Лекция II. Кризис Османской империи. Попытки его преодоления – реформы

Кардинальное изменение внешних и внутренних обстоятельств произошло в конце XVI – начале XVII вв., и они определили иной вектор развития империи. Следует отметить, что эти обстоятельства были результатом развития как международных отношений, важным фактором которых была Османская империя, так и внутренних процессов. К внешним обстоятельства надо отнести битву при Лепанто 1571 г., в которой объединенные силы Священной Лиги полностью уничтожили османский флот; развеяли миф о непобедимости турок. Лепанто и Тринадцатилетняя война с Габсбургами (1533–1606) показали низкий профессиональный и технический уровень османских вооруженных сил. Гибель турецкой армии под Астраханью в 1569 г., разгром вассала Османов крымского хана под Москвой в 1572 г. положили предел османскому продвижению в этом направлении. К внешним факторам можно отнести и «революцию цен», вызванную наплывом дешевого золота и серебра из Америки, подорвавший финансовый баланс Османской империи.

Внутренние факторы. Кризис тимарной системы, «демографический взрыв», инфляция, ослабление центральной власти. В среде тимариотов-сипахи происходил процесс расслоения. Большинство тимариотов было не в состоянии снарядить и обучить конника-джебелю. Стоимость этого составляла 5 тыс. акче, в то время как большинство тимаров приносило доходы не более 2–3 тыс. акче. Немало тимариотов в силу различных обстоятельств лишилось своих владений и превратилось в чифтбозанов – деклассированных элементов. Ситуация усугубилась и демографическим взрывом. За 60 лет с 1520 по 1580 гг. население Анатолии возросло на 55,9 %, а в ряде санджаков Румелии – на 11 %. Прежняя система не могла обеспечить существование огромного числа людей. Чтобы прокормить себя и семью, многие тимариоты вынуждены были поступать в войска крупных пашей, которые в силу ослабления центральной власти стали набирать себе армии-свиты (делии, левенды и т. п.), их сыновья поступали в медресе, становились софтами (учениками-послушниками), с неопределенными перспективами. В XVII в. их число превышало потребности религиозных учреждений, и эти полунищие студенты стали одним из неспокойных элементов османского общества.

В среде тимариотов росло недовольство властями, и попытки властей заставить их выполнять свои обязанности, вызывали протест. Так, страшная «джелялийская» смута, длившаяся с 1596 по 1658 гг. в Анатолии, была вызвана действиями великого везира Синан-паши, генуэзца по происхождению. После битвы у венгерского города Керезтешем. он организовал проверку сипахийской кавалерии, которая показала отсутствие многих сипахи. По его приказу 30 тыс. тимариотов были лишены своих тимаров. Это и привело к выступлению тимариотов в Восточной Анатолии, вылившейся в войну, вошедшую в историю под названием джелялийская смута. Все эти факторы способствовали разрушению основ (социальной и моральной) Османской государственности.

Нищала и «казна государства» – крестьянство. Огромные расхода на содержание армии, ведение войн, содержание государственного аппарата привели к росту налогов. Фиксированные нормы налогов были забыты. Центральные власти дали широкие права местным правителям в сборе налогов. Те, в свою очередь, стали захватывать крестьянские и общинные земли, превращая крестьян в издольщиков и батраков, на месте крестьянских земель создавались «личные поместья» – чифтлики при сохранении прежнего юридического статуса. Для решения финансовых проблем правительство стало использовать откупа – ильтизамы. К земле получили доступ торгово-ростовщические слои, которые по отношению к крестьянам стали вести себя как частные собственники. С конца XVII в. откупа, как правило, стали пожизненными. Государство не только перестало защищать крестьянина, но и фактически создало условия для его разорения. Положение населения усугублялось произволом местных властей, восстаниями, массовыми репрессиями. Так, в первой половине XVII в. многие районы Анатолии обезлюдели, крестьяне бежали в города, пополняя армию нищих, а их земли забирали новые хозяева. Некоторые из них предпочитали на этих землях разводить скот. Можно говорить о деградации производства со всеми вытекающими отсюда последствиями. Социально-классовые противоречия переплетались с религиозно-этническими и породили чрезвычайно напряженную ситуацию, которая прорывалась волнениями, восстаниями, сепаратизмом.

