Литература
Еремеев В.Е. Чертёж антропокосмоса. – М: АСМ, 1993. – С.163; Колесов Д.В. Эволюция психики человека и природа наркотизма. – М.: Педагогика, 1991. – С. 186; Симфония на Ветхий и Новый завет. В двух частях. – СПб.: типография А.П.Лопухина, 1994.
Винничук Л. Люди, обычаи и нравы Древней Греции и Древнего Рима. – М.: Высш. шк., 1988. – С.157.
Кант И. Критика практического разума. – СПб: Наука, 1995. – С.375.
КРАТКИЙ СЛОВАРЬ ЭТИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ
АЛЬТРУИЗМ (фр. altruisme, от лат. alter - другой) - моральный принцип, терминологически оформленный О.Контом, противопоставляемый обычно эгоизму и предписывающий субъекту заботиться прежде всего об интересах других людей, а не о собственных. Идеи альтруистического служения другим людям фактически уже выдвигались в глубокой древности - например, буддизмом, христианством. Но наиболее полное выражение они находят в европейском просвещении и, особенно, в марксизме. Вместе с тем, пафос бескорыстного служения кому бы то ни было другому не только с недоверием встречается обыденным сознанием, но и подвергается целенаправленной теоретической критике. В частности, против А. язвительно высказывается Ф.Ницше, утверждая, что это - мировоззрение слабых, а З.Фрейд даже заявляет, что А. - признак нездоровья.
Полемика о социокультурном и нравственно-ценностном содержании понятий «сила» и «здоровье» становится излишней, если обратиться к фундаментальному высказыванию М.М.Пришвина: «Высшая нравственность - это жертва своей личностью в пользу коллектива. Высшая безнравственность - это когда коллектив жертвует личностью в пользу себя самого» (М.М.Пришвин. Дневники. - М.: Правда, 1990, С. 370).
Очевидно, нельзя запретить личности исповедовать А., равно как нельзя запретить обществу высоко ценить альтруистичное поведение личностей. Но нельзя и принуждать к А.. Видимо, как эгоизм, так и А. - это крайности (пусть последний и более благороден). В идеале следовало бы стремиться не к одностороннему утверждению интересов одних субъектов ценою благополучия остальных, - но к справедливому сочетанию интересов всех, кто вовлечён в общение. И если в реальной жизни приходится отдавать предпочтение интересам большинства, интересам более достойных, - речь необходимо вести именно о предпочтении и мягком перераспределении, но не об угнетении, диктате, насилии.
[Альтруизм // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С.15; Альтруизм // Философский энциклопедический словарь. - М.: Сов. энциклопедия, 1983. - С.21; Альтруизм // Этика: Словарь афоризмов и изречений. - М.: АО «Аспект Пресс»,1995. - С.16.]
ВЕЛИКОДУШИЕ - душевное качество человека, которое выражается в устойчивой доброжелательности, выдержке, миролюбии. В.И.Даль определяет В. как «свойство переносить кротко все превратности жизни, прощать все обиды, всегда доброжелательствовать и творить добро» (Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. - В 4 т. - Т.1 - М.: Государственное Изд-во иностранных и национальных словарей, 1956. - С. 176).
В. предполагает не просто доброту и отзывчивость, но - проявленные в условиях, требующих душевного усилия. По определению «Полного церковно-славянского словаря» В. - «Доблесть, неустрашимость, твёрдость духа» (М.: Издательство «Посад», 1993. - С.70). Такое усилие требуется от человека, во-первых, когда он остро переживает неудачу (успех) или, во-вторых, когда подобные переживания выпадают на долю кого-то другого. Соответственно, В. в первом случае будет выражаться в мужестве и скромности, а во втором - в отсутствии зависти и злорадства. В. противостоит мелочности и злопамятности.
Вместе с тем следует иметь в виду, что нельзя абсолютизировать значимость даже такого благородного качества. Дело в том, что ему должна быть свойственна как внутренняя, так и внешняя мера: с одной стороны, это способность, добрая воля субъекта В.; с другой - особенности контекста и поведение адресата, обусловливающие уместность В. Если человек действует без опоры на принципиальность и уважения к своему и/или чужому достоинству, - В. рискует выродиться не только в прекраснодушие или равнодушие, но даже и в цинизм: «Кто злым попускает, сам зло творит» (русск. пословица).
