12. Теории классиков-смитианцев постмануфактурного периода.

С конца XVIII и до середины XIX в. в экономике многих стран мира произошли существенные изменения, связанные со становлением индустриального производства, необходимой предпосылкой для которого был промышленный переворот. Это событие, происходившее во всех странах в тот или иной период времени, ознаменовало замену ручного труда машинным, переход от мануфактур к заводам и фабрикам, создание рыночной инфраструктуры. Качественные изменения в экономике обусловили небывало высокие темпы экономического развития и еще более укрепили веру экономистов уже новой постмануфактурной эпохи во всесилие идей экономического либерализма, воспетые их кумиром — Адамом Смитом. Более того, в его стране, Англии, переход к индустриальной системе, сопровождавшийся многочисленными «победами» над меркантилистскими идеями и протекционизмом, а также все большей либерализацией экономики, служил как бы доказательством истинности смитианского учения.

Среди приверженцев учения А. Смита в постману фактурный период, т.е. в первой половине XIX в., в истории экономической мысли в первую очередь упоминают имена Д. Рикардо, Ж.Б. Сэя, Т. Мальтуса, Н. Сениора, Ф. Бастиа и некоторых других экономистов. Их творчество несет на себе отпечаток «нового» времени, показавшего, что экономической науке следует снова заняться осмыслением достигнутого в «Богатстве народов» по многим экономическим категориям и теориям. Обратимся к исследованиям некоторых из них и продолжим тем самым знакомство с классической политической экономией на третьем этапе ее развития,

Экономическое учение Д. Рикардо

Давид Рикардо (1772—1823) — одна из ярких личностей классической политической экономии Англии, последователь и одновременно активный оппонент отдельных теоретических положений наследия великого Адама Смита..

Из положений, высказанных Д. Рикардо в связи с характеристикой категории «стоимость», выделим еще два, которые по праву входят в «золотой фонд» классической политической экономии. Суть их состоит в следующем. Первое: деньги как товары при снижении своей стоимости обусловливают необходимость роста заработной платы, что в свою очередь «...неизменно сопровождается повышением цены товаров». И второе: деньги как всеобщее средство обмена между всеми г^ивилизованными странами «...распределяются между ними в пропорг^иях, которые изменяются с каждым усовершенствованием в торговле и машинах, с каждым увеличением трудности добывания пищи и других предметов жизненной необходимости для растущего населения».

Наконец, автор «Начал» был совершенно прав в своем убеждении о прямой зависимости снижения уровня меновой стоимости товаров от растугцего использования в их производстве основного капитала, указывая на то, что «чем большую долю составляет основного капитал, тем больше будет это падение»".

Категорию «капитал» Д. Рикардо характеризовал как «часть богатства страны, которая употребляется в производстве и состоит из пищи, одежды, инструментов, сырых материалов, машин и пр., необходимых, чтобы привести в движение труд». Здесь его позиция в принципе созвучна с другими представителями классической политической экономии, обращавшимися к теории капитала, но в отличие от них он сумел показать, что из-за неравенства прибыли на вложенный капитал последний «...перемегцается из одного занятия в другое».

Концепция Д. Рикардо о ренте сохраняет свою актуальность и в наше время. Главные ее идеи заключаются в том, что рента всегда платится за пользование землей, поскольку ее количество небеспредельно, качество— неодинаково, а с ростом численности населения обработке начинают подвергаться новые участки земли, худшие по своему качеству и расположению, затратами труда на которых определяется стоимость сельскохозяйственных продуктов. Д. Рикардо высказывает предостережение: «Труд природы оплачивается не потому, что она делает много, а потому, что она делает мало. Чем скупее становится она на свои дары, тем большую цену требует она за свою работу».

Взгляды Д. Рикардо на заработную плату, или, как он писал, «естественную» и «рыночную цену труда», вероятнее всего, сложились под влиянием теоретических воззрений его друга Т. Мальтуса, «предупреждавшего» человечество о катастрофических последствиях, если темпы роста населения будут опережать прирост необходимых средств для существования людей. Неоднозначные суждения высказал Д. Рикардо в связи с формированием, динамикой и перспективой роста прибыли предпринимателей. Как и в случае с заработной платой, в условиях свободной конкуренции, по мнению Д. Рикардо, «прибыль имеет естественную тенденгщю падать, потому что с прогрессом общества и богатства требующееся добавочное количество пищи получается при затрате все большего и большего труда». Однако здесь же он вполне правомерно добавил следующее: «К счастью, эта тенденция, это, так сказать, тяготение прибыли приостанавливается через повторные промежутки времени благодаря усовершенствованиям в машинах, применяемых в производстве предметов жизненной необходимости, а также открытиям в агрономической науке, которые позволяют нам сберечь часть труда, требовавшегося раньше, и таким образом понизить цену предметов первой необходимости рабочего».

