Выделение норм в соответствии с тремя аспектами культуры речи:

- структурно-языковые (здесь просто уровни языковой системы) – уточнить!

- коммуникативно-прагматические (К нормам речевого поведения относят принципы, постулаты и правила речевого общения. (Эти нормы называют также речеповеден-ческими, лингвоэтологическими (А.П. Сковородников), коммуника-тивными (В.Н. Самгар), коммуникативно-прагматическими (Н.С. Бо-лотнова), нормами конвенционального речевого поведения (М.В. Кол-тунова), конверсационными нормами (Н.Л. Соколова), нормами рече-вого общения (С.А. Сухих)). Принципами речевого общения называем основные положения теории лингвопрагматической (коммуникативно-прагматической) нормы, обобщающие практический опыт народа и отражающие зако-номерности речевого общения; постулатами речевого общения – принципы частного порядка, направленные на реализацию основных положений (руководящих идей, установок), которые должны соблюдаться во всех коммуникативных ситуациях; правилами речевого об-щения – конкретные рекомендации по оптимальному речевому взаи-модействию, реализующие те или иные постулаты общения – тоже из Копниной).

- этико-речевые (система нравственных предписаний к речи говорящего, она тесно связанна с эстетико-речевой нормой (эстетическая выдержанность речи как ее максимальная приближенность к идеалу прекрасного – из автореферата Копниной).

+ Копнина про реч.приёмы:

риторический прием определяем как мотивированное целеустановкой говорящего /пишущего и условиями общения (контекстом и/или ситуацией) от-клонение от от норм языка/речи или их нейтральных вариантов с це-лью оказания определенного воздействия на адресата.

Мотивированность (стилистическая и – шире – риторическая) отклонения от нормы или ее нейтрального варианта является системо-образующим свойством РП, так как свойство быть приемом (а не ошибкой) отклонение получает лишь в той или иной конситуации.

(про словари и справочники можно сказать что-нибудь снова про кодификацию, что в словарях это всё есть и мы должны ими руководствоваться, чтобы выбрать верный языковой факт. В словарях и справочниках представлен результат кодификации – а это сознательное регулирование правил употребления языка путем подго­товки и опубликования нормативных словарей, справочников, грам­матик, стилистик, руководств и др.. Мол, кто словарь читает – тот русский язык знает. Можно, наверное, ещё типологию словарей сказать на всякий случай: толковый, орфографический, орфоэпический, синонимов/антонимов/паронимов..., терминологические, словари иностр.слов и тд. Т.е. всё, что будет в 10 билете)

Норма (второй вариант)

Универсальный концепт нормы, по выражению Арутюновой, применим ко всем сферам жизни – искусству, мышлению, языку, хотя воспринимая мир, человек прежде всего обращает внимание на ненормативное и редкое, а норма как бы оберегает его от излишнего. Несмотря на то, что внимание проблеме ученые уделяли давно, само понятие нормы появилось сравнительно недавно – даже Соссюр не выделял норму в качестве самостоятельного понятия. Впервые оно упоминалось в статье Э. Альмана 1926 года, но в развернутой форме получило в пражской школе: как писал Гавранк, норма отождествляется языковой системой с точки зрения обязательности и относится к плану функционирования языка. Л. Ельмслев противопоставил понятия схемы - нормы, узуса, акта речи. Необходимо определиться с понятием «языковой нормы»: В. Кодухов характеризует ее как «совокупность устойчивых, традиционных элементов системы языка, исторически отобранных и закрепленных общественной практикой», имеющей 3 свойства: избирательность, устойчивость (традиционность), обязательность (правильность). У Березина и Головина норма социальна (создается людьми), структурна – (принадлежит языку) и психофизиологична (устойчивость психофизиологических речевых навыков); Головин также выделяет: кодифицированность, поливалентность (семантическая всеобщность) и стилистическую дифференцированность. По словарю Ожегова, норма - совокупность пригодных, правильных и предпочтительных для обслуживания общества средств языка, складывающихся как результат отбора языковых элементов (орфоэпических, морфологических, лексических…) из числа существующих, образуемых вновь или извлекаемых из пассивного запаса в процессе социальной оценки. У Э. Косериу: норма – система обязательных реализаций, принятых обществом и культурой, совокупность устойчивых, традиционных реализаций элементов языковой структуры, отобранных и закрепленных общественной языковой практикой.

Норма – явление историческое:

• потому что формируется лишь на определенном этапе развития языка - там, где нет письменной фиксации и литературного авторитета, нет нормы (так, в латинском и греческом была норма, но она не могла стать достоянием разговорного общения всего общества): только в новый период истории, когда складываются нации, создаются предпосылки формирования национальных языков и их норм. Рождественский в этом генетическом плане выделяет типы становления нормы: «без прецедентов» (греческий и арабский) и «с прецедентами в других языках».

• потому что исторически подвижна: например, в пушкинское время говорили «домы», «корпусы», а «лебедь» была «белая». Историческое развитие нормы интересно проследить на слове «музыка»:

1. А – музЫка; 2. А – музЫка; Б – мУзыка (другой вариант в узусе);

3. А – музЫка; Б -мУзыка (равноправны); 4. А – музЫка; Б– мУзыка (последнее доминирует);

5.Б – мУзыка, но у вариантов А и Б - стилистическая или семантическая дифференциация.