[Великодушие // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. С. 37; Великодушие // Этика: словарь афоризмов и изречений. - М.: АО «Аспект Пресс», 1995, - С.42]
ДОБРО - Можно сказать, что в раздумьях человека о своей сущности, о месте в мире смысловым ядром неизменно выступает проблема соотношения Д. и зла (см. Зло). Мудрецы и пророки всех времён призывали людей творить Д. и избегать зла. Моисей и Заратустра, Конфуций и Будда, Христос и Сократ, многие другие выдающиеся представители человечества объясняли людям, как надо жить достойно. Различные религиозные и философские течения, каждое на свой лад, пытались включить человека в контекст бытия. Не явилась исключением в этом смысле и коммунистическая идеология, в рамках которой был создан так называемый «моральный кодекс строителя коммунизма». Несомненно, что даже и Гитлер разворачивал свою человеконенавистническую аргументацию в специфически понимаемых координатах Д. и зла.
Системы нравственных предписаний, естественно, отличались обстоятельствами создания и формами бытования (скажем, их могли защищать только сила общественного мнения или же специально созданные социальные институты), но независимо от авторства или анонимности, от степени логической обоснованности и развёрнутости комментариев; от того, устные ли это поучения или кодексы, зафиксированные на бумаге, папирусах, а то и на камне - везде речь идёт о должном, выраженном в том или ином сочетании конкретных поведенческих образцов, обобщённых принципов и возвышенных идеалов.
В большинстве учений о человеке за ним так или иначе признаётся способность к свободному выбору - выбору между Д. и злом, между нравственно одобряемыми и нравственно осуждаемыми действиями. Свободный человек принимает на себя ответственность (см. Ответственность) и следует или не следует предписаниям, основу которых составляет авторитет высшей ценности. Такой ценностью могут быть традиция (то, как заведено древними), требования Высшей Инстанции (Бог, Аллах, Космический Разум), интересы соотечественников или единоверцев, соратников по общему делу. Итак, в самом общем виде под Д. обычно понимается нечто созидательное, служащее возвышению человеческой жизни, соотнесённое с интересами высшей ценности. Д. - это действенное выражение уважительного отношения субъекта к высшим ценностям, к миру в целом.
Д. и зло - категории парные. Причём отношения между ними не сводятся ко взаимному исключению, эти категории взаимно поясняют друг друга. Можно даже утверждать, что обозначаемые ими явления находятся в состоянии взаимной диффузии. Ведь как нет в природе абсолютно твёрдого тела, так нет и «абсолютно плотного» Д.: «Даже в наихудших из нас есть частица добра, и в лучших из нас есть частица зла» (Мартин-Лютер Кинг), «Чистая совесть - изобретение дьявола» (Альберт Швейцер).
Очевидно, что общество в целом и отдельная личность не могут довольствоваться констатацией диффузии между Д. и злом. Процедуры выявления и обоснования Д., его «расширенного воспроизводства» призвана разрабатывать педагогика. Она призвана подсказать, как могут быть согласованы исполнительность и инициатива, отзывчивость и требовательность, целеустремлённость и бескорыстие, наслаждение и долг. А согласовывать их действительно нужно: опасность каждого из перечисленных ориентиров прекрасно известна - слепая исполнительность, неразборчивая в средствах инициатива, безвольная сентиментальность, бездушная требовательность, жестокий прагматизм, «бескорыстный» деструктивизм, гонка за жизненными удовольствиями, обезличенное долженствование. То же надо высказать и относительно таких нравственно-положительных качеств, как принципиальность и гибкость, искренность и скромность, забота и неназойливость. Выясняется, таким образом, что Д. - многомерно. Стало быть, воспитание Д. в личности не сводится только к формированию определённых понятий и убеждений, развитию нравственных чувств, а также выработке элементарных поведенческих навыков, но и требует научения умению согласовывать, увязывать наиболее важные нравственные модусы бытия (см. также Альтруизм, Великодушие, Достоинство, Зло, Оценка моральная ).
