Вопрос 46. Коммутационный метод

Разработка коммутационного метода

В первой половине XX века глоссематиками разрабатывается метод коммутации (Л.Ельмслев, Э.Фишер-Йёргенсен, М.Клостер Енсен), позволяющий устанавливать на основе взаимоподставимости с соответствующим изменением в плане содержания (или, наоборот, в плане выражения) единицы-инварианты и отличать их от вариантов, находящихся в отношениях субституции (некоммутируемости). Коммутация понимается как такое парадигматическое отношение, при котором единицы плана выражения находятся в таком же соответствии, как и единицы плана содержания этих же знаков. Этот метод близок к оппозиционному анализу пражцев (принцип минимальных пар). Признаётся возможным коммутационный тест на всех уровнях анализа. Проводится различение коммутируемости знаков и коммутируемости фигур (элементов плана выражения и, соответственно, элементов плана содержания). Отмечается, что синкретизм есть следствие некомммутируемости двух инвариантов в определённых позициях; понятие синкретизма отличается от используемого пражцами понятия нейтрализации за счёт отказа от учёта общих признаков у противопоставляемых элементов.

Содержание и использование коммутационного метода

Между формой выражения и формой содержания имеется определённая связь. Она определяется как-раз-таки принципом коммутации, который можно сформулировать следующим образом: если различие в плане содержания соответствует какому-либо различию в плане выражения, то оно существенно для данного языка; с другой стороны, если различие в плане выражения соответствует какому-то различию в плане содержания, то оно также существенно для данного языка.

Вообще говоря, в плане выражения могут существовать различия, не связанные ни с какими различиями в плане содержания. Так, в русском языке существует несколько вариантов фонемы [е], ср. уже приводившийся пример семь, сел, шесть, шест. Они не могут рассматриваться как самостоятельные фонемы, потому что не коммутируют ни с какими различиями в плане содержания. С другой стороны, в плане содержания могут наблюдаться различия, не связанные ни с какими различиями в плане выражения. В финском, венгерском и китайском языках одно и то же слово значит и «он» и «она» (фин. han, венгер. o, кит. tha); это различие в плане содержания никак выражается и, следовательно, не является существенным, в отличие от таких, например, языков, как русский, английский, немецкий, французский, где оно коммутирует с различиями в плане выражения, ср. он и она, he и she, il и elle, er и sie. Аналогичным образом различие между мыть и стирать, существенное в русском языке, несущественно в английском, где одна неделимая единица – глагол to wash – соответствует двум разным единицам русского языка.

Различия в одном плане, не коммутирующие с различиями в другом плане, образуют варианты одной и той же единицы (ср. варианты фонемы |е| в русском языке). Варианты находятся в отношении субституции друг к другу и сохраняют некоторый инвариант при всех возможных изменениях. Инварианты выражения Л. Ельмслев называет кенемами, а инварианты плана содержания – плеремами.

Язык – это система инвариантов. Следовательно, в язык в собственном смысле слова входит только форма выражения, изучаемая кенематикой, форма содержания, изучаемая плерематикой. Субстанция выражения; и субстанция содержания не входят в язык. Они являются предметом фонетики и семантики соответственно; последние не являются частями глоссематики, но выступают по отношению к ней в качестве вспомогательных дисциплин.

Задача глоссематики состоит в том, чтобы дать анализ объекта. Непосредственным объектом, к которому прилагается аппарат глоссематики, является текст; из него в результате анализа извлекается система. Предварительным этапом анализа является катализ текста, под которым понимается дополнение усеченных или как-то поврежденных фраз до их нормальной формы. Так, русская фраза «Мы тут обменялись и не сочли», не может стать объектом анализа до тех пор, пока в ней не будут восстановлены недостающие зависимые элементы: Мы тут обменялись мнениями и не сочли это нужным. На первом этапе анализа текста линия выражения отделяется от линии содержания, а на последующих этапах каждая из этих линий членится на всё более мелкие части. Членение производится с учётом границ между знаками (абзацами, сложными предложениями, простыми предложениями и т. д.) до тех пор, пока мы не дойдем до означающих и означаемых, соответствующих кратчайшим знакам – морфемам (точнее, морфам). Означающие и означаемые, соответствующие морфемам, членятся на элементарные единицы плана выражения и плана содержания (см. ниже), которые не являются уже означающими или означаемыми и, следовательно, не представляют собой знаков. Переход от знаков к не знакам знаменует переход от текста к системе.

Каждый раз, когда в ходе анализа проводится то или иное деление, устанавливается характер зависимости или функции между выделяемыми частями, независимо от того, являются ли они единицами текста или элементами системы.

Рассматриваются три общих типа глоссематических функций, под которые подводятся отношения между любыми единицами плана выражения и плана содержания и в тексте, и в системе:

1) Двусторонняя зависимость, или интердепенденция, имеющая место между двумя элементами, не существующими один без другого. Таково отношение между гласными и согласными, существительными и глаголами (в системе); между подлежащим и сказуемым, морфемой падежа и морфемой числа в латинских или русских существительных (в тексте).

2) Односторонняя зависимость, или детерминация, имеющая место между двумя элементами, один из которых предполагает другой. Таково отношение между любым косвенным падежом, например, дательным и именительным: если в системе есть дательный, в ней обязательно должен быть и именительный; обратное неверно. Примером детерминации в тексте являются некоторые случаи управления (так, предлоги для, возле, у предполагают родительный падеж, но обратное неверно); отношение между суффиксом и основой в производном слове (суффикс предполагает основу, но не наоборот); отношение между согласным и гласным в слоге (согласный предполагает гласный, но не наоборот).

3) Свободная зависимость, или констелляция, имеющая место между двумя элементами, каждый из которых может существовать без другого. Таковы отношения между категорией лица и рода русского глагола в системе (в настоящем времени выражается лицо и не выражается род, а в прошедшем времени выражается род и не выражается лицо). Примером констелляции в тексте являются отношения между латинским предлогом ab и аблативом или русским предлогом в и винительным падежом: предлоги ab и в управляют и другими падежами, а аблатив и винительный падеж управляются и другими предлогами.

Положения, касающиеся плана выражения и плана содержания, включая принцип коммутационной проверки и понятие вариантов и инвариантов, выводимы непосредственно из учения Ф. де Соссюра о языке и речи, языковом знаке и значимости. В отличие от этого, учение о трёх типах глоссематических функций является гораздо более оригинальным, и хотя в наше время мало кто пользуется именно этими функциями, Л.Ельмслеву всё же принадлежит та несомненная идейная заслуга, что он практически первым из лингвистов сделал сознательную попытку найти понятия, достаточно общие для того, чтобы с их помощью можно было описывать отношения между любыми языковыми единицами любых уровней в тексте (фонемами в составе слога, морфемами в составе слова, словами в составе предложения) и в системе (элементами в составе класса, классом и элементом, классами в составе объемлющего множества).

(создан на базе реферата Смолькова Д.)