Как видим, узус – сложившийся обычай языкового употребления, опирающийся на систему, - не только ее расшатывает, но и может рождать новую норму: так, в орфоэпических словарях 10-15-летней давности предпочтение отдается таким вариантам, как «кетчУп», «йогУрт», а теперь ударение сменилось; смена произошла с родом слова «кофе» – теперь ср.р. так же приемлем, как м.р..

Что касается отношений нормы с системой языка, Б.А. Успенский выделяет такие параметры:

• Система - понятие более абстрактное, чем норма, которая базируется на большем количестве признаков.

• Система - совокупность единиц, создающая спектр возможностей языка, а норма лишь выбирает из них.

• Система языка консервативна и статична, норма - «динамическая постоянность» (живая речь изменчива).

• Система, как правило, не осознается носителями языка и усваивается раньше - норма связана с обучением и сознательным усвоением правила (это проявляется и в возможности исправления, и в явлении гиперкоррекции - реакции на правильную речь со стороны обучающегося индивида).

• Система – явление языкового кода, норма – явление языковой культуры.

• Система языка соотносится с коммуникативной функцией, языковая норма непосредственно с этими задачами не связана, призвана вписать языковую действительность в план культурного поведения.

• Принадлежность норме осознается как явление языковой правильности (поскольку оно может быть неодинаковым в разных социумах, одна и та же система может соотносится с разными нормами).

В заключение рассмотрения соотношения можно привести схему В. Барнет:

Система

Н орма Кодификация

Узус

Кодификация нормы.

В.А. Ицкович («Норма и ее кодификация») замечает, что нормализация предполагает обобщение закономерных процессов языка и учет направления развития звеньев. Но в этом плане возникает сложность – норма часто выступает в сознании как несформулированный навык (отсюда неумение сформулировать возражения против того, что представляется неправильным). Вторая причина неадекватности кодификации - ретроспективность, ориентация на хронологически удаленные образцы, «иллюзия современности» в сознании носителей языка поддерживается медленностью языковых изменений, мнимой идентичностью текстов, разделенных 50-100-летним интервалом. Типы нормативных изменений:

• изменения в характере реализаций: тенденция к укорачиванию вариантного ряда: (высуня – высунув – высунувши), к уменьшению диапазона варьирования в результате изоляции вариантов (на босу ногу), к переходу полных вариантов в группу неполных (капает – каплет).

• изменения в соотношении видов и норм в рамках ЛЯ: вытеснение вариантов, не включенных в литературную норму (в ЛН в 18-19 веках были «к ему», «ребяты», «три дни»), взаимовлияние устной и письменной форм, перераспределение вариантов в связи с изменением положение отдельных территориальных разновидностей.

• изменения в задачах и способах кодификации норм.

В плане кодификации крайне важен вопрос о ее сознательности: по В.А. Ицковичу, сознательные усилия общества тем активнее, чем сложное исторические условия формирования норм.

Процесс сознательной кодификации включает оценку, отбор единиц и закрепление реализацией. Рождественский выделяет несколько критериев отбора языковых средств для кодификации:

1. Общепризнанность, общеупотребительность, культурная значимость.

2. Перспективность как оценка будущей употребительности (суффиксы –абельн-, -тельн-).

3. Системные свойства как удобство вхождения в систему.

4. Субъективная оценка смысловыразительных способностей, связанная с ролью нормализатора.

+ кодификации: позволяет заменить интуитивные представления знанием, найти решение в сложных случаях, создает условия преподавания формы ЛЯ, способствует его единству и стабильности.

- кодификации: бывают внешними, не зависящими от кодификации (по словам Л.В. Щербы, «представление языка в окаменелом виде»), и внутренними (несоответствие современности, ориентация на устаревшее, а также то, что кодифицирующее норму авторитетное издание нередко становится образцом для последующих, что может препятствовать введению инноваций). Кроме того, не все сферы ЛЯ в равной мере подчиняются кодификации: более соответствует норме язык печатных изданий, письменная речь.

Критерии нормативности:

• соответствие системе и кодифицированность,

• широта употребления в культурных слоях общества,

• опробированность в литературе,

• закрепленность исторической традицией.

Виды норм:

Как понятие социальное норма бывает престижной и непрестижной.

В связи с носителями (поколениями) выделяют норму младшую и старшую.

В плане степени сознательности изучения и навязывания социумом, выделяют книжную норму – она кодифицирована и выражена эксплицитно, искусственна и вторична, соотносится с первичной нормой, накладываясь на нее; первичная норма - естественна, усваивается в процессе разговора и соотносится с системой языка. Языки, базирующиеся на искусственной норме – искусственные, противопоставленные живым и естественным (в этом смысле ЛЯ – искусственный язык, связанный с вторичной нормой, усваиваемой в процессе обучения и реализующийся в авторитетной письменности – литературе). Характер эволюции ЛЯ отличается от эволюции языка живого, которая определяется имманентными законами развития (тенденция к оптимализации кода, к повышению эффективности коммуникации, к экономии усилий), имеет непрерывный характер. Эволюция же ЛЯ зависима от эволюции живого языка.

По степени императивности выделяют нормы императивные (не «ихнее», а «их», не «ложить», а «класть») и диспозитивные («компАс», «дОбыча»).

Нормы по уровням языка: орфоэпические (основа для грамматической и словарной норм), орфографические и морфологические, которые предшествуют синтаксическим и лексическим (см. ниже).

Однако, кроме норм языковых, нужно отметить нормы коммуникативные и этические.

1. Языковые нормы – отличительный признак ЛЯ.