10. Присоединение Чувашского Края к Российскому государству. Изменения в политическом и социально-экономическом положении чувашского народа во второй половине 16 века.

Со времени основания Hижнего Hовгорода (1221 г.) чуваши оказались в непосредственном соседстве с русскими. В 1372 г. русские основали на Суре город Курмыш. В 1523 г. на месте впадения Суры в Волгу возник город Васильсурск.

Известно, что московское правительство добилось присоединения Горной стороны (т.е. Чувашского края) к Русскому государству в ХVI в. путем реализации заранее продуманного плана, направленного прежде всего на создание здесь надежного во всех отношениях тыла, плацдарма для ведения военных операций против Казани. Поэтому в отношении чувашей и горных марийцев русские применяли не только военные экспедиции, но и проводили целенаправленную политику прямого подкупа их влиятельных предводителей, раздачи им щедрых обещаний,

Летом 1546 г. в Казани воцарился московский ставленник - касимовский хан Шах-Али. Однако через месяц его сменил Сафа-Гирей - ярый сторонник Османской империи. Пообещав ногайским князьям передать им Горную и Арскую стороны Казанского ханства, Сафа-Гирей получил помощь и овладел Казанью. Возобладание в Казани сильного анти-русского движения привело к тому, что 7 декабря 1546 г. в Москву прибыли посланцы чувашей и горных марийцев, которые просили великого князя Ивана IV о том, «чтобы государь пожаловал, послал рать на Казань», и обещали свою помощь русскому войску. В феврале 1547 г. Иван IV направил против Казани несколько полков.

Судя по имеющимся летописным данным, не только горные, но и заказанские чуваши тоже имели промосковские настроения. В частности, в одной из летописей об арских чувашах говорится следующее: «При царе Иоанне IV московские ратные люди ходили на Казань в 1545, 1547, 1548, 1550, 1552 годаx... Tогда горные черемисы и чуваши передались России... Скоро и другие инородцы края потребовали от Казани подчинения России. Tак, ярские (арские. - Ред.) чуваши с оружием явились на ханский двор и стали требовать, чтобы хан покорился Москве».

Очередной поход на Казань в 1550 г. возглавлял сам Иван IV. В конце февраля царь остановился в устье Свияги и велел соорудить здесь город-крепость. Новый город - Свияжск - был заложен 24 мая 1551 г. и построен за четыре недели. В его строительстве участвовали чуваши и марийцы.

Летом в Москву прибыли послы горных людей во главе с Магметом Бозубовым и Ахкубеком Tогаевым. Они «с товарищами государю били челом от все горние стороны...» - от чувашей, черемисов, татар, чтобы царь «воевати их не велел...". Это означало отделение от ханства его Горной стороны. Иван IV приказал взять горных людей в подданство "к своему Свияжьскому городу». Горная сторона была признана самостоятельной областью, ее центром стал новорубленный город Свияжск. Московское правительство на три года освободило население Горной стороны от уплаты ясака.

До взятия Казани русские пытались удержать «горных людей» под своим влиянием. Втечение всего лета 1551 г. в Москву к Ивану IV ездили депутации чувашей и горных марийцев, насчитывавшие по 500-600 человек. Летописец отмечает, что царь жаловал горных людей «паче ж своих воинов», и что никогда доселе таких пожалований не было.

В июне 1552 г. войска во главе с Иваном IV в составе 150 тысяч воинов при 150 пушках выступили из Москвы. Они следовали двумя колоннами - через Муром и через Рязань; в начале августа полки достигли реки Суры выше устья Алатыря. Часть войск и снаряжение были отправлены по Оке и Волге. от Суры основное ядро войска в течение восьми дней продвигалось до Свияжска примерно по линии современной юго-восточной границы Чувашии, а левый полк - по ее территории,

В осаде Казани, которая продолжалась более месяца, активно участвовали чуваши и горные марийцы. 2 октября 1552 г. русские войска штурмом взяли Казань.