Резко ухудшилось положение городов и городского населения. Прежняя безопасная и в известной степени обеспеченная жизнь стала преданием. Откупная система открыла путь коррупции и произволу городским чиновникам, рухнула система безопасности на дорогах. Обнищание населения вызвало резкое падение спроса на товары ремесленного производства, разорение стало уделом множества ремесленников и торговцев. Массы обездоленных пополнялись бежавшими крестьянами. Кто как мог добывал себе пропитание. В Стамбуле в 20‑х гг. XVII в. бесчинствовали банды, которые грабили и убивали зажиточных горожан. Султану Мураду IV удалось восстановить порядок только массовыми репрессиями.

Изменения произошли и в правящем сословии. На первое место вышли капыкулу («рабы султанского порога»), выходцы из девширме. Султан Сулейман I широко использовал их на государственной службе в качестве противовеса традиционным кланам беев-гази. Некоторые исследователи отмечают, что выходцы из девширме были более способны к восприятию нового, более активны и инициативны, в то время как потомки беев-гази придерживались норм традиционного сознания и поведения. Сулейману, как сильному лидеру удавалось использовать эту борьбу в целях усиления власти центра. Но такие лидеры редко оставляют после себя достойных преемников. Не исключением стал и Сулейман. Боясь за свою власть незадолго до смерти, он приказал убить своего сына Мустафу, законного наследника. Ряд турецких историков считают, что с этого убийства началось ослабление государства, что Мустафа обладал качествами сильного лидера, который мог бы продолжить дело отца.

В последние годы правления султана Сулеймана I большое влияние на государственные дела стал оказывать гарем, султанские жены и дамады-капыкулу (зятья султана). Одна из них Хуррем-султан ( по происхождению галичанка Роксолана) смещала и назначала великих везирей, добилась устранения Мустафы (сына турчанки Гюльбахар-султан)и назначения своего сына Селима. С его воцарением под титулом Селима II (1566–1574) к власти пришли капыкулу. После его смерти при Мураде III с помощью его матери венецианке Сафийе-султан высшие государственные должности получили итальянцы, оттеснив выходцев из славян. Эти события породили беспрецедентную для империи коррупцию, произвол. Султан Мехмед III (1595–1603) в своем адалет-наме вынужден был признать, что справедливость и законность, царившие при Сулеймане, отброшены и забыты, а им на смену пришли несправедливые новшества в государственных делах.

Изменения произошли и с янычарским войском. Из органа, послушного воле султана и своих командиров, оно превратилось в самостоятельную политическую силу, действующую в своих интересах, на том уровне, на каком оно их понимало. Толчком к этому послужила инфляция. Жалование было единственным источником доходов янычар. Инфляция, начавшаяся в 80-гг. XVI. сделала его эфемерным. Месячного жалования хватало на покупку кофе. Солдаты вынуждены были искать различные способы пропитания. От железной дисциплины ничего не осталось. В 1589 г. янычары совершили первое вооруженное выступление в столице, а с 1592 г. волна мятежей захватила образцовые корпуса султанских сипахи. Янычары превратились в некое подобие преторианской гвардии поздней Римской империи, свергавшей и ставящей императоров.

В кризисном состоянии находилась и духовная жизнь общества. В то время как в Европе шли напряженные поиски новых принципов устройства жизни, мысль османского общества вращалась в кругу традиционных толкований ислама.

На рубеже XVI–XVII вв. в Османской империи воцарилась ситуация анархии и безначалия. Гаремные интриги и борьба кланов, опиравшихся на армию, коррупция и разброд в правящих кругах, привели к невиданному падению авторитета султанской власти. Распоряжения центра не выполнялись. Сепаратизм со всеми вытекающими последствиями стал частью политической жизни Османской империи. В целом это привело к небывалому росту массовых насилий, разбоев, восстаний. В арабских княжествах власть фактически пала. В 1604 г. в Кербеле местные жители вырезали турецкий гарнизон. В Тунисе, Алжире, Египте власть захватили янычары, создали здесь самостоятельные государства во главе с деями, в Сирии и Ливане ненадолго власть захватили друзские эмиры. Крупные восстания произошли в придунайских княжествах: Молдавии, Валахии, Трансильвании, Болгарии.

