46. Подсудность гражданских и уголовных дел местным и общим судам (1864 года).

Создавались две судебные системы: местные и общие суды. К местным относились волостные суды, мировые судьи и съезды мировых судей, к общим — окружные суды, учреж­даемые для нескольких уездов, судебные (по гражданским и уголовным делам) палаты, распространявшие свою деятель­ность на несколько губерний или областей, и кассационные (по гражданским и уголовным делам) департаменты Сената. Власть этих судов распространялась на все сферы, кроме тех, где действовала юрисдикция духовных, военных, коммерческих, крестьянских и инородческих судов. Закон определял сферу юрисдикции мировых судей: им были подсудны дела «о менее важных преступлениях и про­ступках», за которые предусматривались такие санкции, как кратковременный арест (до трех месяцев), заключение в работный дом на срок до года, денежные взыскания на сумму не свыше 300 рублей. В сфере гражданско-правовой на мировых судей возлага­лось рассмотрение дел по личным обязательствам и догово­рам (на сумму до трехсот рублей), дел, связанных с возмеще­нием за ущерб на сумму не свыше 500 рублей, исков за оскор­бление и обиду, дел об установлении прав на владение. Споры о праве собственности на недвижимое имущество были у ми­ровых судей изъяты. На суд присяжных предлагались дела «о преступлениях и проступ­ках, влекущих за собой наказания, соединенные с лишением всех прав состояния, а также всех или некоторых особенных прав и преимуществ».

47. Земская реформа 1864 года.

Земская реформа была проведена на основе Положения о губерн­ских и уездных земских учреждениях 1864 г. По закону роль распоря­дительных органов выполняли губернские и уездные земские собра­ния, члены которых избирались по трем избирательным группам, на­зываемым куриями. Прежде всего избирались уездные земские собра­ния. К первой избирательной курии относились уездные помещики, владевшие землей определенных размеров, которые устанавливались в зависимости от местности. Нормы колебались от 200 до 800 деся­тин. В первую курию входили не только помещики, но также круп­ные торговцы и промышленники, имевшие в уезде предприятия стои­мостью не менее 15 тыс. руб. либо с оборотом не менее 6 тыс. руб. в год. Тем самым буржуазия получала доступ в первую курию. Второй была городская курия. В ней получали избирательное пра­во городские жители, имевшие купеческие свидетельства, владельцы торгово-промышленных предприятий в черте города с оборотом не менее 6 тыс. руб., а также владельцы недвижимого имущества стои­мостью от 500 до 3 тыс руб. в зависимости от величины города. Из­бирательные права по первым двум куриям имело, таким образом, лишь незначительное меньшинство населения. В крестьянской курии (третьей) избирательным правом пользо­вались все крестьяне-домохозяева, но не непосредственно. Вначале на волостных сходах избирались выборщики данного уезда, кото­рые затем выбирали гласных уездного земского собрания. Поскольку от каждой курии избиралось примерно равное число гласных, то крестьяне всегда оказывались в меньшинстве. На первых же выборах в 29 губерниях гласных уездных земских собраний из дво­рян было 42%, из крестьян — 38% Выборы в губернские земские собрания проводились гласными уездных земских собрании. Распреде­ление количества гласных по куриям здесь оказалось еще больше в пользу имущих классов. По тем же 29 губерниям дворяне получили 74% гласных, крестьяне — 11%. Компетенция земских учреждений ограничивалась местными хо­зяйственными и некоторыми культурными вопросами. Они заботи­лись о состоянии путей сообщения (ремонт дорог и мостов местного значения), занимались организацией медицинского обслуживания на­селения, строительством и материальным обеспечением школ. Земства действовали под строгим контролем правительственных органов в лице губернатора и местной полиции. Губернатор мог при­остановить любое постановление земства по мотивам нарушения за­конов либо по соображениям противоречия государственным инте­ресам, что могло истолковываться как угодно. Сенат принял специ­альные постановления, запрещавшие сношения земств друг с другом. Царизм боялся объединенных, согласованных действий земств, они были возможны только через государственные органы. Земствам запрещалось публиковать свои постановления и отче­ты без разрешения губернатора. Правительство опасалось земств, так как, несмотря на все ухищрения избирательной системы, в них кон­центрировались оппозиционные царизму либеральные слои общест­ва. Именно через них буржуазия наиболее эффективно вела борьбу за свои интересы. В высшие звенья государственного аппарата буржуа­зия пока не получила доступа.