Вхождение в состав России было прогрессивным событием для чувашей, так как в ее составе они обрели возможность жить в мирных условиях: прекратились бесконечные разорительные военные действия на территории Чувашии, а также опустошительные набеги ногайцев, крымцев и других кочевников.

Чуваши, оказавшись «в тисках» между Москвой и Казанью, действительно, желали прекращения войн, не хотели ни с кем воевать, тем более с русскими, за которыми была огромная сила. У чувашей не было другого выхода, кроме выбора наименьшего зла. Потому и пошли чуваши и горномарийцы на поклон к царю, хотя татарский гнет сменялся на русский, который нисколько не был слабее старого. В Русском государстве социальный и национальный гнет над чувашским народом сохранился. Чувашские крестьяне были зачислены в разряд «черных людей», как называли в России крестьян и ремесленников, платили многочисленные подати и поборы, выполняли тяжелые повинности. Царские власти не допускали чувашей, как и другие нерусские народы России, к государственному управлению, подавляли их самобытную культуру. Под бременем многовекового национального гнета чувашский народ отставал в своем экономическом, политическом и культурном развитии.

Вхождение Чувашского края в состав Русского государства в ХVI в. и последствия этого события, в том числе последующее обращение чувашей в православие, оказались для них событиями эпохального значения. Они определили весь ход новой социальной и этнической истории чувашей, избавив их, в частности, от исламизации и, как следствие, реальной перспективы исчезновения как этноса.

Социальное развитие чувашей в ХVI веке

После овладения Русским государством Казанью для управления Горной стороной в 1555 г. была построена крепость Чебоксары. Позднее на Горной стороне возникли новые административные и военно-опорные пункты: в 1583 г. - город Козьмодемьянск, в 1589 - Цивильск и в 1590 - Ядрин. В начале ХVII в. территория Чувашии входила в состав Чебоксарского, Свияжского, Курмышского, Ядринского, Цивильского, Козьмодемьянского, Кокшайского и Алатырского уездов. Чуваши, проживавшие в левобережной части Среднего Поволжья, входили в Казанский уезд. В 1603 г. в этом уезде числилось 110 чувашских деревень. Hо тогда были учтены лишь те чувашские деревни, в которых проживали служилые татары, в то время как в еще почти 100 чувашских поселениях их не было. Всего же к началу ХVII в. насчитывалось не менее 200 чувашских деревень, разбросанных по всему уезду среди татарских и марийских поселений.

Русское правительство развернуло в присоединенной области усиленную помещичье-монастырскую колонизацию.

Земли казанского хана и разгромленной татарской феодальной знати как на Луговой, так и на Горной стороне в 1650- 1660 гг. были переданы в качестве вотчин и поместий казанскому епископу, казанским и свияжским монастырям, воеводам и детям боярским. Как в Свияжском, так и, в особенности, Чебоксарском уездах монастырям и дворянам жаловались также и земли ясачных людей. Hапример, основанному в 1567 г. в Чебоксарах Tроицкому монастырю были отведены земли чувашских крестьян.

Мирные условия жизни в составе России благоприятствовали экономическому развитию чувашского народа, увеличилась его численность. Чуваши начали возвращаться в «дикое поле» и основывать там селения.

Все высшее феодальное сословие чувашей было уничтожено монголо-татарами и ассимилировано татарами-мусульманами. К моменту вхождения чувашей в состав России у них были лишь мелкие феодалы - сотные и десятные князьки (серпў, вунпў) и тарханы, владевшие небольшими участками земли. В начале ХVIII в. среди чувашей был лишь один «окружной князь"·пў - Tемей Tеняков, который проживал в деревне Пю-касы (ныне Большое Князь-Tеняково) Чебоксарского уезда.

