2.3.4. Реакции, обусловленные сексуальным влечением. Ведущая роль в формировании этих реакций принадлежит повышенному, но в то же время недостаточно дифференциро­ванному половому влечению.

Пробуждение полового влечения возможно даже у детей дошкольного возраста. Оно проявляется в выборе игр и игру­шек, в обостренном половом любопытстве, ранней мастурба­ции, сексуально окрашенном поведении в присутствии взрос­лых. У детей более старшего возраста раннее половое влечение может проявляться самообнажением и подглядыва­нием за обнаженными, повышенным интересом к актам дефе­кации и уринации, совместным онанизмом и т. п.

Для подросткового возраста характерны сексуальные фан­тазии, сопровождающиеся мастурбацией, рассуждения на те­мы секса, увлечение литературой, в которой описываются эротические сцены, и кинофильмами «про любовь». Стано­вятся более выраженными проявления сексуальной активно­сти — ранние половые связи, петтинг, промискуитет, эксгиби­ционистские игры, гомо- и гетеросексуальные контакты, которые носят обычно транзиторный характер (А. Е. Личко, 1983; Д. Н. Исаев, В. Е. Каган, 1986).

Следует иметь в виду, что в этом возрасте у детей половое возбуждение, в отличие от взрослых, может вызываться таки­ми, казалось бы, неадекватными раздражителями, как мы­шечное напряжение, езда в транспорте, внезапное ощущение боли, страх. Неоднократное повторение подобных сочетаний способствует образованию условно-рефлекторных связей и, как следствие, сексуальных девиаций.

В ряде случаев, особенно при неправильном половом вос­питании, сексуальные переживания и половая активность подростков становятся настолько интенсивными, что погло­щают все остальные интересы и служат одной из причин на­рушений поведения.

Ситуационно-личностные реакции подобного рода в подростковом возрасте могут возникать в ответ на причи­ны, внешне, казалось бы, не имеющие сексуальной окраски, но тем не менее тесно связанные с периодом полового со­зревания.

Нередко позднее появление вторичных половых призна­ков или, наоборот, слишком раннее половое созревание вызы­вают чувство тревоги, напряженности, что делает подростков крайне раздражительными, замкнутыми, усиливает склон­ность к депрессивным реакциям и необдуманным поступкам.

Случаи из практики. Дима Т., 15 лет, решив, что его поло­вые органы меньше, чем у сверстников, совершил попытку суицида.

Толя Л., 14 лет, перестал посещать школу, конфликтовал с родителями, порезал себе вены на предплечье. В беседе с врачом признался, что «занимается онанизмом и поэтому никогда уже не будет мужчиной».

Рациональная психотерапия и в первом, и во втором слу­чае привела к стойкой нормализации поведения.

Дуализм во взглядах на проблемы любви и секса в сочета­нии с возникающей гиперсексуальностью способствует тому, что подростки рано вступают в половые связи, не испытывая подчас к своему партнеру никакого чувства, кроме полового любопытства. Нередко же объект эротических переживаний вызывает у полового партнера чувство раздражения, злобы, неудовлетворенности, а в последующем служит предметом уличных насмешек и издевательств, так как не совпадает в его сознании с объектом «чистой, настоящей любви». У мальчи­ков подобного рода реакции встречаются чаще, чем у девочек, и нередко сопровождаются агрессивностью, жестокостью, правонарушениями.

Реакции, обусловленные формированием самосознания. Важным этапом развития психики, который приходится на подростковый возраст, является осознание своей индивиду­альности, становление устойчивого образа собственного «я», т. е. формирование самосознания.

Л. С. Выготский (1960) подчеркивал, что формирование самосознания «составляет квинтэссенцию и главный итог пе­реходного возраста».

С ростом самостоятельности подростку все больше необ­ходима информация о самом себе. Поэтому раньше или позже у каждого из них возникают вопросы: «что я?», «кто я?». Во­просы эти в первую очередь они адресуют своему внешнему облику и внутреннему миру. Осознание своей особенности, несхожести с другими небезразлично для любого подростка, но нередко в условиях психотравмирующей ситуации внима­ние на этих вопросах заостряется, а поиски ответа сопровож­даются эмоциональным напряжением, чувством растерянно­сти, тревогой и нарушением поведения.

2.3.5. Реакции, связанные с повышенным вниманием к своей внешности (дисморфореакции). Подростков рано начинают волновать особенности внешности и физического развития. Они болезненно относятся к любым отклонениям от «нормы», тем более что за эталон принимаются кинозвез­ды, выдающиеся спортсмены и т. п. Сравнивая себя с ними, подростки находят «недостатки» в своей внешности, а это, в свою очередь, вызывает чувство беспокойства, неуверенно­сти в себе, доходящее иногда до навязчивого страха (дисмор-фофобия) или сверхценной идеи физического недостатка (дисморфомания). Но чаще всего (в 80 % случаев) дело огра­ничивается ситуационно-личностными реакциями, носящи­ми преходящий характер.

