Политических программ и решений в фазу их реализации
Стратегии |
Недифференцированного продвижения |
Монодифференцированного продвижения |
Полидифференцированного продвижения |
Целевые группы |
Широкий круг исполнителей |
Одна хорошо определённая целевая группа исполнителей |
Две и более хорошо определённые целевые группы исполнителей |
Имидж программ и решений, людей или организаций |
Один имидж для всех или многих типов исполнителей |
Один имидж для одной целевой группы исполнителей |
Отличительный имидж для каждой целевой группы исполнителей |
Каналы и виды продвижения |
Все возможные каналы и виды продвижения |
Все подходящие каналы и виды продвижения |
Все подходящие каналы и виды продвижения |
Акцент в стратегии |
Ориентация на различные целевые группы исполнителей через общий план продвижения |
Ориентация на одну конкретную целевую группу исполнителей через специализированный план продвижения, приспособленный к этой группе |
Ориентация на две и более конкретные целевые группы исполнителей через различные планы продвижения, приспособленные к каждой группе |
Точки продвижения |
Все возможные точки продвижения |
Все подходящие точки продвижения |
Все подходящие точки продвижения, различные для различных целевых групп исполнителей |
Люди, продвигающие политические программы и решения в фазу реализации, могут использовать как каждую из них в отдельности, так и их сочетания в зависимости от выявленного ими характера политической ситуации (окружающей среды), наличия в ней недифференцированных, монодифференцированных и полидифференцированных целевых групп потенциальных исполнителей.
Необходимым моментом разработки указанных стратегий продвижения является определение целевых групп исполнителей политических программ и решений, т. е. определение тех групп, коллективов, коллективно-групповых образований исполнителей, на которые эти стратеги нацелены. Именно с него – с определения целевых групп исполнителей – как правило, должна начинаться данная разработка. Причём определение этих целевых групп может быть осуществлено либо при подковке или принятии продвигаемых программ и решений, либо после их принятия. Однако в любом случае оно включает последовательный ряд следующих основных шагов:
1) определение максимально возможных характеристик, признаков, свойств, качеств целевых групп исполнителей и их требований к политическим программам и решениям;
2) исследование и оценивание отдельных сходств и различий, присущих представителям данных целевых групп;
3) разработку профилей целевых групп;
4) выделение, выбор тех целевых групп, которые будут реализовывать (исполнять) политические программы и решения.
При этом целевые группы исполнителей должны отвечать определённым требованиям:
1) между целевыми группами должны быть установлены достаточно существенные различия, иначе возможна лишь недифференцированная стратегия продвижения;
2) в каждой целевой группе между их членами должно быть достаточно существенное сходство, чтобы их можно было объединить в данную целевую группу и выбрать специфическую для неё стратегию продвижения;
3) характеристики, сильные и слабые стороны целевых групп и их требования к политическим программам и решениям должны быть измеряемы, должны иметь количественные параметры, в том числе для того, чтобы можно было определить направляемые на них усилия;
4) состав членов целевых групп должен быть существенным и устойчивым по их основным объединяющим признакам, чтобы на них можно было ориентироваться при продвижении политических программ и решений. В частности, целевые группы должны быть достаточно большими, если речь идёт о программах и решениях, требующих значительного числа исполнителей;
5) члены целевых групп исполнителей должны быть достаточно доступными для тех, кто осуществляет продвижение политических программ и решений.
При определении целевых групп исполнителей могут учитываться различные критерии, каковыми выступают те или иные параметры характеристик, признаков, свойств или качеств телесного, ментального, духовного, социального, вещного, экономического, политического, пространственно-временного и иного потенциала входящих в них людей. В частности, количество, мера организованности, пол, возраст, уровень образования, национальность, состав семьи, а также род занятий, профессия, социальная мобильность или уровень доходов входящих в эти целевые группы людей.
Ещё одним необходимым моментом разработки стратегии продвижения политических программ и решений, следующим за определением целевых групп исполнителей, является конструирование имиджа, т. е. идеально-знакового образа, этих программ и решений, принявших и продвигающих их людей. Этот имидж, или образ, должен быть достаточно точным, полным и осязаемым. Точным – значит правильным, адекватным. Полным – значит соответствующим объёму характеристик, признаков, свойств, качеств, имеющихся у продвигаемых политических программ и решений, принявших и продвигающих их людей. Осязаемым – значит измеряемым с помощью количественных и качественных показателей. Чтобы сконструированный имидж можно было использовать наиболее эффективно, он должен быть конкретным, расширенным и обобщённым, а не абстрактным, узким и необобщённым. Иначе говоря, должен быть не односторонним, а многосторонним или даже всесторонним, должен включать не только основные, но и сопутствующие, вспомогательные характеристики, а также не случайные, единичные и малосвязанные, а общие характеристики. Кроме того, он должен быть достаточно уникальным, со временем совершенствоваться, обновляться, а также обладать желательными для исполнителей характеристиками.