За князьями, сотниками и тарханами сохранялись их вотчинные земли и зависимые от них общинные крестьяне. В нижнем звене управления использовались представители местного населения. Волостными сотниками назначались (до середины ХVII в.) представители чувашской феодальной прослойки. Во главе отдельных чувашских деревень или групп селений ставились выборные старосты из крестьян. Сотники и старосты подчинялись уездной администрации.

В отличие от русских крестьян, чувашские не находились в непосредственной зависимости от русских помещиков и монастырей, т. е. не были превращены в частнособственнических крепостныx. Основная же масса чувашей осталась на положении «черных людей» - податного люда. Кроме уплаты ясака и многочисленных оброков, ясачные чуваши выполняли повинности по строительству и ремонту городских крепостей, оборонительных линий, дорог, мостов и т. д. Во время войн чуваши обязаны были поставлять по одному воину с трех ясаков - шести крестьянских дворов.

В эпоху Смуты, в 1606 г., на южных окраинах России началось крупное выступление крестьян и холопов, которое возглавил И. И. Болотников. Tогда же Массовое народное вооруженное восстание началось и в Чувашии. Оно продолжалось до 1610 г. В нем участвовали русские, чуваши, мордва и татары.

Осенью 1609 г. чувашские и марийские крестьяне вместе с русскими казаками и стрельцами захватили Чебоксары и Козьмодемьянск, разгромили административные учреждения, расправились с феодалами и богатыми купцами.

Примечательной чертой крестьянского движения в Поволжье явилось совместное выступление против крепостнического режима крестьян разных национальностей - русских, чувашей, мордвы, марийцев, татар.

Чуваши приняли активное участие в военно-политических событиях начала ХVII в., связанных с захватом в 1б10 г. власти в Москве польскими интервентами. Отряд чувашей был в составе первого ополчения П. Ляпунова, собравшегося в Рязани в 1611 г.

К осени 1611 г. начало формироваться новое ополчение для освобождения Москвы в Hижнем Hовгороде по инициативе посадского старосты Кузьмы Минина. В его ряды вступило большое количество ясачных и служилых чувашей, тарханов, русских стрельцов и казаков Горной стороны. В августе 1б12 г. основные силы ополчения подошли к Москве и изгнали интервентов.

По приблизительным подсчетам, на территории современной Чувашии в 30-х гг. ХVII в. проживало около 175 тысяч, и 80-х гг. - около 200 тысяч человек обоего пола. В 80-х гг. примерно 84% населения составляли ясачные люди, 7%- помещичьи крестьяне, по 2% - посадские люди и военно-служилые сословия. Чуваши составляли 80-81% жителей края, русские -16-17%, татары 1,5-2%, мордва- 1%.

В ХVII столетии еще существовала мелкая феодальная прослойка из чувашей - сотники, тарханы, служилые новокрещены и служилые чуваши. Сотников и тарханов из чувашей было около 300 человек. Они владели небольшими поместьями (от 10 до 120 десятин). В дальнейшем численность их постепенно сокращалась.

Служилые новокрещеные из чувашей жили в Свияжске, Чебоксарах, Козьмодемьянске, Ядрине. Им были выделены участки по 15-20 десятин. Чувашские сотники, тарханы и служилые люди тягла не несли, их обязанность перед правительством заключалась в военной службе.

Hо со временем земельные владения чувашских тарханов и сотников постепенно мельчали, а сами они теряли экономическую и политическую силу, опускались до положения состоятельных ясачных крестьян.

К концу ХVII в. социальный слой чувашских сотников и тарханов прекратил свое существование.

Особую прослойку мелких помещиков составляли служилые чуваши, Они были размещены в основном по Карлинской черте и несли сторожевую службу. В середине ХVII в. многие из них были переведены на Симбирскую укрепленную линию, где им отводились значительные поместья (до 70 десятин на одного служилого).

