2) Златоуст святый о том, что всяк сам себе вредит:

Ныне,^б отняв ларву,^в гнусное лице блудницыно откроем. Такова есть жизнь, поверженная в роскошь, в честь и богатство, бесчестна, скверна, беззакониями и скаредством исполнена, досадна, тяжка и многими огорчениями угнетаема. И сие самое есть, что услажденным любовию жития сего всякое прощение отъемлет, ибо толикими злоключениями исполненного желают и тщательно ищут, исполненного смертными бедами, стремнинами, пропастьми и волнениями, убийствами, страхом, завистию, беспрестанным попечением и скукою. Ищут, что никакого воздаяния, никакого плода за толикие труды не приносит, но только казнь и вечное мучение.⁵⁰

3) Там же:

Почему конь добрым называется: по золотым ли браздам и подпругам, по тканым ли из шелку и золота покровам,^г по узде ли, дорогими камнями украшенной, и по гриве, переплетенной

130

золотом? или по скорости его бежания, по крепости бедр, по копытам, доброго коня достойным, по замашистой выступке, и чтобы он имел крепость, довольную к войнам и долговременному путешествию, и всадника своего в сражении и в бегу сохранить мог? Не ясно ли видим, что в сих, а не в оных состоит конская доброта (и прочая)? Что ж есть и человеческая добродетель? Не злато и серебро, чтобы бояться убожества, не здравие тела, чтобы страшиться болезни, непочтение от народа, чтобы опасаться бесславия, ниже жизнь сама собою без приложения намеренного конца, чтобы смерть тебе была ужасна, ни вольность, чтобы тебе убегать от порабощения, но прилежное рачение о истинном учении и честное житие.⁵¹

4) Димосфен в первом слове на Аристогона:

Ни к каким гражданским добродетелям не прикоснулся, чем бы мог разум свой украсить. Ни о честных художествах, ниже о земледельстве старается, ни вежества, ни общей пользы не причастен, но только по площади ходит, как змей или скорпион, испустив жало, туда и сюда поглядывает, чтобы кому нанести вред или поношение, либо заразить кого каким-нибудь бедствием или хотя кого устрашить и тем себе корысть получить.⁵²

5) Цицерон в 7 слове на Верреса:

Заключаются осужденные в темницу, казнь им узаконяется, но страждут и бедные их^а родители.

Возбраняется доступ до детей своих, возбраняется, чтобы дать им пищу и одежду. Сии отцы, которых видите, лежали при дверях, и бедные матери ночевали при входе темничном, от последнего объятия детей своих отлученны, которые ничего больше не просили, но токмо чтобы последнее дыхание сынов их принять позволено было. Приставлен был преторов спекулатор, страх и смерть товарищей, и убийца граждан Секстий, который от всех стенаний и горьких оскорблений известные

131

приобретал корысти. Чтобы тебе, говорил он, войти, дай столько, чтобы ты первый пронес пищу, дай столько, чего никто не отказывал. Много ли за то, чтобы я однем ударом умертвил твоего сына? Что дашь, чтобы я недолго стал его мучить и умерщвлять многими ударами, и чтобы он, не чувствуя великой болезни, умер?^а И за сие давалась мзда убийце^б! О коль велика болезнь и нестерпима! О коль великое и лютое злоключение! Не жизнь, но ускорение смерти детей своих покупать родители принуждены были.⁵³

§ 53

Умножительные распространения состоят по большей части в приличных приложениях, которые бывают: 1) имена прилагательные и причастия, как: сильная рука, шумящий ветр; 2) причастия, сочиненные с падежами своих глаголов, например: поля, услаждающие надеждою жатвы земледельцев; 3) существительные имена, с родительным падежом сочиненные, например: натура — дщерь гремящего над нами и мати всех племен земных;⁵⁴ 4) наречия, как: быстро смотреть, великодушно прощать; 5) существительные с прилагательными, сочиненными со своими падежами, например: в сей день, блаженная Россия, любезна небесам страна.⁵⁵

§ 54

Таковые приложения изобретены быть могут из мест риторических: 1) от свойств материальных — пространное море, долгий путь, твердо стоять, быстрый бег, кудрявая роща; 2) от чувств — румяная и благовонная роза, смрадный труп, горькая желчь, палящая зноем Абиссиния; 3) от страстей —

132

любовно и весело беседовать, надежно удостоверить, Зефир, кустов и рощей любитель, для гордости ненавистный Тарквиний;⁵⁶ 4) от свойств и дарований жизненных — прекрасный Авессалом, кроткий Давид; 5) от действия и страдания —молния, воздух рассекающая и устрашающая смертных; 6) от места — воздушный орел, Борей — полночный житель; 7) от времени — страх и безмолвие полночное, соловей — весенный воспеватель; 8) от происхождения — роза — дщерь весны; злато, от недр Аравии происшедшее;^а 9) от причины — война, чаемою победою ободренная; 10) от предыдущего и последующего — заря — предводительница солнца; 11) от признаков — упоенные тучным илом берега открываются (знак бывшего наводнения); 12)^б от уравнения — серебра чистейший источник; 13) от подобия — камню подобное твердостию постоянство; 14) от противных — слезы — печальная в несчастии отрада.

§ 55

Периоды пополняются еще чрез повторения, однознаменательные речения, наращения и другие фигуры, в речениях состоящие, однако оне больше надлежат до украшения, и для того должно о том смотреть во второй части. Увеличительные распространения изобретаются только в однех местах риторических следующим образом.

§ 56⁵⁷

От рода и вида распространяется слово, 1) когда, хотя говорить о виде, прежде предложишь о роде, под которым он содержится. Так, молодший Плиний в начале своего слова похвального Траяну, римскому императору, говорит:

133

Кое божие дарование краснейшее и превосходнейшее быть может, как непорочный и святый и богам подобный государь? Ежели бы еще сомнительно было, по случаю ли и ненарочно или от бога земные обладатели даются, однако о нашем государе явно бы показалось, что он от бога поставлен.⁵⁸