Продвижение в фазу реализации политических программ и решений, осуществляемое в рамках системно-синерго-дятельностного подхода и присущих ему стратегий продвижения, как правило, выполняет следующие функции:
• информирует о продвигаемых программах и решениях их исполнителей;
• создаёт или изменяет имидж данных программ и решений или его использование;
• порождает и сохраняет их узнавание и популярность среди исполнителей;
• создаёт энтузиазм среди участников продвижения;
• убеждает исполнителей в необходимости реализации продвигаемых программ и решений;
• отвечает на вопросы, которые возникают или могут возникнуть у исполнителей;
• создаёт благоприятную информацию о людях, продвигающих данные политические программы и решения;
• обеспечивает связь людей, продвигающих и реализующих данные программы и решения, в том числе после их реализации.
Люди, продвигающие политические программы и решения, реагируют на стремление потенциальных исполнителей данных программ и решений принять или не принять их к реализации. Продвижение поддерживает те или иные ожидания исполнителей, даёт им возможность увидеть и выделить преимущества продвигаемых программ и решений, отличающие их от других программ и решений. Вместе с тем, продвижение порождает нередко нечестные приёмы борьбы с конкурентами, слишком большие и не всегда обоснованные ожидания. Главное в продвижении состоит в том, чтобы верно определить место, где исполнители вероятнее всего могут получить сообщение о продвигаемых программах и решениях и привлечь к ним их внимание.
Чтобы продвижение политических программ и решений было эффективным, оно должно проектироваться, или планироваться. Проектирование же продвижения представляет собой систематическое принятие и реализацию решений, касающихся всех его сторон. В частности, план продвижения, как правило, состоит из определения его целей, бюджета и структуры.
Цели продвижения состоят, во-первых, в стимулировании спроса на продвигаемые политические программы и решения у тех, кто является или может стать их исполнителем, во-вторых, в улучшении имиджа этих программ и решений, а также принявших и продвигающих их людей. Цели продвижения могут быть выстроены в определённый иерархичный ряд среднесрочных и долгосрочных целей продвижения, включая:
• формирование желания участвовать в реализации политических программ и решений у тех, кто может быть их исполнителем;
• формирование спроса на определенный тип политических программ и решений у их потенциальных исполнителей;
• получение информации о продвигаемых программах и решениях их исполнителями;
• формирование положительного имиджа продвигаемых программ и решений;
• обеспечение узнавания продвигаемых программ и решений их исполнителями;
• формирование благожелательного отношения (положительных эмоций, мыслей) и предпочтения к продвигаемым программам и решениям их исполнителей;
• формирование значительного предпочтения к продвигаемым программам и решениям их исполнителей;
• формирование, поддержание и сохранение убеждения в необходимости реализации продвигаемых программ и решений их исполнителей;
• формирование желания принять к реализации и реализовать продвигаемые программы и решения у тех, кто может быть их исполнителем;
• реализация продвигаемых программ и решений.
Следуя по этой иерархии целей, продвигающие политические программы и решения люди могут переходить от информирования к убеждению, а затем к напоминанию о своих предложениях. На первых этапах, когда продвигаемые программы и решения мало известны их исполнителям, целью продвижения является первичный спрос на определенную категорию политических программ и решений. На более поздних этапах, когда целью становится предпочтение продвигаемых программ и решений, продвигающие их люди пытаются удовлетворить селективный спрос на конкретные, продвигаемые ими программы и решения. Иногда эту иерархию целей используют, чтобы возобновить интерес к зрелым политическим программам и решениям.
Установление бюджета продвижения политических программ и решений осуществляется по остаточному принципу, по принципу прироста к предыдущим ассигнованиям, по принципу паритета с конкурентами, по принципу увязки и соответствия ассигнований целям. Но в любом случае для продвижения политических программ и решений требуются немалые средства, и их, как правило, обязательно предусматривают и выделяют.
Структура продвижения состоит из сочетания его официальных и неофициальных каналов и видов. Она является основной и важнейшей частью плана, или проекта, продвижения.
Каналы продвижения, в том числе официальные и неофициальные, могут быть прямыми и косвенными (в зависимости от того, отсутствуют или имеются посредники между людьми, принявшими политические программы и решения, и реализующими их людьми), простыми и сложными (в зависимости от числа посредников, когда таковые имеются). Они характеризуются длиной – числом независимых посредников, расположенных во времени, и шириной – числом независимых посредников, расположенных в пространстве (например, при наличии узкого канала продвижение осуществляется через несколько независимых посредников, при наличии широкого – через многих). Интенсивность использования этих каналов продвижения может быть различной. При эксклюзивном (ограниченном) использовании каналов продвижения имеется ограниченное (небольшое) число независимых посредников, стремление к контролю над каналами продвижения и высокой его эффективности. При избирательном использовании каналов продвижения имеется среднее число независимых посредников, сочетание контроля над каналами с хорошей эффективностью продвижения. При интенсивном использовании каналов продвижения имеется большое число независимых посредников, стремление к влиянию на широкий круг целевых групп людей, участвующих в реализации политических программ и решений, к сочетанию массовой стратегии с высокой эффективностью продвижения. По мере прохождения программ и решений в фазу реализации они могут переходить от эксклюзивного использования каналов продвижения к избирательному использованию, а затем к интенсивному. Или, наоборот, от интенсивного использования – к избирательному, а затем – к эксклюзивному. При этом может применяться либо экстенсивный, либо исключительный, либо выборочный методы. Экстенсивный метод предполагает размещение программ и решений во всех возможных каналах и точках продвижения, исключительный – в каком-то одном канале, какой-то одной точке, а выборочный – в двух-трех и более каналах и точках.