[Апресян Р.Г. Постижение добра. - М.: Мол. гвардия, 1986; Добро // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 75 - 77; Добро и зло // Философский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1983. - С. 171 - 172; Лосский Н.О. Условия абсолютного добра. - М.: Политиздат, 1991 ]
ДОСТОИНСТВО - В современной культуре всё более заметной ценностью выступает Д., то есть осознание, переживание и утверждение личностью собственной значимости. Д. - это нравственная цельность субъекта, его способность решительно противостоять как внутренним сомнениям, опасениям, так и внешним испытаниям, соблазнам. Подлинное Д. противостоит, с одной стороны, безответственности, безволию, с другой, - заносчивости и высокомерию.
Поскольку Д. коренится в причастности личности к наиболее значимым высшим ценностям, то, очевидно, и для личности, и для общества предпочтительно, чтобы эти ценности не замыкались на богатстве, славе, власти и пр., а становились позитивной мерой человеческого в человеке, мерой включённости личности в культуру. Признаками развитого нравственного Д. выступают не только высокая самооценка и высокая оценка всего, с чем себя субъект идентифицирует, но также скромность и требовательность его к себе и к предмету самоидентификации. Чувство вины можно рассматривать как переживание субъекта по поводу убывающего Д., а гордость - как эмоцию, связанную с различного рода подтверждениями Д..
Проявляя по отношению к подопечным заботу, уважение, требовательность, гуманистическая педагогика призвана формировать у них адекватность самооценки и воспитывать умение считаться с Д. других людей.
[Достоинство // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С.84 - 85; Достоинство; Достойный человек // Этика: Словарь афоризмов и изречений. - М.: АО «Аспект Пресс», 1995. - С. 79 - 80]
ЗЛО - наиболее обобщённая нравственно-оценочная категория, характеризующая сферу нежелательного, запретного в действиях человека. Вообще говоря, философская традиция различает метафизическое, физическое, нравственное З.. Под первым понимается объективное разрушение, вред; под вторым - боль, страдание; под третьим - то, что соотносится с понятиями «злая воля», «ответственность», «вина», «грех». Для педагогики существеннейшую важность имеет последнее из значений данной категории. Оставив схоластикам и богословам споры о причинах З. в мире (какова его субстанция и как его допускает Бог), прежде всего стоит обратить особое внимание на сущность З., а также на возможность человека (в частности, педагога и ученика) ему противостоять.
Сущностью З. в его многоразличных проявлениях - насилии, жестокости, убийстве, обмане, воровстве, несправедливости, зависти, равнодушии, неблагодарности и пр. - неизменно выступает разрушение. Злой поступок, злое слово, злой помысел именно разрушительны, поскольку ими рвутся нити взаимоуважительных связей, ослабляется и уничтожается человеческое в человеке, в том числе и в самом человеке, творящем З..
Исходя из такого понимания, оценку З. следует производить на основе двух главных критериев: степени произвольности действий и объективного от них вреда. Есть все основания говорить о возможности любого нравственного субъекта противостоять внешнему давлению и внутренним искушениям. Причём и вынужденное, и оправдываемое окружающими З. не перестаёт быть З.. Равно как остаётся таковым и незамеченное окружающими, и «нечаянное» З..
Справедливо встаёт вопрос о степенях, градациях З. - неспроста в современном обществе за правонарушения различной тяжести предусматриваются различные меры наказания, от порицания и материального взыскания - до лишения свободы или даже жизни. Очевидно, что далеко не тождественны З., совершённое по причине слабости, и З., истоками которого были корысть, подлость, зловредство. Наибольшую негативную значимость имеет неспровоцированное З., носящее предумышленный характер, в особенности, если оно не уравновешивается раскаянием.
Педагогике, претендующей на эпитет «гуманистическая», надлежит стремиться к тому, чтобы у подопечных оказалась выработана способность не только сдерживаться от собственных разрушительных побуждений (агрессии, распущенности), но и противостоять внешним разрушительным воздействиям, в том числе - что нужно особо подчеркнуть - и направленным кем-то другим на третьих лиц ( См. также статьи Добро, Ответственность, Оценка моральная и др.).