Ясачные чуваши были объединены в соседские сельские общины. Члены общины вели единоличное хозяйство. Боль-шая часть пахотной земли и сенокосов была поделена между отдельными хозяйствами. По традиции участки нередко передавались по наследству. Леса, выгоны, рыболовные угодья (реки и озера) находились в общем пользовании. Среди чувашей были свои богатеи, известные под именем пуянов и сырме-пуянов. Подавляющее же большинство ясачных чувашей составляли люди «среднего» состояния. Hо имелись и разорившиеся, неимущие крестьяне. Число их было незначительным.

Основной податью был денежный и хлебный ясак. Ясак являлся не только податью, но и единицей обложения. Он определялся по размерам земельной площади. В чувашских уездах на 1 ясак приходилось в среднем 15 десятин пашни и 10 десятин сенокоса. Крестьянский двор мог платить целый ясак, три четверти ясака, пол-ясака и четверть ясака.

Чувашские крестьяне платили казне оброк за бортные урожаи, рыбные ловли, бобровые гоны, мельничные места, оброчные пашни и сенокосы, сборы с «иноверческих свадеб», конские (с купли-продажи лошадей) и др.

Чувашей привлекали к ратной службе. В течение всего ХVII в. они были обязаны во время войн выставлять одного ополченца с трех полных ясачных дворов.

Особенностью феодального строя чувашской деревни ХVII в. было то, что ясачные люди являлись крепостными всего государства, были прикреплены к земле, составлявшей собственность этого государства. Ясачный крестьянин не мог оставить или забросить свою землю, отлучиться из деревни на продолжительное время без ведома начальства.

Чувашские крестьяне испытывали не только социальный, но и национальный гнет. Они не допускались к участию в уездных и вышестоящих органах управления. Помещики, приказные служители, купцы глумились над языком, обычаями и нравами чувашей, В 1681 г. правительство распорядилось давать ясачным людям за принятие христианства льготу «в ясаке и во всяких податях» на 6 лет. Однако желающих добровольно креститься находилось немного.

Значительную часть в торговле в первой половине ХVII в. в крае играли чувашские купцы-осламчеи (усламса), ведя оживленную отъезжую торговлю, они добирались даже до Приуралья. Однако начиная с середины столетия они постепенно уступают свое место русским купцам, в большом числе обосновавшимся в городах Чувашии.

Обострение классовых противоречий в России привело к мощной крестьянской войне под предводительством С. T. Разина, развернувшейся в 1670-1б71 гг.

«Прелестные" (от слова «прельщать», то есть «привлекать») письма С. Разина дошли до чувашских крестьян, и они поднялись на борьбу почти поголовно. В сентябре 1679 г. симбирские чуваши приняли активное участие в четырех сражениях разинцев с царскими войсками под г. Симбирском. 9 сентября чувашские и русские повстанцы осадили Цивильск.

В повстанческом движении в Чувашии большую роль сыграли отряды атаманов Разина. отряд Максима Осипова, в котором 6ыло немало чувашей, через Карсун направился по Суре к Hижнему Hовгороду. Hа Волге близ Козьмодемьянска действовал отряд соратника Разина атамана Прокофия Иванова «Шумливого».

Другим центром повстанцев на Волге стало село Сундырь. В ноябре-декабре 1670 г. чуваши вновь осадили Цивильск. Цивилськие воеводы жаловались, что восставшие чуваши «помещиковы деревни разорили и пожгли, и помещиков и их жен и детей в полон поимали».

Во главе отрядов стояли полковники и атаманы из чувашей. Hаиболее крупные силы повстанцев были сосредоточены в деревне Большие Tуваны Курмышского уезда, где атаманом был цивилянин Сергей Васильев. Его отряд располагал тремя пушками. Васильев направлял действия повстанцев Ядринского, Цивильского и Алгашинского районов. Известны десятки разинских полковников, атаманов, есаулов и прапорщиков из чувашей (например, полковник Байдул Искеев из деревни Хоракасы Цивильского уезда).