В правящих кругах империи начались поиски выхода из создавшегося положения. Сложилось два направления: сторонники радикальных преобразований и сторонники восстановления «старых, добрых порядков», законности Сулеймана I. Это нашло отражение в деятельности двух султанов: Османа II и Мурада IV. Сторонники второго направления находили поддержку в среде мусульманского духовенства, крестьян, янычар, тимарных сипахи, т. е. большинства населения.

Осман II (1618–1622) намеревался изменить основы османской государственности: ограничить власть духовенства, устранить капыкулу и влияние гарема. Для этого он хотел провести военную реформу – упразднить янычарской войско и сипахийские полки, капыкулу, тюркизировать армию и государственный аппарат, перенести столицу в Анкару. Но у него не было опоры ни в столице, ни за ее пределами. Он был свергнут янычарами и казнен. Как отмечал один из европейских современников: «он был первым императором, на которого когда-либо они (янычары. – Л. Р.) наложили руки; фатальный признак, я думаю, их упадка».

Мурад IV, опираясь на янычар, тимариотов и духовенство, сделал попытку вернуться к законности Сулеймана I с помощью жестокие мер. Было организовано жестокое побоище и участников банд и сторонников радикальных реформ, и всех противников реставрации. Великих везирей он стал назначать из албанцев-мусульман. Он устранил всех одиозных фигур из правительства, запятнавших себя коррупцией и другими злоупотреблениями. Восстановил тимарную систему, ужесточил контроль за всеми слоями общества. Были запрещены вино, кофе, табак, закрыты все кофейни и питейные заведения, как рассадники вольномыслия. Стали жестоко соблюдаться конфессиональные различия. Основные методы: шпионаж, доносительство, слежка, жестокие наказания. Ходили слухи, что сам султан, переодевшись в простое платье, тайно ходил по улицам, подслушивал, а затем строго наказывал. Его успехи в деле восстановления былой мощи империи были скромными, но в памяти общества он остался как тиран-шпион. Интересно, что в султанском семействе долго не давали этого имени сыновьям.

Аналогичные меры были предприняты везирами из семейства Кёпрюлю (1656–1683). Им удалось отделить центральный чиновничий аппарат от дворца, сбалансировать бюджет, поставить под контроль аянов (местную знать). Это позволило султанскому правительству укрепить свои позиции и организовать ряд военных походов в Европу, которые оказались последними. Войны с Венецией, Россией, Австрией и Польшей в 50-х – начале 70-х гг. XVII в. были успешными для Османской империи, но не дали решающего перевеса. Для этого в 1683 г. султанское правительство развязало большую войну в Европе, итогом которой было невиданное поражение. В плен едва не попал сам султан Мехмед IV. На международной арене результатом было образование Священной Лиги и последующие поражения турок от европейских армий. В 1668 г. пала Буда – «щит ислама», в 1688 г. – Белград, в 1697 г. битва при Зенте, когда погибло около 20 тыс. османских солдат и еще 10 тыс. утонуло в болотах. По Карловицким соглашениям 1699 г. Османская империя теряла важные для нее европейские территории: Морею, часть Далмации, острова архипелага, Азов, почти всю Венгрию, Трансильванию, Бачку и Славонию, Подолию и часть Украины. Некоторые историки эти соглашения называют первым разделом Османской империи.

Результатом поражения был и развал империи. Из-под контроля Стамбула вышли арабские провинции, Сирия и Ирак, Ливан и племена Ближнего Востока. В Североафриканских провинциях янычарские правители мало считались с Портой.

Эти обстоятельства заставили правящие круги Стамбула обратить внимание на опыт Европы. Одним из первых был великий везир Дамад Ибрагим Невшехирли (1718–1730). С его ведома на стол султану Ахмеду III (1703–1730) было подано сочинение, представлявшего собой разговор христианина с мусульманином о причинах военных поражений Османской империи. По сути, это был первый проект модернизации и вестернизации империи. В 1720 г. во Францию было послано первое посольство во главе с Мехмедом Челеби. Великий везир наказывал ему: «Разузнать о средствах цивилизации и образования во Франции и сообщить о тех, которые можно применить». Посольство привезло моду на строительство загородных дворцов, голландские тюльпаны, естественно-научные трактаты.