[Зло, Злодеяние, Злорадство, Злословие// Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 96 - 100; Лосский Н.О. Бог и мировое зло. - М.: Республика, 1994; Скрипник А.П. Моральное зло в истории этики и культуры. - М.: Политиздат, 1992]
ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО (МОРАЛИ) - одна из древнейших и наиболее фундаментальных нравственных заповедей, свидетельствующая об общечеловеческих путях развития культуры. Уже к середине I тысячелетия до нашей эры в разных частях планеты в том или ином виде можно было обнаружить З.П., наиболее обобщенная формулировка которого имеет следующий вид:
«(не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе».
Объективно З.П. противостояло варварской жестокости, распущенности нравов и родоплеменной ограниченности древнего мира, знаменовало прорыв к персональной ответственности человека за свои поступки (до того, в согласии с так называемым принципом талиона, ответственность за вину индивида несли его сородичи).
Вместе с тем было бы неверным абсолютизировать значение З.П., - так, легковесными следовало бы признать нередко высказываемые и в наше время утверждения, будто на основе одной только этой заповеди могут быть упорядочены все человеческие отношения. Дело в том, что З.П. предполагает некую симметрию, если не сказать идентичность, установок взаимодействующих людей. Но ведь очевидно, что куда как естественней для человеческого общения ситуации несимметричные: родители-дети, продавец-покупатель, руководитель-подчинённый и т. п.. Это одна сторона проблемы. Другая заключена в том, что если мы при помощи данной заповеди ищем способа отрегулировать нравственные взаимоотношения, то как можно игнорировать различия между реальными людьми - честолюбивыми и застенчивыми, работящими и ленивыми, бодряками и нытиками, порядочными и жуликами?!
Наконец в рамках данной заповеди остаётся неясным, как нам надлежит относиться к людям, которые придерживаются негативных социокультурных установок. Вряд ли нас обрадует, если буквально каждый человек - в том числе, например, жулик или наркоман - станет навязывать нам свой стиль отношений. А З.П. как раз от подобных ситуаций и не может общество застраховать. Стало быть, З.П. - необходимая, но не достаточная основа справедливого, достойного мироустройства.
Основой универсального нравственного правила в наши дни должна была бы стать не проекция личностью своего состояния на тех, с кем она общается, но прежде всего отзывчивость и благоволение, причём рассмотренные во всё более расширяющемся контексте взаимоотношений с окружающими жизнями. И сформулировать его можно было бы приблизительно так: «СОВЕРШЕНСТВУЙ СЕБЯ, ЗАБОТЬСЯ О БЛИЗКИХ, СЧИТАЙСЯ С ОСТАЛЬНЫМИ ОКРУЖАЮЩИМИ».
(См. также Достоинство, Категорический императив, Ответственность, Справедливость, Экологический императив)
[Апресян Р.Г. Золотое правило// Этика: новые старые проблемы. М.: Гардарики, 1999. – С.9 – 29; Гусейнов А.А. Золотое правило нравственности. - М.: Мол. гвардия, 1982; Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. - М.: Гардарика, 1998. - С. 24 - 26; Золотое правило //Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 100]
КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ
(от греч. kategorikos = утверждающий, решительный, безусловный, не допускающий возражений, и
лат. imperativus = повелительный) - этический термин, введённый И.Кантом для обозначения безусловного нравственного веления, основанного на объективной необходимости поступка. По логике Канта, К.И. базируется на трёх установках:
- «поступай согласно максиме, которая в то же время может иметь силу всеобщего закона» (максима, по определению Канта, - «это субъективный принцип действия, который сам субъект делает для себя правилом»),
- «поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своём лице, и в лице всякого другого человека так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству»,
- нравственную волю «нельзя назвать ни свободной, ни несвободной», она «безусловно необходима».
Коротко говоря, К.И. предполагает всеобщность, гуманность, необходимость нравственных действий.
Объективно можно утверждать, что К.И. явился этапным пунктом в развитии общечеловеческой морали. Особенно - если сопоставить глубокие этические рассуждения Канта с древним, отчасти наивным Золотым правилом морали (см.). В то же время ригористическая логика мыслителя, академичный стиль изложения, а также относительная независимость этики и педагогики - в известной степени предопределили судьбу этического термина К.И., который и по наши дни безусловен, пожалуй, только для тех, кто более или менее сведущ в вопросах философии, этики, культуры. Тогда как, надо признать, проблемы, привлекавшие внимание великого немецкого философа, отнюдь не упрощаются.