Общая численность царских войск, посланных для подавления крестьянской войны в Чувашии, к концу 1б70 г. достигла 4,5 тысячи человек.

Ликвидация очагов восстания продолжалась до весны 1б71 г. Войска зверски расправлялись с повстанцами.

Для разинского движения было характерно боевое содружество русских и нерусских крестьян.

1- 11. Чув. Край в эпоху смутного времени. Чуваши в освобождении России от польско-шведских интервентов.

В эпоху Смуты, в 1606 г., на южных окраинах России началось крупное выступление крестьян и холопов, которое возглавил И. И. Болотников. Tогда же Массовое народное вооруженное восстание началось и в Чувашии. Оно продолжалось до 1610 г. В нем участвовали русские, чуваши, мордва и татары. Осенью 1609 г. чувашские и марийские крестьяне вместе с русскими казаками и стрельцами захватили Чебоксары и Козьмодемьянск, разгромили административные учреждения, расправились с феодалами и богатыми купцами. Примечательной чертой крестьянского движения в Поволжье явилось совместное выступление против крепостнического режима крестьян разных национальностей — русских, чувашей, мордвы, марийцев, татар. Чуваши приняли активное участие в военно-политических событиях начала ХVII в., связанных с захватом в 1б10 г. власти в Москве польскими интервентами. Отряд чувашей был в составе первого ополчения П. Ляпунова, собравшегося в Рязани в 1611 г. К осени 1611 г. начало формироваться новое ополчение для освобождения Москвы в Hижнем Hовгороде по инициативе посадского старосты Кузьмы Минина. В его ряды вступило большое количество ясачных и служилых чувашей, тарханов, русских стрельцов и казаков Горной стороны. В августе 1б12 г. основные силы ополчения подошли к Москве и изгнали интервентов.

1-12. Чуваши в крестьянской войне. Чуваши и Разин.

Крестьянская война под предводительством С. Т. Разина 1670—7 1, крестьянская война против феодально-крепостнического гнёта в России. Была вызвана усилением феодально-крепостнического гнёта в центральной России и распространением крепостнических порядков на южный и юго-восточные районы страны. Классовые противоречия особенно обострились в годы войны с Речью Посполитой (1654—67) и Швецией (1656—58), когда в ответ на усиление поборов последовало массовое бегство крестьян и посадских людей на окраины государства. Под давлением дворянства правительство, претворяя в жизнь нормы Соборного уложения 1649, с конца 50-х гг. 17 в. приступило к организации государственного сыска беглых, охватившего многие уезды Европейской части России, что ещё более усиливало недовольство крестьян. Недовольны были и служилые люди «по прибору», охранявшие южные рубежи. Тяжёлые повинности и характер землепользования сближали их с крестьянами. Наибольшее количество недовольных скопилось на Дону, который и стал очагом восстания.

Обострение классовых противоречий в России привело к мощной крестьянской войне под предводительством С. T. Разина, развернувшейся в 1670—1б71 гг. «Прелестные" (от слова «прельщать», то есть «привлекать») письма С. Разина дошли до чувашских крестьян, и они поднялись на борьбу почти поголовно. В сентябре 1679 г. симбирские чуваши приняли активное участие в четырех сражениях разинцев с царскими войсками под г. Симбирском. 9 сентября чувашские и русские повстанцы осадили Цивильск. В повстанческом движении в Чувашии большую роль сыграли отряды атаманов Разина. отряд Максима Осипова, в котором 6ыло немало чувашей, через Карсун направился по Суре к Hижнему Hовгороду. Hа Волге близ Козьмодемьянска действовал отряд соратника Разина атамана Прокофия Иванова «Шумливого». Другим центром повстанцев на Волге стало село Сундырь. В ноябре—декабре 1670 г. чуваши вновь осадили Цивильск. Цивилськие воеводы жаловались, что восставшие чуваши «помещиковы деревни разорили и пожгли, и помещиков и их жен и детей в полон поимали». Во главе отрядов стояли полковники и атаманы из чувашей. Hаиболее крупные силы повстанцев были сосредоточены в деревне Большие Tуваны Курмышского уезда, где атаманом был цивилянин Сергей Васильев. Его отряд располагал тремя пушками. Васильев направлял действия повстанцев Ядринского, Цивильского и Алгашинского районов. Известны десятки разинских полковников, атаманов, есаулов и прапорщиков из чувашей (например, полковник Байдул Искеев из деревни Хоракасы Цивильского уезда). Общая численность царских войск, посланных для подавления крестьянской войны в Чувашии, к концу 1б70 г. достигла 4,5 тысячи человек. Ликвидация очагов восстания продолжалась до весны 1б71 г. Войска зверски расправлялись с повстанцами. Для разинского движения было характерно боевое содружество русских и нерусских крестьян.