Более основательным реформатором, привлеченным визиром был венгр Ибрагим Мютеферрик, принявший ислам, ставший видным османским дипломатом. Его можно считать первым просветителем османского общества. В своем сочинении «Основы мудрости в устройстве народов» он открыто заявил об отставании Османской империи от Европы и необходимости изучения и использования ее опыта. Его трудами были открыты бюро переводов и первая типография, печатавшая на турецком языке сочинения по истории, естественным и прикладным наукам, были созданы первые казенные мануфактуры, производящие товары для нужд двора. Итальянец А. Бонневаль, приглашенный на службу султану, создал корпус бомбардиров и военно-инженерную школу. Однако этим реформам не суждено было продолжиться. В 1730 г. в Стамбуле произошло восстание горожан во главе с янычаром албанцем Патрона Халилом. Султан Ахмед III вынужден был отречься от престола, а великий везир Невшехирли был казнен по требованию восставших. Причинами восстания был резкий рост налогов. Высокий военный налог, прежде всего на продовольствие был введен великим везиром для войны с Ираном, цены на продовольствие выросли в два-три раза. Недовольство населения вызывала и роскошь двора с иноземными модами и непонятными преобразованиями.

Османская империя пережила очередной виток ослабления центральной власти и внешнеполитических неудач: война с Россией и Австрией 1735–1739 гг.; Белградский мир 1740 г., по которому султанские правительство за услуги Франции в переговорах признало бессрочное действие капитуляции для французской торговли по всей стране. Следует отметить, что падение авторитета и силы Порты не носило однозначно негативного характера для империи, как считали современники и многие исследователи. Многие европейцы были уверены в близкой и неминуемой гибели империи «Великого турка».

Разрушение государственной системы землевладения привело к тому, что земельные пожалования стали приобретать частный характер. Многие тимариоты получили право чифта – владения своим наделам без выполнения государственной службы, взамен они должны были платить налог. Откупная система стимулировала получение доходов от земли. На смену тимариоту и чиновнику, обязанности которых были регламентированы, пришли люди, заинтересованные в прибыли. В результате стали выращиваться новые культуры, имевшие спрос на рынке: кукуруза, томаты, табак, перец, выросло производство плодово-ягодных культур. Увеличился экспорт продуктов сельского хозяйства. Значительная часть финансовых потоков из государственных рук ушла в частные. Стали складываться крупные торгово-ростовщические группы во главе с аянами (так называли потомков старых торговых гильдий). Они стремились к упрочению своих позиций в общественно-политической жизни своего города, провинции.

Переместились центры транзитной торговли, из Сирии и Египта в западную Анатолию и Балканы. Возросла роль Измира и Салоник. В более активную хозяйственную и общественную жизнь втянулось население этих регионов.

Изменения произошли и в низовых административных структурах империи. Сельская община – таифа и цехи в городе потеряли часть. Из общественно-производственных коллективов они превратились в административно-фискальные органы. Ослабли коммуналистские и эгалитаристские принципы, усилился процесс индивидуализации, возросла роль личной инициативы.

В городах, особенно старых, произошло сближение торговцев и ремесленников с янычарами. И те, и другие были заинтересованы в таких государственных мерах, которые покровительствовали бы им, и против тех, которые их ущемляли. Чиновников они воспринимали как оппозицию. Внедрение янычар в хозяйственную жизнь города имело такие последствия как падение уровня производства и качества товаров и услуг (что было чревато на фоне нарастающего экспорта), обострение национально-религиозных противоречий (мусульмане стремились вытеснить представителей других религий, своих конкурентов из торгово-предпринимательской деятельности) превращение янычар во взрывоопасную силу.

Изменения коснулись и верхних эшелонов власти. В провинциях появились династии дерибеев – могущественных правителей, таких как Али-паша Янинский, Осман-ага Пазвандоглу, Мустафа-паша Байрактар и др. Своим возвышением они были обязаны не службой, а большим земельным наделом, денежным богатством, местными связями. В Стамбуле образовалась столичная бюрократия. Центром власти стала канцелярия великого везира, его служащие стремились сделать карьеру в рамках определенного ведомства. Это способствовало формированию профессионализма, чего не было в прежней госслужбе. Современники отмечали общую черту у аянов и столичной бюрократии – жажду обогащения, личной наживы всеми доступными средствами. Английский дипломат Гренвиль в 60-х гг. XVIII в. писал: «Деньги – вот высший двигатель всех поступков этого продажного, непостоянного и плохо управляющего правительства». В то время как в Европе, особенно северной, Реформация стимулировала категорию личной ответственности (перед Богом), в Османской империи она внедрялась репрессивными методами со всеми вытекающими последствиями.