Внутренняя противоречивость нравственной жизни, усложнение и обострение взаимоотношений человека с природой настоятельно требуют новых этических императивов. Одной из попыток современного человечества обозначить своё нравственное место в мире выступает так называемый экологический императив (см.).
[Кант И. Критика практического разума. - СПб.: Наука, 1995; Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. - М.: Гардарика, 1998. - С. 145 - 148; Категорический императив // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 127 - 129; Скрипник А.П. Категорический императив Иммануила Канта. - М.: МГУ, 1978]
ОЦЕНКА МОРАЛЬНАЯ - установление степени соответствия объекта, то есть каких-либо нравственно-значимых событий (чьих-либо поступков) представлениям о Добре и Зле (см.). Если оставить в стороне крайние точки зрения на содержание человеческого поведения - нравственный нигилизм и слепое богопочитание, ведущие первый к циничному, а второе к фаталистическому отказу от моральных суждений о делах земных, - то следует констатировать, что в ходе О.М. происходит привычное для человека сличение оцениваемого объекта с другими объектами, с образцами или с оценочной шкалой.
О.М. - не просто способ репрезентации объекта во внутреннем мире оценивающего субъекта, она выполняет две важнейшие функции: мировоззренческую и регулятивную. Особую важность О.М. имеет в сфере педагогики. Ведь педагоги по своей социальной миссии вынуждены постоянно отступать от евангельского «не суди» (Мф. 7:1), поскольку им приходится не просто корректировать поведение своих подопечных, но и научать их самокоррекции. Педагогика была бы просто немыслима без О.М..
К обычной для всех времён проблеме - неполноте информации об оцениваемом объекте - в отечественной педагогике наших дней добавляется новая трудность: «рыхлость» идеологических ориентиров, которые помогали бы связать воедино нравственно-оценочные представления о добре и зле. Те драматичные процессы обновления, которые переживает современная Россия, и которые сопряжены с усилиями по самоосмыслению, не привели ещё к формированию целостной модели социально-приемлемой и личностно-привлекательной модели личности россиянина.
При всей своей казённости и умозрительности, «моральный кодекс строителя коммунизма» из недавнего российского прошлого обладал рядом несомненных достоинств. Главное - он выдвигал набор позитивных нравственно-психологических ориентиров общечеловеческого содержания, приспособленных к особенностям конкретной социальной системы. Сегодняшние педагоги фактически оказались в идеологическом безвоздушном пространстве: вместо годами отлаживаемого единого центростремительного вектора коммунистического воспитания возникла разноголосица педагогических систем, где на роль объединяющего принципа претендуют, в частности, гуманистический, ненасилия, культуротворческий и прочие.
В то же время никакие социальные и экономические катаклизмы не в силах отменить действенность общечеловеческих нравственных ориентиров. Так, неизменно почитаются доброжелательность, обязательность, честность, скромность, трудолюбие, мужество. Столь же неизменно осуждаются злоба, жестокость, завистливость, жадность, лживость, трусость, коварство. Вот почему не утрачивают своей уникальной обобщающей дидактической силы гениальные строчки стихотворения «Что такое хорошо и что такое плохо?» В.Маяковского.
Общеизвестно, как часто дети путают требовательность, строгость - со злом. Это не удивительно - живое, обострённое восприятие ситуации, в которую дети погружены, мешает им увидеть и осмыслить контекст событий, их предысторию, временные и социальные перспективы. Для педагога такая близорукость была бы непростительной. От него требуется умение анализировать и обобщать события.
Для адекватной О.М. должны быть учтены одновременно несколько существенных факторов:
- мотивация субъекта («автора события»);
- его цели;
- контекст ситуации;
- средства, избранные для достижения цели;
- старания субъекта;
- объективный результат;
- отношение субъекта к этому результату.
Очевидно, о наиболее полном выражении добра в оцениваемом событии (а стало быть, и о наиболее высокой О.М. действий, это событие определяющих) можно вести речь в том случае, когда имеет место сочетание свободного и доброго волеизъявления, стараний, нравственно оправданных средств и, наконец, достигнутого положительного результата, который не становится для автора поступка предметом самовосхваления.
(См. также Добро, Зло).