Вторая Крестьянская война 1670—1671 годов была подготовлена социально-экономическим развитием страны после подавления Первой Крестьянской войны и отражения польско-шведской интервенции начала XVII века и явилась ответом крестьянства и казацких низов на все усиливавшийся гнет феодалов-крепостников и феодальною государства. С 20-х годов все интенсивнее расширялось вотчинно-поместное землевладение. Дворянско-монастырская колонизация велась за счет земель черно-сошного крестьянства и ясачных людей Поволжья и Приуралья. Росла численность владельческих крестьян, усиливалась их эксплуатация вотчинниками и помещиками, увеличивались размеры государственных налогов. Соборное уложение 1649 года окончательно оформило закрепощение владельческих крестьян, которые отныне становились фактически собственностью феодалов. Продолжительная война России с Польшей из-за Украине в 1654—1667 годах, потребовавшая огромных расходов, покрываемых за счет крестьянства, а также мобилизация и поиска значительного числа русских крестьян, казаков, русских ясачных людей до крайности ухудшили положение народных масс. С каждым годом все больше крепостных крестьян убегало в юго-восточные районы, на Дон. По требованию дворян и монастырей царское правительство жесткими мерами проводило сыски беглых крестьян. Возвращало их владельцам.

 Положение чувашских, мордовских, марийских и татарских крестьян было ужасно. Из-за продолжительных войн невыносимо тяжелой становилась ратная повинность (обязанность поставлять в армию одного воина с трех ясаков — примерно с шести крестьянских дворов). Не было предела произволу воевод, дворян, приказных служителей. Нерусское крестьянство изнемогало под национальным и религиозным гнетом царских властей и православной церкви. В то же время в постоянном трудовом и бытовом общении нерусские народы Среднего Поволжья и русские крестьяне края все более сближались, укреплялось единство их классовых интересов.

Накал классовых противоречий вылился в Крестьянскую войну 1670—1671 годов. Она охватила Поволжье, Заволжье и Слободскую Украину. Предводителем угнетенных масс выступил донской казак, искусный и бесстрашный военачальник Степан Тимофеевич Разин. Весной 1670 года Разин со своим повстанческим войском овладел Царицыном (ныне город Волгоград), Астраханью. В конце июля он выступил вверх по Волге. Разин обращался к народным массам с призывом уничтожать бояр, помещиков, богатых купцов, обещал передать им всю землю, установить казацкие порядки, свободу и волю. Саратов и Самара, не оказав сопротивления, перешли на сторону разинцев. В конце августа разницы подошли к Симбирску (ныне город Ульяновск), заняли острог, где размещался посад, но не сумели овладеть сильно укрепленной крепостью. Здесь собралось около 20 тысяч повстанцев. Сюда прибыли многотысячные отряды русских, чувашских и мордовских крестьян. Однако осада крепости затянулась. В это время восстали крестьяне всего Среднего Поволжья. В Чувашии на борьбу против угнетателей поднялись почти все крестьяне.

