второй ступени - практике так же три уровня. Вначале ученик должен получить образец вещи, уяснить себе смысл деятельности. Затем индуктивным методом человек выясняет как из частей изучаемого может получиться целая вещь. И, наконец, мудро подражая умелым, повторяя их действия совершать автопраксию (самоупражнение).

Завершением триады деятельности, по Коменскому, выступает хресис (применение). В первую очередь оно начинается с уяснения функциональной сущности вещи, затем нахождение правильного способа применения вещи. И, главное, «применять уже добытое знание только на доброе»

Центральным трудом педагогической теории Яна Амоса Коменского по праву считается «Великая дидактика». Задуманная им еще в молодости, она вынашивалась долгие годы, обрастала различными дополнениями и приложениями. Для своего времени она представляла собой поистине революционный учебник педагогической теории.

Полное название книги звучит следующими образом:

«Великая дидактика, содержащая универсальное искусство учить всех всему, или верный и тщательно продуманный способ создавать по всем общинам, городам и селам каждого христианского государства такие школы, в которых бы все юношество того или другого пола, без всякого, где бы ты ни было исключения, могло обучаться наукам, совершенствоваться в нравах, исполняться благочестия и таким образом в годы юности научиться всему, что нужно для настоящей и будущей жизни». [1, с. 242]

Такое длинное название характерно для книг того периода. Заменяя собой современную аннотацию оно предваряло ознакомление читателя с книгой, информировало о содержании, становилось своеобразным рекламным проспектом.

Книга начинается введением, состоящим из нескольких частей. Первая из них говорит о пользе дидактики вообще, вторая является посвящением всем читателям, и третья обращается ко «Всем, стоящим во главе дел человеческих, правителям государств, пастырям церквей, ректорам школ, родителям и опекунам детей». [1, с. 249]

В данном вступлении автор определяет дидактику как «универсальное искусство всех учить всему» [1, с. 245]

При этом в характерной для Коменского нравственной манере он ставит целью своего учения панморалистское воспитание человека. Укажем также на антропологическую направленность введения. Ян Амос Коменский пишет, что Господь создал два превосходнейших творения: рай и человека. Педагог пытается опереться в своем произведении прежде всего на церковное воззрение, считая именно его высшей целью своей системы.

Педагогическая система Коменского представляет собой прежде всего протестантское христианское учение, и направлено на образование детей в христианском духе, а в дальнейшем через соответственно воспитанных детей и восстановление авторитета церкви.

Но вместе с этой целью, которая может быть оспорена по тем или иным мотивам (секулятивным или религиозным), он определяет сверхзадачу своей дидактики:

«Руководящей основой нашей дидактики пусть будет:

Исследование и открытие метода, при котором учащие меньше бы учили, учащиеся больше бы учились; в школах было бы меньше одурения, напрасного труда, а больше досуга, радостей и основательного успеха...» [1, с. 243]

Для достижения этой цели Коменский разделяет свою книгу на 33 главы. Вероятно, это число является неслучайным. Дело в том, что в том или ином виде число «три» встречается достаточно часто в трудах великого славянского педагога. В числе глав оно повторяется дважды. Главы разделяются на ряд пунктов, каждый из которых, для удобства читателя, сопровождается подзаголовком.

Из названий глав можно логически вывести несколько основных идей Коменского. Прежде всего, три первых главы представляют собой антроподицею (оправдание человека) в чистом виде. Начиная с утверждения о том, что человек есть совершенное существо, Коменский приходит к выводу о том, что «...жизнь является только приготовлением к вечной жизни» [1, с. 260]

Повторяя вслед за ведущими идеалистами эпохи вывод о том, что все лучшие чувства заложены в человека от природы, Коменский тем не менее настаивает, что данные чувства необходимо развивать (главы 4-6).

7-10 главы посвящены общим принципам обучения - обучение должно быть коллективным, обоеполым и, по возможности, универсальным.

Затем несколько глав (12-16) посвящены изложению школьной реформы, которую предлагал Коменский. Он считает, что до появления "Великой дидактики" не было "нормальных" школ. "... При образовании юношества применялся столь суровый метод, что школы превращались в пугало для детей и в места истязания для умов". [1, с. 301] Такой порядок должен быть переломлен, считает Коменский, и полагает, что "точный порядок для школы следует заимствовать от природы". [1, с. 260]

Для реальной реформы схоластической школы Коменский предлагает требования к обучению (гл. 16), основы обучения 
(гл. 17-19) и методы обучения (гл. 20-24).

Оставшиеся главы в основном посвящены школьной дисциплине, устройству школ, дошкольному воспитанию (материнской школе), языковому обучению (латыни и родному языку).

Заключительную главу Ян Амос Коменский отвел условиям, необходимым для претворения своей идеи в жизнь. Педагогическая деятельность является одним из важнейших общественных дел и должна всемерно поддерживаться общественной организацией. И в связи с этим слова Коменского, прозвучавшие больше 300 лет назад, звучат особенно актуально для российской педагогики, покинутой государством в трудный момент. Итак, школа должна иметь "достаточный запас панметодических книг" [1, с. 471]. Для подготовки этих книг требуется объединение "талантливых и не боящихся труда ученых мужей" [1, с. 472]. Этот методический труд должен щедро оплачиваться покровителями школ.