[Оценка (моральная) // Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 241- 242; Попов Л.А. Этика. М.: Центр, 1998. - С. 92 - 94; Шрейдер Ю.А. Этика. - М.: Текст, 1998. - С. 35 - 43]
СПРАВЕДЛИВОСТЬ - этическая категория, обозначающая 1) способ организации отношений в общности, при котором оптимально взаимоувязаны интересы всех субъектов; 2) характеристику субъекта, свидетельствующую о его умении действовать объективно, непредвзято, тем самым способствуя установлению справедливых отношений в общности. Ключевое значение для политологии, правоведения, этики, педагогики имеет анализ С. в первом значении.
Можно сказать, что проблема С./несправедливости возникает из-за того, что субъекты взаимодействуют в пространстве ограниченных возможностей и пересекающихся интересов. А значит, все попытки установить нравственный порядок во взаимоотношениях упираются в интересы и возможности субъектов. Древнейший и примитивнейший способ достижения С. - уравнивающий. Однако чем далее развиваются человек и человечество, тем менее удовлетворяет их эта процедура. Ведь это только кажется, что люди рождаются равными, потом обнаруживается, что они обладают не равными запросами, не равносильны и, что ещё важнее с точки зрения этики, не равностарательны. Потому обозначается ещё один путь к С. - воздающий: «Трудящийся достоин пропитания» (Мф. 10:10 ), (Qui non laborat, non manducet), «Кто не работает, тот да не ест».
Необычайной привлекательностью обладает социалистическая формула С.: «Каждый - по способностям, каждому - по труду» (это в первой, социалистической фазе общественного устройства), «Каждый - по способностям, каждому - по потребностям» (это - во второй, коммунистической фазе). Тем не менее практика показала, насколько велика дистанция от красивой формулы до реальной С.. В числе прочих препятствий на пути С. встали многие проблемы - от оценки разных видов труда и до определения разумных, научно обоснованных потребностей.
Ещё более запутывают дело неодинаковые способности и неравенство «стартовых позиций» разных субъектов. Два наиболее обобщенных подхода по данному вопросу можно выразить принципами: 1) «пусть неудачник плачет» и 2) «положение обязывает». Ярким выразителем первого подхода был Ф. Ницше. Нравственную необходимость второго отстаивал А.Швейцер, выдвинув формулу: «более счастливые в долгу перед менее счастливыми пропорционально различию положений». Зная цену советского варианта гуманизма, провозглашавшего на словах «всё во имя человека!», мы должны констатировать ещё возможность третьего, промежуточного варианта, при котором лозунги о С. и реальные социальные отношения оказываются как бы в разных измерениях.
Идеальная, абсолютная С. недостижима, но для людей - существ не всесильных и обладающих не безграничными способностями ценностного различения - абсолютная С. и не нужна. При наличии доброй воли важно, чтобы были упорядочены лишь наиболее существенные из граней взаимоотношений. В этом случае неравенство вовсе не выступает помехой С., - напротив, отдельные неравенства вполне могут компенсировать, взаимно уравновесить друг друга.
Предельно обобщая, можно сказать: С. - это нравственно-ценностное равновесие во взаимоотношениях между субъектами, характеризующееся соответствием того, что каждый из них может и берётся делать, на что претендует и что получает.
С. - это равновесие динамическое, которое трудно найти и установить, но ещё труднее восстанавливать, когда оно утрачено. С. - не то, что можно единожды добыть, или установить раз и навсегда. Она создаётся и воссоздаётся постоянными и взаимными усилиями.
С. нельзя установить на фундаменте зависти, мелочности, злобы. (Бесчисленные подтверждения начинаются с библейского Каина). Прочная, достойная связь между людьми может быть создана лишь на основе взаимного уважения и требовательности, самоконтроля и великодушия ( см.).
С. - проблема многоаспектная, в том числе социально-политическая и психолого-педагогическая. Фактическое неравенство во взаимоотношениях между разными субъектами может иметь различные причины и вызывать у них различные реакции. В задачи педагогики входит расширение у детей сочувственного кругозора, избавление их от мелочности, завистливости, воспитание личного достоинства и готовности считаться с достоинством других людей. Эти качества обеспечивают С. как характеристику личности и способствуют утверждению С. как стиля взаимоотношений в обществе.
