39. Образование слов русского языка из заимствованных морфем. Калькирование и кальки. Типы калек. Экзотизмы и варваризмы. Интернациональная лексика.

Одним из способов заимствования является к а л ь к и р о в а н и е, т. е. построение лексических единиц по образцу соответствующих слов иностранного языка путем точного перевода их значимых частей или заимствование отдельных значений слов Соответственно различают кальки лексические и семантические

Л е к с и ч е с к и е кальки возникают в результате буквального перевода на русский язык иноязычного слова по частям: приставки, корня, суффикса при точном повторении способа его образования и значения. Например, русское слово выглядеть образовано по немецкой модели aussehen в результате калькирования приставка вы = немецкой aus-; глагольная основа - глядеть = немецкой sehen. Слова водород и кислород - кальки греческих hudor - 'вода' + genos - 'род' и oxys - 'кислый' + genos - 'род'; аналогично немецкое Halbinsel послужило образцом для кальки полуостров; английское sky-scraper в русском языке имеет кальку небоскреб (ср. украинское хмарочес). Путем калькирования пришли к нам такие заимствования: жизнеописание (гр. bios+grapho), сверхчеловек (нем. ьber+Mensch); благосостояние (фр. bien+кtre), правописание (гp. orthos+grapho) и многие другие. Подобные кальки называются еще с л о в о о б р а з о в а т е л ь н ы м и, точнее лексико-словообразовательными.

С е м а н т и ч е с к и е кальки - это исконные слова, которые, кроме присущих им в русской лексической системе значений, получают новые значения под влиянием другого языка. Например, русское слово картина, обозначающее - 'произведение живописи', зрелище', под влиянием английского языка стало употребляться также в значении 'кинофильм'. Это калька английского многозначного слова picture, имеющего в языке-источнике значения: 'картина, рисунок', 'портрет' 'кинофильм, съемочный кадр'.

Много семантических калек с французского языка ввел в употребление Н. М. Карамзин: трогать, трогательный, вкус, утонченный, образ и др. Обращение к ним в начале XIX в. было отличительной чертой "нового слога", разработанного карамзинской школой и одобренного Пушкиным и его единомышленниками.

Лексико-словообразовательное калькирование использовалось при пополнении русского лексикона из греческого, латинского, немецкого, французского источников.

Иной разновидностью заимствований являются лексические п о л у к а л ь к и - слова, в которых объединены дословно переведенные иноязычные и русские словообразовательные элементы. Например, слово гуманность имеет латинский корень human-us, но к нему добавляется русский суффикс -ость (ср. гуманизм) или в сложном слове телевидение соединены греческая (tele) и русская (видени-е) основы.

40. Освоение заимствований и его виды (фонетическое, графическое, грамматическое, семантическое).

Фонетическое освоение – это изменение звукового облика слов в соответствии с законами принимающего языка.

Так, характерной особенностью русского произношения является аканье: в первом предударном слоге вместо звука о мы говорим а: карóва, молакó, сабáка. Так же начинают произноситься и приходящие в русский язык заимствованные слова: комéта (<гpeч. kometes), монáрх (<греч, monarchоs), нормáльный (<лат. normalis), портмоне (<фр. porte-monaie), фонарь (<греч. phanar(i)on) мы произносим как: камета, манарх, нармальный, партмоне, фанарь.

В русском языке действует закон оглушения звонких согласных на конце слова; дуб, сруб, груб (от грубый) и т.д. произносятся с конечным звуком п. Заимствованные слова, которые в языке-источнике имеют на конце звонкий согласный, в русском языке также начинают подчиняться этому закону. Мы говорим смок (а не смог), док (а не дог), гит (а не гид), мираш, тираш, макияш (а не мираж, тираж, макияж) и т.п.

Отличительной особенностью русского произношения является смягчение согласных перед звуком э: бегать, верить, перо, село. В результате фонетического освоения смягченно звучат согласные перед э и в тех заимствованиях, которые в языке-источнике произносятся с твердым согласным: дебаты, дебют, реактор, революция.