Выбор каналов и методов продвижения, интенсивность их использования зависит от местонахождения, возможностей и характера участников продвижения, их количества, посылаемых ими сообщений, канала продвижения, размеров его территории и других факторов. Во многих случаях выбор канала продвижения – наиболее важное решение людей, продвигающих политические программы и решения. При этом им необходимо учитывать, что чем больше посредников они используют, тем меньше у них непосредственных контактов с людьми, реализующими данные программы и решения, и тем ниже степень их контроля над ними и над структурой продвижения. Тем не менее, роль посредников и, следовательно, каналов продвижения чрезвычайно велика. Они, в силу своей близости к людям, реализующим политические программы и решения, имеют хорошее представление об их характеристиках, потребностях, целях. Поэтому посредников используют в качестве экспертов при исследовании окружающей среды (политической ситуации) и адаптации программ и решений, через них воздействуют на людей, реализующих данные программы и решения. Продвижение программ и решений происходит значительно легче в освоенных каналах продвижения или с известными в них программами и решениями. Сложнее проникнуть в существующие каналы новым или известным, но обновленным программам и решениям. Определённые сложности вызывает необходимость освоения новых, ранее не используемых каналов.
Виды продвижения могут быть, как уже отмечалось, официальными и неофициальными. К неофициальным видам продвижения относятся: реклама, паблисити1 и персональные встречи. Политическая реклама – это любая оплачиваемая форма неличностного продвижения политических программ и решений реализующим их людям. Политическое паблисити – это неличностное и неоплачиваемое стимулирование спроса на те или иные программы и решения посредством использования различных источников информации и сообщений (например, презентаций на радио, телевидении, в газетах), которые косвенно влияют на мнение людей, реализующих данные программы и решения. Персональные встречи – это устное представление программ и решений в ходе непосредственных личностных контактов продвигающих и реализующих их людей. Как правило, в продвижении политических программ и решений используется не одна какая-нибудь форма продвижения, а их комбинация. При этом каждый вид продвижения выполняет различные функции и поэтому дополняет другие. Реклама ориентирует на большое число людей и информирует их о продвигаемых программах и решениях. Паблисити даёт широкой аудитории достоверную информацию, приводит к краткосрочному росту популярности продвигаемых программ и решений и дополняет рекламу. Однако содержание и время появления паблисити не контролируется или слабо контролируется людьми, продвигающими данные программы и решения. Персональные встречи обеспечивают личный контакт, гибкость взаимоотношений людей, продвигающих и реализующих программы и решения, развивают вызванный рекламой и паблисити первоначальный интерес к ней, но ограничены масштабами аудитории.
Структура продвижения политических программ и решений зависит от характеристик продвигающих их людей, возможностей их доступа к каналам продвижения и степени их поддержки. Небольшая группа людей, продвигающих программы и решения, ограничена в видах рекламы. Крупная группа действует в рамках большого региона, может делать акцент на рекламе и персональных встречах. По мере того, как программы и решения продвигаются по каналам продвижения, меняется содержание и структура продвижения. Некоторые средства массовой информации могут быть недоступными. Участники каналов продвижения могут требовать особых форм продвижения или средств. В целом же при разработке структуры продвижения учитываются следующие факторы: 1) люди, реализующие политические программы и решения (большой разброс их целевых групп определяет целесообразность рекламы, для большой целевой группы предпочтительнее персональные встречи); 2) бюджет (ограниченный бюджет исключает рекламу по телевидению и концентрирует усилия на персональных встречах); 3) содержание программ и решений (программы и решения, которые трудно отличить от программ и решений конкурентов, больше требуют персональных встреч); 4) конкуренция (каждая группа людей, продвигающих политические программы и решения, устанавливает свою собственную структуру продвижения после изучения конкурентов); 5) средства информации (те, которые доступны для данной группы продвигающих программы и решения людей); 6) существующее законодательство (определяющее, в частности, порядок продвижения).
