Общественное вещание стран Северной Европы

Четвертая Общеевропейская конференция министров, посвященная политике в области СМИ (Прага, 1994 г.), свою основную резолюцию посвятила будущему общественного вещания. Широко известный отчет комиссии Ш.МакБрайда, подготовленный для ЮНЕСКО, подчеркивал, что большинство западноевропейских стран имели сходные устойчивые модели национального вещания – с монополией общественных вещателей. Противоположностью этой модели выступала телевизионная система США, основанная на принципе не ограниченного государством свободного предпринимательства.

Наиболее общее теоретическое обоснование социальной и просветительской роли, приданной общественному телевидению, скорее всего, можно найти в работах Ю.Хабермаса, который напрямую связывал практику средств массовой информации с осуществлением демократии в капиталистическом (рыночном) обществе. По его мнению, пресса ранних буржуазных государств служила форумом для общественных дискуссий, политических дебатов – своеобразной «общественной сферой», в которой и осуществлялась реальная демократия. По мере коммерциализации печати в процессе развития капиталистического общества она все меньше отвечала идеалам демократии, поэтому с появлением массовых СМИ – радио и телевидения – реализация демократического процесса получает новые возможности.

Общественное вещание европейских стран опирается, как уже отмечалось выше в первую очередь на практику британского общественного вещателя – Би-Би-Си. Согласно документам, подготовленным исследовательским отделом Би-Би-Си, важнейшими принципами ее деятельности могут быть названы: универсальный (географический) доступ; программная политика, сочетающая удовлетворение общих интересов с вниманием к интересам меньшинств; развитие национального самосознания; отстраненность от откровенных политических интересов; приемлемый для всех размер лицензионной платы.

Аудиовизуальная сфера была закрыта для частного капитала. Например, в Швеции появление рекламы на радио еще в 1920-х гг. считалось «дурным вкусом», поскольку распространение культуры и просвещения новым средством информации не могло находится под влиянием продавцов товаров и услуг.

Норвегия, страна, где телевидение возникло одним из последних на европейском континенте, была, вероятно, наиболее близка к введению рекламы в программы национального общественного вещателя – НРК. Норвежская промышленность, влияние которой на развитие телевидения традиционно оставалось значительным, в 1968 г. практически добилась разрешения рекламы на ТВ.

Для скандинавских вещательных корпораций обязательными условиями представали общественная/государственная собственность плюс финансирование за счет лицензионной платы и/или специальных налогов.

Принципы деятельности и ценности программной политики северных радио- и, телекомпаний в значительной мере совпадали с практикой британского вещания. К ним относятся:

• разнообразие программ для всех слоев и групп населения;

• значительная часть программ собственного производства;

• поощрение и преимущественное использование в программах произведений национальных мастеров искусств (писателей, режиссеров, композиторов);

• независимость от государства, политических партий, экономических сил;

• возможность универсального и технически простого доступа к программам всего населения.

Многолетняя практика сферы общественного вещания позволяет выделить некоторые общие черты, характерные именно для стран Северной Европы. Это:

• доминирование национальных, главным образом документальных программ, при этом большая часть нехудожественной аудиовизуальной продукции производится самими общественными вещательными компаниями. Так, в Швеции и Финляндии объем собственных нехудожественных программ достигает в настоящее время 3600 часов в год. Доля собственных программ на телеканалах общественных вещательных компаний северных стран практически одинакова – 55–60%% при одновременно невысоком для малых стран проценте иностранных программ;

• преобладание национальных каналов: отечественные фильмы и телевизионные программы поступают к зрителям через общенациональные каналы государственных общественных вещательных компаний;

• замкнутость национальных рынков телепрограмм: телепрограммы разных жанров, производимые в северных странах, редко экспортируются в другие страны, что усиливает их национальное своеобразие.

Самым «слабым» местом в программной политике ТВ стран Северной Европы остаются художественные и развлекательные программы. Фильмы, национальная драма, сериалы традиционно выступают важнейшей составной частью программной политики северных телекомпаний. Однако в сегодняшней конкуренции с коммерческими и спутниковыми телеканалами именно они стали их «ахиллесовой пятой». Менее трети художественных программ, транслируемых каналами общественного вещания, – собственного производства. Причина, объясняющая это обстоятельство, очевидна: стоимость производства художественных телепрограмм, сериалов, национальной драмы настолько высока, что небольшим странам ее трудно осилить.

С начала 1980-х годов «наступление» на финансируемое и контролируемое обществом телевидение началось практически во всех странах Западной Европы, где оно существовало. Среди отличительных особенностей такой трансформации можно выделить:

• внедрение новых форм финансирования в сферу общественного вещания (разрешение на привлечение спонсоров для создания телепередач, появление рекламы в некоторых программах, отчисление коммерческими телеканалами части своих прибылей от рекламы в бюджет государственного ТВ);

• изменение, снижение основных стандартов программной политики общественного вещания в результате нарастающей конкуренции с коммерческими и спутниковыми телеканалами, строящими свою деятельность на двух программных «китах» – новостях и развлечениях;

• потеря каналами общественного вещания значительной части своих зрителей в связи с переходом их к новым каналам.