В русской фонетической системе отсутствуют многие звуки, которые есть в приходящих в наш язык иностранных словах. При заимствовании происходит замена их звуками русского языка*. Например, во многих западноевропейских языках есть так называемое среднее европейское l. Оно не такое мягкое, как л' в русском слове лес, и не такое твердое, как л в слове ложка. И в результате фонетического освоения среднее l в заимствованных словах становится либо твердым: лазарет (< фр. lazaret), лавина (< фр. Lawine), классицизм (<нем. Klassizismus), либо мягким: пляж (<фр. plage), люстра (<фр. lustre) и т.п.

Отсутствует в нашем языке и придыхательный звук h, который есть во многих языках. При заимствовании слов с этим звуком он заменяется либо звуком г: гармония (<греч. harmonia), гауптвахта (<нем. Hauptwache), гороскоп (<греч. horoskopos), либо звуком х: хиппи (<англ. hippie), хобби (<англ. hobby), холл (<англ. hall), а в некоторых случаях исчезает вообще: ипостась (<греч. hypostasis), ипподром (<греч. hippodromоs), истерика (<греч. hysterikos), валторна (<нем. Walthorn) и т.д.

Английское [dz], представляющее собой единый слитный звук, в результате освоения заменили в русском языке сочетанием дж: джаз (<англ. jazz), джин (<англ. jin), джинсы (<англ. jeans), джип (<англ. jeep).

Помимо перечисленных выше закономерностей общего порядка, приводящих к изменению фонетического облика заимствованных слов, в ряде случаев изменения имеют индивидуальный характер. Под влиянием написания, например, немецкие слова, в которых буквенное сочетание -ei- произносится как [ай]: Heine, Leipzig и нек. др., стали произноситься в русском языке с [-ей-]: Гейне, Лейпциг. Слово конфорка, заимствованное в XVIII веке из голландского языка, сначала произносилось с тем же сочетанием согласных, что и в голландском: комфорка (гол. komfor – "жаровня"). Слово лафа, которое является древним заимствованием через – посредство тюркского из арабского языка, в древнерусском языке имело тот же фонетический облик, что в тюркском: алафа. Впоследствии же начальный гласный а был утрачен. Слова басурман, бахрома были заимствованы из тюркского (mulusman, machroma) с заменой в русском м на б. Изменился начальный звук и в слове мишень, тоже пришедшем из тюркского, где оно имело иной фонетический облик: nišan.

Графическое освоение– это передача слова на письме с помощью букв заимствующего языка. Подавляющее большинство заимствованных слов, вошедших в русскую лексику как очень давно (например, греческие грамотей, кровать, парус, древнескандинавские сельдь и пр.), так и сравнительно или даже совсем недавно (например, английские истеблишмент, факс, степлер, рейтинг, супермаркет, брокер, ваучер, менеджмент, офис и т.д.) передаются при помощи кириллической графики.

Вместе с тем графическое освоение заимствованного слова не всегда происходит сразу. Так, не всегда сразу устанавливается правописный облик слова. Двоякое написание, например, имели сначала слова офис (и оффис), ростбиф (и росбиф), комильфо (и комиль-фо), истеблишмент (и истэблишмент) и нек. др.

Грамматическим освоением называется подчинение чужого слова правилам грамматики заимствующего языка.

Так, большинство иноязычных существительных, попадая в русский язык, начинает склоняться, причем распределение их по типам склонения происходит прежде всего в зависимости от конечного звука существительного. Поэтому, например, иноязычные слова, оканчивающиеся на твердый согласный: билет (фр.), брифинг (англ.), брокер (англ.), маркетинг (англ.) и т.п., в русском языке входят в 1-е склонение и начинают изменяться, как слова дом, огурец. Иноязычные слова на а: культура, цензура входят во 2-е склонение (как русские мама, норá). Наряду с этим многие существительные женского рода, пришедшие из немецкого языка, где они имеют конечный гласный е, в русском языке меняют это е на а, сохраняя свой женский род, и входят во 2-е склонение существительных: ванна (die Wanne), ваза (die Vase), вата (die Watte), касса (die Kasse) и т.п.