Чрезвычайно важно учитывать и то, что информация о политических программах и решениях проходит через межличностные коммуникативные каналы. В частности, через обсуждение того, что было прочитано в газетах или листовках, увидено по телевидению, услышано по радио или во время персональных встреч. Информация о программах и решения из одного канала попадает в другие, в том числе в канал межличностного общения, образуя второй слой аудитории, весьма специфический. Межличностные каналы информации являются своеобразными показателями эффективности использования других каналов (например, средств массовой информации). Вместе с тем, они являются их резонатором. Узнав что-нибудь о политических программах и решения из средств массовой информации или листовок, обсуждая их, люди продолжают осмысливать их содержание, проникать в их суть. Контакт между людьми оказывает на них тонизирующее воздействие и способствует более активной переработке и усвоению того, что они услышали, прочитали или увидели. В ходе такого контакта телезритель, радиослушатель, читатель не только может получить ответы на возникшие у него вопросы, но и испытать удовлетворение от приобщения к идущей по другим каналам продвижения дискуссии. Ближайшей аудиторией обсуждения политических программ и решений являются члены семьи, родственники, товарищи по работе. Именно с ними в первую очередь делятся люди своими впечатлениями. Но, с другой стороны, именно они оказывают обратное воздействие на характер этих впечатлений.
Набор сообщений о политических программах и решениях, передаваемых по каналам продвижения, и истолкование их содержания в немалой степени зависят от соответствия предложенных там оценок и образцов оценкам и образцам ближайшего окружения получателя сообщения, а также от склонности его к общению с этим окружением. Люди склонны соглашаться с мнением большинства своего ближайшего окружения, независимо от того, соответствует оно объективной истине или нет. Они вынуждены сообразовывать свои высказывания и действия с оценками близких людей потому, что именно с их стороны они встречают одобрение или негативные санкции. Вот почему люди, продвигающие политические программы и решения, должны учитывать характер связи получателя сообщения с его ближайшим окружением. Это позволит им вполне понять механизм влияния данных каналов на продвижение программ и решений, предсказать его результаты с большей точностью. Нередко апелляция только к знаниям и разуму приводит к неудовлетворительному результату. Дело в том, что люди очень часто являются лишь «приёмниками» получаемых ими сообщений о продвигаемых программах и решениях. Эти сообщения опосредуют их восприятие. Необходимо проследить весь путь сообщений, адресованных им, от источников сообщения до адресата.
Чтобы политические программы и решения, продвинутые в фазу реализации, были реализованы, реализующие их субъекты и контрсубъекты политики должны подготовить (в том числе мобилизовать, сосредоточить) и использовать определённым способом и в определённом порядке, определённой последовательности запрограммированные ресурсы (объекты и средства). Иначе говоря, должны выполнить определённые операции, или процедуры. Это важнейший и необходимый момент исполнительной (реализующей) части, или фазы, любой политической деятельности, в том числе деятельности, реализующей политические программы и решения. Напомним при этом, что исполнительная часть, или фаза, политической деятельности представляет собой совокупность процедур (операций) входящих в неё психических актов, действий и высказываний, а под процедурами (операциями) понимается использование определённым способом и в определённом порядке, в определённой последовательности их ресурсов, т. е. объектов (исходного материала) и средств1.
Использование ресурсов (объектов и средств) тем способом и в том порядке, который определён в программе политической деятельности, т. е. выполнение предусмотренных в ней процедур (операций), составляющих её исполнительную фазу, или часть, означает реальное, действительное исполнение программы данной деятельности, реальное, действительное движение к намеченному в ней результату, или, говоря словами П. Я. Гальперина, «реальное целенаправленное преобразование исходного материала или положения в заданный продукт или состояние»2. Это есть важнейший момент, важнейшая фаза политической деятельности. «Каждый шаг действительного движения, – пишет К. Маркс в мае 1875 года в письме В. Бракке, – важнее дюжины программ»3.
Согласно Г. В. Плеханову, «сущность политической… борьбы заключается в том, что каждая из борющихся сторон старается разрушить или хотя бы ослабить силы, поддерживающие существование другой стороны»4. В. И. Ленин пишет: «Всё искусство управления и политики состоит в том, чтобы своевременно учесть и знать, где сосредоточить свои главные силы и внимание (курсив наш. – И. Г.)»5. «В решающий момент в решающем пункте иметь подавляющий перевес сил – это "закон" военных успехов есть также закон политического успеха… (курсив наш. – И. Г.)»6.
Напомним, что в качестве ресурсов политической деятельности таковых могут выступать различные элементы и формы человеческого бытия. В частности, определённое количество людей с их телесным и метальным потенциалом, а также духовным, социальным, вещным (в том числе техническим), экономическим, политическим (включая государственно-властный) и пространственно-временным. Именно эти составляющие потенциала, как правило, образуют то, что является материальными, информационными, организационно-управленческими и пространственно-временными ресурсами политической деятельности, предусмотренными, запланированными в её программе и имеющимися в распоряжении реализующих данную программу субъектов и контрсубъектов политики.
