Социальная самоидентичность Граница-контакт
Итак, социальная самоидентичность развивается для того, чтобы обеспечить контакт витальной самоидентичности с окружающей средой (в том числе, защищает ее в ситуациях реальной или символической угрозы). Кроме того, по мере развития у социальной самоидентичности могут возникать и самостоятельные задачи, связанные с сохранением себя самой. И в этом (практически нормативном в нашей культуре) случае, можно говорить, что социальная самоидентичность обеспечивает контакт организма с окружающей его средой. Более того, отдельные аспекты социальной самоидентичности могут обладать значимой независимостью и качествами самоидентичности. Это социальные роли, системные состояния психики (например, такие, как трансы различной природы, архаические и архетипические переживания) и т.п.
На развитие социальной самоидентичности влияют два фактора: совокупность если-условий конкретной витальной самоидентичности и окружающая среда (физическая и социальная). Удивительным является то, что первоначально окружающая среда формирует витальную самоидентичность, а затем конфликт витальной самоидентичности и окружающей среды порождает социальную самоидентичность.
Мы не ставим в настоящей статье задачу описать все возможные варианты формирования социальной самоидентичности – это фундаментальная задача, которая подразумевает за собой фундаментальные научные исследования с сопутствующей им разработкой адекватной методологии. Эти исследования потребуют серьезных материальных и человеческих ресурсов. Здесь мы просто проиллюстрируем ситуацию рядом возможных и часто встречающихся вариантов.
В целом ряде случаев витальная самоидентичность может обладать огромным числом если-условий. Обеспечивать контакт такой витальной самоидентичности с окружающей средой чрезвычайно тяжело. Одна из базовых задач социальной самоидентичности – защищать витальную самоидентичность от опасных ситуаций – фрустрируется постоянно: все вокруг опасно. Социальная самоидентичность часто начинает искать какой-нибудь глобальный способ адаптации, например:
выбирает себе в качестве новой витальной самоидентичности идею или систему идей. Так появляются разного рода идеологии. “Старая” витальная самоидентичность выталкивается порожденной вокруг нее “оболочкой” (социальной самоидентичностью), и происходит рождение новой сущности (хотя внешне похожей на старую). В этом случае система если-условий существования витальной самоидентичности коренным образом изменяется: на ее место становятся идеологические принципы, которые непрерывно поддерживаются культуральной средой братьев по идеологии. Так, например, возникают тоталитарные секты. В персональном переживании Маленького Человека, прошедшего подобную метаморфозу, все становится ясным, все легко объяснимо. (В этом смысле важно, чтобы идеология была доступна. Простому человеку – простая, человеку с высокой степенью когнитивной сложности – посложнее).
Другой способ адаптации к ситуации подобной нестабильности – создание в структуре социальной самоидентичности разного рода жестких (устойчивых) стереотипов поведения. Такие стереотипы поведения несут роль буфера, который не позволяет прикоснуться контексту витально значимой ситуации к если-условиям существования витальной самоидентичности. Это огромный спектр форм поведения – от непрерывной слабости и несостоятельности до брутальных аффектов, описание которых в клинической патопсихологии и психиатрии принято выражать такими нозологическими единицами, как акцентуации характера и психопатии. Тоже вполне приличная защита – может быть и неудобно, зато жив.
Также типичной формой адаптации в ситуациях с большим количеством если-условий существования витальной самоидентичности является потеря контакта с чувствами, ощущениями физического тела или сведения осознанности этого контакта до очень простого оценочного “приятно – неприятно”. Палитра чувств уходит из жизни, и контакт с витальной самоидентичностью (которая в случае малообусловленного варианта развития дает огромное количество сил для самоподдержки) крайне сильно ослабевает.
Может возникнуть ситуация, в которой витальная самоидентичность замещается социальной. В этом случае социальная самоидентичность является и адаптационным механизмом, и смыслом существования. Это очень распространенный в наше время вариант адаптации.
Теперь можно обоснованно и осмысленно выделить сложнейшее явление – границу-контакт, содержанием которого и будет социальная самоидентичность. Граница–контакт обеспечивает всю совокупность адаптационных механизмов организма по отношению к окружающей среде и различным образом функционирует в зависимости от того, какие именно аспекты самоидентичности организма актуализированы по взаимодействию с окружающей средой и каким образом.
Граница-контакт имеет внешний и внутренний слой, которые непрерывно взаимодействуют. Внутренний слой объединяет в себе ретрофлексированные феномены (к ним можно отнести внутренние образы, звуки и ощущения (в обыденном смысле, да простят меня академические психологи), мысли, желания, мотивы и т.д. – все, что “не видно” внешнему наблюдателю). Внешний слой – это моторные акты, мимика, пантомимика, речь, вся система перцепции и т.д. Этот слой в некотором роде гомоморфен сенсомоторной пограничной зоне в модели Курта Левина (Хекхаузен Х., 1986). Некоторые феномены социальной самоидентичности имеют генерализированный характер и могут относиться сразу к двум описанным слоям (например, эмоции) (см. Рисунок 1).
С
Рисунок 1
“Прежде всего, исходя из того факта, что определение животного и самого его существования включает его в окружающую среду (не существует организма без окружающей среды), поэтому определение организма будет скорее определением того, что мы называем “полем”, полем “организм – среда”; сущностью этого поля “организм – среда” является целостность”. (Робин Ж.М., 1996)
Серж Гингер и Анн Гингер также не вводят определение организма, а термин появляется на 118 странице русского издания как уже понятный: “По Перлзу, невроз связан с накоплением незакрытых Гештальтов – полностью или частично не удовлетворенных потребностей. Такое накопление происходит в процессе приспособления организма к окружающей среде и проявляет себя повторяющимися (хроническими) затруднениями этого процесса – расстройствами селф”. (Гингер С., Гингер А., 1999)
Подобные ситуации мы встречаем почти во всех книгах по Гештальт-подходу и Гештальт-терапии (см. например Lather, J. (1974), Perls F.S., Hefferlain R.F., Goodman P. (1993), Zinker, J. (1978)).
Далее авторы (начиная с основателей и включая современных), как правило, описывают функционирование границы контакта, нарушение функционирования границы контакта. При этом, скорее, опираются на наблюдаемые феномены, ставят нас перед фактом: это выглядит так…
С нашей же точки зрения, организм имеет принцип организации – он является самоидентичной системой, и смысл его существования – в поддержании этой самоидентичности. Итак, сильной стороной нашего подхода представляется то, что найдена и выделена движущая сила организма, определен смысл его существования и описаны возможные пути искажения этого смысла. Также нами учитываются различия в функционировании границы-контакт в ситуациях и контекстах с различными степенями угрозы витальной самоидентичности организма, самоосознания организмом природы изначальной самоидентичности и своей принадлежности к ней, а также индивидуальных различий в функционировании границы в ситуациях контакта с витально значимыми лицами и контекстами. Для системного рассмотрения мы ввели понятия различных уровней самоидентичности. Мы рассмотрели отношения витального и социального уровней самоидентичности, и сейчас мы рассмотрим место изначального уровня самоидентичности в развиваемой системе взглядов.