[Бербешкина З.А. Проблема справедливости в марксистско-ленинской этике. - М.: В. шк., 1974; Давидович В.Е, Социальная справедливость: идеал и принцип деятельности. - М.: Политиздат, 1989; Лившиц Ю.М., Соотла Г. Парадокс справедливости. - Таллинн, 1989; Мальцев Г.В. Буржуазный эгалитаризм. - М.: Мысль, 1984; Ролз Дж. Теория справедливости. - Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1995; Справедливость// Словарь по этике. - М.: Политиздат, 1989. - С. 333 - 335; Spiegelberg H. Albert Schweitzer’s «Other Thought»: Fortune obligates// Протоколы XV Всемирного Конгресса по философии. 17 - 22. 09. 1973 года. Варна (Болгария).- София, 1974. - P. 529 - 534]
ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ - таким термином, по аналогии с Категорическим императивом И.Канта (см.), предложено (Н.Н.Моисеевым, 1986) обозначать всеобщеобязательную моральную установку человека по отношению к природе.
Объективная нужда в такой установке на протяжении последних десятилетий всё более отчётливо осознаётся в мировой, и особенно европейской, культуре - по мере того, как с середины XX века начинают лавинообразно нарастать проблемы в согласовании человеческой деятельности и природы. Соответственно, внимание философской и моральной рефлексии всё более занимают проблемы экологии. Экология в сложившемся словоупотреблении означает не что иное как согласованность во взаимоотношениях человека (вида) с природой. И хотя, строго говоря, следовало бы вести речь о согласованности в отношениях с природой на трёх уровнях - с природой как миром в целом, с окружающей человека живой природой Земли (так называемыми флорой и фауной) и, наконец, с собственной природой человека, - преимущественное внимание получил второй из названных уровней проблем, видимо, в силу особой остроты нарастающих рассогласований.
Вместе с тем было бы неверно полагать, будто к выработке Э.и., как новому этапу в самоосмыслении человеком своего места в мире, вело исключительно ощущение близости экологической катастрофы. В качестве прямых предтеч Э.и. следует назвать целый ряд отечественных и зарубежных мыслителей - В.И.Вернадского, Н.Г.Холодного, М.М.Пришвина, А.Швейцера, Я.Тинбергена, представителей Римского клуба.
Э.и., подобно Золотому правилу морали и Категорическому императиву, - ценностный ориентир, при помощи которого человек пытается выстроить свои отношения к себе, обществу, миру. И поскольку отношения приходится выстраивать не только с близкими, симпатичными, не только с единомышленниками и соратниками, то очень важно обозначить вектор позитивный и в то же время реальный, а не утопический. Так, в частности, представляется, что призывы строить отношения с миром на любви конструктивны не более, чем любая иная благородная утопия. Реальную связь с миром осуществляют реальные люди, и им нужно руководствоваться реально выполнимыми принципами, сообразно обстоятельствам и соразмерно возможностям. А значит, можно говорить об отношениях к миру, основанных на осмысленности, уважительности, ответственности.
В целом Э.и. может быть сформулирован следующим образом:
- Поступай так, как на твоём месте должно было бы поступить любое другое разумное моральное существо (Не причиняй напрасного вреда природе);
- В отношениях к кому бы то ни было, даже к безответным и неблагодарным объектам, никогда не ограничивайся прагматическим подходом, помни, что всякая жизнь самоценна и развивается по собственным внутренним закономерностям (Соизмеряй свои потребности с тем ущербом, который ты причиняешь природе, удовлетворяя их);
- Именно человеку во взаимоотношениях с природой принадлежит роль свободного и ответственного субъекта (Оказывай природе посильную помощь).