Русские крестьяне Чувашского Присурья, предки которых принимали исключительно активное участие в движении Разина, хранили в памяти много преданий о нем. Некоторые из них были записаны А. П Мельниковым летом 1891 года в Алатырском уезде Симонрской губернии (автор побывал в селениях Порецком, Ратове, Бардине, Устиновке и др.). «Самое население присурского края,— пишет А. П. Мельников-Печерский,— еще в стародавние времена образовалось из беглых, впоследствии прикрепленных к новым владельцам свободных земель. Рядом с усилением крепостного права, с возрастанием тяжелого гнета крепостничества все более и более пробуждалась жажда утраченной свободы, воскресло воспоминание о старых временах привольного житья на свободе, народная фантазия создавала целые эпопеи о прошлом, вспоминались при этом и времена Стеньки Разина и времена Пугачевщины, «когда Пугач приходил господ вешать», как говорят в Присурье... Из легенд, слышанных мной, особенно поразила меня одна необыкновенной поэтичностью и каким-то мистическим смыслом: легенда эта о Степане Разине. Где-то за Волгой, в дремучем лесу, в топком болоте, лежит гигантский труп Стеньки Разина; (Воронье слетается и клюет его, змеи сосут его кровь; долго ли лежит Стенька — неведомо, но будет время — оживет он и снова пойдет по русской земле». В этом предании явно выступает надежда крестьян на воскресение Разина п завершение начатого им дела.

 А. П. Мельников-Печерский же записал предание о большом кладе на Суре, зарытом Разиным. Пока никто не знает, где это место, по скоро клад должен открыться, т. е. сделаться достоянием народа.

О С. Т. Разине и разницах возникло и сохранилось немало чувашских преданий. Они записывались как в XIX, так и XX веках. В записях почти не проявляется влияние исторических знаний. Часть чувашских преданий разинской тематики относится к реалистическим, отражающим фольклорными приемами действительно происходившие события, суть и характер народного движения. Немало зафиксировано у чувашей легендарно-мифических преданий. В значительном количестве сохранились топонимические предания.

Чувашский историк и этнограф Н. В. Никольский еще в 1911 году так обобщил содержание собранных им преданий: «Стенька Разин неоднократно бывал в Чебоксарском уезде. Прельщал чуваш обещанием больших выгод те верили ему. Держали его сторону. Спасаясь от преследований, Стенька избирал самые глухие места». В другой статье он же указал, что, согласно преданиям, «русские правители казанской области позволяли себе обижать чуваш, брать лишние подати, бить неисправных плательщиков. Этим чуваши были недовольны. Когда появились посланные от Разина, чуваши решили помогать ему людьми, деньгами и припасами. За свою помощь они были строго наказаны».

Чувашские крестьяне верили, что дело Разина будет продолжено со временем другим героем.

По мнению чуваш. Стенька Разин в настоящее время живет на острове Ледовитого моря. За его грехи бог велел ему питаться песком, а для утоления жажды лизать камень. В каждую ночь тело его истребляют разные гадины. Днем он опять полнеет».

Предания эти в основном являются заимствованиями из русского антиразинского фольклора.

Тем же псаломщиком И. Ивановым записано предание, неодобрительно характеризующее чувашских участников разинского движения. В нем говорится, что основателями чувашских Сел Семенкино и Ерилкнно были два богача-язычника Сымук и Ериле. Оба в молодости были разбойниками в шайке атамана-мордвина Кашбулата, вначале

служившего у Стеньки Разина. Когда поймали Разина, Кашбулат завладел его казной и с некоторыми товарищами скрылся. На разинские деньги он нанял себе помощников. Жил он в местности, где позднее возникла деревня Казбулат Бугульминского уезда. Однако солдаты накрыли Кашбулата, убили его и некоторых его помощников. После этого Сымук основал деревню Семенкино, Ериле — Ерилкино.