Ключевым и показательным событием со многих точек зрения, несмотря на свой национальный характер, стал «случай Паасилинна» (Финляндия, 1993 г.). В действительности же речь идет не о простой смене генерального директора финской вещательной корпорации, а о цепочке событий, связанных с изменением финансово-правового статуса общественной телерадиокомпании Юлейсрадио (Юле) и характера ее отношений с компанией коммерческого телевидения «Майнос-ТВ» (МТБ).

Лишь два крупных «медиаинститута» на протяжении послевоенных десятилетий доминируют в системе финских средств массовой информации – общественная вещательная компания Юлейсрадио и частный концерн «Санома». По мере укрепления монопольного положения «Санома» в финских СМИ Юлейсрадио теряло свои позиции. Привлечение части зрителей коммерческим телевидением МТБ имело и позитивный для Юлейсрадио смысл: как отмечалось, часть доходов МТБ, получаемых от трансляции рекламы, шла на выплаты Юлейсрадио за право вещать по ее лицензии.

«Развод» финского общественного и коммерческого телевидения состоялся 1 января 1993 года, когда МТБ начало вещание по собственному общенациональному телеканалу. Изначально МТВ была организована как акционерное общество, в котором важную роль традиционно играл промышленный и банковский капитал. С середины 1980-х годов, когда МТВ начала планировать создание собственного канала, ее акции стали активно раскупаться финскими газетными компаниями.

Развлекательные программы МТВ традиционно привлекали большое число зрителей, однако информационные передачи Юлейсрадио сохраняли более высокие рейтинги по сравнению с аналогичными программами МТВ. В 1993 г. ситуация сразу же изменилась.

Финский парламент пока еще продолжает сдерживать рост объема рекламы на коммерческом телевидении, несмотря на упорные попытки МТВ добиться некоторых смягчений. Для МТБ сохраняются ограничения общего количества рекламного времени, которое не должно превышать более 15% общего времени вещания. К числу других ограничений относится запрет на рекламу алкоголя и табака.

В связи с перестройкой системы телеканалов возникла также идея нового закона о телевидении. Согласно прежнему закону, общественные обязанности Юлейсрадио, административная структура и основы финансовой деятельности компании должны быть определены в лицензии на вещание. Однако в этом же законе оговаривалось, что руководящие органы общественной вещательной компании формируются на основе соотношения партийных фракций финского парламента. В этом на деле и заключалась специфика финского понимания общественного вещания, отражавшая господствовавшие в обществе представления о гражданском обществе. И общество, и его телевидение воспринимались как институты партийные, причем представительство партийных сил на ТВ должно отражать популярность политических партий в обществе и их представительство в парламенте.

В более широком контексте обновление законодательства, регулирующего аудиовизуальную сферу, рассматривал обнародованный в начале 1993 года доклад эксперта и председателя правления Юлейсрадио С.Ниемиля, названный «Общественное вещание в средствах массовой информации в 1990-х гг.». Наряду с обновлением экономико-административных основ деятельности компании, автор предлагал разработать ряд документов, ограничивающих концентрацию в сфере СМИ. Основная идея документа – разделение, в том числе и законодательное, общественного и коммерческого ТВ. Общественное ТВ должно финансироваться не только за счет платы по лицензиям, которая должна оставаться невысокой. Финансирование общественного вещания необходимо осуществлять главным образом за счет налога от рекламы, взимаемого с коммерческих электронных СМИ.

Несмотря на явные недоработки, закон был сразу принят парламентом. На основании этого же закона были обновлены руководящие органы Юлейсрадио.

«Новая эра» началась для финского общественного ТВ 1 января 1994 г., когда в силу вступил новый закон о национальной общественной вещательной корпорации Юлейсрадио. Закон отменил практику продления лицензии Юлейсрадио – теперь статус корпорации гарантируется государством. Изменилась также структура собственности Юлейсрадио: после вступления закона в силу доля государства сократилась с 99,98% до 70%. Закон отменил необходимость формировать руководство Юлейсрадио на основе партийного принципа: прежде члены исполнительного совета выбирались от всех политических партий в соответствии с уровнем их представительства в парламенте на 4 года.

Прошло немногим более 10 лет с того момента, когда в Финляндии в 1986 г. была создана техническая база и вещательная сеть для «Третьего канала», специально предназначенного для коммерческого ТВ.

Возникновение телевидения в Норвегии принято связывать с 1958 годом после того, как 25 июня 1957 года Стортингом был утвержден план по развитию телевещания в Норвегии. Планом было предусмотрено строительство телестанций в наиболее густонаселенных районах страны в течение 12-и лет.

Строительство центрального здания телекомпании в Осло было завершено весной 1969 года (архитекторы Нильс Холтер и Ян Баук). В 1977 году большая часть территории страны была покрыта сетью передающих станций.

На протяжении многих лет корпорация NRK доминировала в истории наземного телевещания Норвегии. До 1988 года корпорация находилась в собственности государства, но сохраняла независимость в вопросах, касающихся содержания программ. В 1988 году ситуация изменилась, и компания была передана в общественное управление.