У мальчиков обычно вызывают беспокойство невысокий рост, слаборазвитая мускулатура, отсутствие волос на теле, недостаточные, по их мнению, размеры половых органов.

Для девочек источником тревоги чаще бывают излишняя полнота, высокий рост, «неправильные» черты лица, угрева­тость кожи, оволосение отдельных участков тела.

Эти «дисморфические» переживания характерны для того периода развития, когда физическое «несовершенство» под­ростков наиболее заметно, если сравнивать их со взрослыми. Они становятся неуклюжими, конечности непропорциональ­но удлиняются, черты лица заостряются. У некоторых подро­стков в начальной стадии полового созревания образуются жировые накопления. У мальчиков заметно увеличиваются грудные железы по женскому типу. У девочек, наоборот, уси­ливаются признаки маскулинности, голос грубеет, движения становятся быстрыми и угловатыми.

Объективные признаки «физического несовершенства», наряду с завышенными претензиями к своей внешности, де­лают подростков особенно чувствительными к насмешкам, прозвищам или нетактичным замечаниям.

В поисках «эталонности» своей внешности подростки мо­гут часами стоять у зеркала, нерационально много времени уделять нарядам. Для них становится особенно важным, ка­кое впечатление они производят на окружающих. Это гипер­трофированное чувство, в свою очередь, сопровождается эго­центризмом, экзальтацией, развязностью или, наоборот, чрезмерной застенчивостью, интровертированностью, что сказывается на характере поведения.

Подростки с нечистой («угреватой») кожей избегают ком­паний, особенно если там есть сверстники противоположного пола. Считающие себя чрезмерно полными (или худыми) стесняются ходить на пляжи, избегают занятий физкульту­рой или, наоборот, изматывают себя физическими упражне­ниями, аэробикой, отдавая этим занятиям все свободное вре­мя. И делают это подростки не потому, что очень увлечены спортом или танцами («хобби»-реакции), а из-за желания «похудеть», стать «стройными», «красивыми».

Реакции подобного рода давно привлекали внимание ис­следователей. Г. Е. Сухарева (1959) расценивала их как раз­новидность «затяжных патологических реакций пубертат­ного периода», К. А. Новоявленская (1960) — как «специфический возрастной синдром», Videbech (1966) — как «состояние декомпенсации у предрасположенных лиц», С. В. Немировская (1974) — как одну из форм реактивного состояния, А. Е. Личко (1979) — как «транзиторные реак­тивные подростковые дисморфофобии», М. В. Коркина (1984) — как «синдром дисморфомании в рамках погранич­ных состояний».

Все авторы сходятся во мнении, что возникающие реакции не достигают степени психопатологического синдрома, а представляют собой своего рода «преддисморфофобиче-ские» состояния.

На тот факт, что синдром дисморфофобии как преходящее состояние может встречаться у психически здоровых подро­стков, указывают К. А. Новоявленская (1960), М. В. Коркина

(1968), А. Е. Личко (1979), Б. В. Нечипуров (1982) и др. Tomkiewicz et al. (1971) в этих случаях пользуется термином «физиологическая дисморфофобия».

М. В. Коркина (1984), длительное время наблюдавшая 128 подростков с синдромом дисморфомании в рамках погра­ничных состояний, выделила три основные диагностические группы: 1) личностные реакции (при акцентуации характе­ра); 2) психопатические реакции (на фоне патологического склада характера) и 3) реактивную подростковую (юноше­скую) дисморфоманию. Подчеркивая известное своеобразие синдрома дисморфомании (дисморфофобии) в пубертатном периоде, автор отмечает, что в этих случаях бывает очень трудно «выявить четкие различия между болезненной убеж­денностью в наличии физического недостатка и обычным че­ловеческим реагированием на свою внешность».

Психологические реакции, связанные с повышенным вни­манием к своей внешности, по мнению М. В. Коркиной (1984), отличаются от патологических прежде всего тем, что у здоровых мысли о своей внешности:

1) не занимают доминирующего положения в иерархии ценностей,

2) не определяют всего поведения подростка, его жизнен­ный уклад,

3) не препятствуют социальной адаптации.

При дисморфореакциях, в отличие от синдрома дисмор­фофобии, во-первых, отсутствует навязчивый страх (фобии), ибо, по меткому замечанию А. Е. Личко (1979), подростков в этих случаях «тяготит не сама навязчивость, а преувеличен­ный по значению недостаток внешности»; во-вторых, подро­стки не осознают свои переживания, связанные с внешно­стью, как нелепые, бессмысленные; в-третьих, нарушения поведения, связанные с заботой о своей внешности, более вы­ражены и, наконец, в-четвертых, дисморфореакции, в отличие от дисморфофобии психогенного (реактивного) происхожде­ния, носят более выраженный преходящий характер и при из­менении жизненной ситуации исчезают.

Навязчивые идеи «недержания газов», «дурного запаха», идеи отношения, стойкие депрессивные состояния не ха­рактерны для дисморфореакции и чаще встречаются при