IV. Равномерность.

Правило Адама Смита гласит: "Подданные всякого государства должны участвовать в содержании правительства насколько возможно пропорционально средствам каждого из них; то есть, пропорционально доходу, которым каждый из них пользуется под покровительством государства". Всякий налог, говорит он далее, который падает только на ренту, или только на заработную плату, или только на процент, необходимо бывает неравномерным. В согласии с этим стоит и господствующая идея, которую тщетно стараются провести в жизнь наши системы обложения,- та идея, что каждый должен платить налоги пропорционально своим средствам или пропорционально своему доходу.

Тем не менее, даже минуя все непреодолимые практические затруднения, препятствующие обложению всякого согласно его средствам, нетрудно заметить, что и при нем не была бы достигнута справедливость.

Вот, например, два человека с равными средствами или с одинаковым доходом; у одного многочисленное семейство, а другому не о ком заботиться, кроме как о самом себе. Косвенные налоги на этих двух людей падали бы весьма неравномерно, так как первый не мог бы избегнуть налогов на пищу, платье и пр., потребляемые его семейством, а другому приходилось бы платить лишь налоги на вещи, потребляемые им самим, да и при прямых налогах, когда каждый из них платил бы одну и ту же сумму, мы не избегли бы несправедливости. Доход одного шел бы на содержание шести, восьми или десяти человек; доход другого - лишь на содержание одного. И если только не давать [-291-] одного шел бы на содержание шести, восьми или десяти человек; доход другого - лишь на содержание одного. И если только не давать доктрине Мальтуса такого развития, чтобы воспитание нового гражданина считать за ущерб государству, то и в этом случае пришлось бы признать крупную несправедливость.

Могут сказать однако, что в этом случае мы наталкиваемся на трудность, которой невозможно устранить; что сама природа вносить в мир беспомощных человеческих существ и возлагает содержание их на родителей, давая им в вознаграждение за это нежные и великие радости. Отлично, в таком случае обратимся к природе и будем искать предписаний справедливости в ее законе.

Природа дает труду, и только труду. В самом Эдемском саду человек умирал бы с голоду, если бы не человеческий труд. И вот перед нами два человека с одинаковыми доходами,- доход одного состоит из вознаграждения за его труд, доход другого - из земельной ренты. Справедливо ли, чтобы они несли равные доли участия в расходах государства? Очевидно, нет. Доход одного представляет богатство, которое он создает и прибавляет к общему богатству государства; доход другого представляет просто богатство, которое он берет из общего имущества, ничего не возвращая. Право одного на пользование доходом опирается на авторитет природы, которая дает богатство труду; право другого на пользование доходом есть чисто фиктивное право, создание известного общественного порядка, которое не ведается и не признается природой. Отец, которому говорят, что он должен от своего труда содержать своих детей, должен согласиться с этим, ибо действительно таково предписание природы; но он может по справедливости требовать, чтобы из дохода, который получается благодаря его труду, не брали ни единой копейки, пока оставались бы доходы, которые получаются благодаря монополии на те естественные богатства, которые беспристрастно предлагает всем природа, и в которых его дети должны иметь по праву рождения долю, равную с прочими людьми. Адам Смит говорит, что доходы "получаются под покровительством государства"; и в силу этого факта обыкновенно настаивают на необходимости равномерного обложения всех видов собственности,- ибо все они пользуются одинаковым покровительством государства. В этом случае, очевидно, предполагается, что пользование собственностью становится возможным лишь благодаря государству,- что существуют ценности, создаваемые и поддерживаемые обществом, и к ним по справедливости можно обращаться для покрытия общественных расходов. Что же это за ценности? Да только земельные ценности. Именно ценность земли является только тогда, когда образуется общество, и только лишь она, в отличие от прочих ценностей, растет вместе в ростом общества. Ценность эта существует только постольку, поскольку существует общество. Рассейте снова самое крупное общество, и земля, теперь столь ценная, потеряет всякую цену. С каждым приростом [-292-] в народонаселении возвышается и ценность земли, падая с каждым приростом в народонаселении возвышается и ценность земли, падая с каждым уменьшением народонаселения. А это бывает лишь с вещами, которые, по самой природе своей, подобно земельной собственности, суть монополии.

Налог на земельные ценности является, следовательно, самым справедливым и равномерным из всех налогов. Он падает только на тех, которые получают от общества особое и ценное благодеяние, и падает на них в той мере, в какой они получают его. Он представляет из себя отобрание обществом на пользу общества той ценности, которая есть создание общества. Он является применением общей собственности к удовлетворению общих потребностей. Когда налогом была бы взята вся рента на нужды общества, тогда достигнуто было бы равенство, предписываемое природой. Ни один гражданин не имел бы никакого преимущества перед каким-либо другим гражданином, кроме того, какое дают ему его трудолюбие, искусство и образование; и каждый стал бы получать то, что на самом деле он зарабатывает. Тогда, по не ранее, труд стал бы получать свое полное вознаграждение, а капитал - свой естественный доход.