Экономическое учение Ж.Б.Сэя

Жан Батист Сэй (1767—1832) — последовательный и значительный продолжатель творческого наследия А. Смита в первой трети XIX в. во Франции, абсолютизировавший идеи своего кумира об экономическом либерализме, стихийном рыночном механизме хозяйствования.

В истории экономических учений имя Ж. Б. Сэя ассоциируется, как правило, с образом ученого, беззаветно верившего в гармонию интересов классов общества в условиях рыночных экономических отношений и проповедовавшего принципы смитовской концепции экономического либерализма, саморегулируемости экономики. Критика основных идей Ж.Б. Сэя, в том числе и той, что принято называть «законом Сэя», по которой экономические кризисы не являются закономерными, несмотря на многочисленные в этой связи попытки опровержения социалистами-утопистами и марксистами, более чем 100 лет (т.е. до появления экономического учения Дж.М. Кейнса) оставалась для теории и практики мирового хозяйства недостаточно убедительной.

Итак квинтэссенция «закона Сэя» состоит в том, что при достижении и соблюдении обществом всех принципов экономического либерализма производство (пребложет ^будот порождать ид^кьапТное потребление ^спрос), т. е. производство товаров и услуг в условиях смитовского «естественного порядка» обязательно порождает доходы, на которые эти товары и услуги свободно реализуются. Подобным образом «закон^Сэя»- вое приыим алея всеми сторонниками концепции экономического либерализма, полагавшими, 4JO гибкое, и свободное газообразование на рынке будет приводить к почти мгновенной реакг^ии на изменения в конъюнктуре_юзя_исшв^—являясь гарантией саморегулируемости экономики.

Вопрос о пропорциях, если можно так выразиться, в которых созданная главными факторами производства стоимость общественного продукта распределяется на доходы владеющих этими факторами классов общества, по мнению Ж.Б. Сэя, самостоятельного значения не имеет. В частности, доходы предпринимателя, по определению Ж.Б. Сэя, представляют /^ собой «вознаграждение за' его промышленные способности, за его таланты, деятельность, дух порядка и / руководительство». Как и i. Мальтус, он был убежден, что положение «низших классов» непременно улучшается, и поэтому ради пополнения,\<высших классов» сам «рабочий класс больше всех других заинтересован в техническом успехе производства». Что же касается «производителей», то и среди них каждый заинтересован в благополучии другого.

Наконец, понятие «вульгарная политическая экономия», которое ввел в научный оборот главным образом К. Маркс, в / значительной степени связанно теорией факторов производства Ж. Б. Сэя. Эту теорию, равно как и теорию издержек Т. ^ Мальтуса, К. Маркс счел ^^noz^^^gc^^.i^d^^^^/^^^^^JL^ защитой интересов эксплуататорских слоев капиталистического общества. /Экономическое учение Т. Мальтуса

Томас Роберт Мальтус (1766—1834)— видный представитель классической политической экономии Англии. Творчество этого ученого формировалось в основном в первой четверти XIX в., но результаты его научных изысканий ценны и для современной экономической теории.

В чем же состоит новизна и оригинальность теории народонаселения Т. Мальтуса, принесшая ему, говоря словами М. Блауга, совершенно невероятный успех, ни с чем несравнимый в истории экономической мысли. Соображения самого М. Блауга на этот счет сводятся к следующему. Т. Мальтус явился создателем теории народонаселения, из которой вытекают определенные аналитические выводы, превратившие ее в неотъемлемую часть наследия классической экономической мысли. Эта теория стала неким стандартом в суждениях классиков об экономической политике, сводя причину бедности к простому соотношению темпа прироста населения с темпом прироста жизненных благ, определяющих прожиточный минимум. По Мальтусу, всякая сознательная попытка усовершенствования человеческого общества с помощью социального законодательства будет сметена неодолимой людской массой, и поэтому каждому человеку необходимо заботиться о себе самому и полностью отвечать за свою

Однако невозможность увеличивать производство продовольствия Т. Мальтус объяснял не только медленными техническими усовершенствованиями в сельском хозяйстве и ограниченностью ресурсов земли, а прежде всего I надуманным и популярным в то время «законом убывающего плодородия прчвы». Кроме того, использованная им американская статистики в пользу «геометрической профессии» роста численности населения более чем сомнительна, ибо не отражает разницу между числом иммигрантов в США и числом родившихся в этой стране. Но одновременно нельзя, по-видимому, забывать оговорку самого Т. Мальтуса о том, что, познакомившись с его трудом, «всякий читатель должен признать, что, несмотря на возможные ошибки, практическая цель, которую преследовал автор этого сочинения, состояла в улучшении участи и увеличении счастья низших классов общества».