При реализации политических программ и решений могут возникнуть проблемы, или трудности, связанные с тем, что необходимые для реализации ресурсы могут контролироваться различными людьми или организациями, в том числе теми, которые имеют свои собственные интересы и возможности препятствовать подготовке и использованию данных ресурсов. Так, они могут задержать поставку необходимых ресурсов (например, эфирного времени на радио или телевидении), сорвать график или просто отказать в их выделении. Чем выше возможности этих людей и организаций удерживать необходимые ресурсы, тем выше вероятность провала реализации тех политических программ и решений, которые рассматриваются данными людьми или организациями как недостаточно привлекательные для них или противоречащие их интересам1.
В современной политической науке сложились различные школы, дающие свои собственные рекомендации по решению проблем, возникающих в фазе реализации принятых политических программ и решений. Одна из этих школ, которую можно назвать школой программной имплементации, исходит из предположения, что данные проблемы могут быть упрощены, если не устранены, путём тщательного и эксплицитного2 (ясного, точного, подробного) предварительного программирования процедур имплементации (реализации). В рамках этой школы проблемы имплементации (реализации) диагностируются как проистекающие, по меньшей мере, из трёх источников: 1) неоднозначности политических целей, вызванной непониманием, замешательством или конфликтом ценностей; 2) участия слишком большого количества конкурирующих политических акторов (агентов) с пересекающимися сферами ответственности; 3) сопротивления исполнителей, их неэффективности или непродуктивности. Идеалом программной имплементации является формирование политических программ и решений, содержащих автоматически исполняемую подпрограмму их реализации. Другая школа, которую можно назвать школой адаптивной имплементации, предполагает, что проблемы имплементации могут быть решены путём адаптации политических программ и решений к изменяющимся обстоятельствам или условиям. Согласно представителям данной школы, проблемы имплементации возникают из-за чрезмерной спецификации и жёсткой определённости целей, неспособности вовлечь значимых акторов (агентов) в процесс формирования политических программ и решений, чрезмерного контроля над исполнителями. Идеалом адаптивной имплементации является процесс, обеспечивающий возможности модификации, пересмотра и обновления реализуемой программы и решений, т. е. её адаптации в соответствии с реально складывающимися взаимоотношениями между данной программой и институциональной средой. Программная имплементация применима только тогда, когда: 1) масштаб изменений в поведении исполнителей, предполагаемый реализуемой программой, незначителен; 2) обоснованность (основательность) теорий и технологий, положенных в основу программы, сравнительно высока; 3) исполнители в целом согласны с предлагаемыми целями и средствами; 4) среда, в которой находятся исполнители, сравнительно стабильна. Если отсутствует хотя бы одно из этих условий, целесообразно применить возможности адаптивной имплементации1.
Реализация политических программ и решений может быть либо алгоритмической, алгоритмизированной, либо адаптационно-эвристической, или адаптивной. По форме (способу) адаптации к реализации политическая программа может быть либо алгоритмической (алгоритмизированной), либо эвристической. В первом случае программы и решения содержат алгоритм (план) их реализации, т. е. систему операций, процедур, применяемых последовательно и по строго определённым правилам. Во втором случае программы и решения допускают возможность их реализации путём творческой адаптации в соответствии с непредвиденными новыми обстоятельствами, возникающими в процессе её реализации. Эта реализация предполагает возможность её творческой адаптации, т. е. творческой модификации, пересмотра и обновления, в соответствии с реально складывающимися взаимоотношениями между данной программой и её институциональной средой, а также свободу выбора для исполнителей программы.
Политическая деятельность, осуществляемая субъектами и контрсубъектами политики, реализующими политические программы и решения, нуждается в проверке её эффективности2. А также в проверке эффективности нуждаются и все реализующие данные программы и решения и входящие в данную деятельность психические акты, действия, высказывания и процедуры (операции). В частности, степень их соответствия реализуемой программе и результатов представленным в ней целям.
При этом под эффективностью какой-либо системы понимается не просто её результативность, а определённое соотношение её входов и выходов. Входами в политическую деятельность являются не только мотивы эффективности, но и её цели, т. е. намеченные и представленные (отображённые) в программе данной деятельности её потенциальные конечные и основные промежуточные результаты, а также затрачиваемые на их достижение ресурсы (исходный материал, или объекты, и средства). Выходами из неё являются её реальные результаты. Поэтому эффективность политической деятельности предполагает, во-первых, совпадение её реальных результатов с её целями, когда, по выражению Т. Котарбинского, действия людей «ведут к результату, задуманному как цель»1; во-вторых, достижение максимального результата (выхода) на единицу затраченных ресурсов (входа). При этом необходимо учитывать, что конечные и основные промежуточные результаты оцениваются как позитивные, желательные, полезные, а побочные – как позитивные, желательные, полезные либо негативные, нежелательные, бесполезные. Поэтому эффективность политической деятельности предполагает также достижение максимального преобладания позитивных результатов над негативными. Таким образом, эффективность политической деятельности заключается, во-первых, в максимизации совпадения её реальных результатов с её целями, во-вторых, в максимизации преобладания позитивных результатов над негативными, в-третьих, в минимизации затрачиваемых ресурсов (исходного материала, или объектов, и средств). Поскольку совпадающие с целями результаты – это, как правило, позитивные результаты, а побочные имеют не меньшее значение, чем основные позитивные результаты, то эффективность политической деятельности, по сути дела, заключается в достижении на единицу затрачиваемых ресурсов максимального преобладания реальных позитивных (основных и побочных) результатов над негативными. Иначе говоря, эффективность политической деятельности – это достижение максимума намеченных результатов при наименьших затратах ресурсов. Она определяется также способностью субъектов и контрсубъектов политики решать стоящие перед ними проблемы. Как пишут В. Соболев и М. Шаповаленко, эффективность политического режима определяется его способностью решать проблемы, отвечать на вопросы и запросы, которые поступают из общества. Некоторые политологи в качестве критериев эффективности власти считают наличие у неё способности:
1) определять приоритеты в системе противоречивых требований;
2) наиболее оптимально использовать ресурсы;
3) координировать конфликтующие цели;
4) возмещать ущерб властвующим группам;
5) репрезентировать многочисленные неорганизованные интересы как хорошо организованный общий интерес;
6) обеспечивать выполнение государственной политики;
7) обеспечивать политическую стабильность;
8) представлять интересы государства на международной арене;
9) управлять политическими противоречиями так, чтобы они не перерастали в гражданскую войну1.