У заимствованных существительных может переосмыслиться грамматическое значение числа. Так, английские рельс (rails), кекс (caekes), которые в языке-источнике – форма множественного числа (от rail, cake), русскими были восприняты как форма единственного числа. Для множественного же числа русский язык дает слову соответствующее окончание: рельс-ы, кекс-ы. В слове jeans (джинсы) английской флексии множественного чила -s оказалось недостаточно, чтобы слово осмыслялось как форма множественного числа, и оно приобрело необходимое для формы множественного числа в русском языке окончание -ы. Существительное клапан, заимствованное из немецкого, в языке-источнике также представляет собой форму множественного числа: Klappen (от Klapp)*.

Семантическим освоением называют такой процесс, в результате которого иноязычное слово входит в систему понятий заимствующего языка.

Подавляющее большинство заимствований, употребляющихся в нашей речи, семантически освоено. Эти слова являются в основном названиями тех реалий, понятий, которые входили в жизнь русских людей на протяжении многих лет, в процессе контактов с другими народами. Это обозначение предметов быта: бра, буфет, гардероб, диван, ковер, трюмо и пр.; названия блюд, напитков: антрекот, вермишель, гуляш, какао, макароны, рагу, ситро и т.п.; названия видов одежды: брюки, блуза, блузон, джинсы, смокинг и пр.; политические термины: демократия, диктатура, плюрализм, популизм и пр.; термины экономики: акция, дивиденд, кредит и пр.; названия, связанные с наукой и искусством: аксиома, гипотеза, теория, водевиль, драматургия, комедия, сцена; названия видов спорта: баскетбол, волейбол, хоккей, теннис, футбол; названия видов транспорта: автобус, метро, такси, троллейбус и т.д. Вместе с тем можно отметить такие случаи семантического освоения, когда заимствованное слово, обозначая явление, существовавшее и прежде в нашей системе понятий, привносит дополнительные смысловые нюансы в значение соответствующего русского слова. Так, латинское слово опус ('труд, произведение') в русском языке стало использоваться для названия отдельного музыкального произведения, обозначаемого порядковым номером в ряду других произведений данного композитора. Заимствованное из английского комфорт ('удобство') стало обозначать совокупность бытовых удобств, благоустроенность и уют жилища, общественных учреждений и т.п.

Тарантелла, траттория – это экзотизмы, т.е. слова, обозначающие предметы, явления, несвойственные русской жизни. Экзотизмы не имеют синонимов в русском языке, так как в них отражается то специфическое, что есть в жизни другого народа. Поэтому их можно перевести на русский язык только описательно.

Экзотическая лексика отражает самые разные стороны жизни той или иной страны: ее быта (в названиях жилищ, видов одежды, кушаний, напитков): бунгало, сакля, чум; анорак, бубу, гета, кимоно, паранджа, сари, сомбреро; кускус, лобио, мате, спагетти; культуры (в названиях танцев, музыкальных инструментов, специфических литературных жанров и т.п.): краковяк, полонез, румба, самба, тарантелла; кантеле, самисен, трембита; дзекку (один из видов китайской поэзии – четверостишие), танка (нерифмованное пятистишие в японской поэзии), хокку (нерифмованное трехстишие); социально-политических группировок, учреждений, сословий, должностей и т.п.: лобби, моджахеды, кнессет, ниндзя, самураи и т.д. Немало экзотизмов отображают реалии, связанные с религией того или иного народа, с его верованиями: гуру, квакер, ксендз, кюре, мулла, муэдзин, прелат, раввин, костёл, мечеть, минарет и т.д. К экзотизмам относятся и названия явлений, отражающих особенности географии, климата: мистраль, прерия, самум, сирокко и т.д.

Наряду с экзотизмами в нашей речи нередко встречаются варваризмы. Варваризмы – это иноязычные слова, обозначающие реалии, явления, которые существуют и в нашей жизни и входят в систему понятий русского языка. В отличие от экзотизмов, варваризмы можно перевести на русский язык с помощью одного слова без каких-либо смысловых потерь: гуд бой (англ.), оревуар (фр.), чао (игал.) – до свидания!; пардон (фр.), sorry (англ.) – извините, прошу прощения; quantum-tantum (лат.) – постольку-поскольку; et cetera (лат.) – и так далее; cito (лат.) – срочно; ego (лат.) – я; nihil (лат.) – ничто и т.п.