[Моисеев Н.Н. Экологический императив // Коммунист. - 1986, № 12. - С. 110 - 120; Игнатовская Н.Б. Отношение к животным как проблема нравственности // Этическая мысль: научно-публицистические чтения. - М.: Политиздат, 1988. - С. 220 - 237; Холодный Н.Г. Мысли дарвиниста о природе и человеке. - Ереван: АН Арм. ССР, 1944; Швейцер А Благоговение перед жизнью. - М.: Прогресс, 1992. - С. 216 - 237]
Стр: СОДЕРЖАНИЕ
2….Лекция 1. Предмет этики. Сущность и функции морали
10….Лекция 2. Справедливость как нравственная ценность
21… Лекция 3. Нравственная ответственность
30… Лекция 4. Уважение как социокультурная ценность
36… Лекция 5. Зависть как нравственная проблема
46… Лекция 6. Вера: нравственный потенциал и нравственная проблема
53… Лекция 7. Нравственная оценка
64… Лекция 8. Нравственное долженствование
83… Лекция 9. Нравственная воля: попытка этического анализа
95… Лекция 10. Мера как этическая категория
106… Лекция 11. Нравственные конфликты
126… Лекция 12. Бескорыстие как нравственная ценность
133… Лекция 13. Духовность
145… Лекция 14. Счастье как жизненная и нравственная ценность.
161…Лекция заключающая…Ещё несколько слов о Великих загадках нравственности
168…Краткий словарь этических терминов
1 Об этом, напр.: Кавелин И. Истоки русского пессимизма // «Вестник новой литературы». – 1992, №4, С.292.
2 Лао-цзы утверждал: «Кто поднялся на цыпочки, не может [долго] стоять. Кто делает большие шаги, не может [долго] идти» (4).
3 Подтверждением этому могут служить бесчисленные сюжеты из научно-фантастических произведений, где разворачивается логика взаимоотношений вполне созвучная логике земной нравственности
4 Кстати, про Фридриха Великого рассказывают, что однажды его кучер не справился с управлением и не просто опрокинул карету, но и вывалил короля в грязь. И при этом заявил: «Разве и у Вас не бывает ошибок!» О дальнейшей судьбе кучера история умалчивает.
5 Пожалуй, не мешало бы воспользоваться аналогией с простеньким, но надёжным мнемоническим приёмом, который служит для запоминания последовательности цветов видимого спектра (Красный Оранжевый Жёлтый Зелёный Голубой Синий Фиолетовый.)
~ Каждый Охотник Желает Знать, Где Сидят Фазаны. Для запоминания семи параметров нравственной оценки (Мотив Цель Контекст Инструмент Старания Результат Отношение) осмелюсь предложить такую фразу:
~ Мужчина Ценит Красоту Изменяя Свободе Ради Обеда.
6 Показательно, что слово инерция (от лат. inertia - неподвижность, бездеятельность) в «Словаре иностранных слов» лишь вторым значением имеет «бездеятельность, отсутствие активности, инициативы, предприимчивости», а первое формулируется как «свойство тела сохранять своё состояние покоя или прямолинейного равномерного движения, пока какая-либо внешняя сила не выведет его из этого состояния» (22).
7 Ставят ей, скажем, экспериментаторы на пути к кормушке препятствие, и она привыкает перепрыгивать через него. Но когда препятствие убирают, зверёк упорно продолжает в привычном месте делать ставшие бессмысленными прыжки - (29).
8 «Faint heart never won fair lady».
9 По непонятному стечению обстоятельств в Энциклопедическом, трёхтомном словаре «Христианство» (22) нет слова «блуд».
10 Кстати, эта тема кем-то была удачно обыграна: «Дорогие бывшие муж и жена, объявляю ваш брак расторгнутым, торжественно поздравляю вас с этим радостным событием. А теперь примите поздравления от родных и близких»…
11 Даже у аскетов за отказом от удовольствий, комфорта можно видеть ценностное устремление – волю, независимость, а если это верующий аскет, то – Божество.
12 Античный грек, уехавший на заработки в Малую Азию, мог прислать заботливое письмо своей супруге: «Дорогая, как себя чувствуешь? Как сынок? Ты уже разрешилась от бремени? Если родила мальчика, оставь. Если девочку – выбрось». И это надо было понимать буквально. Новорождённого ребёнка могли вынести и положить на задворки. Если соседям понадобится раб, наложница – его подберут и выкормят. Пример подобного письма приводит Лидия Винничук в книге «Люди, обычаи и нравы Древней Греции и Древнего Рима» (2). Об аналогичном – бестрепетно прагматичном – отношении к старикам и детям на Востоке ярко поведано в гениальном фильме А.Куросавы «Легенда о Нараяме».