Реализация политических программ и связанных с ними решений влечёт за собой ряд последствий. Таковыми, согласно Г. Саймону, являются: 1) изменения поведения индивидов и социальных групп; 2) структурирование и переструктурирование общества2. Среди этих последствий могут быть и нежелательные. Например, М. Рокар отмечает, что любое решение может иметь неоднозначные, а зачастую и нежелательные последствия. Так, например, горячая инициатива одного настойчивого министра, сумевшего убедить остальных, подтолкнула государство на создание системы домов с умеренной квартирной платой. Это привело к серьёзным отрицательным последствиям только потому, что предложение, имеющее целью обеспечить оплату жилья будущими квартиросъёмщиками, оставляло в стороне самых обездоленных людей. То же самое можно сказать об оказании поддержки сельскому хозяйству, которая больше содействовала укрупнению землевладения, нежели защите мелкого крестьянства. Способность принимать решения относится к незаменимым качествам политического деятеля и является одним из условий успеха ответственных руководителей. Анализ прежних решений того или иного кандидата даёт ключ к оценке его соответствия выборному посту3.
Проверка эффективности политической деятельности, реализующей те или иные политические программы и решения, предполагает когнитивацию и последующее оценивание её результатов, а также тех психических актов, действий, высказываний и процедур или операций, которые обеспечивают достижение этих результатов. Данная когнитивация может быть определена как обратная (или вторичная), так как она осуществляется в реализующей части (фазе) политической деятельности и обеспечивает её обратную связь как специфической управляемой системы, в том числе того, что достигнуто в процессе реализации её программы, с тем, что в ней намечалось. Именно обратная когнитивация обеспечивает субъектов и контрсубъектов политики информацией о тех изменениях, которые происходят в политической ситуации, а также в процедурах, объектах, средствах и результатах психических актов, действий и высказываний данной деятельности. Тем самым обратная когнитивация обеспечивает и их ориентирование в этих изменениях. Что касается оценивания результатов политической деятельности, реализующей те или иные политические программы и решения, а также оценивания психических актов, действий, высказываний и процедур (операций), обеспечивающих достижение этих результатов, то такое оценивание может быть определено как текущее (in-term), или промежуточное (mid-term), либо как итоговое (ex post). И тот и другой вид оценивания осуществляется в реализующей части (фазе) политической деятельности, на основе обратной когнитивации и вслед за ней. Затем осуществляется либо (в случае негативного оценивания этих результатов, психических актов, действии, высказываний и процедур) корректировка (исправление) и продолжение данной политической деятельности, либо (в случае позитивного оценивания этих результатов, психических актов, действии, высказываний и процедур) её прекращение. Оба этих оценивания могут быть выражены в форме внутриречевых или внешнеречевых высказываний (понятий и суждений), так и в форме эмоций, или аффектов, которые могут проявляться при выполнении данных внутриречевых и внешнеречевых высказываний или без них. И то и другое оценивание отличается как от предвосхищающего (ex ante) оценивания, так и от ретроспективного. Предвосхищающее оценивание либо предшествует, либо относится к фазе подготовки политических программ и решений, в том числе к фазе прогнозирования, оценивания и выбора их альтернативных вариантов, и ориентировано на оценивание ожидаемых, прогнозируемых результатов их реализации. Ретроспективное оценивание ориентировано на долгосрочные и непредвиденные последствия реализации политических программ и решений и осуществляется спустя годы после завершения их реализации. Вместе с тем, если при текущем (промежуточном) оценивании оцениваются промежуточные (частичные) результаты политической деятельности и обеспечивающие их достижение промежуточные психические акты, действия, высказывания и процедуры, то при итоговом оценивании – конечные результаты данной деятельности и обеспечивающие их достижение конечные (завершающие) психические акты, действия, высказывания и процедуры.