Заканчивается книга проникновенной молитвой, обращенной к Господу. "Господи Боже наш! Все, что мы совершаем в честь имени твоего, все это от твоих рук". [1, с. 476]

Роль образования в гармоничном развитии человека и совершенствовании общества.

В "Великой дидактике" немаловажное значение уделяется понятию природосообразного обучения. Всю задачу обучения Коменский зачастую сводит не столько к пользе конкретного человека (хотя и не избегает ее), сколько к пользе прежде всего государства.

"Если ты присмотришься к порядку, господствующему в общественных и частных делах у хорошо образованного народа, там все идет как часы... У варваров же все похоже на рзавязанный сноп или песок без цемента" - писал Коменский в трактате "О развити природных дарований". [7, с. 182]

Основываясь на примерах детей-Маугли, каких, вероятно, было немало в стране пожираемой огнем войн и эпидемий, Коменский доказывает, что человек "без воспитания становится не чем иным, как только зверем" [1, с. 283]. Он утверждает, что воспитание и образование нужно всем категориям людей, богатым и бедным, умным и глупым, начальникам и подчиненным, мужчинам и женщинам. Ни один человек не может избежать образования, ибо именно оно делает человека настоящим человеком.

В школах нужно стремиться к тому, чтобы:

1. При посредстве наук и искусств развивались природные дарования.

1. Совершенствовались языки.

1. Развивались благонравие и нравы в направлении всякой благопристойности согласно со всеми нравственными устоями. [1, с. 295]

Коменский неоднократно пытается определить так называемое "правильное образование", вкладывая в него собственное христологическое содержание. Но сама по себе мысль о правильности той или иной формы образования является ценной для нас. С древних времен до сегодняшнего дня в школах разных народов боролись и продолжают бороться различные педагогические системы. Каждая из них считает именно свою точку зрения в качестве единственно правильной. Но единственным критерием правильности деятельности той или иной формы обучения может выступать лишь качество знаний выпускников.

В этом смысле деятельность школ, построенных по формуле Коменского выдерживает пока испытание временем. Они отвечали требованиям складывающейся социальной системы индустриального общества. Если постиндустриальное общество станет реалией времени, то оно может потребовать и изменения системы школьного образования. Но новые системы образования, приспособленные к обстановке меняющегося мира, пока еще не вышли за рамки эксперимента.

Я.А. Коменский о разных ступенях образования 
и устройстве школ.

Гений Коменского состоит не только в создании общей системы привычного нам образования, но и в ее детальной проработке. В частности, говоря о всеобщности образования, Ян Амос Коменский выделяет несколько возрастных периодов.

"детство - от рождения до 6 лет включительно,

отрочество - от 6 до 12 лет,

юность - от 12 до 18 лет,

возмужалость - от 18 до 24 лет". [6, с. 32]

Основываясь на многолетнем опыте педагог выделяет такие 6-летние периоды, основываясь на возрастных физиологических особенностях. Для каждого из приводимых возрастов Коменский отводит особую ступень образования, включенную в общую систему единого образования. В этом смысле Коменский как истинный протестант был противником сословного или же "тупикового" образования.

"Для детей до 6 лет включительно он предлагает материнскую школу, под которой он подразумевает дошкольное воспитание под руководством матери. Для отрочества (т.е. для детей от 6 до 12 лет) предназначается шестилетняя школа родного языка в каждой общине, селении, местечке. Для юношей (от 12 до 18 лет) должны быть в каждом городе латинская школа, или гимназия. Для возмужалых молодых людей (от 18 до 24 лет) в каждом государстве или большой области - академия." [6, с. 32]

Целесообразность данной системы заключается не только в ее здравой возрастной спецификации, но и в ряде особенностей. Прежде всего каждая из них имеет определенное содержание обучения. Далее ввиду разной потребности общества в том или ином виде образования, Коменский сразу ставит оплату образование в зависимость от его "глубины и высоты". Материнская школа оплачивается семьей, школа родного языка - местной общиной, гимназия - центральным органом местности (например, муниципалитетом), и, наконец, академия (высшее образование) - государственным центром. Таким образом, каждая ступень образования, по Коменскому, в той или иной степени является заботой всех и каждого.

Для каждой ступени Коменский разработал и содержание обучения. В материнской школе ребенок должен получить образные представления об окружающем мире. Основные науки, зачатки которых развиваются в ребенке - это естествознание, астрономия, география. Эти знания не должны носить характер зубрежки, они вырабатываются в ходе каждодневного общения ребенка с окружающим миром. Ребенок в детстве получает элементарные навыки труда и хозяйства, знакомится с предметами домашнего обихода, их употреблением, учиться самостоятельно ухаживать за собой. "Нравственное воспитание детей дошкольного возраста, как указывал он, заключается в воспитании у них умеренности, опрятности, трудолюбия, почтительности к старшим, послушания, правдивости, справедливости и, главное, любви к людям". [6, с. 32]

Школа родного языка, по Коменскому, предназначена для детей без различия пола, сословий, вероисповеданий и национальности. Отметим, что это один из первых опытов единой школы, относительно отделенной от церкви и направленной на обучение живому, родному языку.