  К этой же группе можно отнести бытующие в некоторых закамских чувашских селениях предания о том, что чуваши из-под Симбирска убегали на восток, опасаясь Разина. «В Астрахани вода горит, Стенька Разин по Волге поднимается»,—говорили они и убегали. Так, Сергей, Тихон, Ягур, Микли и Абрись из деревни Сабакай под Мелекессом двинулись в восточном направлении и в современном Октябрьском районе Татарстана основали деревни Салдакаево и Абриськино. Так же объясняет предание возникновение села Малая Хомутерь Ульяновской области.

Антиразинский дух приобрело и анахроническое предание, записанное псаломщиком А. Липатовым в 1911 году. В нем вместо монголо-татарских завоевателей, возможно, хана Батыя, поставлен Разин: «Чувашский народ существует с глубокой древности. Тогда он был сильным, храбрым народом. Во времена, когда Стенька Разин уничтожал народы, из чувашей многие погибли. У чувашей был свой царь, и он, говорят, в то время, испугавшись, сбежал».

Если сравнивать количество и состав чувашских исторических преданий об иге монголо-татарских феодалов и Казанском ханстве, о мирном вхождении Чувашии в состав России или о Е. И. Пугачеве и пугачевцах, с одной стороны, и преданий о С. Т. Разине и разницах, с другой, то приходится констатировать, что последних зафиксировано гораздо меньше, а по тематике, сюжетам и мотивам они беднее. В преданиях слабо отразилось, как многотысячные отряды чувашских повстанцев во главе с атаманами и полковниками из чувашей действовали в Чувашии и прибыли под Симбирск на помощь Разину, как долгое время осаждали разницы Цивильск, как они занимали Алатырь, Курмыш, Ядрин, Козьмодемьянск, как восставали почти все чувашские селения. Сравнительно немного сохранилось преданий о Разине и в мордовском фольклоре. Конечно, не все предания разинской тематики еще записаны. Однако не этим, по-видимому, объясняется малочисленность реалистических народных повествований о Разине.

Как видно из приведенного обзора, в чувашских разинских преданиях почти нет многосюжетных сказаний. Мало фабульных произведений с яркими образами и сюжетами. К ним можно отнести лишь предания о разинском казаке и Разине-чуваше. Большинство преданий представляет собой короткий рассказ с элементарным художественным обобщением или топонимическое повествование. Значительно количество легендарных преданий о Разине-волшебнике, наделенном сверхъестественной силой и возможностями.

Ряд чувашских преданий о Разине и разинцах имеет историческую основу. В них Разин показывается защитником народа, отнимавшим добро у богатых и помогавшим бедным, или же изображается «благородным разбойником». К Разину шли крестьяне, бурлаки. Разин жив, но за свои деяния подвергается страданиям, мучениям. Он может вернуться и сильнее прежнего громить угнетателей. В чувашских преданиях широко представлена тема о разинских местах, о его кладах.

Таким образом, рассмотренные предания фольклорными приемами своеобразно отражают исторические события и факты. Однако для них характерна значительность легендарных и фантастических мотивов и сюжетов.

  Многие чувашские предания имеют самостоятельное происхождение, хотя по сюжетам и мотивам нередко совпадают с русскими и отчасти мордовскими, а некоторые позаимствованы из русского фольклора.Большинство рассмотренных преданий разинской тематики относится по идейно-тематическому содержанию к истинно народным и свидетельствует о том, что чувашские крестьяне хранили добрую память о С. Т. Разине и разиницах, положительно оценивали борьбу своих предков против жестокого гнета, а некоторые даже считали Разина родным, чувашским героем. Чувашские крестьяне, как и русские, верили в приход Разина — освободителя, избавителя от гнета, притеснений и насилия эксплуататоров. Истинно народные предания о Разине воспитывали поколения крестьян в духе стремления к свободе, воле.