Проверка эффективности политической деятельности – это необходимая и неотъемлемая часть управления политической деятельности, обеспечивающая контроль её осуществления и существующая наряду с другими его частями, в частности, программированием, которое обеспечивает ориентирование (ориентацию) субъектов и контрсубъектов политики в политической ситуации и данной деятельности, а также её организацию. Иначе говоря, проверка эффективности политической деятельности – это контролирующая часть, или фаза, управления данной деятельностью и, следовательно, контролирующая часть, или фаза, самой этой деятельности. Это такая часть политической деятельности, такая часть её регулирования, или управления, результатом которой является оценка данной деятельности. Как отмечает П. Я. Гальперин, основным результатом контроля, т. е. проверки эффективности деятельности, является оценка того, что делается или сделано другими продуктивными, производительными видами деятельности. Поэтому контроль не оставляет отдельного продукта, никогда не выступает поэтому как вполне самостоятельная деятельность, а только лишь вместе с какой-нибудь другой деятельностью, на процесс и результат которой он направлен1.
Проверка эффективности, т. е. контроль, политической деятельности может иметь форму либо внутренней проверки, внутреннего контроля, либо внешней проверки, внешнего контроля. В связи с этим когнитивация и последующее оценивание результатов политической деятельности и входящих в неё психических актов, действий, высказываний и процедур, обеспечивающих достижение этих результатов, также имеют форму либо внутренней когнитивации, внутреннего оценивания, либо внешней когнитивации, внешнего оценивания. В первом случае акты проверки, или контроля, в том числе когнитивации и оценивания, осуществляются непосредственно теми, кто реализует политические программы и решения, является их исполнителем, тогда как во втором случае они осуществляются теми, кто сам непосредственно не реализует эти программы и решения, не является их исполнителем.
Чрезмерный контроль реализации политических программ и решений, осуществляемый посредством исполнительных инструкций, может дать негативный эффект. Он может побудить исполнителей придерживаться руководящих требований лишь символически. Исполнители могут выработать адаптивные стратегии, противоречащие целям политических программ и решений. Вместо того, чтобы механически следовать предписаниям инструкции, они могут «обучаться на практике», а также выполнять ту или иную программу и то или иное решение эффективно, если им предоставлена свобода внесения изменений и приспособления программы к особенностям местных условий2.
Проверка эффективности, т. е. контроль, политической деятельности может обнаружить, что реализующая фаза, исполнительная часть данной деятельности не соответствует, неадекватна её программе. В частности, может обнаружить, что её реальные результаты не совпадают с запланированными. В этом случае возникает необходимость в корректировке данной деятельности, в том числе в полном или частичном её перепрограммировании, т. е. переформировании либо всей её программы в целом, либо каких-либо её частей. Л. Куффиньяль отмечает, что «часто обстоятельства приводят к тому, что приходится изменить программу в процессе её осуществления или в соответствии с обстоятельствами в нужный момент заменить её новой программой. Это и есть управление действием»1, в том числе действием, входящим в политическую деятельность, а также входящими в неё психическими актами, высказываниями и процедурами.
Следует заметить, что результаты политической деятельности не только часто, но и неизбежно неадекватны её целям. Лишь изредка происходит более-менее точное соответствие между целями политической деятельности и её реальными, действительными результатами. На данное обстоятельство обратили внимание Г. Гегель, Ф. Энгельс, а вслед за ними и многие другие исследователи. В частности, В. Вундт сформулировал закон «гетерогонии целей», согласно которому люди всегда достигают чего-то иного по сравнению с тем, что входило в их первоначальные намерения. Тем не менее, люди, в том числе субъекты и контрсубъекты политики, формируют актуальные цели, имеющие данный исход. Более того, их формирование мотивировано возможностью такого исхода2. М. Вебер пишет, что «конечный результат политической деятельности часто, нет – пожалуй, даже регулярно оказывается в совершенно неадекватном, часто прямо-таки парадоксальном отношении к её изначальному замыслу»3.
Контроль политической деятельности, т. е. проверка её эффективности, не ограничивается когнитивацией и оцениванием её результатов и входящих в неё психических актов, действий, высказываний и процедур, обеспечивающих достижение этих результатов, а предполагает и означает, кроме того, требование корректировки этой деятельности, в том числе полного или частичного её перепрограммирования.
Корректировка политической деятельности в той или иной мере воспроизводит предшествующие фазы её развития, или развёртывания, представленные в предыдущих главах. В том числе фазы мотивации, когнитивации и оценивания политической ситуации, а также фазу программирования – подготовки и принятия политических программ и решений, стадию их продвижения в реализующую часть политической деятельности и стадию подготовки и использования её ресурсов. На каждой из этих фаз и стадий развёртывания политической деятельности могут быть совершены те или иные просчёты и ошибки, которые неизбежно приведут к необходимости её корректировки. Их необходимо выявить и исправить.