Гимназия, как дающая более продвинутое образование изучает уже и иностранные и древние языки (латинский, греческий). Изучаются так называемые "свободные искусства" (философия, риторика и пр.), а так же естествознание, география, история.

Коменский требовал, чтобы после обучения языку (грамматике) учащиеся переходили к изучению реальных наук - естествознания (физики), математики, затем философских наук (этики, диалектики), завершая весь курс изучением риторики. Шесть последовательных классов гимназии в школе Коменского носят названия: грамматический, физический, математический, этический, диалектический и риторический. [6, с. 33]

Коменский не ставил в своих трудах задачу реформы высшего образования, так как в то время оно было традиционным, и, большей частью значительно независимым от внешних факторов. Поэтому педагог ограничивается лишь перечислением классических университетских факультетов того времени в своей "академии": богословский, юридический и медицинский.

Основные категории педагогики Коменского: «природа человека», образование, принципы (основоположения), содержание образования, методы обучения и воспитания.

В "Великой дидактике" как и в других книгах Коменский, обращается прежде всего к разработке такой диалектической категории как универсальный метод обучения. Начиная книгу обращением к читателям, он формулирует дидактику как "универсальное искусство всех учить всему. И притом учить с верным успехом..." [1, с. 245]

"Коменский был новатором в области дидактики, выдвинувшем много глубоких, прогрессивных дидактических идей, принципов и правил организации учебной работы (учебный год. Каникулы, деление учебного года на учебные четверти, одновременный прием учащихся осенью, классно-урочная система, учет знаний учащихся, продолжительность учебного и т.д." [6, с. 39]

Кончено, далеко не все эти идеи были выдвинуты и разработаны самим Коменским. Так, например, урок как учебный метод применялся за несколько веков до "Великой дидактики", но впервые в истории человечеств Коменский свел воедино все эти педагогические методы.

Со времени Аристотеля среди философов было популярно говорить о природе человека, его сущности. Коменский дает новое понимание природы человека. "Под природой здесь мы разумеем не испорченность, присущую нам после падения... но первое и основное наше состояние, в которое нужно еще призвать нас, как к первоначалу". [1, с. 271]

Человек по своей природе, говорит Коменский, рождается целеустремленным и способным к разумению самых разных вещей. Свойство познания божественно в человеке. "... Нет необходимости что-либо привносить человеку извне, но необходимо развивать, выяснять то, что он имеет заложенным в себе самом, в зародыше, указывая значение всего существующего". [1, с. 273]

Таким образом, в отличие от многих религиозных людей до него и после него, Коменский признает в жажде человека к знаниям божественную, а не сатанинскую природу. Условием же удовлетворения этой жажды Коменский выдвигает образование человека.

Будучи сенсуалистом и рационалистом по своим философским воззрениям Коменский "...в основу познания и обучения поставил чувственный опыт и теоретически обосновал и подробно раскрыл принцип наглядности." [6, с. 33]

Подтверждением внимания Коменского к принципу наглядности является один из самых знаменитых трудов педагога - "Мир чувственных вещей в картинках, или Изображение и наименование всех главнейших предметов в мире и действий в жизни".

Обратим внимание на следующий диалог из этой книги:

"М а л ь ч и к. Что значит учиться уму-разуму?

У ч и т е л ь. Все, что необходимо, правильно понимать, правильно делать, правильно высказывать." [2, с. 234]

Этот диалог, вынесенный во введение книги уже сам по себе знаменателен и дает нам понимание основных руководящих принципов Яна Амоса Коменского. Он развил наглядность до привлечения всех органов чувств к познавательной деятельности ("во все, воспринимаемом слухом, вкусом, осязанием и даже в самих добродетелях) [1, с. 277].

Следующим главным принципом работы школы по Коменскому является систематичность обучения. Необходимо доводить учащихся до понимания связи между явлениями и так организовать учебный материал, чтобы он не казался учащимся хаосом, а был бы кратко изложен в виде немногих основных положений. "В обучение, он считал, надо идти от фактов к выводам, от примеров к правилам, которые систематизируют, обобщают эти факторы и примеры; идти от конкретного к абстрактному, от легкого к трудному, от общего к частному; сначала давать общее представление о предмете или явлении, затем переходить к изучению его отдельных сторон". [6, с. 34]

Материал следует располагать так, чтобы каждый новый материал органично следовал из предыдущего. По мере взросления развивают сначала чувства учащихся, затем память, мышление и, наконец, речь и руку. Таким образом, Коменский применяет метод последовательности.

Обучение вне всякого сомнения должно быть и посильным, а усвоение материала прочным. Постоянные упражнение и повторение в школе Коменского были основными методами обучения языку и многим другим предметам. Но и в самих упражнения Коменский соблюдал диалектический принцип. Вначале ученики осваивали инструмент, с которым предстояло работать, затем выполняли отдельные элементы ("сначала буквы и слоги, затем слова, наконец фразы" [6, с. 35]), и лишь как завершение брались за целую работу.