На деньгах кончались интересы чиновников центра и периферии. Разрыв усугублялся тем, что государство по-прежнему охраняло нормы жизни, стремилось укрепить свои позиции в империи и за ее пределами. Главное средство оно видело в дееспособной вооруженной силе. Это определяло его интерес к военному опыту Европы. Дальше своих предшественников пошел по пути преобразований султан Селим III. Поражения в войнах с Россией 1768–1774 и 1787–1791 гг., особенно, потеря Крыма, первой территории, населенной мусульманами, заставили султана провозгласить низам-и-джедит (обновленное устройство). Кроме создания боеспособной армии Селим III намеривался модернизировать систему управления государством. Для разработки реформ он приказал всем сановникам подготовить записки о мерах по улучшению государственных дел. В Вену было направлено посольство. Был создан новый пехотный корпус, реорганизованы артиллерийские части, воссоздан флот (современники считали, что Селим создал лучший в мире флот). Для подготовки специалистов для армии и флота было реформировано Морское инженерное училище, открытое еще в 70-х гг., создано сухопутное инженерное училище. Сотни турецких юношей получили образование по европейскому образцу, их называли эфенди. Была возобновлена работа типографии, основанной еще Мутеферриком, и открыта новая. Открывались новые казенные мануфактуры. Была объявлена и административная реформа. Вводился новый порядок организации провинций, назначение и функции губернаторов (вали), местных органов. Он предусматривал их подотчетность султану и великому везиру.

Одновременно Селим стремился восстановить традиционный порядок в старых войсках. Был издан указ о строгом выполнении правил сипахи, за их нарушение полагалась конфискация тимара. Но тимариот, отказавшийся нести службу, получал право выкупить свой участок и превратить его в мяликане (частное владение). Были изданы указы о повышении дисциплины и боеспособности сипахи, феодального ополчения, янычарского войска. Продолжена работа по развитию дипломатических служб, начатая еще в середине XVIII в. великим везиром Коджа Рагыбом.

Реформы требовали больших расходов, поэтому были введены новые налоги – на шелк, хлопок, табак и др. Была объявлена государственная монополия на торговлю продовольствием. Тысячи людей были лишены источников дохода. Бремя налогов усиливалось традиционными злоупотреблениями чиновников фиска. Массы крестьян и горожан были недовольны. Это недовольство умело использовало духовенство, враждебно настроенное против любых попыток модернизации. Янычары практически игнорировали указы о повышении дисциплины и даже убивали тех офицеров, которые делали попытки их применить. Против реформ выступили местные правители, аяны и дерибеи Румелии и Анатолии. Феодальные усобицы не прекращались. В Греции началась освободительная партизанская война, развернулись антитурецкие выступления в Болгарии и Черногории, а в 1804 г. началось восстание в Сербии под руководством знаменитого вожака гайдуков Кара Георгия.

Неблагоприятно для реформаторов складывалась и международная обстановка. В 1802 г. был заключен договор с Францией по итогам войны с Наполеоном (1798–1802), по которому Франция получила режим наибольшего благоприятствования. В 1806 г. началась война с Россией. Селим сделал попытку принудительного набора солдат, но встретил резкий отпор населения. В Эдирне янычары подняли бунт. Улемы стали открыто заявлять, что реформы противоречат Корану и шариату. 25 мая 1807 г., когда из Стамбула на фронт были отправлены подразделения новой армии во главе с везиром Хильми Ибрагим-пашой, сторонником реформ, опорой султана, а его сменил Кёсе Муса-паша, тайный враг реформ, он организовал заговор, и Селим III был отстранен от власти. Год спустя Мустафа Байрактар, аян Русы и его «рущукские друзъя» сделали попытку восстановить Селима, но тот был задушен по приказу его брата Мустафы IV. А осенью 1808 г. янычары Стамбула, поддерживаемые горожанами, восстали против Байрактара. В этом восстании он погиб, но его рущукским друзьям удалось восстановить на троне Махмуда II.

Эти события означали конец реформам низам-и-джедида. Попытки модернизировать армию и систему управления не удались. Главной причиной была узкая социальная база реформаторов. Население не только не получило ни малейшей выгоды от реформ, но его положение резко ухудшилось, чем и воспользовались противники реформаторов – улема, феодальное реакционное чиновничество, янычары.