Рис. 1.29. Контроль политической деятельности
(реализации политических программ и решений)
После корректировки программы политической деятельности и продвижения её в фазу реализации субъекты и контрсубъекты политики, принявшие скорректированную программу к исполнению, реализуют её, используя необходимые ресурсы и осуществляя необходимые процедуры. Затем осуществляется проверка эффективности данной деятельности. При этом может либо возникнуть необходимость в новой, дополнительной корректировке политической деятельности, либо данная деятельность прекращает своё существование.
Прекращение политической деятельности может быть вызвано невозможностью её дальнейшего продолжения, в том числе отсутствием у осуществляющих её людей необходимых ресурсов или мотивации на её продолжение, или их удовлетворённостью её результатами. В последнем случае осуществившие политическую деятельность субъекты и контрсубъекты политики испытывают состояние удовлетворённости, а политическая ситуация, в которой существовала данная деятельность, дезактуализируется, т. е. переходит из актуального (актуализированного) состояния в состояние относительного покоя (неподвижности, неизменности), устойчивости, равновесия1 или из одного, более актуального, состояния в другое, менее актуальное, состояние. Это такая ситуация, элементы которой прекращают побуждать субъектов и контрсубъектов политики к данной деятельности, к каким-либо входящим в неё психическим актам, действиям, высказываниям и процедурам. Это ситуация, в которой данная политическая деятельность прекращает своё существование, приходит к своему финалу, угасает в собственных конечных результатах, удовлетворивших соответствующие потребности субъектов и контрсубъектов политики.
Политические программы и решения, будучи реализованными, обретают со временем собственную жизнь, логику и смысл существования, имеющие порой мало общего с изначальным замыслом тех, кто их подготавливал и принимал. Они, так же как и реализующие их организации, постепенно обрастают политическими, экономическими, социальными и иными связями, обзаводятся собственными клиентами («клинтеллами») политическими и коммерческими структурами, группами населения, научными, творческими элитами, имеющими собственную «ставку» в решении соответствующих проблем, концентрирующими в своих руках контроль над теми или иными явными и теневыми финансовыми потоками. Изъятие одного из компонентов этой сложноорганизованной структуры разрывает сложившиеся связи, вызывает в них внутренние трения, перестройку и перераспределение ресурсов. Попытки такого изъятия, не подкреплённые тщательным анализом и прогнозом, могут стоить их инициаторам политической карьеры1.
Таким образом, полный жизненный цикл политической деятельности включает в свой состав следующие основные фазы:
1. Мотивацию.
2. Когнитивацию политической ситуации.
3. Оценивание политической ситуации.
4. Программирование.
4.1. Определение проблемы.
4.1.1. Когнитивацию (когнитивный обзор) политической ситуации, обнаружение и формулирование потенциальной проблемы.
4.1.2. Аргументирование (исследование) и оценивание потенциальной проблемы, в том числе признание или непризнание её в качестве актуальной.
4.1.3. Подготовку условий для решения проблемы, оценённой и признанной в качестве актуальной, в том числе:
а) уточнение её формулировки,
б) составление плана-задания по её решению,
в) подготовку необходимых и достаточных ресурсов, а также их перераспределение по мере изменений условий.
4.2. Определение, т. е. когнитивный поиск (генерирование) и формулирование, нескольких потенциальных вариантов (альтернатив) программы и связанных с ней решений (решений проблемы). В частности, определение вариантов (альтернатив) входящих в эти программы целей, задач, ценностных ориентиров, ресурсов, процедур и правил политической деятельности.
4.3. Аргументирование потенциальных вариантов (альтернатив) программы и связанных с ней решений (решений проблемы).
4.4. Оценивание потенциальных вариантов (альтернатив) программы и связанных с ней решений (решений проблемы).
4.5. Принятие (выбор, утверждение) варианта программы и связанного с ней решения (решения проблемы).
4.5.1. Предварительный выбор, предварительное принятие одного варианта (одной альтернативы) программы и связанного с ней решения (решения проблемы), признанного лучшим и актуальным (более других нуждающегося в реализации).
4.5.2. Апробирование и в случае необходимости корректировка данного варианта.
4.5.3. Согласование и в случае необходимости корректировка данного варианта.
4.5.4. Окончательное признание и принятие (утверждение) данного варианта.
5. Реализацию.
5.1. Продвижение в фазу реализации принятого варианта политической программы и связанного с ней решения, ориентирующего реализующих его людей – субъектов и контрсубъектов политики.
5.2. Подготовку и использование данными субъектами и контрсубъектами политики ресурсов (исходного материала, или объектов, и средств) политической деятельности.
5.3. Проверку эффективности политической деятельности, т. е. обратную когнитивацию и оценивание её процедур (операций) и результатов.
5.4. Корректировку (в случае необходимости) элементов политической деятельности, в том числе её процедур, ресурсов (исходного материала, или объектов, и средств), программы (включая цели, ценностные ориентиры) и того или иного связанного с ней решения.